Две собаки во дворе

Наверное меня тут многие опознают, ну да и бог с ним.

Ситуация у меня сложилась гаже некуда. Мне надо отдать собаку. Не спрашивайте почему. Если вкратце — я уезжаю и взять с собой не могу.

Желающих взять его достаточно. Его готова забрать хорошая семья, детей там нет, но есть трое взрослых, опытных собачников, которые будут с ним гулять, летом дача и все такое. Но это дорога в один конец, то есть собаку я отдаю им на всегда и без права свиданий-переписки.

Его готова приютить моя подруга. Она тоже собачница. Минусы — она раздолбайка и лентяйка и они с мужем на жуткой финансовой мели. Плюсы — она отдаст мне потом пса в случае если я все же вернусь.

После мучительных раздумий я все же решилась отдать собаку первым ребятам и даже уже начала собирать миски и игршуки.. Но. не могу я. Это МОЯ собака, я его выбирала, я привезла его домой крошечным щенком в корзине из-под кошки, я люблю его.
При мысли что я никогда его больше не увижу, у меня разрывается сердце.

Ребята приедут забирать завтра.
У меня еще есть время сыграть отбой, я сегодня тигром хожу по квартире и не могу ни на что решиться. И всюду за мной ходит собака и смотрит в глаза.
Помогите плиз принять решение. Накидайте доводов в пользу того, чтобы отдать или наоброт — не отдавать.

Большое всем спасибо

*** Тема перенесена из конференции «О своем, о девичьем»

Хотелось бы услышать мнение со стороны. 9 лет назад я завела собаку, охотничью, курцхаар. Завела случайно, о характере ничего не знала. Собаку воспитывала, гуляла, любила ее вся семья. Я переехала жить на съемную квартиру, собаку взять с собой нельзя. С мамой жить не могу, так как хочу создавать свою семью и мой мч конечно тоже не хочет жить с мамой. Собака осталась жить у мамы, при этом она конечно требует постоянного выгула по несколько часов, гиперактивная, очень послушная и вообще самая лучшая. Иногда по зову природы сбегал из дома, всегда возвращался нагулявшись. Недавно мама попала в больницу, у нее была полостная операция, я каждый день ездила к маме собаку гулять, но с работы + больница это ад, он гулял минут по 15 и ему конечно этого крайне мало. Когда он остается один дома он воет, как волк. Когда мама была в больнице, а я в командировке, его выгуливал мой мч, а ночью он выл, у соседей маленький ребенок, я разрываюсь от стыда перед ними и собакой одновременно. Сейчас мама продолжает лечение, химиотерапия, она ослабленна, гулять его не может так как он тянет очень сильно поводок пока не отпустишь его, я езжу так часто как могу но на 2 дома + работа довольно сложно. У брата в селе в охотничьем угодье есть знакомый егерь и он согласился взять нашего пса к себе, натаскать, человек приличный, собак очень любит. Я понимаю, что для собаки может лучше будет жить на природе (он с ума сходит от счастья когда бегает в лесу) чем выть одному в квартире, его никто там не обидит это однозначно, но не могу смириться с мыслью о предательстве и своего слабоволия, что я не могу разорваться на все части, чтобы всем было хорошо. Пишу и плачу и не понимаю правильно ли я поступила. А еще хуже от того, что представляю что пес думает, что его предали.

simply miu

Яна, здравствуйте! (Очень боюсь что пишу в эту рубрику не на тот какой-то адрес, но другого не нахожу.)
Здоровья вам и кошкам! Читаю вас много лет, блог и книги, и восхищаюсь вами.

Такая у меня странная ситуация, связанная с животным. Я давно мечтала завести собаку, самоеда, именно самоеда, белого и пушистого. Смотрела фото и видео, более или менее одержимо хотела пару лет непрерывно.
Наконец, с трудом выбрала на Авито питомник, поехала в другой город на поезде и обратно на поезде щенка увезла.

Щенок прекрасный, 4 месячный теперь уже мальчик. Но он с самого начала ко мне не особо проникся, когда только из машины заводчика вылез. Вот вообще не проявлял ко мне малейшего интереса. Ну ладно, я списала на испуг. Потом я его заинтересовала лакомствами. Увезла его спокойно, он никуда не рвался, сидел напуганный в вагоне, но не скулил. Привезла домой.
И вот уже как-то почти с первого дня началась у меня какая-то грусть. Что не то это. Вот не то. Не поймите неправильно, у меня была 12 лет большая собака (и с этой собакой никогда не было ничего подобного), и всю мою жизнь кошки. Я знаю о лужах и какашках всё, как и о выгулах. Но.. нет у меня радости. Нет ощущения, что моя собака. А он хорошо ко мне относится, вполне ласковый. Ходит хвостиком. А у меня тоска. Меня раздражает, когда он по-щенячьи меня покусывает. Но главная моя тоска – прогулки. Какое-то на меня нападает отчаяние, когда я там брожу с ним одна часами. И ещё, я почти сразу стала уходить на работу и оставлять его часов на 7 одного, в кухне. Там вокруг него могут ходить кошки, но всё равно он тоскует. Когда я ухожу он очень скулит. И когда прихожу тоже.
Первые дни я бегала на энтузиазме, не обращая внимание на постоянную тоску и плохое настроение. Но через неделю меня уже прорвало. Во-первых, я стала рыдать без повода и впадать в гнев и истерику. Я на щенка могу накричать. Потом жутко заболела спина, так что я могла встать только чтоб выгулять его минут десять, несколько раз в день. Потом я буквально скрюченная пошла на свадьбу подруги, и вроде как чуть-чуть попустило. Но на следующий день –снова рыдания. Справилась. На следующий день я специально пошла с ним далеко надолго, хорошенько выгулять щенка и посмотреть новый парк. И там меня настигла истерика невиданной силы. То есть я ходила по лесу и рыдала. Вернулась домой, в прострации весь вечер. И впервые меня посетила мысль – вернуть его заводчику. И с тех пор только эта мысль стучит в голове. Мне даже денег не надо, хотя сумма для меня не такая уж маленькая. Мне тоскливо смотреть на щенка. Мне больно от мысли что я предала свою мечту. Меня не понимает мама, говорит : ты же так хотела! Хотела. А теперь я мечтаю только о том чтобы вернуться к прежней жизни.
А, да. Забыла написать что я почти ничего не ем, очень нервничаю. И похудела на три килограмма за неделю, хотя до того мой вес не менялся лет с 18. У меня нет аппетита вообще. Но если мне поставят под нос еду, я ее съем. Несколько раз могла что-то себе приготовить, но вспоминаю об этом примерно раз в день.
В последующие дни я уже стала писать заводчице. Она поудивлялась, но спокойно согласилась взять его обратно (я сама предложила деньги не отдавать, хотя она наверно и так не отдала бы. Потому что ну кто так делает, как я?).
Помучалась еще пару дней. Назначила день, когда я приеду. К этому времени неизвестно где подцепила простуду, но на следующий день ехать. Не спала всю ночь,с температурой, встала в 5 утра. И… не смогла вызвать такси, чувствуя ужасную слабость, не могу решиться поехать и всё тут. Билет на поезд пропал. Это я приняла за знак и благое решение оставить-таки себе собаку. О чем радостно сообщила заводчице. Та обрадовалась.
Так и пошла на работу, выпив колдрекс. А вечером вернулась поздновато, тк на работе еще и завал. А щенок скулит. И меня на прогулке просто накрыло. Так плохо мне еще никогда не было, хотя я спец по депрессиям. Мелькают мысли о самоубийстве, раз собаку отдать нельзя. А почему нельзя-то? Я боюсь , что не только я страдаю, но и он. Мне его скулеж как нож в сердце, но и когда он бегает веселый, меня это нисколько не утешает. Меня и его необыкновенная красота вгоняет в слёзы. Я его обнимаю и не чувствую никакой радости, только грусть. Ведь обычно все эти щенки-котятки, они все кучки компенсируют радостью. А здесь нет компенсации.
Яна, я очень хочу отдать его. Но в то же время, боюсь что не смогу этого сделать. Хотя будущая жизнь с ним меня пугает. Я хочу просто чтоб ничего не было. И ведь он не успел ко мне привыкнуть, вернется к брату и сестре, и семье которая его вырастила. А заводчикам останутся деньги.
Можно так поступать? (я понимаю, насколько по-идиотски звучит такой вопрос). Но я почему-то не могу этого себе разрешить, освободить себя.
Самоосуждение слишком велико, тут и преданная мечта, и «так не делают», и самое страшное вдруг передумаю? Хотя сколько я себя ни спрашивала, я внутри знаю, что не пожалею, знаю что хочу этого. Но мне очень тяжело это сделать. Мне какой-то голос внутри говорит, что я просто кочевряжусь. Что я не выношу ответственности. Что не способна любить и заботиться даже. Что «посмотри какой он хорошенький». (Я смотрю и плачу). Что «а если б это был ребенок – его не засунешь обратно!»
Мама скоро вернется из командировки и просит не отдавать щенка, говорит что будет помогать. Но я уже этого не хочу. Я хочу чтоб всё кончилось. А мама говорит, что ты перетерпишь и всё образуется. А я не хочу перетерпливать? Ну могу я не хотеть? Я не хочу чтоб такие эпизоды с истериками ещё повторялись, так как это просто лишает остатков сил, мне кажется я так загремлю в клинику неврозов, или что-то ещё со мной случится. Да, такое ощущение что организм это делает из упрямства. Но ведь могу я не хотеть? Представляю как вырастет большой роскошный мой пес, будет со мной гулять… и мне на это наплевать. Не хочу я этого ничего.
Я очень боюсь, что сейчас вернется мама,( мы пока живем вместе), и начнет на меня давить, на жалость и эмоции. Говорить, что он будет её. Ну какое «её»? Разве я не буду по-прежнему за него отвечать? Да мне уже и видеть его тяжело. И жалко, и тяжело.
Да, у меня две кошки. Конечно, щенок их раздражает, он на них напрыгивает с лаем, а они ему дают лапой по носу. Но всё это не критично. А я чувствую, что мне совершенно будет достаточно моих кошек. И никого мне больше не надо.
Скажите, Яна, нормально ли отдать щенка в такой ситуации?
Спасибо за ваше время и труд!
Пожалуйста, анонимно

Здравствуйте!
Отвечу коротко и просто. Да, делают так. Отдайте обратно! Не надо мучить себя и зверы. Ну не получилось у вас, подалели вы. Не очень много времени прошло, заводячики его пристроят. Туда, где ему будет хорошо, и ему будут радоваться. Не нужно держать дома животное, если у вас от этого такие истерики. Ну, может быть это не лучший способ узнать, что собака вам не подходит. Но вы это узнали, зачем делать несчастными всех вовлеченных.

И ничего страшного — вы ведь не на улицу его выбрасываете. Вы приняли нормальное решение, отвественное. Пусть ему найдут ъороший дом, а вы должны жить без слез и таких вот стрессов. Зачем?

В общем — отдайте и не терзайтесь.
Чем раньше, тем лучше.

***P.S. Дорогие читатели. Я уже давно копирую свои посты в фейсбук, и в последнее время там тоже появились читатели, которые оставляют под постами очень поезные комментарии и советы. Если вам интересно увидеть ВСЕ, что кто-то посоветовал в связи с данным постом, заглядывайте и сюда: https://www.facebook.com/mammamiu

— Если вы хотите, чтобы ваше письмо опубликовали и обсудили здесь в рубрике «Вопрос-ответ», напишите мне на mammamiu@gmail.com письмо с заголовком «Вопрос-ответ».
— Если вы НЕ хотите, чтобы ваше письмо было опубликовано, НЕ пишите в заголовке «Вопрос-ответ»!
— Письма с заголовком «Вопрос-ответ» содержащие в теле письма фразу «это не для публикации» выбрасываются в помойку независимо от содержания!
— Если вы написали письмо в эту рубрику, оно будет опубликовано! Если вы не уверены в ваших намерениях — не пишите мне! Походите, подумайте, прежде чем писать!
— Я очень серьезно отношусь к своим читателям и их письмам. Пожалуйста, относитесь так же уважительно к моему труду и времени!

Каждый час, который я тут сижу и пишу, ходит неглаженной кисонька!

Кстати! По мотивам публикаций в этой рубрике возникли гадальные карты!
Вы уже можете погадать себе на них, и скачать бесплатно всю книжку к ним!
Подробности и все ссылки — тут:

Покет 06.08.2010 — 12:10

VVH
А как это — лабильная иерархия?
Рассмотрим структуры, свойственные стаям собак, исходя из того, что может дать отдельным членам стаи определенная структура.
Традиционно, говоря о внутристайных отношениях, употребляют термин иерархия или иерархическая лестница, подразумевая, что все животные выстроены в соответствии с неким табелем о рангах, где во главу угла ставятся сила и физические размеры. Вернемся к определению сущности стаи и кратко перечислим основные ее функции: совместная охота на добычу более сильную, чем любой из членов стаи, совместная территория, безопасность отдельных членов стаи, особенно слабых, передача традиций.
Посмотрим, так ли хороша жесткая или линейная иерархия для выполнения этого комплекса. Охота совместная, а вот быстрое насыщение всех членов стаи отсутствует — доминант может не захотеть делиться с более слабыми, последнего по рангу — омегу — допустят лишь к обглоданным костям. Совместная защита территории присутствует, но животные, особенно соседи по иерархическим ступеням, взаимодействуют не слишком эффективно. И это понятно, одно животное стремится свой ранг повысить, другое — сохранить. Довольно относительна безопасность отдельных членов стаи: чем ниже ранг, тем больше демонстраций угроз, а то и укусов получает животное. Стая не столько притягивает его, сколько отталкивает. Передача традиций происходит обязательно, но передается опыт жестких взаимодействий. Одним словом, линейная иерархия при всей своей простоте оказывается весьма негибкой и энергетически невыгодной: слишком много сил уходит на выяснение отношений с позиции силы, крайне плохо работает обратная связь.

Значит ли сказанное, что подобная структура у собак не может существовать вообще? Нет, стаи с жесткой линейной иерархией образуются, но для этого нужны особые условия.
Подобные стаи с жесткой иерархией обычно являются образованием искусственным, когда случайно объединяются несколько молодых животных с ограниченным социальным опытом. Такое вполне возможно при массированном отстреле бродячих собак, когда собираются вместе уцелевшие животные из разных семей, примерно то же случается по окончании сезона в дачно-курортных местах, когда возвращающиеся в город люди бросают подросших за лето милых дворняжек, которые больше не развлекают их детей. Мы уже говорили, что собака в одиночку существовать не может. Подобная жизнь связана со столь сильным дискомфортом и стрессом, что животное готово объединиться с любым другим соплеменником, лишь бы не быть одному. Отношения в подобной сборной стае строятся прежде всего с позиции сильного, и достаточно быстро формируется жесткая линейная иерархия. Даже если стая и расколется, не выдержав жестокости доминанта, в группе аутсайдеров все равно найдется самый сильный, который будет тиранить остальных. Собакам необходимо не просто объединиться, но и структурировать взаимоотношения. Каждое животное должно добиться для себя вполне определенного места и точно знать, как его положение в стае соотносится со статусами других собак. Ясно, что случайный конгломерат животных не в состоянии организовать сложную, пригодную на все случаи жизни структуру.
Так, в одном из питомников из молодых собак (крупные метисы-мастифоиды) собрали случайным образом стаю, которую содержали в большом вольере. Наиболее крупный кобель и сука примерно равных с ним возможностей буквально терроризировали остальных животных. Пара доминантов кормилась очень подолгу, выбирая куски и не позволяя никому приближаться даже к объедкам. Драки вспыхивали буквально по двадцать раз на дню по малейшему поводу, стоило одной собаке пройти близко от другой, как возникал конфликт. Как правило, все, в том числе и доминанты, были в шрамах и отметинах от укусов, но низкоранговые собаки еще были откровенно истощены. Не помогло даже раздельное кормление. Во время одной из совместных прогулок суки при полном безразличии кобелей разорвали самую слабую — спровоцировало их на нападение начало течки жертвы.
Подобные отношения между собаками в питомниках встречаются весьма часто, что обычно вынуждает отказываться от содержания собак группами. Аналогичная картина наблюдалась в искусственно созданной стае волков (три кобеля и одна сука) в виварии Московского университета.
Гораздо чаще встречается другая структура. В этом случае также существует иерархия, но она гибкая и до определенной степени подвижная. Во главе стаи стоит доминант, но он в отличие от первого случая, и это очень важно, совсем необязательно самый сильный и самый крупный. Точнее, он сильнее всех прочих членов стаи, но не физически, а психически. Это самое уравновешенное, упорное, с высоким уровнем элементарной рассудочной деятельности животное. У доминанта наиболее богатый жизненный опыт, его память хранит такое количество ситуаций и образов, он обладает таким количеством рефлекторных поведенческих актов, что практически ничто из повседневной жизни стаи не может поставить его в тупик.
Доминант поддерживает порядок в стае гораздо более мягкими способами, чем его «коллега» из жесткой стаи. Вернее сказать, он не командует стаей, а контролирует в ней порядок. В англоязычной литературе часто о доминанте подобного рода говорят как о контролирующем животном, в русском здесь появляется неудачный смысловой оттенок (контролер прежде всего надзиратель; он проверяет билеты или ищет брак в работе), поэтому мы не будем терминологически разделять доминантов разных структур.
Итак, доминант наблюдает за правильностью поведения других собак. Пока в стае нет конфликтов, отрицательно влияющих на ее единство, доминант в буквальном смысле может спать. Стоит же кому-то поссориться, как он немедленно наводит порядок. При этом совсем необязательно пускать в ход зубы, часто достаточно бывает рычания и нескольких ударов корпусом. Выяснение отношений с другими, более низкоранговыми кобелями также строится не на драках, а, как правило, на высокоритуализованных демонстрациях. Если же дело доходит до попыток явного неповиновения ему, доминант провоцирует виновника беспорядков на атаку в заведомо невыгодных для того условиях. Практически он вынуждает одного кобеля либо выступить против себя со своим ближним окружением, либо бросить вызов стае. Итог конфликта предрешен — жесточайшая трепка, полученная от общества, является не столько физическим наказанием, сколько сильнейшим психологическим воздействием.
Гибкая структура стаи оказывается гораздо сложнее, чем жестколинейная. Животные обладают скорее не рангами, а выполняют функциональные роли. Кроме того, и это еще одно отличие, структуры раздельны по полу. Лишь доминант контролирует обе системы взаимосвязей, прочие кобели стараются не вмешиваться во взаимоотношения сук.
В стае с лабильной иерархией возникают присущие только ей лояльные (дружественные) союзы между кобелями разных рангов. Этот термин был употреблен Д. Мечем для описания аналогичных образований у волков. Низкоранговое животное за счет второго партнера и в его присутствии резко повышает свой статус. Лояльные союзники обычно держатся вместе, рядом отдыхают, тесно взаимодействуют на охоте, совместно отстаивают права на еду, могут даже, не конфликтуя, ухаживать за одной сукой. Обычно союз образовывают братья или ровесники, интересно, что они в очень зрелом возрасте могут играть друг с другом. Изредка бывают лояльные союзы между братом и сестрой. Крайне важно, что в подобном союзе все притязания выказываются в форме демонстраций просьб, а вовсе не демонстраций угроз. Вообще союзники практически никогда не проявляют агрессии по отношению друг к другу, хотя «вовне» могут вести себя как очень жесткие претенденты на все, что им нужно.
В стае с гибкой иерархией, и это очень важно, система взаимных просьб распространена не менее системы демонстративных угроз — оба этих поведенческих комплекса оказываются достаточно эффективными для достижения цели. Агрессия оказывается центробежной силой, просьба — центростремительной, а в совокупности обе они создают систему обратной связи, которая практически отсутствует в стае с линейной иерархией.
Проверим теперь гибкую иерархическую систему на эффективность функционирования стаи. Итак, совместная охота есть, и весьма результативная: благодаря низкому уровню агрессии в стае и лояльным союзам, собаки действуют согласованно, легко контактируют. Члены стаи могут быстро совместно насыщаться. Более того, добыча оказывается распределена пусть и в не равных долях, но буквально в первые же минуты между всеми участниками охоты. Животные, оставшиеся на дневке или у логова со щенками, получат свою долю позже от лояльных партнеров: те не поленятся принести кусок в зубах или отрыгнуть часть запаса из желудка. Совместная защита территории не менее эффективна, чем охота, и по тем же причинам: члены стаи сильно тяготеют друг к другу, соответственно гораздо нетерпимее относятся к чужакам. Безопасность слабых членов стаи обеспечена, их защищают, зачастую подкармливают, как это только что описывалось. Разумеется, агрессия внутри стаи есть, но ее уровень невысок. Осуществляется передача традиций, в том числе и традиций своего рода «вежливого», терпимого отношения с соплеменниками. В результате система действует эффективно, слаженно, потери минимальны.
Разберем подробнее механизмы поддержания иерархических систем. Никакая структура не может существовать без коммуникативных сигналов: для стайных хищников демонстрационное поведение оказывается самым действенным способом разрешения конфликтов без увечий и смертоубийства. Ведь если собаки каждый спор из-за кости или удобного места для отдыха будут решать, рвя противника зубами, смертность в стае будет огромной. Более того, редкому молодому животному удастся вырасти, оставшись здоровым, поскольку старые бойцы, скорее всего, изуродуют его при первом же притязании на что-либо. Следует помнить, что хищники, получившие травмы, не имеют сил на полноценную охоту. В итоге сам смысл существования стаи, если конфликты в ней разрешаются за счет непосредственных агрессивных взаимодействий, сводится на нет.
Вот почему в ходе эволюции выработался своеобразный «язык» демонстраций, т. е. большого набора сигнальных телодвижений, поз и звуков, применяемых для обмена информацией в различных контекстах. Демонстрации могут развиваться из любой формы поведения. Так, оскал, пристальный взгляд на противника проистекают из действий приготовления к атаке, а вылизывание морды партнера — имитация действий щенка, просящего отрыгнуть ему корм. Главное же в демонстрациях то, что с помощью определенных поз, поворотов головы, наклонов ушей, растягивания губ и тому подобных движений, а также различных звуков одна собака может очень точно сообщить второй не только о своих намерениях, но и показать уверенность в осуществимости данных притязаний.
Так, прежде чем вступить в настоящий бой, пес угрожает сопернику: пристально смотрит ему в глаза, скалит зубы, рычит. У кобелей с большим жизненным опытом, с сильной нервной системой и умением держать стаю в подчинении бой может закончиться именно на этой стадии. Нам случилось видеть запись подобного боя между кобелями среднеазиатской овчарки. Оба противника обладали великолепными физическими возможностями, огромной практикой подобных столкновений, опытом многих побед. Весь эпизод занял едва ли более минуты. Собаки сходились в полном молчании, пристально глядя глаза в глаза. Огромные, они еще более подчеркивали свою мощь, идя на выпрямленных ногах, подняв голову и вздыбив шерсть на холке. Не дойдя примерно 1,5-2 метра, собаки остановились и замерли, продолжая «дуэль» взглядов. Через несколько секунд один из них отвел глаза и все так же на негнущихся ногах прошел мимо соперника, глядя куда-то вдаль; тот, подняв голову еще выше, продолжал двигаться своим курсом. Кобели не коснулись друг друга, не последовало даже обмена оскалами и рычаниями — им хватило обмена взглядами, чтобы выяснить, кто сильнее. Первый отведший глаза проиграл и дал это понять. Победитель, поскольку разница сил была минимальной, оказался полностью удовлетворен самой усеченной демонстрацией подчинения и не обострял конфликта. Бой был не только бескровным, но и бесконтактным.

Разумеется, уровень ритуализации действий не всегда столь высок. Чаще более молодые собаки, не обучившиеся еще четко определять свои возможности и силы соперника, вступают в поединок, но это происходит в норме после эскалации демонстративных угроз, в ходе которой каждый стремится запугать противника, вынудить того сдаться. Лишь когда весь арсенал демонстраций исчерпан, конфликт переходит в поединок, но и здесь остается место для демонстраций. Побежденный может просить пощады, демонстрируя позы подчинения, при этом поза полного пассивного подчинения (подчеркнутая демонстрация паха и живота при опрокидывании на спину) или подставление уязвимой шеи при опущенной и отвернутой в сторону голове совершенно блокирует агрессию победителя. Как бы тому ни хотелось покончить с врагом, блок обойти не удается: слишком глубоки его корни (демонстрация происходит из позы подставления щенка под чистку языком матери). Только нарушив практически все сложные поведенческие комплексы, блок на агрессию удается снять в искусственных условиях, когда собак специально готовят для боев. Итог подобного вмешательства в психику — очень серьезные ее нарушения, но поведение так называемых бойцовых собак — отдельная проблема.
Поведение Собаки
Е. Н. Мычко
В. А. Беленький
Ю. А. Журавлев
М. Н. Сотская

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *