Генерал лейтенант дейниченко на митинге

Защита обвиняемых по делу о массовых беспорядках на Болотной площади изменила тактику. Сначала свидетеля, полковника, отвечавшего за обеспечение общественного порядка на Болотной площади в день столкновений демонстрантов и полиции 6 мая 2012 года, одолевали неожиданными вопросами. Интересовало все: оценки по географии, наличие слабоумия. Но и точных ответов в результате такого разброса интересов получить не удалось. Вчера за дело взялись обстоятельно, но тут уже помешала судья, после нескольких признаний Дейниченко она перенесла заседание «по служебной необходимости».

Два дня Дейниченко отвечал на вопросы фигурантов «дела двенадцати» и их адвокатов. Защита пытается разобраться в одном из ключевых моментов тех событий: почему цепочка полицейских оказалась около Большого каменного моста, что, по их мнению, привело к «сидячей забастовке», а потом и к прорыву оцепления. Вопросы задавались вразнобой, без особой системы, и Дейниченко отвечал уклончиво, при каждом удобном случае отсылая спрашивающих к плану охраны порядка в Москве 6 мая 2012 года.

В результате 10 июня, судья Наталия Никишина остановила заседание на вопросах адвоката Сергея Кривова Вячеслава Макарова, с него вчера и начали. Он тут же закидал Дейниченко географическими вопросами о расположении сквера в границах Болотной площади, хотя свидетель уже подтвердил, что сквер именно в ее границах и находится, а также об экипировке резерва. Макаров интересовался, известно ли Дейниченко что-либо о провокаторах в масках в рядах полиции («ваше предположение — абсурд») и предусматривал ли план охраны общественного порядка стрельбу на поражение по митингующим («у нас и оружия-то огнестрельного не было на митинге»).

Через час, фактически прервав Макарова на полуслове, в допрос вступил адвокат Марии Бароновой Сергей Бадамшин, и действо приобрело системный характер. Он заявил ходатайство об оглашении «трех групп документов»: 1) документы, посвященные организации мероприятия 6 мая и разъясняющие границы Болотной площади, 2) графическая и текстовая информация, размещенная на официальном сайте ГУ МВД (расположение рамок металлодетекторов, маршрут движения), 3) допрос свидетеля – «из-за существенных противоречий».

— Свидетель не может на все отвечать и уже путается в показаниях, — заявил Бадамшин.

— Допросу на третьи сутки пора придать более содержательный, осмысленный и целенаправленный характер. У нас есть группа вопросов в связи с этими документами, — поддержал адвокат Николая Кавказского Вадим Клювгант.

— Сторона обвинения уже представляла план-схему, — напомнил прокурор Алексей Смирнов, — ее можно предъявлять свидетелю. Если защита усматривает противоречия, обвинение не возражает . В отношении всех остальных документов обвинение возражает: наша стадия представления доказательств. Свидетель в течение уже трех допросов дал показания, ходить по кругу и задавать одни и те же вопросы мы считаем нецелесообразным.

Судья Никишина ходатайство защиты удовлетворила частично (на это слово она сделала особое ударение): «Огласить протокол допроса свидетеля от 3 сентября 2012 года, справку , ответ следователю из управы района Якиманка по общему вопросу расположения места проведения мероприятия». В остальной части – отказать.

«При подготовке шествия 4 февраля 2012 года организаторы заявили 25 000 человек, а в мае – только 5000, поэтому открывать сквер им. Репина на Болотной площади для демонстрации не планировалось. Вопрос использования сквера на совещании с организаторами 4 мая не обсуждался, доступ в сквер они не просили. Заявленные в мае 5000 человек без труда разместились бы на предложенной площади», — говорится в протоколе допроса Дейниченко, который фактически слово в слово повторяет подписанную им справку от 6 мая 2012 года. В то же время из оглашенного ответа префектуры ЦАО Москвы следует, что согласована для митинга была вся Болотная площадь.

— Видите ли вы какие-либо изъятия части Болотной площади из согласования? – спросил Бадамшин.

— Нет, — ответил Дейниченко.

— Подтверждаете, что правительством Москвы была согласована именно Болотная площадь, а не какая-то ее часть?

— Да.

Затем тщательному разбору подверглась справка Дейниченко, в ней говорится, что 6 мая телесные повреждения получили 28 сотрудников полиции и внутренних войск, четырех из них госпитализировали. В начале процесса гособвинение называло другие цифры: 53 потерпевших сотрудников полиции, а по данным Вадима Клювганта, на стадии ознакомления с делом речь шла о 82 потерпевших (семь из которых – юридические лица).

Нашлись в ней другие спорные моменты: там указано, что колонна во главе с Удальцовым и Навальным «выразила намерение пройти к Большому каменному мосту», «митинг на Болотной площади не являлся для организаторов самоцелью», но еще до начала акции «из интернета стало ясно, что будут прорываться на Большой каменный мост».

— Из оглашенных показаний нет ничего того, о чем мы услышали здесь : что раздавались призывы «прорывай», следовать на Большой Каменный мост и в сторону Боровицкой площади, — попросил его объяснить противоречия в показаниях Вадим Клювгант. — Почему в суде вы говорите об этом, а в документах по горячим следам нет?

— Справка — это свободная форма, там нет пунктов, на которые надо отвечать. В протоколе допроса был процитирован документ, который ранее мной был подписан, — ответил Дейниченко. Он сам справку не составлял, ее подготовил оперативный штаб, а он только прочитал и подписал ее.

— А эти сведения тогда вы не считали важными?

— Не считал.

— Вы за эту справку отвечаете? – позднее спросил его Сергей Кривов, все три дня допроса проявлявший особую активность.

— Нет.

Уже под конец Дейниченко заявил, что примерно в 16:00 (точнее он сказать не смог) один из организаторов митинга активист «Солидарности» Петр Царьков предупредил его о «возможной провокации» с проносом палаток на митинг, к которой организаторы отношения не имеют. «Я так понял эта информация относилась к Митюшкиной и тем, кто возле сцены работал. Он сказал: смотрите здесь. Царьков как законопослушный гражданин сообщил, что, возможно, будут провокации, попытка устанавливать палатки, поэтому внимательно проверяйте то, что здесь завозится», — заявил полицейский. Макаров предлагает спросить Царькова лично, был ли такой разговор, но Никишина отказала и сидящий в зале активист решил выступить сам: «Этот человек — лжец, он будет сидеть! Он даже не подходил к организаторам на митинге!». За выкрик Никишина попросила его выйти из зала и он ушел.

После инцидента несколько вопросов про насилие полицейских в отношении митингующих попытался задать Кривов, но судья решила их снять. Останавливала Никишина и Владимира Акименкова, намеренного узнать у высокопоставленного полицейского, был ли тот на совещаниях в Администрации президента. «Я сам был свидетелем того, как полиция..», — продолжил Акименков, но закончить судья ему не позволила: «Значит, вопросов нет, присядьте». «Вы мешает мне задавать вопросы!» — воскликнул Акименков, за что получил от Никишиной замечание за пререкания с председательствующим. А услышав, что Макаров собирается заявить еще ходатайство об оглашении плана сохранения общественного порядка 6 мая 2012 года (по версии защиты, решение об установке второй линии металлоискателей было принято накануне митинга без уведомления организаторов), так и вовсе перенесла процесс: «Защита перешла все границы по вопросам при допросе одного свидетеля, и по служебной необходимости я откладываю заседание на вторник».

***

6 мая 2012 года согласованная акция против фальсификаций на выборах переросла в столкновения с полицией. Выделенное «дело двенадцати» о массовых беспорядках на Болотной площади сейчас рассматривается Замоскворецким райсудом. Николая Кавказского, Леонида Ковязина и Владимира Акименкова обвиняют в участии в массовых беспорядках (ч.2 ст.212 УК — до восьми лет лишения свободы), Марию Баронову – в призывах к ним (ч.3 ст.212 УК — до двух лет лишения свободы), а остальных — Андрея Барабанова, Степана Зимина, Дениса Луцкевича, Ярослава Белоусова, Артема Савелова, Сергея Кривова, Александру Духанину и Алексея Полиховича – и в участии в массовых беспорядках, и в насилии в отношении представителей власти (ч.1 ст.318 УК — до пяти лет лишения свободы).

Все знают, что «не ошибается тот, кто ничего не делает», но немногие умеют правильно воспринимать свои неудачи. Особенно если они случились на рабочем месте. Как объясниться с начальником, сохранив душевное равновесие и веру в свои силы, и извлечь из ситуации максимум полезного? Советы психологов изучал обозреватель портала www.interfax.by.

1. Постарайтесь лично сообщить о допущенной вами ошибке. Повинную голову меч не сечет. Поэтому гоните прочь малодушные мысли: «Может быть, никто не заметит?» и «Может быть, все обойдется?» и ни в коем случае не бездействуйте в ожидании, когда грянет гром. Не медлите с сообщением об ошибке, если она может иметь серьезные последствия.

В любом коллективе найдутся охотники доложить руководству о промахах своих коллег, и ваша задача – опередить «доброжелателей». Вовремя повинившись перед начальником, вы демонстрируете ему, что вы ответственный, переживающий за общее дело работник и, самое главное, сильный человек. Кроме того, вы сводите к минимуму вероятность того, что шеф обрушит на вас свой гнев в присутствии других сотрудников. Ваше самолюбие будет менее задето, если он начнет распекать вас с глазу на глаз.

2. Смиритесь с мыслью, что вам придется понести наказание. Большинство людей не спешат признаваться в своих неудачах (а значит, теряют драгоценное время на их устранение), потому что боятся наказания. Осознавая это, вы наверняка сможете одержать верх над страхом быть наказанным.

3. Настройтесь на непростой разговор. Прежде чем предстать перед руководителем, попытайтесь успокоиться и собраться с мыслями. Дайте себе установку говорить ясно и четко, а также следить за тем, чтобы темп речи был равномерным, а интонация – уверенной. Запомните, что вам нельзя извиняться и оправдываться: признаки робкого поведения могут повредить вам. Также недопустимо перекладывать свою вину на других сотрудников.

Что бы вы ни услышали в свой адрес от начальника, признавайте его право на негативные эмоции, не перебивайте, демонстрируйте миролюбие и вежливость. Если вы утратите самообладание и тем более хлопнете дверью, вам с шефом будет трудно найти совместное решение проблемы. Поэтому дождитесь момента, когда страсти улягутся и можно будет вести деловой разговор.

4. Сохраняйте психологическое равновесие и устойчивость. Для того чтобы обуздать волнение, следите за тем, чтобы ваше дыхание было глубоким и ровным, а мышцы не напрягались. Позаботьтесь о своей эмоциональной неуязвимости. Например, вы можете представлять себя сосудом, доверху заполненным радостью и уверенностью в себе.

Если шеф начнет метать громы и молнии, не пытайтесь успокоить его командами: «Не кричите на меня!», «Да не волнуйтесь вы так!» – спровоцируете новую вспышку гнева. Как можно чаще называйте негодующего начальника по имени-отчеству, вербализируйте его чувства («Вы имеете полное право сердиться на меня», «Я понимаю, как вы расстроены» и т.п.) и пытайтесь замедлить его темп речи: задавайте вопросы, просите повторить ту или иную фразу.

Пока руководитель дает выход своим негативным эмоциям, сосредоточьтесь на том, чтобы сберечь свое хорошее настроение и веру в себя. Окружите себя мысленным щитом, представляйте босса в смешном или нелепом образе, попытайтесь разрядить атмосферу шуткой, а главное – не отождествляйте себя с обвинениями в свой адрес (мысленно говорите себе: «Проваленные переговоры с партнерами – это не я», «Неполный отчет – это не я» и пр.). Ищите рациональное зерно даже в чрезмерной или несправедливой критике.

5. Признавайте свою вину и не соглашайтесь отвечать за чужие ошибки. Если начальник преувеличивает степень вашей вины, обязательно постарайтесь убедить его, что он не прав. Подготовьте весомые аргументы, которые позволят вам добиться цели.

Попытки сделать из вас мальчика (девочку) для битья пресекайте. Например, можете сказать: «Я готов(а) понести наказание, но только за свои упущения и ошибки». Данная фраза даст шефу понять, что от участи без вины виноватого (виноватой) вы будете открещиваться самым решительным образом. Увидев бесперспективность своей затеи, он, скорее всего, откажется от нее.

6. Не переусердствуйте с самокритикой. Самобичевание и тем более самоуничижение делу не помогут, а вот вашему авторитету в глазах начальника и коллег повредят. Вы рискуете в будущем быть в числе первых претендентов на роль козла отпущения. Поэтому, если вы ощущаете потребность посыпать голову пеплом, в отчаянии заламывать руки и биться головой о стену, дождитесь удобного момента, чтобы сделать это без свидетелей.

В разговоре с начальником лучше ограничиться фразой «Я очень сожалею, что допустил(а) ошибку. Мне есть над чем поработать». Причем ее важно произнести, сохраняя чувство собственного достоинства.

7. Объясните в деталях, как вы собираетесь исправлять ошибку. В ваших интересах приступить к обсуждению данного пункта как можно скорее: начальник быстрее сменит гнев на милость, когда разговор перейдет в деловое русло. Заранее продумайте, какие быстрые и эффективные способы устранить последствия ошибки (если это возможно в принципе) вы готовы предложить. Обязательно пообещайте избегать подобных промахов впоследствии и акцентируйте внимание на том, что из сложившейся ситуации вы извлекли ценный опыт, который обязательно пригодится в будущем.

8. Попросите дать вам совет, если действительно нуждаетесь в нем. Постарайтесь объективно оценить свои возможности. Если для решения проблемы вам недостает знаний или опыта, признайтесь начальнику в том, что нуждаетесь в содействии. Не опасайтесь за свою деловую репутацию – ее гораздо легче испортить неудовлетворительной «работой над ошибками», чем просьбой дать совет или порекомендовать, к какому специалисту обратиться за помощью.

9. Не берите на себя обязательств, которые не сможете выполнить. Стремление поскорее «загладить вину», взвалив на себя дополнительный объем работы, будет ошибкой. Не поддавайтесь этому порыву – продолжайте выполнять свои прямые обязанности, прилагая максимум усилий к тому, чтобы добиться высоких показателей.

10. Воспринимайте сложившуюся ситуацию как возможность приобрести полезный опыт. Способность учиться на своих ошибках очень ценна. Правильно воспринятые промахи могут помочь в конечном итоге добиться успеха. Проанализируйте причины, которые не позволили вам быть на высоте при решении конкретной рабочей задачи, примите меры к их устранению – и в следующий раз у вас будут шансы не только показать хороший результат, но и, возможно, даже превзойти ожидания начальства.

Также принимайте в расчет тот факт, что реакция на вашу ошибку со стороны руководства и коллег сродни «моменту истины»: она позволяет оценить подлинное отношение к вам. Право на ошибку признают лишь в коллективе-команде, члены которого всегда придут на помощь, а мудрый лидер не позволит себе глумиться над подчиненным из-за его оплошности.

Ирина Барейко

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *