Как себя вести в сизо?

Одна из прошлых публикаций (см. «Солидарность” № 12, 2018) была посвящена избранию для подозреваемого меры пресечения. И если она не связана с содержанием под стражей, то все более или менее ясно. На свободе можно продолжать жить текущей жизнью. Конечно, она сильно изменится ввиду уголовного дела, но внешне все останется на своих местах.

В случае домашнего ареста свобода сильно ограничена, однако бытовые моменты не претерпят изменений. Будет семья рядом и круглосуточная возможность общаться с адвокатом. Но мы не рассматриваем эти меры пресечения. Они слишком просты. Мы попытаемся показать ту, что в корне меняет жизнь обвиняемого.

Речь пойдет о содержании под стражей, в СИЗО. Как вести себя? Что говорить? Где спать? Как есть? Ведь теперь вы (а я призываю всех представить себя на месте обвиняемых, их становится все больше) — часть этого мира, как бы ни хотелось думать иначе. Мы не ставим целью дать прямые советы, как вести себя в подобной ситуации, но, описывая ряд моментов из жизни российских тюрем, хотим подвигнуть к некоторым размышлениям.

ПОДГОТОВКА: ИЗОЛЯТОР, «ОДИНОЧКА”, ПСИХОЛОГИЯ

Как мы говорили ранее, перед СИЗО каждый подозреваемый на день-два попадает в изолятор временного содержания (ИВС), будучи задержанным по воле следователя на срок до 48 часов. И уже здесь вас может поджидать потенциальная опасность. Так, в одном из ИВС Пермского края сидел некий дядя Витя. Он заезжал сюда уже явно не в первый раз. У вновь прибывшего интересовался статьей, о 159-й (мошенничество) говорил:

— Интеллектуал! Серьезная статья и на зоне уважаемая.

О своей же отвечал, что 158-я (кража, она же «воровайка”). Дядя Витя подробно рассказывал, что он сделал и с чем попался. А также о себе. Он — старый рокер, любитель Deep Purple и Black Sabbath. Несколько лет назад сидел в камере с мэром одного из городов тогда еще Пермской области. Потом расспрашивал, что собеседник натворил, думает ли признаваться и прочее. Тот, видя деятельное участие, выкладывал ему все и просил совета как у более опытного арестанта. Дядя Витя вздыхал и рекомендовал во всем признаться, а чтобы «скостили” срок — сдать подельников.

Как стало известно позже, почти все попавшие за последние несколько лет в этот ИВС, познакомились с дядей Витей.

— Он тебе про Pink Floyd рассказывал? А про то, что он с мэром сидел и тот — мировой мужик? — спрашивал упоминаемый выше собеседник уже через год вновь прибывшего в камеру СИЗО, также проведшего пару дней до того в том ИВС.

— Да. Я все это вчера слышал точно такими же словами! — кипятился новоиспеченный зэк. — Как так? Я ему сигарет оставил, колбасы. Мы с ним так хорошо по душам поговорили!

— Многие с ним поговорили…

И таких «дядей Витей” немало. В колонию их не отправляют, поскольку арестантская масса подобных попросту задавит, вот и отбывают они срок в изоляторах, посильно помогая следствию.

А после суда по мере пресечения подозреваемый попадает в СИЗО — вотчину Федеральной службы исполнения наказаний. В зависимости от транспорта и конвоирующей службы вы будете ехать, скорее всего, внутри обычной машины, но в тесном «стакане” для перевозки злоумышленников. Из него ничего не видно, и шлюз при въезде в СИЗО останется незамеченным.

При попадании в изолятор конвой «сдает” вас сотрудникам ФСИН, которые учиняют полный обыск. Некоторые личные вещи разрешают взять с собой, а многие отправляют на вещевой склад.

Для начала, возможно, вас на неделю поместят в «одиночку”. Наверное, чтобы вы вспомнили (если читали «Былое и думы”) слова одного из российских заключенных XIX века, Александра Герцена: «К тюрьме человек приучается скоро, если имеет сколько-нибудь внутреннего содержания. К тишине и совершенной воле в клетке привыкаешь быстро”.

Потом вызовет на беседу один из сотрудников. У него можете спросить, почему вы сидите один.

— Так положено, — ответят вам. — Кто впервые — до десяти дней помещается в карантин. Кто-то наверху диссертацию написал на эту тему, и мы обязаны выполнять. — Тебя всерьез разрабатывают (привыкайте к обращению на «ты”). Ты лучше им не перечь, а то упекут куда-нибудь в Мордовию…

Потом вызовет психолог. В одном из изоляторов это был жирный тип, с которого так и хотелось снять тюремный камуфляж и переодеть в костюм забойщика скота. Он пытался оказать обвиняемым психологическую помощь следующим образом:

— Тебе капец (в действительности было произнесено схожее по звучанию нецензурное слово)! Какие у тебя статьи? Кто тебя курирует? Тебе полный капец! Ты только не вешайся.

— Да я и не думал…

— Я б на твоем месте подумал!

Кажется, он сам нуждался в срочной помощи психиатра. Коллеги-психологи тут не справились бы. Он давал заполнить тесты, обещал результаты через неделю. И напоследок напутствовал:

— Это капец! Это полнейший капец!

Сидеть в «одиночке” наедине со своими мыслями не очень приятно. Некому отвлечь хоть болтовней. В некоторых изоляторах по радио часами зачитывают правила внутреннего распорядка. В других настроена одна из радиостанций, что, конечно, позволяет говорить о руководстве данных СИЗО как о настоящих гуманистах.

Думаю, что «одиночка” и намек на Мордовию — не что иное, как элементы давления. В расчете на то, что, попав в камеру, поев баланды и услышав про финно-угорские леса, арестант сменит свое начинающееся упорство на покладистое поведение.

А баланду подают что надо. Любимые мраморные стейки, спагетти и свежевыжатые соки сменит перловка, по-тюремному — «болты”, бикус — месиво из вареной картошки с капустой, жареная селедка и прочее «сбалансированное питание”.

По одиночной камере можно сделать не более шага. Чтобы не свихнуться, придется ходить из угла в угол, отмеряя этот шаг.

Поскольку профсоюзная деятельность относится к руководящей, то, скорее всего, профлидер будет обвиняться по одной из «интеллектуальных” статей УК — 159-й («Мошенничество”), 160-й («Присвоение или растрата”), 201-й («Злоупотребление полномочиями”), 204-й («Коммерческий подкуп”) или подобным. Следствие и суд по ним идут долго — запасайтесь терпением и готовьтесь сидеть год, а то и два. И это только в СИЗО.

ОСОБЕННОСТИ БЫТА И КОНТИНГЕНТ

После «одиночки” вас переведут в более обширную камеру или, как тут говорят, «хату”. И вы наконец увидите собратьев по несчастью. Камеры бывают разные — от 2 до 16, а кое-где до 50 и более мест в зависимости от СИЗО и города. Есть — с горячей водой и неплохим ремонтом. Но частенько встречаются и настоящие темницы, помнящие узников екатерининских времен.

На свободе кажется, что тюрьма — это средоточие отбросов общества, уголовников и бандитов, готовых за неосторожно сказанное слово убить соседа по шконке. Именно такой образ рисуют сериалы про доблестных правоохранителей и прочая низкопробная продукция отечественной киноиндустрии.

При всей специфичности криминального элемента, скажу, что это не так. Там, на свободе, они могут насиловать или грабить. Здесь, в тюрьме, — это обычные люди, ничем от находящихся по ту сторону забора не отличающиеся. Стефан Цвейг попал в десятку, говоря, что вор действительно вор только в тот момент, когда ворует, а не два месяца спустя, когда его судят за преступление.

Тюремная камера — весьма тесный кусок поверхности планеты, уставленный двухэтажными шконками, на котором волей-неволей (точнее, только неволей) вынуждены уживаться несколько представителей «высшего разума”. Как гласит одна арестантская мудрость, тюрьма — это место, где ограниченность пространства восполняется избытком времени.

Хочешь не хочешь, приходится вступать во взаимодействие, вести совместное хозяйство, делить туалет, умывальник, холодильник и телевизор. Последние два предмета принадлежат арестанту, как правило, одному и тому же. В каждой камере свои — жесткие или не очень — правила. Продукты хранятся отдельно или в общем месте. Стало быть, и прием пищи — сепаратный или совместный. Просмотр телевизора — по усмотрению хозяина оного или по большинству мнений в камере. Ведь всегда двоим нужно смотреть футбол, троим — кино, еще четверым — новости или ток-шоу. В проигрыше остаются любители тишины. Остальные — силой или путем консенсуса приходят к какому-то мнению.

Контингент разный. Половина — обвиняемые по ст. 228 и 228.1 (незаконный оборот наркотических средств), обычно молодые люди. Согласно правилам, в СИЗО заключенные содержатся раздельно в зависимости от категории преступлений и рецидива. Профлидер точно не разделит камеру с обвиняющимися по ст. 105 УК («Убийство”) и ч. 4 ст. 111 («Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшего”). Отдельно содержатся обвиняющиеся в преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности (ст. 131 — 135 УК РФ). Не пересекутся пути и с рецидивистами, то есть попавшими за решетку с непогашенной судимостью на руках. С этими «преинтереснейшими личностями” можно пообщаться во время выездов на следственные или судебные мероприятия.

Так, один интеллигент в очках ехал в одном «стакане” с арестантом по кличке Шишига. Тому, как и очкарику, было 35 лет, но выглядел он лет на 50 с лишним и обладал голосом крайне хриплого тембра. Несмотря на возраст, далекий от пожилого, он был матерым каторжанином и сидел в тюрьме уже третий раз. Сейчас, впрочем как и раньше, он обвинялся в совершении преступления по ч. 2 ст. 105 УК (убийство двух и более лиц).

Интеллигент, пытаясь завести разговор, вспомнил однокурсников из населенного пункта, откуда был Шишига, и, учитывая одинаковый возраст, спросил, не знаком ли он с ними. В ответ тот попытался узнать, кто они. В смысле, в криминальном мире.

— Никто, наверное, — неуверенно ответил представитель интеллектуальной элиты.

— Знаешь, — пытался объяснить Шишига, — я общаюсь только в кругу серийных убийц, потому что остальные меня давно не понимают. И я их тоже не понимаю. Мы как бы из разных миров. Так что немудрено, что мне твои друзья не знакомы.

— А голос у тебя почему такой хриплый?

— В девяностых я «Антильдом” для стеклоомывателей барыжил. Его вместо спирта пили. Денег заработал тогда, но голос потерял.

— Скажи, — интеллигент задал ему осторожно еще один вопрос, — а тех троих ты зачем пришил?

— Слишком много разговаривали! — Это в переводе на русский.

В конце апреля адвокат АП Ленинградской области Евгений Тонков обратился в суд с административным иском (есть у «АГ») к ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области «Кресты» по поводу многочисленных проблем в посещении адвокатами своих подзащитных, содержащихся в следственном изоляторе.

В своем административном иске адвокат указал, что защищает гражданина Б., который содержится в этом СИЗО. Со ссылкой на ряд положений законодательства и разъяснения высших судебных инстанций защитник напомнил, что при оказании квалифицированной юридической помощи по уголовному делу адвокат обязан встречаться с подзащитным для ее непосредственного оказания, в том числе для согласования позиции по делу, консультирования, разъяснения прав и обязанностей, оказания помощи в написании процессуальных документов, в том числе в период содержания подзащитного под стражей. Соответственно, свидания с адвокатом не могут быть ограничены по количеству и продолжительности.

Таким образом, Евгений Тонков подчеркнул, что ему, как адвокату Б., «необходимо частое, еженедельное общение с подзащитным для целей оказания ему квалифицированной юридической помощи, обеспечения гарантий соблюдения его конституционных прав».

Он также пояснил, что организация посещения «Крестов» базируется на двух способах записи: посредством сервиса «электронной очереди» либо «живой очереди» у бюро пропусков. В связи с этим защитник сообщил, что 22 апреля он прибыл в «Кресты», чтобы занять очередь из-за невозможности записаться на свидание с доверителем по Интернету из-за отсутствия свободных мест в электронной очереди. Несмотря на заполнение требования на вызов и получение соответствующего номера в «живой очереди», адвокат не смог увидеться с Б. В тот же день защитник предпринял очередную попытку записаться на свидание с подзащитным через электронный сервис – ближайшей датой оказалось лишь 30 апреля.

24 апреля Евгений Тонков вновь прибыл в следственный изолятор, но опять не смог попасть к доверителю из-за введения в учреждении санитарного дня. При этом на сайте «Крестов» сообщалось, что такая мера вводится до особого распоряжения ввиду пандемии коронавируса, поэтому посещение по пятницам заключенных невозможно. Тогда же адвокат направил руководству изолятора заявление об обеспечении доступа к доверителю, но до сих пор не получил ответа.

«Несмотря на наличие 150 кабинетов, в учреждении сложилась порочная практика, согласно которой практически работало лишь 25 кабинетов согласно количеству мест в «электронной очереди”. В апреле 2020 г. учреждение, вопреки действующему законодательству, прекратило предоставлять адвокатам конфиденциальные свидания наедине с подзащитными. Вместо конфиденциальных свиданий все общение адвокатов с подзащитными было организовано посредством телефонных переговоров и визуального общения через стекло. Такой способ общения с адвокатом предусматривает сплошную аудиозапись переговоров и дальнейшую передачу этой аудиозаписи оперативным сотрудникам и следователям», – отмечено в административном иске.

Адвокат добавил, что в настоящее время СИЗО заполнено до пределов, в нем содержится около 3,6 тыс. человек. Однако администрация «Крестов» не исполняет свои обязанности по организации свиданий заключенных с их адвокатами. «Более того, администрация учреждения существенно сократила возможность свиданий адвокатов с подзащитными, объявив каждую пятницу санитарным днем без определения сроков. Бездействие администрации учреждения явилось причиной нарушения моих профессиональных прав и прав моего подзащитного», – указано в административном иске.

Защитник также отметил, что нигде в России не вводилось чрезвычайного положения, поэтому ограничение права на свидания с адвокатом недопустимо. В связи с этим Евгений Тонков просил суд признать незаконными факты недопуска его к подзащитному 22 и 24 апреля, установление в СИЗО пятничного санитарного дня, бездействие администрации пенитенциарного учреждения в части ненадлежащего обеспечения доступа адвокатов к подзащитным, а также обязать административного ответчика принять соответствующие меры для устранения указанной проблемы.

В комментарии «АГ» Евгений Тонков отметил, что с недавнего времени в СИЗО «Кресты» помимо живой и электронной очередей из адвокатов существует еще очередь из следователей, оперативных сотрудников и неустановленных лиц. «Сотрудница бюро пропусков «Крестов” неоднократно заявляла, что теперь ее коллеги до обеда оформляют пропуска только для следователей и оперативных сотрудников, после обеда – для лиц, записавшихся в «электронную очередь”, а адвокатов из живой очереди будут запускать в СИЗО по остаточному принципу», – рассказал он.

Адвокат также сообщил, что 27 апреля записаться в электронную очередь стало практически невозможно. «Все места уже заняты на месяц вперед, что позволяет предположить их несправедливое распределение. Руководством СИЗО нарушаются нормы уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательств, что приводит к массовому нарушению профессиональных прав адвокатов», – уверен Евгений Тонков.

Защитник со скепсисом относится к перспективе судебного рассмотрения своего административного иска. «Считаю необходимым привлечение внимания общественности к безобразному администрированию в СИЗО, приводящему к ущемлению профессиональных прав адвокатов. Мне стало известно, что в «Крестах” создана специальная электронная очередь для сотрудников силовых ведомств, которые по ней будут проходить раньше адвокатов. Такой дискриминационный подход разделяет посетителей следственного изолятора на касты, где в качестве «новых дворян” администрация учреждения рассматривает следователей и оперативных сотрудников, а адвокатов теперь запускают в СИЗО во вторую очередь. Причем непрозрачно организованная коммерческим ООО электронная очередь создает коррупционные возможности для противоправных манипуляций», – полагает Евгений Тонков.

Как сообщил «АГ» член Совета АП Санкт-Петербурга Александр Чангли, Совету палаты известно о наличии проблем, связанных с посещением «Крестов». «Действительно, в связи с эпидемиологической обстановкой и переводом в «Кресты” следственного изолятора № 6 «Горелово” в настоящее время у адвокатов существуют сложности с посещением находящихся там подследственных. Это связано с изменением порядка проведения свиданий между адвокатами и их клиентами, которые сейчас проводятся через стекло, посредством телефонной связи. Тем не менее ситуация в ближайшее время должна быть разрешена. По информации, полученной руководством палаты от начальника учреждения Владимира Ивлева, 29 апреля к действующим 24 кабинетам дополнительно введены 11 кабинетов для свидания адвокатов со своими доверителями, а 30 апреля будут введены еще 12 кабинетов», – отметил он.

Александр Чангли добавил, что с начальником СИЗО уже достигнута договоренность о том, что он возьмет под личный контроль ситуацию с посещениями адвокатами следственного изолятора, а введенный санитарный день будет перенесен с пятницы на субботу. «В настоящее время готовится к подписанию соглашение о взаимодействии между АП Санкт-Петербурга и администрацией «Крестов”, которое позволит разрешить возникающие у адвокатов вопросы, связанные с посещением изолятора, ускорить и упростить получение необходимых документов и справок, оптимизировать работу адвоката в следственном изоляторе», – пояснил он.

Вице-президент АП Ленинградской области Денис Лактионов назвал вопиющей ситуацию по проблеме допуска адвокатов к заключенным. «Она требует скорейшего разрешения ввиду нарушения конституционных прав заключенных на защиту и препятствия профессиональной деятельности адвокатов. Я сам уже более трех недель не могу попасть к своему доверителю в «Кресты”. 29 апреля я в очередной раз безуспешно пытался попасть в этот следственный изолятор, в котором запись расписана на несколько недель вперед. Введение пятничного санитарного дня – это попрание всякого здравого смысла и права на защиту, по моему убеждению, следственные изоляторы должны работать круглые сутки без выходных», – полагает он.

Денис Лактионов положительно оценил факт подачи Евгением Тонковым административного иска в суд. «Все адвокатское сообщество Санкт-Петербурга и Ленинградской области возмущено этой ситуацией, которую следует расценить как саботаж работы защитников. В настоящее время в АП ЛО проводятся совещания по данной проблеме, мы готовы поддержать вышеуказанный иск адвоката и обратиться в УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. К сожалению, сейчас адвокаты часами скученно ожидают в бюро пропусков СИЗО, где выписываются пропуска, без соблюдения всяких санитарных норм и наблюдают картину, как сотрудники изолятора пропускают без очереди к заключенным следователей и оперативников», – отметил вице-президент АП Ленинградской области.

Обновление: После публикации новости стало известно, что 29 апреля администрация «Крестов» приняла решение о переносе санитарного дня с пятницы на субботу, а некоторые следственные кабинеты следственного изолятора дооборудовать стеклянными перегородками.

Карина из того что вы написали можно сказать так что:

Свидание в СИЗО с подследственным или осужденным к лишению свободы представляет собой краткосрочную встречу, длительностью не более 2 часов.

По закону подследственные, заключенные в СИЗО, имеют право на свидание с близкими людьми или адвокатами. Как правило свидания допускаются только 2 раза в месяц и максимум на 2 часа. Получить разрешение на свидание можно у следователя или его руководства.

Как правило, следователь не препятствует с получением свидания, однако если все же возникнут проблемы, то можно обратиться за помощью к адвокату или непосредственно к вышестоящим должностным лицам.

Если следователь не разрешает свидание в СИЗО, то можно подать заявление о нарушении прав на свидание с подследственным в прокуратуру. Подать заявление могут как адвокат и лица, желающие встретиться с подследственным.

Чтобы прокуратура приняла данное заявление, необходимо предоставить ей документ, подтверждающий основания для претензий заявителя. Для этого достаточно взять у следователя письменный отказ в свидании в СИЗО с указанием причин запрета встречи с подследственным.

Получить письменный отказ у следователя могут:

Непосредственно, сам подследственный;

Родственники подследственного и лица, желающие получить свидание;

Адвокат;

Законные представители вышеуказанных лиц.

Обратиться можно как лично при встрече со следователем, так и с помощью заказного письма с уведомлением.

Если следователь дважды отказалась в свидании с подследственным без объяснения причин, то вам необходимо отправить жалобу на нарушение ваших прав в прокуратуру заказным письмом с уведомлением. Впоследствии оно станет доказательством того, что вы обращались за помощью в прокуратуру.

В жалобе необходимо указать:

ФИО следователя;

ФИО подследственного, с кем необходимо получить свидание в СИЗО;

Указать факт давления следователя и его отказ;

Грубость следователя;

Иные нарушения.

Как правило, следователь разрешает свидание в СИЗО при первом упоминание о подаче жалобы на него в прокуратуру.

Свидание в СИЗО после вынесения приговора

Как только судья выносит приговор, решение о разрешении свидания нужно просить уже у председателя суда. С этого момента получить свидание в СИЗО через следователя не получится. Как правило, судья не отказывает в свидании с осужденным, находящимся в СИЗО.

Чтобы получить разрешение на свидание в СИЗО, нужно обращаться к тому же судье первой инстанции, который вынес приговор. Когда закон вступит в юридическую силу, за разрешением можно обратиться в «справку» СИЗО.

Конечно, суд имеет право отказать в свидании по следующим причинам:

Оказание давление на судебное заседание и следствие;

Нарушение осужденным внутреннего распорядка СИЗО;

Иные причины.

К сожалению, если суд отказывает в свидании с осужденным, то повлиять на его решение практически невозможно. Единственный способ повлиять на решение – подать кассационную жалобу.

Как только приговор вступит в юридическую силу, разрешение на свидание в СИЗО с осужденным до его транспортировки к месту лишения свободы, нужно получать в справочной СИЗО. Кроме того, после вступления приговора в силу, количество свиданий осужденного определяется режимом наказания. Однако разрешением следует воспользоваться до отправки осужденного на место лишения свободы («по этапу в лагерь») и времени его нахождения в карантине.

Срок действия разрешения на свидание составляет ровно две недели (14 дней).

Основные правила общения с осужденным

Итак, вы получили разрешение на свидание в СИЗО, далее вам нужно обратить внимание на распорядок встреч, правила общения с осужденным и на следующие моменты:

Срок действия разрешения всего две недели, и вы имеет право воспользоваться им в любой удобный вам момент. Однако помните, вам могут отказать в свидание, если вы:

Явитесь не в часы общения;

Во время карантина;

При иных случаях, исключающих возможность общения с людьми, находящимися в данном СИЗО.

Очередь на свидания в СИЗО всегда большая, а иногородних сотрудники стараются пропустись без очереди. По этой причине, мы советуем, выезжать на свидание в СИЗО заранее.

Режим работы СИЗО:

Прием заявлений на свидание в СИЗО начинается с 10 утра и продолжается до обеда. В некоторых отделениях очереди на свидание собираются с 5-6 утра;

Ожидание в очереди может занимать от часа до суток, дополнительно к этому времени прибавляются 2 часа, выделенные для свидания. Поэтому постарайтесь заранее сделать все необходимые дела, чтобы не пропустить свою очередь.

Длительность оформления и самого свидания может занять пару дней. Таким образом, если зарегистрировались на свидание в СИЗО сегодня, то в ряде случаев увидеться с осужденным вы сможете только на следующий день. Иногородним по этой причине придется запастись лишними деньгами для оплаты гостиницы, квартиры или комнаты, сдаваемой на сутки. Нередко рядом с СИЗО находится немалое количество местных жителей, желающих подзаработать на сдаче жилья посуточно.

Свидание в СИЗО и передачу вещей желательно производить одновременно, однако для этого требуется занять две разных очереди. Поэтому сотрудники советуют приезжать на свидание вдвоем, пока один человек оформляет и получает разрешение на свидание в СИЗО, другой передает осужденному вещи и продукты.

Для экономии времени с «передачей» вы можете отправить письмо осужденному, и он получит его в течение пары часов.

Сигареты, чай и другие продукты лучше покупать в киосках, работающих в СИЗО, поскольку они не подвергаются проверке.

Далее после проверки вещей и стояния в очереди, наступает момент, когда вас допускают в специально оборудованную комнату для свидания. Помещение для встреч осужденных с близкими людьми поделено на две примерно равные части, отделенные друг от друга двойным стеклом, между которыми выделено 1,5 метра. Между стекол периодически проходит охранник. Сделано это для безопасности посетителей и для обеспечения исполнения уголовного наказания.

С осужденным можно поговорить только через двойное стекло по телефону. Все разговоры прослушиваются охраной. Если требуется передать что-то секретное, то без помощи адвоката не обойтись.

Могут ли предоставить свидание в СИЗО несовершеннолетнему?

Нередко свидание в СИЗО требуется несовершеннолетнему ребенку осужденного. Здесь возникает вопрос, а могут ли несовершеннолетнему позволить навестись родственника в СИЗО.

Право на свидание в СИЗО с подследственным родственников имеют все граждане РФ, независимо от их возраста. Поэтому отказать в свидании несовершеннолетнему подростку незаконно.

Если подростку отказали в свидании по причине его несовершеннолетия, то вам нужно взять письменный отказ начальника СИЗО или следователя. Впоследствии данный отказ можно приложить к жалобе о нарушении своих прав, которая подается в прокуратуру.

Когда свидание в СИЗО могут запретить?

Нельзя забывать о том, что СИЗО – это место особого контроля за дисциплиной и исполнением наказания. Поэтому в 100 % случаев откажут в свидании следующим лицам:

Нетрезвым лицам;

Лицам, не имеющим официального разрешения на свидание с осужденным;

Лицам без документов (паспорта или иного документа, удостоверяющего личность).

Кроме того, запретить свидание в СИЗО могут в ситуациях, когда осужденный нарушает внутренний распорядок исправительного учреждения или суд запретил ему свидания.

Виды свиданий в СИЗО

Все свидания с осужденными и подследственными делятся на два типа:

Длительные свидания;

Краткосрочные свидания.

В СИЗО допускается только второй тип свиданий, продолжительностью не более трех часов в любые дни, кроме санитарных. Как правило, свидания длятся два часа.

Осужденному и подследственному разрешаются максимум два свидания в месяц.

Длительные свидания разрешаются только осужденным, чей судебный приговор уже вступил в юридическую силу. Однако пребывает осужденных в СИЗО редко превышает двух недель, так как их стараются как можно быстрее переправить к месту отбывания уголовного наказания.

Заявление на свидание в СИЗО

Перейдем к основному вопросу, как написать заявление на свидание в СИЗО. Итак, в тексте документа нужно указать:

Полное наименование органа, выдающего разрешение;

ФИО следователя, судьи или начальника СИЗО;

Прошение о разрешении свидания с заключенным;

Дата и подпись заявителя.

Право на свидание в СИЗО закреплено статье 395 Уголовно-процессуальным Кодексом РФ. Получить свидание с родственниками подследственные могут всего 2 раза в месяц до 2-3 часов по разрешению следователя или судьи.

Свидание в СИЗО могут заменить письма, которые осужденные могут получать хоть ежедневно.

Написание писем

Одной из причин, по которым люди откладывают написание писем – написание первого письма. Очень трудно написать письмо кому-то, кого Вы не знаете: люди не знают, что сказать, чувствуют, что есть вещи, о которых они написать не могут или думают, что не смогут написать ничего интересного заключенному. Это проблема, с которой уже справилось большинство из нас, поэтому мы составили список рекомендаций по написанию писем. Очевидно, что мы не сможем предложить универсального решения, ведь все люди разные и будут писать самые разные письма. Хотим надеяться, что они будут вам полезны.

Сначала о важном

Многие тюрьмы по разным причинам не пропускают письма от заключенного (и тогда ему сообщают, что письмо не пропустили, но какое и о чем он не имеет понятия) или к нему (особенно в беларуских реалиях). Также заключенные вынуждены вкладывать письма в свои собственные конверты, которых может не быть в наличии. Поэтому, во-первых, вкладывайте конверты в письма, а, во-вторых, не ждите, что ответ точно придет и, если ответа нет, не переставайте писать. Если вы хотели бы знать, дошло ли письмо вообще до тюрьмы – отправляйте письма с подтверждением доставки. Минус этого способа в том, что вам придется предоставить паспорт на почте и сделать это анонимно не выйдет. Также всегда стоит оставлять обратный адрес на письме потому, что, если его нет, администрация колонии может просто выкинуть его. Писать настоящий или вымышленный адрес – дело ваше, но на вымышленный получить ответ и поддержать переписку не выйдет при всем желании. Также есть вариант расспросить у тех, кто уже писал письма о том, как лучше сделать в той или иной ситуации. Если ваши письма подозрительно долго не доходят – сообщите об этом местной ячейке АЧК. Это даст понять то, насколько сильно изолирован заключенный и подумать, что с этим делать.

Написание первого письма

Расскажите о себе – кто вы, чем занимаетесь. В беларуских реалиях лучше не сообщать о том, активистом какой группы вы являетесь, но можно рассказать о том, в каких странах вы были, чем увлекаетесь, куда ходите, какие книги читаете. Расскажите, откуда вы узнали о том, что можно вообще можно написать и что человек арестован (ограничиваясь общими сведениями – не стоит упоминать АЧК, анархические ресурсы и брошюры). Если вы хотите сохранить анонимность – пишите общо, без конкретики. То есть, можно сказать, что вы студент, но не стоит говорить, на каком курсе или в каком университете вы учитесь. Можно сказать, что рабочий, но не упоминать, где вы работаете. Поверьте, кроме ваших личных данных, места учебы и работы, найдется, о чем написать. Также не стоит печатать письма на принтере потому, что беларуские тюрьмы часто высылают распечатанные письма назад.

Первое письмо лучше не делать очень длинным, писать больше конкретики, чтобы с ходу не перегружать человека. Когда вы лучше познакомитесь вам точно будет что обсудить.

Если Вы пишете человеку, который утверждает, что невиновен, то пишите так, как будто это действительно так. Так это или нет, но если он невиновен – это сможет очень сильно поддержать его боевой дух, а если виновен и не признается (или вы так почему-то считаете) – очень глупо писать об этом в письме в тюрьму.

Почему-то некоторые люди думают, что если жизнь человека надломлена предстоящим многолетним заключением, то его не сможет заинтересовать жизнь других на воле. В очень редких случаях это так, особенно на первых порах, но в большинстве случаев письма – одна из самых ярких частей досуга заключенных. Тюремная жизнь очень однообразна и любые новости, от знакомых или незнакомцев, будут интересны. Особенно если вы были незнакомы – пишите о себе, ведь очень интересно знакомиться с новыми товарищами, если ты в тюрьме, изоляции, одинок, понимать, что ты не один, узнавать, чем живут другие. Думайте головой при написании писем! Нельзя писать ничего такого, что вогнало бы заключенного в уныние или дало бы новую информацию об анархическом движении ментам.

Они там за нас – мы здесь за них

Люди, которые сидят в тюрьме в нашей стране — антифашисты, участники социальных простестов, или, иногда, члены революционных групп; в основном они политичны и для них очень важно знать, что кто-то борется где-то еще, иметь представление о политических новостях. Рассказывайте им о том, что произошло в мире, какие произошли протесты, где, кто, что и как делает. Но и тут стоит быть осторожным. Во-первых, часть людей хочет просто досидеть срок или уже начали сотрудничать со следствием. Они, вероятно, не захотят читать про классовую борьбу. Во-вторых, если вы напишете слишком радикально (из серии — все мусора уроды), то письмо, скорее всего, не пропустят. Никогда нельзя писать в письмах о личном опыте проведения акций и кампаний анархистами, кроме того, что публиковалось «в открытую». Письмо и не пропустят, и передадут «компетентным органам» на проверку. Да и вообще всегда стоит дважды подумать перед тем, как написать что-то, тем более про беларуские реалии.

Если Вы предлагаете поддержку или проводить кампанию в поддержку заключенного, будьте честны с самим собой. Для того, кто приговорен к длинному сроку, ваша поддержка будет лучем света. Очень важно поддерживать надежду, но не создать иллюзии, что вы сможете его освободить или «обелить его имя». Если вы наобещали того, что не сможете сделать, то это может разочаровать заключенного и вогнать его в настоящую депрессию.

Сквозь стены

При написание писем заключенным пользуйтесь своей головой и полагайтесь на здравый смысл. Большинство заключенных – не сумасшедшие фонарики, не экстремисты и не безжалостные убийцы, как их представляют государственные СМИ. Они – самые обычные люди, как и вы, те, кто читает эту статью. Тюрьма нужна, чтобы изолировать людей, таким образом, мы должны расширять для тех, кто за решеткой просвет на волю. Прямой контакт с помощью писем является одним из самых простых и действенных способов удостовериться, что заключенные не оставлены на произвол государственных служащих и тюремной администрации.

Письмо стоит продумывать от начала и до конца, а только потом переносить на бумагу! Это позволит вам избежать 99% ошибок в письме — затягивания, раскрытия лишней информации и оскорблений и некорректных фраз. Неплохая практика — набирать его на компьютере, а потом переписывать на бумагу.

Что можно и что нельзя, когда пишешь тем, кого не знаешь лично

Используйте нейтральный адрес, такой как адрес вашего давнего знакомого, правозащитной организации, АЧК и т.д.. Не пишите чувствительную личную информацию (т.е. ваш домашний адрес, номер телефона, кредитная карта или банковские реквизиты, полное имя, вид и специфику деятельности, и т.д.) заключенному, особенно если вы незнакомы. Это для вашей безопасности, безопасности заключенного и движения в целом. Иногда не стоит писать заключенному свой реальный возраст, особенно если вам меньше 18.

Будьте терпеливыми. Заключенный может не ответить на письмо или это может занять некоторое время. Они могут иногда показаться циничными, сердитыми, или незаинтересованными в переписке – учтите, что, возможно, много кто им писал, а потом переставал, давал обещания и не выполнял, лгал им в переписке, а также, что у заключенных бывают трудные дни, что трудно скрыть, если ты пишешь искреннее письмо. На гневное письмо не стоит отвечать агрессивно – это явно не сделает ваши отношения лучше.

Не давайте обещаний. К сожалению, многие из лучших побуждений сулят заключенному что-то, что они не смогут или не знают, смогут ли выполнить. Это разочаровывает ваших товарищей за решеткой. Если максимум, который вы реально можете сделать сейчас – всего одно короткое письмо поддержки, то это уже замечательно.

Не романтизируйте тюрьмы или заключенных. Многие активисты имеют представление о том, кто этот заключенный, за что он арестован, о тюремной системе и т.п. В то время как иметь четкое представление о том, что такое тюремная система и система уголовного правосудие, неправильно романтизировать личность заключенного, то, за что их могли арестовать (особенно «социальные преступления”) и их жизненный путь. Они – такие же люди, как и все, как все имеют достоинства и недостатки. Опасно предполагать, что кто-то (на воле он или в тюрьме) может преодолеть все свои слабости, или быть абсолютно правдивым, или уметь преодолевать любые ситуации, высоко подняв голову. Будьте внимательны, что за эти годы некоторые заключенные изучили манипулятивные и абьюзивные техники.

Не обсуждайте потенциально незаконные политические выступления с заключенным. Заключенные могут и зачастую действительно были вовлечены в незаконные действия вовне и внутри тюрьмы. Если легавые находят такую информацию в письмах заключенных, они могут получить административное наказание (ШИЗО, потеря права на свидание и т.д.) и/или дополнительное время заключения.

Не пытайтесь оспорить взгляды заключенных. Некоторые заключенные пишут публикации, чтобы получить друзей по переписке и могут не согласиться полностью со взглядами в вашем письме, но прочитать его для получения и извлечения для себя информации, а некоторые могут не оценить вашей критики.

В тюрьме некоторые, возможно, были обращены в ислам или христианство. У некоторых есть взгляды, которые не совпадут с вашими. Вместо того, что начать нападки в письмах, лучше быть вежливым, но устойчивым и избегать тем, которые вы считаете нежелательными. Не спорьте с ними и не оскорбляйте заключенного из-за его религиозных взглядов (или их отсутствие), предпочтений или действий, которые они совершили. Лучше просто прервать контакт, если вы неспособны продолжить конструктивный диалог из-за чрезвычайных различий в точке зрения (напр. заключенный объявляет, что он теперь неонацист). Начать обмениваться оскорблениями или угрозами с заключенным – очень плохая идея.

На данный момент в Беларуси в застенках находятся несколько анархистов и антифашистов, которых мы поддерживаем:

  • Кирилл Алексеев (анархист из Минска)

ул. Брестская 258 В, СИЗО № 6, 225413, г. Барановичи, Брестская область. Алексееву Кириллу Валерьевичу

  • Дмитрий Полиенко (антиавторитарный активист из Минска)

ИК-2, 9 отряд, ул. Сикорского, 1, г. Бобруйск, Могилёвская область, 213800. Дмитрию Полиенко

  • Максим Ягнешко (антифашист из Гродно)

ИУОТ № 7, Пружанский район, д. Куплино, 225140. Максиму Ягнешко

  • Вадим Бойко (антифашист из Минска)

ИК-17 п. Молодёжный, г. Шклов, Могилевская область, 213004. Бойко Вадиму Сергеевичу

  • Томас Ковинский (антифашист из Минска)

ИУОТ-55, ул. Социалистическая 7, 220021, Минск, Беларусь. Ковинскому Томасу Сергеевичу

  • Роман Богдан (антифашист из Бреста)

Могилёвская обл., г. Шклов, п. Молодежный, ИК-17, отряд 12, 213010. Роману Богдану.

  • Влад Ленько (антифашист из Ивацевич)

Витебская область, Витебский район, п. Витьба, ИК-3, 211300. Ленько Владу.

Напиши товарищам! Солидарность — наше оружие!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *