Легализация короткоствола в России

Много ли во власти сторонников гражданского оружия? К чему приведет либерализация оружейного законодательства в РФ и чем отличались римские патриции от плебеев? Обо всем этом в интервью «Профилю» рассказал полномочный представитель правительства в Конституционном и Верховном суде Российской Федерации, заслуженный юрист России Михаил Барщевский.

– Михаил Юрьевич, наше государство крайне настороженно относится к вооруженным гражданам. А есть ли в руководстве страны те, кто считает необходимым либерализовать оружейное законодательство, в частности, разрешить россиянам владение пистолетами и револьверами?

– В России мнения по поводу ношения оружия сильно разделились. Часть влиятельных и авторитетных политиков и правоохранителей за разрешение короткоствольного оружия, а большая часть против. Я не претендую на репрезентативную статистику, но, судя по опыту моего общения, где-то приблизительно один к трем.

– Как Вы это объясняете?

– Существует масса иллюзий, например, если мы разрешим «короткоствол», то преступники получат к нему доступ. Что-то я не слышал, чтобы преступники имели проблемы с незаконным приобретением оружия. Все это мне очень напоминает историю середины 90-х, когда у нас в стране развернулась дискуссия по поводу «длинноствола» . Основные аргументы были таковы, что мы — пьяная нация, и все друг друга перестреляем, преступники получат доступ к карабинам и ружьям, и начнется полная вакханалия. В общем, аргументы практически те же, что и сегодня, только уже по поводу короткоствольного. Обращаю внимание, что на сегодняшний день на руках у населения более 6 млн стволов. Преступления с использованием легального длинноствольного оружия составляют тысячные доли процента от общего количества. То есть роста преступности мы не наблюдаем.

– Хорошо, а какой-то положительный эффект от разрешения дробовиков, тогда в 90-е был?

– Многие помнят, как в середине 90-х до разрешения на «длинноствол» грабили коттеджи и дальнобойщиков, а после разрешения эти преступления исчезли из статистики. Ведь зачем лезть в коттедж, если есть огромная вероятность того, что у хозяина ружье? Это очень важный аргумент в пользу разрешения на короткоствольное оружие. Преступник не будет точно знать, что эта худенькая девушка, входящая в подъезд, не имеет в сумочке пистолет, и он сто раз подумает, стоит ли на нее нападать.

Реклама оружейного магазина в Нью-Йорке

EMMANUEL DUNAND / AFP / East News

– Как Вы оцениваете современное российское законодательство в области гражданского оружия и самообороны? Как мы выглядим на фоне других стран?

– Довольно сложно сравнивать российское законодательство и зарубежное, потому что отношение к оружию – это часть национальной культуры. Например, в США чуть ли не в Конституции записано право на ношение оружия, как и право на самооборону. В европейских странах этот вопрос решается по-разному. В Великобритании приблизительно до 1990-го или до 1999 года было разрешено скрытое ношение короткоствольного «огнестрела», а потом его запретили и сразу получили 80-процентный рост уличной преступности.

В Швеции и Финляндии «короткоствол» разрешен, и при этом люди хранят дома автоматы Калашникова, пулеметы и т. д. Уровень преступности там чрезвычайно низкий.

В Израиле большинство террористических актов предотвращается, или террористы уничтожаются на месте гражданским населением. Той частью, которая имеет право на ношение оружия, а право имеют практически все, кто отслужил в армии. Другое дело, что крайне мало людей, кто этим правом пользуется, ведь ношение оружия – дело психологически обременительное.

– А наше законодательство позволяет гражданам эффективно защищать себя, свое имущество, близких?

– Законодательство у нас неплохое, единственное, что, когда пленумом Верховного суда принималось постановление по этой категории дел, я предлагал исходить из тезиса «Мой дом – моя крепость». То есть если кто-то вошел в мой дом с определенными намерениями, я имею право стрелять. Этот принцип действует в нескольких странах, в частности, в США. У нас по этому пути не пошли, а искали компромисс. Превышения пределов необходимой самообороны не будет в том случае, если сама обстановка подразумевала невозможность для лица определить степень опасности.

– Звучит не очень понятно…

– Например, если ночью кто-то врывается в дом, то сама обстановка подразумевает, что человек не может разобраться, насколько это опасно и, в принципе, может действовать.

Противники необходимой обороны исходят из тезиса, что противодействие должно быть адекватно действию. На что я им всегда отвечаю шуткой, что если девушку пытаются изнасиловать, то все, что она имеет право сделать в ответ, это изнасиловать насильника. Ведь получается только так, раз противодействие должно быть равноценно нападению. У нас считается, что если на меня напали с кулаками, то я не могу применить нож, а если полезли с ножами, то не имею права стрелять из карабина. Почему нельзя, если на вас нападают люди с ножами?

– То есть российское законодательство в области самообороны Вас скорее устраивает?

– Наше законодательство меня устраивает на 99%, а вот правоприменительная практика ужасна. Расскажу на примере. Я знаю случаи, когда сажали в тюрьму ребят, защищавших на улице женщину, которую пытались изнасиловать. Парень ударом кулака нанес тяжкие телесные повреждения насильнику. Женщину-то спас, а сам сел. То есть получается, что угрозы-то особо и не было? Таких примеров, к сожалению, довольно много. Поэтому правоприменительная практика у нас зачастую почему-то на стороне преступников, а не на стороне добросовестных граждан, которые отстаивают свое имущество, свое здоровье или жизнь. Тем самым мы не взращиваем гражданское общество. Это последствия патерналистской позиции советской власти. Получается, что вы, граждане, ничего не должны делать, ведь наша милиция нас бережет и все сама за вас сделает. Лично я исхожу из принципа, сформулированного американцами: «Пусть меня судят двенадцать, чем несут шестеро».

– Вернемся к оружию. Идущие сейчас тенденции говорят о закручивании гаек или о либерализации законодательства? Или наблюдаются два разнонаправленных вектора?

– Сейчас нет никакой тенденции, ничего в этой области не происходит. Пару лет назад было жесткое закручивание гаек в отношении травматического оружия. Надо сказать, что совершенно оправданное. Должен признаться, что еще недавно я был сторонником «травматики», но, как известно, каждый меряет на свой аршин. Видимо, многие люди понимают ситуацию не так, как я. Этим видом оружия стали пользоваться во время дорожных разборок, да и вообще направо и налево, не понимая, что это оружие, а не игрушка. «Травматикой» и убивали, и наносили тяжкие телесные повреждения, поэтому и закрутили гайки. С моей точки зрения, теперь есть путь, который даст возможность лицензированно продавать боевой «короткоствол», так как нащупан правильный алгоритм, кому как можно, а кому как нельзя.

– Что Вы думаете об идее разрешить владение «короткостволом» представителям отдельных социальных или профессиональных групп?

– У нас достаточно много оружия есть «на руках». Имеют право на владение судьи, прокуроры, не говоря уже о табельном оружии полицейских, и имеется много наградного. Если Вы заметили, то в судебной статистике с использованием этого оружия совершается одно преступление раз в 10 лет. Причем одно из тех, которое я помню, было дело судьи, который, правда, не применил пистолет, а угрожал им своей секретарше в процессе изнасилования.

– Должны ли существовать какие-то цензы (образовательный, имущественный) при допуске граждан к владению оружием, в частности, короткоствольным?

– С учетом реальности нашей жизни считаю, что психиатр, выдающий заключения о возможности владения оружием, в течение трех лет после выдачи справки должен нести персональную ответственность за последствия действий лица, которому выдал такое разрешение. Переосвидетельствование необходимо раз в три года. Подход должен быть очень жестким. Вот подумайте, когда сотрудники спецназа, например ФСБ, МВД, выходят на пенсию, а ребятам, как правило, по 40-45 лет, то почему им, кому было доверено такое серьезнейшее оружие, не разрешить короткоствольное? Эти люди проверены на психологическую устойчивость, они здоровы психически. Это ребята, прошедшие «огонь и воду». Только представьте, сколько мы получим добровольных волонтеров по охране общественного порядка. Еще мне интересно, почему у нас многие сотрудники правоохранительных органов обязаны сдавать табельное оружие, когда отправляются домой? Да, они не на службе, но врач у нас может оказывать помощь всегда, а полицейский может только руками помахать. Мы кому не доверяем?

– По статистике Росгвардии, доля преступлений с легальным огнестрельным оружием ничтожно мала. Почему государство в лице силовых структур и не только так настороженно относится к владельцам оружия? Постоянно идут разговоры о необходимости усиления контроля над оборотом гражданского оружия и владельцами, введении новых ограничений…

– Я отвечу эзоповым языком. Чем отличались патриции от плебеев в Древнем Риме? Тем, что патриции имели право на ношение оружия, а плебеи нет.

– Может ли либерализация оружейного законодательства привести к негативным последствиям вроде роста преступности или каким-то иным проблемам?

– Да, может, как и рост автомобильной промышленности, который привел к большему количеству трупов на дорогах. Между прочим, очень опасно продавать в магазинах отвертки, вилки и сковородки, потому что с их помощью совершается огромное количество преступлений. Я уже не говорю про топоры. Мы что, после этого запрещаем автомобили и не продаем отвертки? Не оружие является причиной преступления, а человек. Оружие — всего лишь средство.

Читать полностью (время чтения 6 минут )

К теме оружия, которым владеют жители России, вновь привлек внимание произошедший 15 февраля трагический случай, связанный с расстрелом из-за личной неприязни семьи в центре Калининграда. Вопросов много, начиная с оружия стрелявшего и оборота гражданского оружия, и кончая причиной убийства мужчины, беременной женщины и ранения их сына-подростка, отражающей состояние оружейной культуры в стране. Возможно внесение поправок в новую Конституцию затронет и такие проблемы.

В настоящее время в действующей Конституции в трех статьях говорится об оружии. Статья 13 в действующей редакции на 2020 год запрещает создание и деятельность общественных объединений, цели и действия которых направлены на … создание вооруженных формирований. Таким правом обладает только государство и в исключительных случаях под его строгим контролем могут создаваться охранные предприятия по защите интересов частного бизнеса. Появление же у экстремистских организаций вооруженных дружин расценивается как шаг к госперевороту.

Статья 31 устанавливает право населения собираться, но только без оружия, которое запрещено приносить на массовые мероприятия. «Граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пакетирование», — гласит основной закон государства.

Статья 71 определяет, что государство устанавливает порядок продажи и покупки оружия, боеприпасов, военной техники и другого военного имущества.

Все, что касается приобретения, применения и оборота оружия в России также устанавливается Федеральным законом «Об оружии» 150-ФЗ, принятым Государственной Думой в 1996 году. Согласно статьи 2 последней редакции ФЗ, оружие в зависимости от целей его использования соответствующими субъектами, а также по основным параметрам и характеристикам подразделяется на гражданское, служебное, боевое ручное стрелковое и холодное.

Президент России Владимир Путин взял под личный контроль вопрос о гражданском оружии после трагедии в Керчи, когда четверокурсник расстрелял из приобретенного на законных основаниях ружья студентов, с которыми учился в колледже.

Владимир Путин подчеркнул: «Особо обращаю внимание: необходимо серьезно усилить контроль в сфере оборота оружия».

По данным Федеральной службы войск национальной гвардии РФ (Росгвардии) в настоящее время 6,6 млн человек имеет гражданское оружие. «В прошлом году подразделения лицензионно-разрешительной работы Росгвардии выдали россиянам около 1 млн разрешений на хранение и ношение оружия, а всего на учете в подразделениях ведомства состоит около 3,9 млн владельцев, в пользовании которых находится более 6,6 млн единиц оружия» — сообщает ТАСС со ссылкой на пресс-службу ведомства.

Лицензии на приобретение оружия выдаются в целях самообороны, охоты, стрелкового спорта и коллекционирования.

Оружие в целях самообороны – огнестрельное гладкоствольное длинноствольное оружие, а также огнестрельное оружие ограниченного поражения — пистолет, револьвер, огнестрельное бесствольное устройство отечественного производства с патронами травматического действия, патронами газового действия и патронами светозвукового действия. В эту категорию входят газовые пистолеты и револьверы, устройства, снаряженные слезоточивыми или раздражающими веществами, электрошоковые устройства и искровые разрядники отечественного производства.

Нарезное и гладкоствольное оружие различаются по точности и мощности поражения цели. В гладкоствольном отсутствуют нарезы в стволе, обеспечивающие стабилизацию пули. Одним из наиболее эффективных для самообороны экземпляров являются гладкоствольные самозарядные ружья линейки «Сайга», созданные на базе автомата Калашникова. Максимально можно приобрести 5 гладкоствольных ружей. «Сайга» бывает двух подвидов – гладкоствольная и нарезная. Нарезной карабин «Сайга» имеет внутри ствола нарезы, которые позволяют попадать в мишень с более дальнего расстояния. Законодательство разрешает приобретение компонент патронов — пуль, дроби/картечи,

пороха, капсюлей, и самостоятельное снаряжение патронов. С 2018 года самостоятельное снаряжение патронов разрешено и для нарезного оружия.

В РФ запрещается оборот в качестве гражданского и служебного оружия огнестрельного длинноствольного оружия емкостью магазина (барабана) более 10 патронов. Магазин не более 10 патронов и отсутствие автоматического режима огня – это общие условия для гражданского оружия.

Боевое, а это пистолеты, автоматы, пистолеты-пулеметы, револьверы легально приобрести нельзя. Им владеют только военные и силовые структуры страны.

Право на приобретение гражданского огнестрельного оружия ограниченного поражения в соответствии с 150-ФЗ имеют граждане Российской Федерации, достигшие возраста 21 года, прошедшие либо проходящие военную службу, а также граждане, проходящие службу в государственных военизированных организациях и имеющие воинские звания либо специальные звания или классные чины юстиции.

Право на приобретение газового оружия, огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия самообороны, спортивного оружия, охотничьего оружия, сигнального оружия, холодного клинкового оружия, предназначенного для ношения с национальными костюмами народов Российской Федерации или казачьей формой, имеют граждане Российской Федерации, достигшие возраста 18 лет и имеющие лицензию на приобретение оружия с последующей его регистрацией в двухнедельный срок в федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном в сфере оборота оружия, или его территориальном органе по месту жительства.

Выдается также лицензия на коллекционирование оружия. Коллекционеров в нашей стране около 100 тысяч человек, сообщают СМИ.

Владельцы гражданского огнестрельного оружия – гладкоствольного и нарезного, обязаны хранить его в сейфах, отвечающих всем необходимым требованиям.

Лицензия выдается только лицам, достигшим установленного законом возраста, не имеющим судимостей, психических расстройств, наркотической зависимости, и получившим соответствующее медицинское заключение, свидетельствующее об отсутствии противопоказаний.

В последнее время появляются предложения о необходимости повышения возраста продажи всех видов гражданского оружия, а также, учитывая степень опасности возможного применения охотничьего оружия, предлагается проверять выдачу охотничьих билетов и выявлять лиц, которые в действительности не являются охотниками, а таким способом стремятся получить право на оружие.

Выдача медицинских справок и характеристик в стране находится под контролем из-за случаев выдачи фиктивных документов. Оружие обладает большой дальностью стрельбы и высокой поражающей силой, а в некоторых случаях даже спортивные образцы могут быть смертельно опасными, и многое зависит от того, в чьих руках они окажутся.

При этом СМИ информируют, что в стране существует и нелегальный оборот гражданского оружия, а эксперты считают, что количество таких стволов может насчитывать от 5 млн до нескольких десятков млн единиц.

Для повышения уровня гарантий защищенности людей от неправомерного применения оружия все острее встают вопросы вывода из тени нелегального оружия, соблюдения жесткого контроля и повышения культуры обращения с оружием.

В целях контроля за оборотом огнестрельного оружия на базе отечественных технологий создается электронная система. Получить лицензию, продлить ее, подтвердить разрешение на ввоз и вывоз охотничьего оружия можно уже сейчас при помощи компьютера. В 2019 году в лицензионные подразделения Росгвардии поступило свыше 2,4 млн заявлений на предоставление государственных услуг в области оборота оружия. 2,1 млн заявлений направили через Единый портал госуслуг, то есть порядка 90,8% запросов поступили в электронной форме.

Для повышения эффективности условий хранения оружия и патронов, усиление ответственности владельцев оружия проводятся проверки. В 2019 году было проведено 2,8 млн таких рейдов обеспечения сохранности оружия, в ходе которых аннулировано 37,8 тыс. разрешительных документов на гражданское оружие. В 2019 году за нарушения, выявленные в ходе проверок и других мероприятий, изъято 181,1 тыс. единиц

гражданского оружия. Только в 2019 году в мастерских Росгвардии под распил попало 152 тысячи единиц оружия и 2,8 млн патронов разных калибров.

При этом существует заинтересованность производителей и есть предложения по увеличению максимально разрешенного количества единиц стрелкового оружия с 5 до 10 единиц. Кроме того, часто обсуждаются вопросы, связанные с несостыковкой в законодательстве по возрасту в связи с призывом в армию на срочную службу, когда юноши получают доступ к автоматам Калашникова, танкам, ракетам уже в 18 лет. Появляются даже предложения о полной отмене лицензий и открытия свободной продажи, в пример приводится Америка, где оружия больше в 1,5 раза по сравнению с количеством проживающих, используются короткоствольные пистолеты, револьверы, охотничьи ружья 12-16 калибра. Только в двух штатах- Висконсине и Иллинойсе – запрещено оружие, остальные штаты разрешают открытое ношение, а в большинстве случаев допустимо и скрытое.

Психология вооруженного человека и осознание последствий применения оружия лежат в основе оружейной культуры, которой сегодня, к сожалению, еще не все обладают.

Оружейная культура в нашей стране возникла много лет назад, Пистолеты и револьверы в царской России были в дворянских домах, их использовали разъездные врачи. История знает много примеров применения оружия на дуэлях. В предреволюционные годы свободно можно было приобрести «Наган», «Браунинг», «Парабеллум», «Маузер». В крестьянских домах, у охотников и казаков были ружья. Изъятие оружия началось после первой русской революции и в течение 1906 года были конфискованы десятки тысяч револьверов и пистолетов. В советской России запрет на оружие был внесен в Уголовный кодекс, но охотничье при этом оставалось в ходу. В 1960 году стало обязательным наличие охотничьего билета для владения таким оружием, для которого исторически сложился определенный льготный режим оборота, благодаря традициям и приравниванию его к орудию труда для ведения охотничьего промысла.

В наши дни в РФ за незаконный оборот гражданского огнестрельного гладкоствольного оружия предусматривается административная (при нарушении правил хранения, ношения, регистрации) и уголовная ответственность. Некоторые эксперты считают, что ужесточение законодательства должно быть направлено на тех, кто имеет преступные намерения, а не для законопослушных граждан, получающих его для охоты или самозащиты, обеспечивая свое конституционное право.

Одно из главных, гарантированных законом РФ прав — право каждого гражданина на самозащиту, в настоящий момент не работает в нашей стране должным образом. Причина тому — отсутствие у граждан законных прав на эффективную защиту своей жизни и имущества и несовершенство законодательной базы в части о превышении пределов необходимой самообороны.
Сегодня, казалось бы, в мирное время, в стране происходят сотни тысяч трагических случаев, связанных с насильственными преступлениями. Закон, запрещающий законопослушным гражданам вооружаться с целью защиты себя, своих близких и своего имущества, обращается в свою противоположность и помогает лишь криминалитету.
Существует озабоченность ростом числа преступлений, совершенных с помощью травматического оружия, используемого не по назначению. Правильным было бы, в перспективе, полный запрет травматического оружия, как опасного, провокативного и, главное, безответственного. В противоположность «травматике», длинноствольное огнестрельное оружие, которое можно легально приобретать и хранить в нашей стране, фактически не фигурирует в криминальной хронике последнего десятилетия. Потому что к огнестрельному оружию граждане относятся с большей ответственностью, которой так не хватает виновникам инцидентов с травматическим оружием.
Одновременно существует опасения по поводу приобретения короткоствольного оружия неблагонадежным гражданам, как в случаи с травматическим оружием. В связи с чем целесообразно разрешить владение короткоствольным нарезным оружием на тех же условиях, что и длинноствольным нарезным оружием, в виде владения гладкоствольным длинноствольным оружием не менее пяти лет, или владением длинноствольным нарезным оружием.

К сожалению, даже депутаты и чиновники в большинстве своём плохо представляют себе реальную ситуацию, связанную с оборотом гражданского оружия в России. А обычные граждане и вовсе пребывают во власти мифов, главные из которых мы и решили сегодня разобрать.

В России очень небольшое число граждан имеет настоящее оружие

Это неверно. Согласно официальным данным Управления по организации лицензионно-разрешительной работы МВД России (позднее его функции были переданы Росгвардии), по состоянию на 2015 год на учёте состояло 4,4 млн владельцев, получивших разрешение на хранение (хранение и ношение) гражданского оружия. В их собственности находилось в общей сложности 5 млн единиц оружия. И это без учёта гражданского оружия в собственности организаций (например стрелковых спортивных клубов) и служебного, принадлежащего частным охранным структурам.

2. Оружие в России запрещено, потому что власть боится революции

Это неверно. Во-первых, право граждан России на оружие гарантировано Федеральным законом «Об оружии», принятым в 1996 году. Во-вторых, среди доступных гражданам образцов имеются, например, знаменитая мосинская трёхлинейка, а также до сих пор состоящие на вооружении самозарядный карабин Симонова и снайперская винтовка Драгунова. В качестве нарезного охотничьего карабина сертифицирована даже гражданская версия пулемёта Максима. Всё это — достаточно серьёзное оружие.

Простому гражданину получить право на оружие практически невозможно

Это неверно. Согласно Федеральному закону, правом приобрести оружие обладает любой законопослушный физически и психически здоровый гражданин, не страдающий алкоголизмом либо наркоманией.

Приобрести оружие очень легко, любой запросто может это сделать

Это тоже неверно. Необходимая последовательность действий для гражданина, впервые приобретающего оружие (например гладкоствольное охотничье ружьё и пистолет ограниченного поражения), выглядит следующим образом:

И хотя в последнее время процедура стала несколько удобнее (в частности, появилась возможность подачи документов через сайт госуслуг), прохождение этого квеста требует огромного количества времени и сил и весьма серьёзной мотивации.

Не следует также забывать о фактическом финансовом цензе. Минимальные затраты на получение разрешения составляют около 10 тыс. рублей (а в зависимости от стоимости приобретаемого сейфа могут оказаться и намного выше) — и это ещё без учёта стоимости самого оружия, патронов и амуниции, наличия которой требует законодательство.

В России гражданам запрещён короткоствол

Обычно авторы этого утверждения подразумевают нарезное короткоствольное оружие самообороны — такая категория действительно отсутствует в текущей версии Федерального закона «Об оружии». Тем не менее гражданам доступно нарезное короткоствольное спортивное оружие и нарезное короткоствольное наградное оружие. Кроме того, с технической и юридической точки зрения к короткоствольному оружию относятся пистолеты и револьверы ограниченного поражения, приспособленные и разрешённые для постоянного ношения.

Травмат — совершенно бесполезная и неэффективная игрушка

Термин «травматический пистолет», или «травмат», был запущен в оборот безграмотными журналистами — ни в законодательстве, ни в технической документации его нет.

Установленная «медведевскими» поправками 2011 года максимальная энергия метательного снаряда огнестрельного оружия ограниченного поражения в 91 Дж приблизительно соответствует энергии пули нарезного браунинга, с которым Фанни Каплан покушалась на Ильича. Этой энергии в большинстве случаев достаточно для эффективной защиты на типичных самооборонных дистанциях.

На рынке до сих пор возможно легально приобрести «дореформенные» патроны, в сочетании с отдельными моделями пистолетов выдающие на дульном срезе энергию 160–170 Дж, что всего лишь вдвое меньше, чем у нарезного пистолета Макарова.

Владельцы травматов легко пускают их в ход, из-за чего совершают множество преступлений

Это неверно, хотя подобное впечатление и может создаться при чтении прессы.

По данным МВД, в 2015 году в Российской Федерации совершено 589 преступлений с использованием официально зарегистрированного в органах внутренних дел оружия, в том числе 149 — с использованием ОООП. Иначе говоря, количество преступлений, совершаемых с использованием ОООП, составляет одно на миллион жителей России в год.

Оружие бесполезно — его не применяют для самозащиты. А если применишь, обязательно окажешься за решёткой

Это неверно. Например, согласно опубликованным в «Российской газете» данным со ссылкой на МВД, за первые 11 месяцев 2008 года на территории Московской области оружие применялось в целях необходимой обороны 30 раз, причём ни один случай не был признан неправомерным.

В целом же в России в год выносится два-три обвинительных приговора по «самооборонным» делам, обоснованность которых выглядит крайне сомнительно (причём речь идёт не только о применении оружия, а обо всех случаях вообще, включая «ударил кулаком, а он упал и разбил голову о бордюр»). Это прискорбно, но в целом не превышает уровня неизбежных, увы, судебных ошибок. Остальные резонансные случаи обвинительных приговоров на поверку относятся к ситуациям, когда обороняющийся сам нарушил закон — по незнанию или из-за стресса, — как, например, было в нашумевшем деле Александры Лотковой. Типичными ошибками, приводящими к реальным срокам, являются, например, стрельба по противнику, уже прекратившему нападение, случайное причинение вреда третьим лицам или попытка скрыться после применения оружия.

Главный «оружейный» вопрос в России — либерализация владения нарезным короткостволом

Обычно сторонники «легалайза» подразумевают под этим разрешение свободной купли-продажи нарезных пистолетов и револьверов приблизительно по тем же принципам, как это устроено в наиболее либеральных штатах США. Противники оружия, в свою очередь, пугают, что стволы «будут раздавать всем желающим с грузовиков», что приведёт к катастрофическим последствиям.

Меж тем возможное расширение установленного законом перечня разновидностей гражданского оружия на ещё одну позицию — «нарезное короткоствольное оружие самообороны» — само по себе принципиально ничего не изменит. Процедура получения разрешения на приобретение останется той же, что существует и сейчас; вдобавок могут быть предусмотрены дополнительные законодательные фильтры для отсева неадекватных владельцев.

С другой стороны, гражданам и сейчас доступно удобное для скрытого ношения и эффективное в умелых руках короткоствольное оружие ограниченного поражения. Главным его недостатком является российский климат: в холодное время года стрельба в корпус через толстую зимнюю одежду может оказаться неэффективной, а прицельный выстрел в голову приводит к печальным последствиям и крайне негативно рассматривается судами.

Ещё один недостаток ОООП — сильно ограниченная эффективная дальность ведения огня, но это критично только при защите от вооружённого противника. В абсолютном же большинстве случаев пистолет применяется для самозащиты на шаговых дистанциях, а то и вовсе в упор.

Главным же положительным последствием от возможного введения в оборот нарезного короткоствольного оружия самообороны являлось бы уничтожение крайне живучего мифа, будто «в России у граждан настоящего оружия нет». По опыту бывших советских республик, таких как Молдавия, это привело бы к существенному снижению числа насильственных посягательств. Да и эффективность демонстрации ствола без его применения существенно повысилась бы: сильно поубавилось бы количество желающих с криком «Фигня! Он газовый!» переть на направленный в их сторону ствол.

Если либерализовать владение нарезным короткостволом, число стволов у населения многократно возрастёт и все перестреляют друг друга

Действующий закон даёт гражданам достаточно широкие возможности. Все, кто действительно нуждался в оружии для спорта, охоты или самозащиты, давно им обзавелись.

В то же время существующая процедура получения лицензий (см. выше миф № 4) достаточно сложна и затратна, чтобы отбить желание покупать нарезной пистолет «просто на всякий случай» — особенно если этому будет предшествовать обязательный пятилетний стаж владения ОООП. Таким образом, стволы категории «нарезное короткоствольное оружие самообороны» в случае её введения приобретут в основном те, кто уже владеет другими разновидностями гражданского оружия. А они являются самой законопослушной частью населения.

По данным Росстата, за 2016 год в стране было совершено 11,9 тыс. убийств и покушений на убийство, 32,9 тыс. случаев причинения тяжкого вреда здоровью, 4,2 тыс. случаев изнасилования и покушения на изнасилование, 77,7 тыс. грабежей и 14,3 тыс. случаев разбоя. Очевидно, в подобной ситуации легальное оружие на руках у населения является не криминогенным, а напротив — сдерживающим преступность фактором.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *