Арбитражное учреждение арбитратор

С 1 ноября 2017 года для третейского арбитража в России началась новая эпоха. Теперь рассматривать третейские споры в нашей стране могут только арбитражные учреждения, получившие разрешение правительства. Из-за этого число таких судов уменьшилось более чем в сто раз. Какая судьба ждет обновленный правовой институт в России в ближайшие годы, рассказывают эксперты.

Долгий путь реформы

В декабре 2013 года Владимир Путин в послании к Федеральному собранию поручил правительству совместно с Торгово-промышленной палатой и Российским союзом промышленников и предпринимателей урегулировать нормы о негосударственных арбитражах. «Третейские суды зачастую являются средством для мошенничества и кражи собственности», – признавала Елена Борисенко, на тот момент заместитель министра юстиции. Другие проблемы уточнялись в пояснительных записках Минюста – существование «карманных» арбитражей, подконтрольных стороне спора, и общая неурегулированность этой сферы.

Уже 17 января 2014 года Минюст опубликовал первую версию закона, обсуждение и согласование которого заняли почти полтора года. Летом того же года Главное правовое управление (ГПУ) администрации президента раскритиковало реформу. В частности, Министерству указали на то, что недостаточно четко урегулирована новелла о выдаче разрешений на работу третейских судов, а в целом предусмотрен избыточный госконтроль. Текст нормативного акта отправили на доработку обратно в Минюст.

На исправления ушло около полугода. Весной 2015 года проект законодательных изменений получил одобрение от Правительства и тогда же поступил в Госдуму. Пакет нововведений состоял из ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в РФ» и сопутствующих правок в отдельные законодательные акты.

В третьем чтении законопроект приняли уже в декабре 2015 года. Главной новацией стало то, что постоянно действующие арбитражные учреждения (третейские суды) разрешили создавать только при некоммерческих организациях. НКО, при которых учреждаются арбитражи, должны получить соответствующую рекомендацию от специально созданного Совета по совершенствованию третейского разбирательства при Минюсте, в который вошли участники общественных объединений, предприниматели, представители юридического и научного сообществ. А уже после этого арбитражные учреждения получают разрешение от Правительства. Закон также установил, что одни и те же арбитры не смогут входить в списки более чем трех третейских судов. Зато парламентарии разрешили стать арбитрами судьям в отставке.

Параллельно Госдума приняла закон, определяющий характер дел, которые можно передать на рассмотрение третейских судов. В первую очередь, это корпоративные споры, связанные с созданием, реорганизацией и ликвидацией юрлица; по искам участника юрлица в связи с его правоотношениями с третьим лицом; об обжаловании решений органов управления юрлица и других. Также депутаты разрешили передавать в третейские суды разбирательства по вопросам оборота госимущества, кроме тех, которые связаны с госзакупками.

Переходный период привел к сокращениям

Перечисленные поправки вступили в силу осенью 2016 года. Вместе с тем законодательные изменения предусматривали переходный период для уже существующих арбитражей – им дали 1 год, чтобы зарегистрироваться по новым правилам. Этот этап завершился 1 ноября 2017 года. Тогда выяснилось, что по итогам прошедшей реформы в России осталось лишь четыре третейских суда. Притом, что только два из них (АНО «Институт современного арбитража» и Общероссийская общественная организация «Российский союз промышленников и предпринимателей») получили разрешение через обновленный механизм.

Еще двум арбитражным учреждениям – Международному коммерческому арбитражному суду при Торгово-промышленной палате РФ (МКАС при ТПП) и Морской арбитражной комиссии (МАК) – дали право работать в силу закона, оценив их как арбитражные центры с признанной международной репутацией. Кроме этого, закон сохранил бизнесу возможность использовать институт ad hoc (третейские суды, которые создаются сторонами для разрешения конкретного спора).

Оказалось, что главной преградой для регистрации арбитражных учреждений стал Минюст, куда подаются документы для первичной проверки. В самом ведомстве отметили, что получали необходимые бумаги с «большим количеством недочетов и ошибок в их заполнении». Комментируя сложившуюся ситуацию изданию «Ъ», глава Совета по совершенствованию третейского разбирательства при Минюсте Михаил Гальперин подчеркнул: «Если профессионал не может переписать правильно свои ФИО и паспортные данные, то с ним не о чем больше говорить».

Что делать со старыми делами

Однако к 1 ноября текущего года не все старые суды успели рассмотреть начатые споры. Минюст объяснил, что делать в такой ситуации. Все функции по ранее начатым спорам подлежат выполнению третейским судом, то есть непосредственно составом арбитров, а не учреждением, отметили в Министерстве.

Важно также то, что у многих лиц есть арбитражное соглашение, где они договорились решать споры в конкретном учреждении. Теперь может получиться так, что это соглашение станет неисполнимым, поэтому граждане и юрлица должны подписать новый документ о передаче спора в ту организацию, которая получила право рассматривать дела.

Минюст также обратил внимание на то, что сейчас может появиться много мошеннических схем для обхода закона. Ведомство рекомендует всем проверять информацию об арбитражных учреждениях и внимательнее относиться к документам. Уточнить, имеет ли учреждение право администрировать арбитраж, можно на сайте Минюста.

Вместе с тем на новую процедуру регистрации арбитражных учреждений активно жалуются: одни пытаются оспорить новеллы третейской реформы в Верховном суде, а другие пишут жалобы первому вице-премьеру Игорю Шувалову. Правда, пока такие действия не привели к изменению существующего механизма учреждения третейских судов.

Эксперты «Право.ru» о первых итогах третейской реформы

Александр Молотников, арбитр Арбитражного центра Института современного арбитража, считает, что пока можно подводить лишь предварительные итоги третейской реформы: «Чтобы говорить о полноценных результатах, должно пройти несколько лет». Вместе с тем пока Андрей Панов, старший юрист международной юрфирмы Norton Rose Fulbright, не видит успехов от перечисленных изменений. Одной из главных проблем как была, так и осталась настороженность российских государственных судов к обсуждаемому институту, уверяет юрист. Леонид Никитинский, член СПЧ и Совета по совершенствованию третейского разбирательства при Минюсте, объясняет, что третейский суд предполагает высокий уровень доверия между гражданами, предпринимателями и государством: «А у нас сейчас нет ни того, ни другого». И зачем тогда такой арбитраж, если никто никому не доверяет? – задается вопросом эксперт.

Чтобы изменить существующую ситуацию, Председатель КА «Каневский, Чургулия и партнеры», арбитр (третейский судья) Герман Каневский предлагает продолжить третейскую реформу на новом, более демократичном уровне: «Надо не сворачивать, а развивать этот правовой институт и прежде всего в регионах». Он убежден, что создание авторитетных региональных институтов третейского разбирательства может способствовать развитию этого инструмента в России на более качественном уровне: «При допустимом контроле со стороны государства».

А пока Панов констатирует, что участников рынка сильно ограничили в выборе третейских судов: «Четырех учреждений может хватить на Москву, но не на такую огромную страну, как Россия». Крупный бизнес продолжит пользоваться третейским разбирательством, а вот для среднего бизнеса предлагаемый сейчас выбор может оказаться слишком дорогим, уверен Панов. И Максим Кульков*, управляющий партнер «Кульков, Колотилов и партнёры», сомневается, что количество арбитражных учреждений в России серьезно увеличится в ближайшие годы: «Тенденция, к сожалению, та же, что и везде, – монополизация рынка за счет укрупнения и подчинения госконтролю в том или ином виде».

По словам Никитинского, до прошлого года огромное число «третейских судов» использовалось в двух вариантах: 1) В типовых договорах более сильная сторона принуждала слабую (чаще всего заемщика) решать возможный конфликт в «карманном» третейском суде. 2) В целях легализации разного рода мошеннических сделок. После принятия нового закона эти «лавочки» закрылись, констатирует Никитинский. Однако обсуждаемый институт пока мертв, полагает эксперт: «Я бы видел лучший путь развития в медиации, но это другая тема».

Позитивные изменения и надежда на будущее

Тем не менее представители двух работающих арбитражных учреждений оценивают проведенные изменения позитивно. Глава аппарата Арбитражного центра при РСПП Александр Замазий считает бесспорным плюсом реформы повышение интереса общества и бизнеса к институту третейского разбирательства. По его мнению, освещение реформы в СМИ популяризировало арбитраж, дало импульс для серьезных дискуссий и показало, насколько значительна роль третейских судов в нашей правовой системе и экономике. Замазий считает важным результатом перечисленных изменений «уход со сцены» квазисудов, которые лишь дискредитировали всю систему.

Кроме этого, «реформа подтолкнула нас к тому, чтобы мы новым взглядом посмотрели на наше собственное внутреннее устройство, усовершенствовали многие механизмы», утверждает эксперт. Он рассказывает, что Арбитражный центр при РСПП планирует расширять свою деятельность и выходить в регионы. Такую цель считает приоритетной и Генеральный директор Института современного арбитража Андрей Горленко. Вообще, он прогнозирует, что количество споров, передаваемых в арбитраж, только увеличится. Помимо прочего, первостепенной задачей является популяризация профессионального арбитража и среди молодежи, полагает эксперт. Он отмечает, что с этой целью при Институте современного арбитража проводятся студенческие конкурсы по арбитражу, конференции, создан Совет современного арбитража для молодых специалистов.

Анна Грищенкова, партнер АБ КИАП, член президиума Арбитражного центра Института современного арбитража, тоже верит, что третейское разбирательство может стать популярной и качественной альтернативой разбирательству в государственных судах. Однако, чтобы достичь этой цели, надо научиться объединять усилия разных, непохожих друг на друга участников процесса и доверять друг другу чуть больше, чем сейчас, добавляет она. В этом плане следующий год будет более показательным, уверен Панов. Кроме того, появится больше судебной практики по различным аспектам арбитражной реформы, прежде всего, по возможности передачи корпоративных споров в арбитраж, резюмирует юрист.

* Постоянный арбитр Международного арбитражного центра Сингапура (SIAC), Международного третейского суда Торгово-промышленной палаты Республики Кыргызстан, Арбитражного центра при Российском союзе промышленников и предпринимателей (РСПП), Российской арбитражной ассоциации (РАА). Выступал в качестве арбитра Арбитражного института Стокгольмской торговой палаты (SCC).

Главная страница

Преимущество постоянно действующего арбитражного учреждения «АРБИТРАТОР»:
— рассмотрение исковых заявлений в течении суток (по ходатайству сторон);
— возможность принятия заочного решения (по имеющимся в деле материалам);
— проведение заседаний по месту нахождения сторон (более 100 представительств в городах России);
— полная конфиденциальность спора (за исключение корпоративных споров);
— выбор места, даты и времени проведения арбитража (по согласованию с арбитрами);
— оперативное принятие обеспечительных мер (в день обращения с ходатайством);
— окончательность арбитражного решения (не подлежит отмене государственным судом).

К компетенции постоянно действующего арбитражного учреждения «АРБИТРАТОР» относится рассмотрение любых коммерческих, внутренних, корпоративных и спортивных споров, в частности: взыскание недополученной прибыли, задолженности и убытков, изменение и расторжение всех типов договоров, установление права собственности на объекты движимого и недвижимого имущества, споры в рамках международных договоров и т.п.

Для обращения в арбитражное учреждение «АРБИТРАТОР» необходимо наличие в договоре между сторонами арбитражной оговорки или заключённого арбитражного соглашения, следующего содержания (рекомендовано):
«Споры, разногласия и требования, возникающие из настоящего договора или в связи с ним, подлежат разрешению в третейском суде, образованный сторонами арбитража (в рамках арбитража AD HOC) и администрируемый арбитражным учреждением «АРБИТРАТОР» при АНО «МПЦ «АРБИТР» (ОГРН 1172468015983), в соответствии с Правилами соответствующего арбитража, с которыми стороны ознакомились (в свободном доступе на сайте арбитратор.рф), с условиями администрирования и Правилами согласны. Арбитраж считается начатым с момента подачи искового заявления. Арбитражное решение, принятое в процессе арбитража, является окончательным.»

Деятельность по администрированию арбитража с 01 сентября 2017 года осуществляется арбитражным учреждением «АРБИТРАТОР» в соответствии с частью 16 статьи 52 Федерального закона № 382-ФЗ от 29.12.2015 года «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации».

В России может появиться специальный арбитраж для рассмотрения споров между промышленными предприятиями, его предлагается создать при структуре «Ростеха». Законопроект об этом внесен в Госдуму. Идея выглядит неожиданной на фоне того, что государство, проводя третейскую реформу, заявляло своей целью избавление от «карманных» и корпоративных судов. Новый арбитраж может составить конкуренцию четырем национальным третейским судам (ТС), которые сейчас имеют право разрешать бизнес-споры. В самом «Ростехе» видят смысл инициативы в быстром и конфиденциальном рассмотрении споров, в том числе в сфере оборонно-промышленного комплекса (ОПК) и связанных с гостайной.

28 ноября заместитель главы комитета по финансовому рынку («Единая Россия») Антон Гетта (его поддержали еще 24 депутата) внес в Госдуму законопроект, предлагающий учредить новый третейский суд (в новых терминах — постоянно действующее арбитражное учреждение, ПДАУ) для рассмотрения споров между промышленными предприятиями. Создать его планируется при некоммерческой организации (НКО), учредителем которой выступит «Ростех».

Законопроект стал неожиданностью для участников третейского рынка. Напомним, в результате третейской реформы, инициированной Минюстом, к ноябрю 2017 года в России были ликвидированы все «карманные» и корпоративные ТС. При «Ростехе» ранее тоже был свой ТС, который, как и суды при «Газпроме», ЛУКОЙЛе и «Росатоме», прекратил свою деятельность. Источники «Ъ” говорили, что «Ростех» искал арбитров для нового суда еще летом 2017-го, но неизвестно, обращались ли тогда структуры «Ростеха» в Минюст за разрешением. Сейчас рассматривать бизнес-споры вправе лишь МКАС и МАК при ТПП РФ, арбитражные центры при РСПП и Российском институте современного арбитража (РИСА).

Законопроект предполагает, что в арбитраж при «Ростехе» можно будет передать споры между организациями, работающими в сфере промышленности.

Отдельно описана возможность судиться в нем для аффилированных с госкорпорацией компаний. Кроме того, документ позволяет обращаться в новый арбитраж организациям из ОПК, включенным в сводный реестр. Перечень участников споров — исчерпывающий. Для передачи дела в суд при «Ростехе» стороны должны заключить арбитражное соглашение.

Идею создания спецсуда для промпредприятий разработчики документа объясняют тем, что сейчас закон об арбитраже не обеспечивает реальную востребованность третейского разбирательства со стороны предприятий, в первую очередь в сфере промышленности. Кроме того, они рассчитывают снизить нагрузку на госсуды. На вопрос «Ъ” о необходимости создания спецсуда в пресс-службе «Ростеха» сообщили, что «третейский суд обеспечивает быстрое, упрощенное рассмотрение споров», при этом «участие в процедуре является для сторон добровольным», что «позволяет сохранять баланс интересов сторон». Там подчеркнули, что «третейские механизмы гарантируют высокий уровень конфиденциальности: детали контрактных обязательств, контрагенты, иная чувствительная информация остаются закрытыми, что особенно актуально для предприятий ОПК».

К появлению нового игрока на третейском рынке действующие ТС относятся сдержанно.

«Специализированный арбитраж имеет определенные преимущества, особенно когда стороны являются предприятиями одного сектора и споры имеют отраслевую специфику»,— говорит ответственный администратор Российского арбитражного центра при РИСА Юлия Муллина.

Вице-президент ТПП РФ Вадим Чубаров отметил лишь, что палата «в подготовке законопроекта участия не принимала», поэтому «комментарии преждевременны». Руководитель аппарата арбитражного центра при РСПП Александр Замазий сообщил «Ъ”, что они «не боятся конкуренции, так как для бизнес-сообщества она полезна». Однако он обеспокоен неточной формулировкой проекта, которую можно понять и так, что споры между промпредприятиями будут рассматриваться только в суде при «Ростехе».

Управляющий партнер КА Pen & Paper Антон Именнов поддерживает рост числа игроков: «Может быть, возрастет и конкуренция, и стоимость уже существующих ПДАУ найдет свою точку равновесия. А если учреждение пойдет в регионы, улучшится географическая доступность арбитража». Управляющий партнер КА «Муранов, Черняков и партнеры» Александр Муранов полагает, что новый суд в большей степени будет конкурировать с РИСА. Но, по его мнению, там вряд ли будут судиться компании, не связанные с «Ростехом».

Александр Муранов напоминает, что это вторая попытка Сергея Чемезова создать арбитраж по новому закону — ранее Минюст уже отклонил заявку Союза машиностроителей, поэтому теперь «решили идти по беспроигрышному варианту». Он уверен, что поправки будут приняты, а Минюст даст разрешение. Похожим образом ранее был создан спортивный арбитраж — он закреплялся в специальном законе, а в апреле был одобрен Минюстом.

Антон Именнов, напротив, полагает, что «внесенный законопроект — это попытка лоббизма», и, «скорее всего, заведомо тщетная», так как даже Российское газовое общество год назад потерпело фиаско в попытке создать свой арбитраж. «Убрав с рынка суды «Ростеха», ЛУКОЙЛа и «Газпрома», сомнительно, чтобы государство позволило подобному произойти вновь, учитывая заявленные цели третейской реформы»,— указывает господин Именнов. Впрочем, он признает, что «многое будет зависеть от позиций «Ростеха»».

В Минюсте вчера не смогли прокомментировать «Ъ” идею создания специализированного ПДАУ при учрежденном «Ростехом» НКО. Но, вероятно, министерство не будет выступать против этой инициативы. Вчера на конференции ICC Russia по международному арбитражу замминистра юстиции Денис Новак выразил мнение, что корпоративные арбитражные центры могут создаваться на основании закона, но для этого необходимо получать рекомендацию совета при Минюсте.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *