Парень хочет украсть девушку

В России начался осенний призыв. В этом году армия планирует принять 132,5 тысячи новобранцев. Дома по ним будут тосковать друзья, родные и, конечно, любимые девушки. Но дождутся ли они бойцов? Мы собрали несколько историй девушек и бывших военнослужащих, которых ждали, а вот дождались ли и стоило ли вообще ждать – в материале «ФедералПресс».

Бесят все эти «ждуняшки»

Даше сейчас 23 года. Она живет в Нижневартовске и работает журналистом. Ее парень ушел в армию в 2012 году, и она, как порядочная «боевая подруга», обещала ждать.

«Я тогда училась в 11 классе, готовилась к ЕГЭ, – рассказывает Даша. – Когда он уезжал – плакала, конечно, обещала быть верной и честной. Ждать было нетрудно. Да и «трудно» не совсем правильное слово. Ну вот че (стиль и орфография авторов сохранены – прим. ред.) бабе-то трудно? Это же не она там по расписанию живет, на марш-броски ходит и т. д. Единственное, что всегда было какое-то моральное напряжение из-за звонков, в основном из-за разницы в часовых поясах. Звонил Женя (так звали парня – прим. ред.) в начале второго ночи, а мне к восьми в школу. Ну, и в течение дня вечно мерещилось, что телефон звонит, из-за этого с учителями ругалась, телефон из рук не выпускала, ждала звонка или СМС».

Женя вернулся из армии через семь месяцев по состоянию здоровья. С тех пор они с Дашей живут вместе. Сейчас планируют свадьбу. Кстати, Даша рассказала, что все эти «девчачьи» страдания по поводу ожидания парней из армии и того, как это трудно, – глупость.

«Бесят все эти «ждуняшки». Мерзкие бабенки, которые во всех соцсетях ежедневно выкладывают какое-то дерьмо, мол, памятник мне ставьте, ведь я страдалица и героиня, парня жду из армии. И миллиарды тематических цитаток», – жестко комментирует Даша.

Действительно, в соцсетях есть тематические сообщества тех самых «ждуняшек». Вот только несколько самых популярных: «Я – Девушка Солдата. Жду любимого из армии» (22 000 подписчиков), «Я жду любимого солдата» (60 000 подписчиков), «Девушки, ждущие парней из армии! Ждем вместе» (9000 подписчиков). Вот так выглядит типичный пост в этих сообществах:

«Бегал за мной с ружьем, а потом изнасиловал»

Татьяна вспоминает свой опыт ожидания парня из армии с ярко выраженным отвращением:

«Уже больше 20 лет прошло, а до сих пор вспоминать противно. Он был моей первой любовью. Провожая его в армию, я, конечно, обещала ждать. Год прошел, как один день. Никаких встреч с ребятами, тем более свиданий, никаких вечеринок. И вот через год (тогда служили еще 2 года – прим. ред.) мой парень пришел на побывку. За две недели его отпуска я видела его ровно три раза, в остальное время он пил с друзьями. Я к нему с чувствами, а он приходил ко мне только за сексом. Тогда я все и поняла, бросила его. А он, «нажравшись» в очередной раз, схватил ружье, пришел к нам домой (родителей дома не было) и под угрозой расправы изнасиловал меня».

Заявления в милицию Татьяна не писала, но веру в честность парней потеряла на долгие годы. Сейчас она замужем, воспитывает двоих детей, а тот случай вспоминает с неохотой, при этом обязательно добавляя: «Как минимум в половине случаев, когда девушки не дожидаются парней из армии, виноваты сами парни».

Следующая история лишь подтверждает это мнение.

«Я убью тебя, шлюха!»

Эту историю мне рассказал Владимир. По его словам, все произошло у него на глазах с девушкой из их компании. Она как раз и ждала парня из армии.

«В начале их отношения выглядели чудесно, – говорит Владимир. – Конфетно-букетный период, любовь, а потом стали вместе жить. Всегда инициатива шла с ее стороны, даже подарки она ему дарила чаще, чем он ей. Да и квартиру она снимала, по большей части, на свои деньги. При этом девушка очень красивая и отбоя от поклонников у нее никогда не было. Этот факт становился поводом для их конфликтов постоянно, при этом она никогда его не обманывала, любила, как сумасшедшая. Его призвали в армию, и вот тут все лишь усугубилось. Он пытался контролировать ее всеми возможными способами. Например, часто так было, что она не могла с нашей компанией собраться вечером, потому что «она не должна развлекаться, когда он там страдает». Хотя ничего страшного никогда и не было. Мы не пьем даже».

По словам Владимира, все в компании видели происходящее, но повлиять на подругу никак не могли. Все это продолжалось полгода, однако его постоянные вспышки ревности разрушили отношения окончательно. Она сообщила, что они расстаются, а парень назвал ее шлюхой и обещал убить.

«Вот теперь ждем, когда он из армии вернется, – с грустью сказал Владимир. – Будем защищать».

Мнение психолога

Психологи-практики считают, что в объединении девушек по признаку «ожидающих» нет ничего страшного. И проблема не столько в самом ожидании, сколько в том, как устроена служба в армии, и в отношении части общества к данной теме.

«Страдание – благо. В рамках христианского концепта страдание – это путь к богу. С точки зрения гуманистической психологии, например, с позиции Фромма и де Бовуар, женщина чувствует через мужчину причастность к божественному. Ожидая своего возлюбленного, эти женщины становятся близки к богу. Другими словами, они обретают смысл своего существования, несмотря на длительную разлуку. В состоянии ожидания девушки находят себя и чувствуют свою значимость. При этом чем больше они страдают, чем больше это видят окружающие люди, тем больше девушки ближе к богу. Тем самым в их бытии появляется смысл. Исходя из позиции кризисной концепции, разработанной в рамках моей диссертационной работы, их страдание, с одной стороны, выражает причастность к семье, а с другой стороны – к государству. То есть их действия положительно оценивает огромное количество людей, при этом вполне официально. Разумеется, гражданское общество очень скептически относится к данному феномену. На лицо конфликт эпох, где одни люди видят четкий и ясный смысл в том, что девушка ждет парня, они являются представителями традиционных, правых, взглядов. Люди с наиболее прогрессивными, левыми, взглядами не видят смысла в ожидании так же, как и в самой срочной службе. С моей точки зрения, человек имеет право на свободу мысли, он имеет право выбирать и жить с теми смыслами, которые ему подходят. Однако это не исключает того факта, что современная армия требует реформы, которые позволят людям служить в армии добровольно, по собственному желанию, и тогда, когда они посчитают это нужным. Ведь нет ничего плохого в том, что молодой человек решит пойти в армию после того, как заведет семью и закончит университет, то есть. тогда, когда будет удобно в первую очередь его семье», – говорит практикующий психолог из Нижневартовска Олег Долгицкий.

Фото: социальные сети, .com

– Сохраняется ли в Абхазии традиция похищения невест?

Даур Сухумский: Сохраняется, но не в той мере, как была когда-то, потому что раньше это было проще. Если украл девушку и увез в соседнее село или в горы, ее найти было очень трудно, потому что не было средств связи. Сегодня труднее, потому что ее в любом месте можно разыскать в течение дня. Еще традиции сохраняются. 18 лет назад я приблизительно такое и сделал. Но я вынужденно это сделал. Так получилось.

– Почему?

Даур Сухумский: Потому что мы общались, я видел, что начинаю ее терять, чтобы этого не произошло. Она вообще не знала. Я предложил пойти в пацху, и с братьями, так получилось, что я ее забрал, женился. И мы 18 лет живем вместе.

Мактина: Меня тоже украли. Но если бы был телефон, я бы сообщила, что меня украли. Я не знала, что я замуж выхожу. Просто познакомились, и так получилось, что я вышла замуж. Если бы по пути у меня был бы телефон, я бы позвонила родителям, сказала бы им: «Кажется, я выхожу замуж». А так, красть девушку, как раньше, кажется, такого уже нет давно.

Embed share The code has been copied to your clipboard. The URL has been copied to your clipboard

No media source currently available

0:00 0:03:23 0:00 Скачать В отдельном окне

– Вас в каком году похитили?

Мактина: Это было в 1998 году. Моей дочке уже 20 лет. А второй – 18 лет. Но я не хочу, чтобы мою дочку украли. Ни в коем случае, я не позволю.

Гурам Александрович Гвазава: В последнее время я все реже и реже слышу о воровстве невест. Культурнее становятся люди, более цивилизованными становятся. Это хорошо. Приятно, когда парень придет со своей семьей просить руки дочки – лучше, чем воровать. К этому надо идти.

​Астамур: Воровства нет, в прямом смысле. Такого понятия нет давно в Абхазии. Я даже не помню, когда такое было. Есть обоюдное согласие, договоренности между женихом и невестой. И т.н. кража происходит именно по договору. И, может быть, бывают случаи, наверное, очень редко, но бывают, когда родители не очень хотят или не все из родителей в курсе. Как будто произошла кража. Именно в абхазском обществе самого факта похищения, я имею в виду жениха и невесты, такого я не слышал 25 лет, точно.

Валерий Кубрава: В последнее время я редко наблюдаю такие события. А раньше помню, 50 лет тому назад так было, 40 даже, 30 лет тому назад. Тогда воровство считалось нормальным явлением. Я считаю, что это несправедливо. Если девушка не хочет, то она как бы попадает в рабство, в неволю, потому что не хочет, а в дом попадает. Я считаю: если есть обоюдное согласие, иногда бывает, что от родителей скрывают, потом говорит: «Я ничего не знала, меня украли». Если так, то можно. Но если она действительно не хочет, противится, и ее через силу, тогда мне ее жаль.

Кристина: Если парень и девушка встречаются, ей 18, 19 лет, то, грубо говоря, это воровство. Мою сестру так украли, вторую тоже так украли. Они встречались, но ее украли, не из дома забирали. А чтобы я шла или кто-то шел, посторонний, и ее украли, такого давно не было, я не слышала.

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *