Мельниченко роман

Как вредно пишутся вредные учебные пособия Ни одно учебное пособие в… моей жизни не отобрало у меня столько времени и здоровья, как Вредные учебные задачи по юридическим дисциплинам. Взялись мы за этот проект совместно с профессором Анисимовым, впрочем, возможно, в ходе написания этого труда он и стал профессором, но это не точно. Идея была следующей: взять русские сказки или популярные детские рассказы и, увидев в них юридические аспекты, написать занимательные юридические задачи. Собрались с Алексеем Павловичем, сел он за компьютер и стали мы с ним, как Ильф с Башировым, совместным творчеством заниматься. Первая задача пошла хорошо, а вот уже на второй ступор случился. Не придумывается ничего или придумывается, но не занимательно. Творческого порыва не хватает. Это же вам не какую-нибудь монографию кропать! Сидели мы, сидели, и тут Алексей Павлович сказал: «Пойдём пройдёмся, проветримся!» Вышли мы, погода прекрасная и я говорю: «Может пивка?» Купили пива, пришли домой, посидели культурно и тут мысль как пошла, быстро дописали ещё две задачи. На следующий раз я пришёл уже с пивом, чтобы время не терять. И дело пошло, ежемесячно наш творческий дуэт встречался и творил. Креатив бил фонтаном, вот только почему-то более трёх задач мы за один творческий акт никогда написать так и не могли, не знаю в чём там дело было. Вот и положили мы на нашу творчесть три года времени да уйму здоровья. А Вы что хотели? Творчество требует жертв. 28 августа 2020 г. Волгоград #ИсторииОтМельниченко #РассказыМельниченко See More

  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки

Роман Мельниченко: Адвокаты — это люди в поиске

Роман Мельниченко — российский юрист, профессиональный тренер адвокатов и медиаторов, ответил на наши вопросы о состоянии адвокатуры в новом времени.

Какие вызовы сейчас стоят перед адвокатурой в Казахстане и в России в целом?

Самый основной вызов — это переход на постмодерн. То есть, на новый уровень оказания юридической помощи. Дело в том, что до сих пор, и Казахстан, и Россия, мы находимся в средневековье. У нас до сих пор средневековые корпорации и вопрос качества адвокатской помощи пока даже вообще не поднимается. То ести, например, вы приходите в магазин и покупаете бутылку воды — у нее там есть стандарты качества. Когда вы приходите к адвокату и просите оказать вам помощь — вы не можете ее никак оценить. Вы не можете ему предъявить: «Знаете, а вы вообще то мне никак не помогли», потому что он скажет » Знаете, а я сделал все, что мог». Нет стандартов. И вот сегодня вызов такой — переход на постиндустриальную стадию. То есть, на стадию разработки стандартов качественной юридической помощи. Если мы в скором времени это не сделаем, то адвокатов у нас просто поглотит, скажем англо-саксонская система, где адвокатура более развита и поставлена на рыночные рельсы, она нас просто задавит. Как они сделали это во Франции.

Изменяется ли требование к адвокатам в современном мире повышенного обмена информацией?

Да. Например, социальные сети, интернет. Скажем так, через несколько лет будет так: если вас нет в социальных сетях — вас нет в природе. Потому что это новый вид коммуникаций, выстроенный вид коммуникаций и кто туда не попадает, его просто не бывает. И потому необходимо адвокату освоить новые компетенции. Например, такую, как фильтрация информации. Если до сегодняшнего дня была важна компетенция поиска информации, то сейчас, хотя и та осталась, но фильтрация становится важнее, и не из-за недостатка информации, а скорее из-за переизбытка. И теперь адвокату в новой компетенции нужно развивать навыки поиска, отбора информации и общения с клиентурой посредством социальных сетей.

Каким образом использование социальных сетей может принести пользу или вред гражданам в защите своих прав?

Вред в первую очередь связан с мифом о приватности сети. Человек выходит в сеть и думает, что есть он и его компьютер, и больше никого. Он думает, что это частное пространство. Но когда человек выходит в интернет — он уже в публичном пространстве. Порой человек не различает частное от публичного и начинает публично проговаривать частные вещи, а это огромные юридические риски: риски клеветы, оскорбления, утечки частной информации и так далее. И в связи с этим, думаю, появятся интернет адвокаты, которые начнут консультировать людей, как вести себя в социальных сетях. Потому что, уже есть дефицит, есть потребность, есть спрос. Где дефицит — там адвокаты. Адвокаты — это люди в поиске. Они ищут клиентов, и они первые придут туда, где нужны их услуги.

Нужно ли регуилировать профессиональную деятельность адвоката в сфере использования ими социальных сетей?

Мы сейчас в России проводим работу в данном направлении. Создаются рекомендации о поведении адвоката в сети и блогосфере. Идея такая: регулировать не запретами, а рекомендациями. То есть показать адвокату определенные правила и советы. Самый простой совет — когда ты выходишь в сеть, представь, что стоишь перед большой аудиторией. Или же, например, когда добавляешь когго-то в друзья, проверяй, кто это такой. Потому что, список твоих френдов в сети тебя характеризует. И потому, адвокату надо это контролировать это.

Развитие альтернативных способов разрешения споров, например, медиация — насколько это реально?

Я именно готовлю тренеров медиаторов в России. Но это совсем другая сфера. Ее нельзя смешивать с юридической. Более того, юристу необходима подготовка, чтобы быть медиатором. Потому что, юрист это боец. У него удар — защита своего клиента. У медиатора нет одного клиента. У него их сразу два. И они в конфликте. И там есть свои техники. Особые техники. Например, техника позиция — интерес. Вот вы сейчас ко мне подошли с определенной позиции, а за этой позицией стоит определенный интерес. Юрист работает с позиции: вы пришли ко мне и что то просите, а я это делаю. А медиатор пытается понять, что вы действительно хотите, тогда на уровнях интересов он начинает эти позиции сближать. Это очень медленно проходящяя процедура перехода в медиацию. Почему? Потому что это очень высокоинтеллектуальная деятельность. Очень мало людей, способных вообще ею заниматься. Это не быстро. Это будет медленно, но за этим будущее, потому что действительно любой конфликт можно решить.

Каким положительным опытом Казахстан и Россия могут поделиться друг с другом в области адвокатуры?

У нас правовые системы близки. Но те грабли, на которые Россия наступила, Казахстан может их обойти. Например, запрет о направлении дела на дополнительное расследование. Мы уже прошли этот опыт, адвокатам стало хуже. То есть, если посмотреть на наш опыт, вы просто быстрее двинетесь вперед, то есть видно, что Казахстан пытается что-то изменить, но вы сейчас находитесь на том этапе, который мы пережили примерно в 1989 году. Постсоциалистический этап, и мы — то есть, учение, которые это систематизировали, просто можем показать вам, какие пути тупиковы изначально. Я думаю, в этой связи. А для России важна возможность корелляции взаимодействия. Чтобы мы могли участвовать в каких-то процессах здесь, потому что, если экономики будут связаны, то юридическое общее поле — это то, что будет нас лучше связывать.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *