Еврейское право

Н.В. ВОЛОДИНА,

профессор Московского университета МВД России, доктор философских наук

Следующие черты иудейского права выделил Н.Марченко:

1. Эволюция права происходила длительный период и, в отличие от других религиозных правовых систем, сопровождалась многочисленными изменениями и неоднозначными толкованиями норм и принципов соотносительно с духом того или иного исторического периода.

2. Противоречивый характер этого процесса.

3. Императивный характер права и преобладание в его системе прямых запретов, требований, всякого рода ограничений и обязанностей по сравнению с правами и свободами субъектов права.

4. Многофункциональный характер.

5. Ограниченный характер прямого регулятивного воздействия права на израильское общество и распространение его на евреев, проживающих на территории других стран.

Рассмотрим перечисленные черты подробнее.

1. По сравнению с другими теологическими правовыми системами становление и развитие иудейского права сопряжены с многочисленными изменениями и толкованиями норм и положений в соответствии с духом того или иного исторического периода. В научной литературе предложено несколько вариантов истории развития еврейского общества, государства и иудейской правовой системы. Отметим, что проблема периодизации иудейской общественно-политической жизни важна для понимания и сущности и выполняемой иудейским правом роли в жизни еврейского сообщества. Наиболее распространенные критерии периодизации процесса становления и развития иудейской правовой системы являются не столько чисто юридическими, сколько смешанными с правовыми социально-политическими критериями.

З. Фальк говорит, что в истории развития правовой системы еврейского общества большую роль играла семья и ее правовой статус, что и было взято им за основу периодизации.

Другой подход предложил Д. Рид, который всю «историю Сиона» подразделяет на пять периодов. Первый — эпоха левитов, служителей религиозных культов у древних евреев. В 612 году до н. э., по мнению автора, левиты закончили составление Второзакония (Моисеева закона) — законодательной основы иудейского права. Второй период — эпоха фарисеев, представителей общественно-религиозного течения в Иудее (II век до н. э. — II век н. э.), выражающих преимущественно интересы средних слоев населения. Фарисеи стремились по-своему истолковать иудейское право с учетом новых социально-экономических условий еврейского общества. Третий период — эпоха талмудистов (длился до конца ХVIII века) — отличался строгостью в соблюдении правил и норм, содержащихся в Талмуде. Особое внимание уделялось положениям, препятствующим ассимиляции евреев-единоверцев с народами тех стран, на территории которых они проживали. Четвертый и пятый периоды — промежуточный период эмансипации евреев (ХIХ век) и эпоха сионизма (с начала ХХ века и по настоящее время) соответственно. Из работы Рида следует, что развитие иудейского права связано не только с традиционным толкованием и приспособлением старых религиозных норм к новым условиям, но и с более активным применением этого права раввинскими судами, а также его воздействием на современное израильское право.

Д. Рид сделал попытку упорядочить представления об истории развития иудейского государства и права. Однако недостаток этой попытки состоит в политизации, в подмене одних, религиозно-этических, критериев иудейской жизни (эпоха левитов, фарисеев, талмудистов) другими, светскими, политико-идеологическими, критериями (период эмансипации евреев и эпоха сионизма).

2. Противоречивость процесса эволюции иудейского права проявилась в его сущности и содержании. Противоречия внутреннего порядка, порождаемые религиозными течениями или внутриполитической раздробленностью древних иудеев, привели к разделению единого Еврейского царства на два самостоятельных: Южное царство (сохранившее традиционные иудейские законы и порядки) и Израильское (Северное) царство, почитавшее культ золотого тельца и произвольно изменившее характер богослужения. Эти противоречия связаны с непрерывным и многовековым противодействием иудейского права и религии процессам извне, а также другим религиям. Религиозно-нравственное противостояние иудейства имело не временный, а постоянный характер, распространяясь на все сферы жизни общества и государства и охватывая все периоды развития иудейской религии и права. В юридических, религиозных и социально-политических планах это проявлялось в ограничении в правах (а иногда в религиозной нетерпимости) представителей одной религии по отношению к представителям другой религии, что вызывало обратную реакцию. Долгое время иудеи отрицательно относились к языческой вере. В нравственно-назидательном воспроизведении законов (Второзаконии) говорится: «…пойдет и станет служить иным богам, и поклонится им, или солнцу, или луне, или всему воинству небесному, чего я (Бог) не повелел». Каждый правоверный иудей, если ему об этом станет известно, обязан: 1) убедиться, что это была правда; 2) «если это точная правда, если сделана мерзость сия в Израиле», вывести тех, кто сделал это зло, к воротам своим и побить их камнями до смерти.

Наиболее ярко это прослеживается в период существования у евреев теократического государства. «Господь Бог был в отношении своего избранного народа в одно и то же время и Богом, и небесным Царем и Царем земным. Одновременно он был законодателем и «Главным военным Вождем”. От Бога исходили законы, постановления и распоряжения не только чисто религиозного, но и семейного, общественного и государственного характера». Только он мог проявлять законодательную волю, в то время как «пророки, первосвященники, вожди и судьи были лишь послушными исполнителями и проводниками его воли».

Нетерпимое отношение иудеев к чужой вере и их религиозным символам последовательно прослеживается в священных книгах. Так, в Исходе каждому правоверному иудею помимо целого ряда обязанностей (как религиозного, так и юридического характера) вменяется от имени Бога следующее: «сохрани то, что повелеваю тебе ныне»; «не вступай в союз с жителями той земли, в которую ты войдешь, дабы они не сделались сетью среди вас»; «жертвенники их разрежьте, столбы их сокрушите, вырубите священные рощи и их изваяния богов сожгите огнем»; «ты не должен поклоняться богу иному, кроме Господа Бога, потому что его имя «ревнитель”».

Отрицательное отношение древних иудеев к прочим религиям вызвало ответную реакцию представителей иных верований. Поэтому религиозный фактор стал важной причиной неприятия и отторжения другими народами иудейской религии и заповедей, особенно на ранних стадиях развития мирового сообщества. Позднее во многих странах мира, где проживало еврейское население, этот процесс сопровождался ограничением иудеев в правах и гонением на них. В Испании, например, в период инквизиции были изданы законодательные нормы в виде указов и декретов, которые ограничивали права евреев (запрещалось вести богослужения, соблюдать иудейские праздники и обычаи), а затем и вовсе предписывали изгонять их из страны.

В Декрете от 31.03.1492 говорится, что все евреи мужского и женского пола обязывались покинуть Испанию под угрозой смерти и потери имущества. Христианам-католикам вменялось в обязанность доносить на тех, кто посещает синагоги, соблюдает предписанные Моисеевым законом посты. За укрывание иудеев в домах после изгнания их из Испании предусматривалась казнь и изъятие имущества.

Законодательством Португалии (например, Декретом короля Мануэля 1496 года) накладывался специальный налог на иудеев и устанавливались другие ограничения.

3. Иудейское право имело императивный характер, в нем преобладала система запретов и требований, ограничений и обязанностей субъектов этого права.

Иудейское право — это комплекс всеохватывающих обязанностей, регулирующих аспекты еврейской жизни. Он относится к нормам публичного права, т. е. регулирует отношения членов иудейского общества к своему государству и одновременно к законам и заповедям Бога. В синайском законодательстве указывается:

· у богоизбранного народа нет других богов перед лицом Моисея;

· не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху и что на земле внизу и что в воде ниже земли;

· соблюдай все заповеди, идущие от Бога;

· не произноси имени Бога напрасно.

Юридические и религиозные обязанности в системе иудейского права связаны с соблюдением религиозных ритуалов и праздников. В религиозно-правовых источниках особое место уделяется субботе. Обязанности иудеев также связаны с жертвоприношениями, ритуалами и строгим соблюдением требований к ним. Жертва-животное должна быть без порока, особью мужского пола из крупного скота, овец или коз и приноситься только иудеем. В книге Левит описан особый запрет на приношение в жертву животного, взятого из рук иноземца.

Говоря о преобладании в системе иудейского права обязанностей, требований, запретов и ограничений, следует иметь в виду, во-первых, условность выделения в религиозных правовых системах, особенно в теократических государствах, подсистем публичного и частного права, во-вторых, условность отделения прав и свобод от обязанностей.

4. Иудейское право имеет многофункциональный характер, в нем присутствуют не только регулятивные и воспитательные функции. Следует указать на объединительную функцию иудейского права, связанную с формированием еврейского сообщества и поддержанием его на протяжении веков духовно-нравственного и религиозного единения. В научной литературе иудейское право «не всегда является результатом системного мышления, а носит эмпирический и догматический характер, поскольку в представлении применяющих его раввинских судов, являющихся оплотом этого права, оно дано навечно для соблюдения всеми поколениями народа Израиля». Иудейское право оказывает действенное влияние на современное израильское право. Об этом свидетельствует современное законодательство Израиля, которое в значительной своей части сформулировано в соответствии с требованиями иудейского права. При этом традиционное влияние иудейского права на современное израильское отражается на его содержании, понятийном аппарате и правовом толковании. Декларация независимости Израиля 1948 года закрепила положение о том, что «Государство Израиль основано на принципах свободы, справедливости и мира в их понимании израильскими пророками».

5. Сфера влияния иудейского права на современном этапе — система отношений семейного права. С помощью иудейского права решаются вопросы бракосочетания, разводов, материального содержания членов семей, алиментов и управления личной собственностью. Кроме того, регулируются отношения, касающиеся религиозного богослужения и милосердия, интерпретации религиозных концепций (бракосочетание и развод иностранных евреев и евреев, проживающих в Израиле). Существует так называемое диетическое право иудейской религии, отражающееся в законодательстве Израиля, согласно которому свиньи являются «грязными животными», запрещенными Торой к употреблению в пищу евреям, поскольку в течение многих веков свинья была символом выражения ненависти и презрения христиан к иудеям. Под влиянием иудейских религиозных норм и обычаев в Израиле в 1962 году были приняты законы, запрещающие под угрозой штрафа держать и выращивать свиней. В израильской юридической литературе подчеркивается, что иудейское право не претендует на универсальную или территориальную законность — оно является персональным правом каждого из евреев, независимо от места их постоянного проживания, гражданства и даже веры.

Государственно-конфессиональные отношения в ИзраилеКонфессиональный вопрос в израильском обществе затрагивает аспекты общественно-политической деятельности и частной жизни граждан. По мнению Бениамина Нойбергера, иудаизм является национальной религией, конфессией, присущей лишь одной нации и ставящей во главу угла не личность, а еврейский народ как общность. Большая часть израильского населения исповедует иудаизм, который является официальной религией Государства Израиль не формально-юридически, а фактически. Однако иудейское право никогда не отождествлялось со всем израильским правом.

По сути и характеру иудейское право рассматривается как древнее религиозное право, влияющее на современную общественно-политическую и правовую жизнь Израиля. В то же время оно считается светским правом, интегрирующим в себе нормы светского законодательства и религиозного иудейского права.

В Израиле иудаизм исповедует большинство населения, караимы составляют 12 тыс. человек, самариане — лишь 160 человек. Кроме того, в Израиле живут друзы (36 тыс. человек), мусульмане (сунниты разных толков) и христиане. Христианство представлено рядом церквей, наиболее многочисленны католики (56 тыс.) и православные (22 тыс.). Имеются также приверженцы епископальной церкви (1 тыс.), лютеране, пресвитериане, баптисты, армяно-григориане (более 1000 человек), последователи монофиситских церквей — коптской и эфиопской.

Концепция государственной политики в истории еврейского народа имеет глубинную основу. Она была определяющей в период формирования древнееврейского, а также теократического государства. Теократическая форма правления просуществовала в Иудее несколько столетий и была уничтожена римскими завоевателями. Идея теократического государства базируется на вере в единого общенационального Бога, способствовавшей конфессиональной консолидации народа, и до настоящего времени является актуальной в концепции взаимоотношений государства и иудаистских объединений в Израиле. Формально Израиль не является клерикальным государством, но фактически иудаизм выполняет функцию государственной религии и идеологии.

Все вопросы личного статуса граждан решаются судами раввинов, действующими на основе талмудического права. Раввинат играет значительную роль в общественно-политической жизни страны, особенно в области просвещения. Религиозные учебные учреждения составляют 30% всех средних учебных заведений Израиля. В ряде городов (например, в Тель-Авиве и Иерусалиме) в субботу не работает общественный транспорт, аэропорты.

Декларация независимости Израиля провозгласила статус иудаизма и взаимоотношения государства и религии, однако до настоящего времени статус еврейской религии в стране не получил законодательного оформления, что связано с разногласиями по вопросу об отношении религии к государству и ее роли в обществе. Сравнительно небольшая часть населения требует абсолютного приоритета религиозного законодательства над государственным, другая часть требует полной секуляризации законодательства и ратует за исключение личного права из юрисдикции раввината. Большинство же поддерживает сохранение специфических традиций израильской государственности и общества.

В Израиле не только официально запрещены браки евреев с неевреями, но и затруднено заключение браков между представителями различных направлений в иудаизме. Все дела брачно-семейного характера отданы в исключительное ведение раввинских судов. Практически невозможен переход евреев в другое вероисповедание, а для лиц, содействующих такому переходу, предусмотрено суровое уголовное наказание.

По израильским законам гражданство может быть предоставлено автоматически только еврею, каковым признается лицо, родившееся от еврейской матери либо перешедшее в иудаизм и не исповедующее иной религии.

Современное еврейское население Израиля сложилось из репатриантов из стран расселения, и его этнический состав является отражением этнического состава мирового еврейства. Однако существование еврейского народа в диаспоре и отсутствие до 1948 года государственности привели к его фрагментации на отдельные общины с различными языками повседневного общения и некоторыми различиями в религиозной обрядности.

Наиболее значительная этническая общность (более 80% населения Израиля) — ашкеназы (язык общения — идиш). Это выходцы из стран Восточной и Средней Европы, Северной Америки, Южной Африки, Австралии. К сефардам (язык общения — еврейско-испанский) относятся выходцы из стран Балканского полуострова, часть выходцев из стран Северной Африки. Около 40% еврейского населения Израиля — выходцы из арабского мира (Марокко, Ирак, Йемен, Иран), имеются группы бухарских, горских, курдских и других евреев.

Главная святыня — Западная стена (Стена Плача), святое место не только для граждан Израиля, но и для всех, кто проживает за его пределами. После воссоединения Иерусалима в 1967 году сложились и получили широкое распространение традиции, связанные с Западной стеной: достигшие 13 лет мальчики здесь впервые вызываются к чтению Торы, новобранцы боевых частей приносят присягу, проводятся церемонии в честь национальных праздников Израиля.

В 1990-х годах в Израиле насчитывалось около 7 тыс. официально зарегистрированных синагог. Такое большое количество объясняется разнообразием литургий разных этнических групп и религиозных течений в иудаизме. Во многих синагогах после молитвы проводится изучение закона. В крупные праздники синагогу посещает большинство еврейского населения страны. Семейные праздники (обряды бракосочетания, обрезания, совершеннолетия) отмечают также в синагоге.

Современный Израиль является центром мирового традиционного еврейского образования. В нем воссозданы иешивы («дворы») литовского типа и несколько хасидских школ. Традиционное обучение в них сочетается с программой средней школы или программой профессионального образования. Многие ученики, закончившие иешивы среднего уровня, продолжают обучение в высших. В некоторых иешивах четырехлетнее изучение закона чередуется с военной подготовкой и несением действительной военной службы.

В период активной эмиграции в Израиль (1970—1980 гг.) и обращением к религии выходцев из разных стран возникли иешивы для учащихся с разным образовательным уровнем, из разных стран; иешивы для бывших преступников; создавались специальные учебно-воспитательные заведения для девушек.

В Израиле действуют раввинский, мусульманский, христианский и друзский религиозные суды. Их юрисдикция распространяется на вопросы, связанные с личным статусом граждан, и в ряде аспектов совпадает с юрисдикцией окружных судов. Управление религиозными судами находится в ведении министра по делам религий. Квалификация судей, способ их назначения, время пребывания в должности, жалование и вознаграждение регулируются для раввинского суда Законом о даянах (1955), для мусульманского суда — Законом о кади (1961), для друзского суда — Законом о друзских религиозных судах (1962).

Исключительному ведению мусульманских, христианских и друзских религиозных судов подлежат все вопросы личного статуса мусульман, христиан и друзов Израиля (кроме вопросов усыновления, правопреемства, завещания и наследства), а также дела, связанные с управлением культовым имуществом и религиозными пожертвованиями. Приговоры религиозных судов приводятся в исполнение согласно Закону об исполнении (1967), как и приговоры гражданских судов. Кроме того, если согласно приговору раввинского суда муж обязан дать развод жене или жена обещала принять развод от мужа, но отказывается выполнить приговор, окружной суд по ходатайству генерального прокурора может привести его в исполнение путем лишения отказчика свободы, пока тот не согласится выполнить постановление.

Если иск по гражданскому состоянию затрагивает лиц различных вероисповеданий, председатель верховного суда решает, в какой суд передать дело (хотя преимущественное право решения будет принадлежать раввинскому суду).

Для обеспечения религиозных нужд населения в Израиле создано министерство по делам религий. Еврейскими учреждениями руководит Верховный раввинат, являющийся одновременно верховным апелляционным раввинским судом. В городах действуют городские раввинаты, при муниципальных и поселковых советах — религиозные советы.

Хотя в Израиле иудаизм не имеет официального статуса государственной религии, его роль является доминирующей не только в религиозной сфере, но и в государственно-политической жизни страны. Религиозные партии входят в блок правящей коалиции и воздействуют на частную и общественную жизнь граждан. Разрыв с иудаизмом в любой форме (переход в другую конфессию или выполнение обрядов иной религии при формальном принятии иудаизма) может немедленно отразиться на гражданском статусе человека.

Законы государства используются как для придания статуса религиозным институтам, так и для соблюдения религиозных постулатов. Израиль нельзя назвать светским государством, поскольку в стране действует религиозное законодательство и иудейские священнослужители оказывают большое влияние на государственную систему. Идея о создании светского государства в Израиле неосуществима, поскольку ей противостоят ультраортодоксальные евреи.

Действующие в Израиле религиозные нормы, касающиеся взаимоотношений между религией и государством, противоречат принципам демократии, принятым в странах с либерально-политическими режимами. В западных демократических странах государство не вмешивается в вопросы веры и не использует свою власть для навязывания гражданам образа жизни. С этой точки зрения Израиль подвергается серьезной критике. В стране невозможна свобода вероисповедания, так как в сфере семейного права главенствует иудейское (ивритское) право, входящее в противоречие с общедемократическими ценностями. Навязывание религиозных принципов посредством законов государства также спорно с точки зрения демократии.

Библиография

1 Продолжение. Начало см. в № 11’2006.

2 См.: Марченко М.Н. Теория государства и права: Учеб. — М., 2006. С. 253.

3 Falk Z. Law and Religion in Israel. P. 192.

4 См.: Рид Дуглас. Спор о Сионе. — М., 1993. С. 54.

6 См.: Толковая Библия. Комментарий на все книги Св. Писания Ветхого и Нового Заветов. — М., 1987. С. 595—630.

7 Там же. С. 244.

8 Там же. С. 393.

9 См.: Шульгин В.В. Что нам в них не нравится. — М., 1992. С. 194—220.

10Льоренте Хуан-Антонио. Критическая история испанской инквизиции. — М., 1936. С. 124—127, 188—189.

11 См.: Гулевич И.Р. Инквизиция. — М., 1985. С. 309—310.

12 См.: Толковая Библия. С. 336—337.

13 См.: Марченко М.Н. Указ. раб. С. 291.

14 Falk Z. Jewish Matrimonial Law in the Middle Ages. Р. 46.

15 Автономов А.С. Конституционное (государственное) право зарубежных стран: Учеб. — М., 2005. С. 327.

16 См.: Марченко М.Н. Указ. раб. С. 294.

18 См.: Народы мира: Этнограф. очерки. Т. 1. — М., 2000. С. 524.

19 См.: Сафронова Е.С. Государственно-церковные отношения в Израиле. — М., 1999. С. 260.

< Попередня ЗМІСТ

Иудейское (еврейское) право (особенности, источники)

Главная особенность иудейского права заключается в том, что оно является составной частью иудаизма. Это прежде всего проявляется в их общем происхождении, а также в общности их источников. Как известно, источником религии и еврейского права Библия. Нормы иудейского права переплетены с религиозными нормами и преимущественно направлены на определение обязанностей человека как члена еврейской общины. Они регулируют отношения членов иудейского общества к Богу, его законов и заповедей, к религиозным ритуалам, к своему государству, общественных институтов, к другим членам общины и иноверцев.

Следующая особенность иудейского права заключается в том, что для него, в отличие от других правовых систем, характерный мононациональный характер, то есть действие иудейского права распространяется только на одну нацию — евреев. Важнейшим источником иудаизма и еврейского права является Ветхий Завет — часть Библии, которая состоит из нескольких книг, написанных до пришествия Христа. Среди книг Ветхого Завета особое место занимает Тора рассматривается в иудейском праве как своеобразная конституция еврейского народа. Важным источником иудаизма и еврейского права является Талмуд.

Он делится на две основные части: Мишну и Гемара. Мишна — это сборник правил поведения, составленный еврейскими мудрецами в течение первых двух веков нашей эры, в которой закреплены нормы неписаного права, систематизированы различные обычаи, правила морали и законы еврейского народа.

Иудейское (еврейское) право и право современного Израиля

Правовая система Израиля смешанный характер: в ней есть элементы романо-германского и общего права, а также религиозного — иудейского и исламского права. Таким образом, иудейское право стало частью его правовой системы, но не его основой. Это объясняется тем, что правовая система Израиля является территориальным правом, то есть его действие распространяется на всех граждан, проживающих на данной территории. Так Декларация независимости Государства Израиль закрепила принцип, согласно которому Израиль признается еврейским государством. В дальнейшем этот принцип нашел свое подтверждение в ряде законодательных актов, одобренных парламентом — Кнессетом.

С помощью иудейского права решаются вопросы бракосочетания, разводов, материального содержания членов семей, алиментов и управления личной собственностью. Кроме того, регулируются отношения, касающиеся религиозного богослужения и милосердия, интерпретации религиозных концепций (брак и развод иноземных евреев и евреев, проживающих в Израиле).

Иудейское право применяется равинатскимы судами, которые, согласно закону, с 1984 г. Представляет собой составляющими элементами судебной системы Израиля и имеют исключительную юрисдикцию по всем делам, которые касаются браков и разводов, а также некоторых других дел. Равинатские суды действуют на оснований талмудического права.

Особенность правовой системы Израиля заключается в том, что в Израиле иудаизм не провозглашается в качестве государственной религии, однако он играет решающую роль в государственно-политической жизни израильского общества. В Израиле не только официально запрещены браки евреев с неевреями, но и затруднено заключения браков между представителями разных направлений в иудаизме.

< Попередня ЗМІСТ

ПРА́ВО ЕВРЕ́ЙСКОЕ, термин, появившийся в начале 20 в. в кругах ставшей на путь национального возрождения еврейской интеллигенции и применяемый для истолкования Галахи в качестве национально-самобытной правовой системы.

Право еврейское — один из возможных переводов с иврита выражения מִשְׁפָּט עִבְרִי, мишпат иври, где первое слово имеет также значение «суд», «правосудие», «судопроизводство», «решение суда», «закон», «обычай», «суждение» и т. д. и до настоящего времени используется главным образом для обозначения выделяемой из всего корпуса Галахи той ее нормативной части, которая касается отношения человека к другим людям и обществу в целом, а также взаимо­отношений государства и его граждан. Такое словоупотребление многие исследователи считают недостаточно корректным, поскольку сама Галаха никак не отличает эти нормативные установления от остальных и придает всем им без исключения один и тот же, исходящий из повелений Бога и базирующийся на незыблемом фундаменте Письменного Закона, религиозно-ритуальный смысл. Невозможность выделить в Галахе религиозный и светский аспекты, а тем более ритуальную, правовую и моральные части подтверждается Десятью заповедями, где предписания бесспорно религиозные («Да не будет у тебя других богов помимо Меня…») и те, которые по сегодняшней терминологии были бы отнесены к уголовному праву («Не убивай», «Не кради») или к сфере морали («Чти отца и мать твою…»), не только соседствуют, но и имеют одинаковое обоснование и силу. Однако, ввиду того, что в течение многих столетий, когда еврейская общинная жизнь (см. Община) носила теократический характер, а Галаха была единственным и всеобъемлющим законодательством, формальная возможность перенесения на нее пусть и неадекватных современным понятий о праве и правовых нормах сохраняется и используется. Так, правовая сущность усматривается прежде всего в требовании справедливого суда, которому придается первостепенное значение в самых древних религиозных источниках: «Не делайте неправды в суде; не будь лицеприятен к нищему и не угождай знатному; по правде суди ближнего твоего» (Лев. 19:15); «Не отклоняй право неимущего твоего в тяжбе его» (Исх. 23:6), но «И нищему не потворствуй в тяжбе его» (Исх. 23:3) и т. д. Подтверждение важного правового смысла этого требования сторонники еврейского права видят и в том, что оно неизменно подчеркивалось галахическими авторитетами всех последующих эпох, причем с комментариями, которые делают особый упор на полное равенство участников суда. Так, в талмудическом трактате Шву‘от говорится о суде: «Недопустимо, когда один сидит, а другой стоит, когда один говорит сколько хочет, а другого заставляют говорить кратко» (Шву. 30а). Еще более обстоятелен Маймонид: «Недопустимо с одним быть приветливым и говорить мягко, а с другим быть суровым и говорить строго. Если на одном из тяжущихся дорогая одежда, а другой облачен в лохмотья, следует сказать первому: или облачи его в такую же одежду, как на тебе, и тогда мы будем разбирать ваше дело, или сам облачись в лохмотья, как твой противник, и когда вы будете равны, предстанете перед судом» (Майм. Яд., Кн. 14, Законы Синедриона, 21:1–3).

Столь долго выполняемая Галахой законодательная функция требовала и непререкаемого авторитетного обоснования ее установлении, а также целенаправленной кодификационной деятельности в области ее полномочий. Поскольку незыблемой и неприкосновенной основой всех галахических предписаний стал канонизированный приблизительно в 5 в. до н. э. Письменный Закон, источник которого не в традициях или даже непосредственных повелениях Бога, а исключительно в Божественных заповедях, данных еврейскому народу на горе Синай через Моисея, сторонники концепции права еврейского рассматривают его не только как основополагающую религиозную, но и как фундаментальную правовую норму. Вследствие этого становится возможным интерпретировать в качестве официальных источников уже собственно права еврейского, Мишну, затем Мидраши, Тосефту, оба Талмуда (см. также Гемара), поскольку они черпают свой авторитет из Торы, а позднее основывающиеся на последних респонсы, такканот и всю раввинистической литературу, в том числе Шулхан арух. Нормативный (законодательный) характер Галахи существенно облегчил современное правовое прочтение и ряда специфически талмудических проблем. Так, юридический аспект в современном значении слова был обнаружен в крайне важном для Галахи различении между предписаниями ми-де-орайта (законы, содержащиеся или непосредственно извлеченные из Торы) и ми-де-раббанан (постановления, провозглашенные мудрецами от своего имени), хотя в течение многих столетий бескомпромиссная суровость к нарушителям первых и снисходительность во втором случае имели однозначно религиозный смысл — сохранение в неприкосновенности верховного авторитета библейского установления. Аналогичному переосмыслению подверглась талмудическая традиция, в соответствии с которой «мудрецы так же строго следили за исполнением выносимых ими постановлений, как и предписаний Торы» (Бава Меци‘а 55б). Поскольку непререкаемости предписаний Торы больше ничего не угрожало, мудрецы следили еще строже за исполнением своих постановлений (Эрувин 77а), что также имело религиозно-догматическое назначение — обеспечивать неоспоримо законную силу решениям галахических авторитетов всех поколений. Сама Галаха видит источник полномочий мудрецов каждой эпохи не в традициях, требованиях разума или прецеденте, как принято в праве, а исключительно в строго догматическом толковании соответствующих мест Торы (особенно: «Если непостижимо будет для тебя дело разбора между кровью и кровью, между тяжбой и тяжбой и между ушибом и ушибом… приди к священникам, левитам и к судье, который будет в те дни, и расспроси их, и скажут они тебе судебное решение… и точно исполняй все, что они укажут тебе… Не отступай от слов, которые они скажут тебе, ни вправо, ни влево»; Втор. 17:8–11). Стремление к пониманию Галахи в современных терминах права коснулось также таких ее принципов, как «Тора с Небес» и «Тора не на Небесах» (подчеркивающих, что именно Божественное происхождение Библии предопределяет ее земное предназначение, то есть неукоснительное соблюдение ее законов людьми) и важного послеталмудического правила «Хилхата кебатрай» — «Галаха — согласно решению последних» (чисто религиозный смысл которого подтверждается применимостью его только к халахот ми-де-раббанан, а также строгими догматическими условиями, ограничивающими его применение; см. Ахароним; Ришоним). Показательно использование уже почти без оговорок современных понятий «религиозное право» и «вещное право» по отношению к галахической проблематике: первое в связи с принципом иссур (буквально `запрет`), утверждающего недозволенность ни при каких обстоятельствах нарушать халахот, содержащиеся или извлеченные из Торы, второе — применительно к мамон (здесь: `имущество`, `богатство` и т. д.), то есть халахот, касающихся имущественных вопросов (такое обозначение игнорирует принадлежность к иссур также предписаний, имеющих очевидно вещный характер, например, о двойной доле имущества, причитающейся первенцу после смерти отца, а к мамон — постановлений, непосредственно касающихся основополагающих ритуальных норм: например, признание в некоторых случаях и отношениях обязывающей силы контракта, заключенного в нарушение святости субботы). Тем более искусственно сближение иссур с обязательственным правом (где закон требует безусловного и буквального исполнения в гражданском процессе существующих юридических норм), мамон — с принципом диспозитивности (который в определенных случаях представляет сторонам в гражданском деле возможность урегулировать свои претензии друг к другу путем взаимной договоренности, не опираясь непременно на букву закона); диней нефашот (законы, нарушение которых карается смертью) — с уголовным правом, диней кнасот (законы, нарушение которых карается штрафом) — административным и т. д. Исчерпывающий религиозно-ритуальный смысл всех без исключения галахических предписаний и полная подчиненность ему всех других, в том числе правовых, соображений подтверждается тем, что Галаха категорически запрещает евреям обращаться в нееврейские судебные инстанции, каковы бы ни были правовые нормы, которыми последние руководствуются («Всякий, кто обратился к судьям идолопоклонников и к их судебным инстанциям, даже в тех случаях, когда их законы подобны законам Израиля, нечестивец, и он как бы опозорил, проклял и поднял руку на Тору нашего вероучителя Моисея; Майм. Яд., кн. 14, Законы Синедриона 26:7). Это вытекает также из того факта, что, когда Галаха с ликвидацией еврейской автономии судебной (см. также Автономия; Эмансипация) перестала выполнять функцию источника права еврейского, это никак не отразилось ни на одном из ее предписаний: они не только были все сохранены, но и их содержание, значение и толкование остались совершенно теми же. Характерна судьба галахического принципа дина де-малхута дина (его смысл: законы государства, в котором живут евреи, обязательны и для них), сформулированного еще в талмудическом трактате Недарим и толковавшегося галахическими авторитетами ряда последующих поколений главным образом догматически (например, при обсуждении давно потерявшего актуальность вопроса о религиозном обосновании указов древних царей Израиля): когда, начиная с эпохи эмансипации, этот принцип стал и галахическим же оправданием неизбежного обращения евреев в общие суды своих стран, такое его применение одновременно засвидетельствовало, что Галаха совершенно безболезненно переносит утрату законодательных прерогатив.

Эти последние вновь привлекли внимание с созданием еврейского ишува (особенно после принятия Декларации Бальфура), а тем более в ходе борьбы за возрождение еврейского государства в Эрец-Исраэль. Вопрос, каким быть законодательству будущего государства, на основе какой правовой системы оно должно строиться, был особенно актуален из-за запутанности правовой ситуации в Эрец-Исраэль накануне провозглашения государства и из-за единодушного стремления сионистов всех направлений (см. Сионизм) придать всем сторонам жизни и деятельности этого государства национальный еврейский характер. Всеми признавалась невозможность сохранения такого положения, когда действующее законодательство опиралось на разные, порой противоречащие друг другу правовые системы (в одних случаях — на «Меджелу» — сборник турецких законов 1867 г., базирующийся на мусульманском религиозном праве; в других — на оттоманский гражданский процессуальный кодекс; в третьих — на английское право, а положение личности определялось принадлежностью к той или иной религиозной общине и принятыми в ней нормами). Возрождающемуся еврейскому государству предстояло приступить к созданию нового, органичного для него законодательства, и возник вопрос о правовых принципах, на которых оно должно строиться. Возможный ответ на этот вопрос самим своим названием давало созданное еще в 1918 г. в Москве общество «Еврейское право» (среди его основателей — Ш. Айзенштадт, А. Гулак и др.). Намечая создание в Иерусалиме института по изучению и обновлению права еврейского и фундаментальной юридической библиотеки, издание юридической литературы на иврите, особенно обширного труда «Врата еврейского права», который должен был включать «все правовые источники еврейской литературы всех времен» (предисловие к первому сборнику «Еврейское право», М., 1918), общество основную свою цель видело в возрождении права еврейского к практической жизни, в превращении его если не в единственную, то в главную правовую основу законодательства.

Предпринятая накануне и сразу после создания Государства Израиль попытка практически реализовать эту установку, в целом, однако, успеха не имела. Оказались безрезультатными почти все усилия в этом направлении: кампания в пользу еврейского права, начатая в 1946 г. статьей А. Фреймана «Еврейские законы в Эрец-Исраэль», многочисленные выступления Ф. Дайкана (Дикштейна) и его единомышленников, требовавших проведения срочной подготовительной работы по внедрению еврейского права в судебную практику, и, в частности, распространение знаний о еврейском праве среди юристов, создание под давлением сторонников этой идеи специальной комиссии по еврейскому праву при Юридическом Совете, образованном Еврейским агентством после решения ООН о создании еврейского государства в Эрец-Исраэль и мн. др. Этой идее прежде всего воспротивились широкие круги общественности и преобладающее большинство населения страны, серьезно опасавшееся, что возведение Галахи в ранг еврейского права приведет к утрате еврейским государством светского характера и превращению его в теократическое. Концепция еврейского права почти не нашла поддержки среди израильских юристов, отстаивающих идею универсальности права у всех культурных народов в современную эпоху и отвергающих партикуляризм в этой области. С равнодушием отнеслись к предложению возродить к практической жизни еврейское право и ортодоксальные религиозные круги, которые сочли бессмысленной и даже кощунственной идею использования Галахи в качестве основы законодательства светского государства. Вследствие этого и, главное, в силу внутренней несогласованности самого проекта еврейского права для его осуществления требовалось совместить несовместимое: сохранить светский характер еврейского государства и за основу законодательства этого государства взять Галаху; приспособить галахические нормы к условиям функционирования современного светского государства и оставить в неприкосновенности галахические пути внесения любых изменений и новшеств в галахические установления (то есть санкционирование их высшими религиозными авторитетами); обеспечить максимально близкий к Галахе характер нового законодательства в государстве в условиях очевидной галахической неправомочности Кнесета — высшего законодательного органа государства и мн. др. То, что называется еврейским правом, могло быть, таким образом, практически внедрено в жизнь лишь одним из двух способов: посредством секуляризации Галахи, что на деле означало бы ее ликвидацию в том качестве, в каком она существовала и функционировала на протяжении многих столетий, либо путем превращения Израиля в теократическое государство, результатом чего, однако, было бы не торжество еврейского права, а вытеснение права религией. Поскольку приверженцы проекта еврейского права и не хотели и не могли согласиться ни с одним из этих последствий, они, не оставляя упреков в адрес израильского законодательства и судебной практики в недостаточно еврейском духе, сосредоточились в основном на изучении, систематизации, каталогизации и комментировании с современной правовой точки зрения необозримой галахической и раввинистической литературы (в рамках созданного в 1963 г. при Еврейском университете в Иерусалиме Института по исследованию еврейского права, кафедры еврейского права этого же, а также некоторых зарубежных университетов, например, в Нью-Йорке). Центральная роль здесь принадлежала профессору М. Элону, раввину, автору четырехтомного труда «Еврейское право», который до 1993 г. был заместителем председателя Верховного суда Израиля.

Вместе с тем, Государство Израиль не отворачивается от всех давних и укорененных иудаизмом в быту народных традиций, если они без ущерба вписываются в современные условия жизни и не препятствуют полноценному участию страны в мировом социальном, экономическом и культурном прогрессе. Вследствие этого, а также той роли, которую иудаизм играл в жизни народа на протяжении всей еврейской истории и продолжает играть сегодня для значительных слоев, религия в Израиле не отделена от государства и сохраняет определенное влияние в некоторых, в том числе правовой, сферах. В частности, семейное право, особенно вопросы брака и развода, в основном остаются прерогативой раввинских судов (см. Бет-дин; см. также Государство Израиль. Судебная система), которые решают их в строгом соответствии с Галахой. Согласно требованиям Галахи обеспечивается также установленное законом обязательное соблюдение кашрута в Армии Обороны Израиля (см. Кашрут), статус субботы в качестве общегосударственного выходного дня и главных религиозных праздников как нерабочих дней. Поскольку возведение через принятую юридическую процедуру некоторых религиозных установлении в ранг государственных законов не создает никакого специфического светского еврейского права, а представляет собой легитимацию в определенных пределах прямого влияния религии на государственную и общественную жизнь, вопрос о месте религии в Государстве Израиль в целом был и остается предметом острых разногласий. Ортодоксальные религиозные круги (харедим), составляющие не более 15% населения, требуют абсолютного приоритета Галахи над государственным законодательством, а самые крайние их представители открыто стремятся превратить страну в теократическое «государство Галахи». Особенности избирательной системы в Израиле (см. Государство Израиль. Государственное устройство), которые делают необходимым создание после парламентских выборов правительственных коалиций, обладающих весьма незначительным, как правило, большинством, позволяет ортодоксальным религиозным кругам через свои политические партии (Агуддат Исраэль, Шас, Дегел ха-Тора /см. Государство Израиль. Политическая жизнь, партии/, в некоторых отношениях Мафдал /см. Национальная религиозная партия/), хотя их представительство в Кнесете почти никогда не достигало и 15%, добиваться определенных уступок в этом направлении. Так, в 1990 г. Агуддат Исраэль за согласие войти в правительственную коалицию потребовала и получила от Ликкуда обязательство провести через Кнесет законы, запрещающие производство и продажу свинины в стране и рекламу, в которой используется даже частичное изображение обнаженного женского тела, а также законы, ставящие почти под полный запрет аборты и еще более ограничивающие движение общественного транспорта по субботам (немалые уступки удавалось получить этим партиям в прошлом и от Ма‘араха). Выступающая с противоположных позиций группа населения, чьи требования полной секуляризации законодательства касаются и семейного права, также относительно невелика. Значительное же большинство еврейского населения Израиля отвергает обе эти крайности; решительно выступая против попыток превратить страну в теократическое государство, оно, однако, считает, что для еврейского государства необходимо сохранение ряда идущих от иудаизма традиций, но уже в качестве не столько религиозных, сколько национальных. Такая компромиссная позиция находит выражение в так называемом статус-кво (см. Государство Израиль. Религиозная жизнь).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *