Пленум о незаконном предпринимательстве

В целях обеспечения правильного применения законодательства об уголовной ответственности за преступления в сфере экономической деятельности, предусмотренные статьями 171, 174 и 1741 УК РФ, и в связи с возникшими в судебной практике вопросами Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения:

1. В соответствии с частью 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ, судам следует выяснять, соответствуют ли эти действия указанным в пункте 1 статьи 2 ГК РФ признакам предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, которая осуществляется самостоятельно на свой риск лицом, зарегистрированным в установленном законом порядке в качестве индивидуального предпринимателя.

В соответствии со статьей 23 ГК РФ гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, а глава крестьянского (фермерского) хозяйства — с момента государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства. Юридическое лицо подлежит государственной регистрации (статьи 49 и 51 ГК РФ).

Судам следует иметь в виду, что отсутствует состав указанного преступления в тех случаях, когда лицо, зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя, осуществляет не запрещенную законом предпринимательскую деятельность, имея специальное разрешение (лицензию) на осуществление конкретного вида деятельности, если для этого требуется получение лицензии, и соблюдает лицензионные требования и условия.

2. В тех случаях, когда не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя лицо приобрело для личных нужд жилое помещение или иное недвижимое имущество либо получило его по наследству или по договору дарения, но в связи с отсутствием необходимости в использовании этого имущества временно сдало его в аренду или внаем и в результате такой гражданско-правовой сделки получило доход (в том числе в крупном или особо крупном размере), содеянное им не влечет уголовной ответственности за незаконное предпринимательство. Если указанное лицо уклоняется от уплаты налогов или сборов с полученного дохода, в его действиях при наличии к тому оснований содержатся признаки состава преступления, предусмотренного статьей 198 УК РФ.

3. Осуществление предпринимательской деятельности без регистрации будет иметь место лишь в тех случаях, когда в едином государственном реестре для юридических лиц и едином государственном реестре для индивидуальных предпринимателей отсутствует запись о создании такого юридического лица или приобретении физическим лицом статуса индивидуального предпринимателя либо содержится запись о ликвидации юридического лица или прекращении деятельности физического лица в качестве индивидуального предпринимателя.

Под осуществлением предпринимательской деятельности с нарушением правил регистрации следует понимать ведение такой деятельности субъектом предпринимательства, которому заведомо было известно, что при регистрации были допущены нарушения, дающие основания для признания регистрации недействительной (например, не были представлены в полном объеме документы, а также данные или иные сведения, необходимые для регистрации, либо она была произведена вопреки имеющимся запретам).

Под представлением в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, документов, содержащих заведомо ложные сведения, следует понимать представление документов, содержащих такую заведомо ложную либо искаженную информацию, которая повлекла за собой необоснованную регистрацию субъекта предпринимательской деятельности.

4. При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков осуществления предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно, судам следует исходить из того, что отдельные виды деятельности, перечень которых определяется федеральным законом, могут осуществляться только на основании специального разрешения (лицензии). Право осуществлять деятельность, на занятие которой необходимо получение специального разрешения (лицензии), возникает с момента получения разрешения (лицензии) или в указанный в нем срок и прекращается по истечении срока его действия (если не предусмотрено иное), а также в случаях приостановления или аннулирования разрешения (лицензии) (пункт 3 статьи 49 ГК РФ).

В соответствии со статьей 2 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности» под осуществлением предпринимательской деятельности с нарушением лицензионных требований и условий следует понимать занятие определенным видом предпринимательской деятельности на основании специального разрешения (лицензии) лицом, не выполняющим лицензионные требования и условия, выполнение которых лицензиатом обязательно при осуществлении лицензируемого вида деятельности.

5. Действия лица, занимающегося частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью без соответствующего специального разрешения (лицензии), если они повлекли по неосторожности причинение вреда здоровью или смерть человека, надлежит квалифицировать по соответствующей части статьи 235 УК РФ.

В том случае, когда осуществление частной медицинской практики или частной фармацевтической деятельности без соответствующего специального разрешения (лицензии) не повлекло последствий, указанных в статье 235 УК РФ, но при этом был причинен крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо извлечен доход в крупном размере или в особо крупном размере, действия лица следует квалифицировать по соответствующей части статьи 171 УК РФ.

6. Если юридическое лицо, имеющее специальную правоспособность для осуществления лишь определенных видов деятельности (например, банковской, страховой, аудиторской), занимается также иными видами деятельности, которыми оно в соответствии с учредительными документами и имеющейся лицензией заниматься не вправе, то такие действия, сопряженные с неправомерным осуществлением иных видов деятельности, должны рассматриваться как незаконная предпринимательская деятельность без регистрации либо незаконная предпринимательская деятельность без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно.

7. Согласно статье 2 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности» лицензирующими органами являются федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Лицензирующими органами могут также выступать органы местного самоуправления, например в случаях выдачи лицензии на право ведения образовательной деятельности, розничной продажи алкогольной продукции (пункт 7 статьи 33 Федерального закона «Об образовании», статья 18 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции»).

8. Судам следует иметь в виду, что в тех случаях, когда субъект Российской Федерации принял нормативный правовой акт по вопросам, вытекающим из отношений, связанных с лицензированием отдельных видов деятельности, в нарушение своей компетенции либо с нарушением федерального закона или когда такое правовое регулирование относится к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (статья 76 Конституции Российской Федерации), применяется федеральный закон.

9. Если федеральным законом разрешено заниматься предпринимательской деятельностью только при наличии специального разрешения (лицензии), но порядок и условия не были установлены, а лицо стало осуществлять такую деятельность в отсутствие специального разрешения (лицензии), то действия этого лица, сопряженные с извлечением дохода в крупном или особо крупном размере либо с причинением крупного ущерба гражданам, организациям или государству, следует квалифицировать как осуществление незаконной предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии).

10. По смыслу закона субъектом преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ, может быть как лицо, имеющее статус индивидуального предпринимателя, так и лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность без государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

При осуществлении организацией (независимо от формы собственности) незаконной предпринимательской деятельности ответственности по статье 171 УК РФ подлежит лицо, на которое в силу его служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией (например, руководитель исполнительного органа юридического лица либо иное лицо, имеющее право без доверенности действовать от имени этого юридического лица), а также лицо, фактически выполняющее обязанности или функции руководителя организации.

11. Если лицо (за исключением руководителя организации или лица, на которое постоянно, временно или по специальному полномочию непосредственно возложены обязанности по руководству организацией) находится в трудовых отношениях с организацией или индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения (лицензии) либо с нарушением лицензионных требований и условий или с предоставлением заведомо подложных документов, то выполнение этим лицом обязанностей, вытекающих из трудового договора, не содержит состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ.

12. Под доходом в статье 171 УК РФ следует понимать выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов, связанных с осуществлением незаконной предпринимательской деятельности.

13. При исчислении размера дохода, полученного организованной группой лиц, судам следует исходить из общей суммы дохода, извлеченного всеми ее участниками.

В том случае, когда незаконная предпринимательская деятельность, осуществленная организованной группой лиц, была сопряжена с извлечением дохода в особо крупном размере, действия этих лиц подлежат квалификации по пунктам «а» и «б» части 2 статьи 171 УК РФ с приведением в описательно-мотивировочной части приговора мотивов принятого решения.

14. Если при занятии незаконной предпринимательской деятельностью лицо незаконно использует чужой товарный знак, знак обслуживания, наименование места происхождения товара или сходные с ними обозначения для однородных товаров и при наличии иных признаков преступления, предусмотренного статьей 180 УК РФ, содеянное им надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 171 и 180 УК РФ.

15. Если в процессе незаконной предпринимательской деятельности осуществляются производство, приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта или сбыт немаркированных товаров и продукции, подлежащих обязательной маркировке марками акцизного сбора, специальными марками или знаками соответствия, защищенными от подделок, совершенные в крупном или особо крупном размере, действия лица надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 171 и 1711 УК РФ.

В тех случаях, когда незаконная предпринимательская деятельность была связана с производством, хранением или перевозкой в целях сбыта либо сбытом товаров и продукции, выполнением работ или оказанием услуг, не отвечающими требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, содеянное образует совокупность преступлений, предусмотренных соответствующими частями статьи 171 и статьи 238 УК РФ.

Если незаконная предпринимательская деятельность сопряжена с несанкционированными изготовлением, сбытом или использованием, а равно подделкой государственного пробирного клейма, действия лица надлежит квалифицировать по совокупности преступлений: по статье 171 УК РФ, а также по статье 181 УК РФ как совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности.

16. Действия лица, признанного виновным в занятии незаконной предпринимательской деятельностью и не уплачивающего налоги и (или) сборы с доходов, полученных в результате такой деятельности, полностью охватываются составом преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ. При этом имущество, деньги и иные ценности, полученные в результате совершения этого преступления, в соответствии с пунктами 2 и 21 части 1 статьи 81 УПК РФ признаются вещественными доказательствами и в силу пункта 4 части 3 статьи 81 УПК РФ подлежат обращению в доход государства с приведением в приговоре обоснования принятого решения.

17. Если федеральным законодательством из перечня видов деятельности, осуществление которых разрешено только на основании специального разрешения (лицензии), исключен соответствующий вид деятельности, в действиях лица, которое занималось таким видом предпринимательской деятельности, отсутствует состав преступления, предусмотренный статьей 171 УК РФ.

18. В тех случаях, когда лицо, имея целью извлечение дохода, занимается незаконной деятельностью, ответственность за которую предусмотрена иными статьями Уголовного кодекса Российской Федерации (например, незаконным изготовлением огнестрельного оружия, боеприпасов, сбытом наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов), содеянное им дополнительной квалификации по статье 171 УК РФ не требует.

19. Судам следует иметь в виду, что под финансовыми операциями и другими сделками, указанными в статьях 174 и 1741 УК РФ, следует понимать действия с денежными средствами, ценными бумагами и иным имуществом (независимо от формы и способов их осуществления, например, договор займа или кредита, банковский вклад, обращение с деньгами и управление ими в задействованном хозяйственном проекте), направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав или обязанностей. К сделкам с имуществом или денежными средствами может относиться, например, дарение или наследование.

При этом по смыслу закона ответственность по статье 174 УК РФ или по статье 1741 УК РФ наступает и в тех случаях, когда виновным лицом совершена лишь одна финансовая операция или одна сделка с приобретенными преступным путем денежными средствами или имуществом.

20. Для решения вопроса о наличии состава преступления, предусмотренного статьей 174 УК РФ, необходимо установить, что лицо совершило указанные финансовые операции и другие сделки с денежными средствами или иным имуществом в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом.

При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков состава преступления, предусмотренного статьей 174 УК РФ, судам следует выяснять, имеются ли в деле доказательства, свидетельствующие о том, что лицу, совершившему финансовые операции и другие сделки, было достоверно известно, что денежные средства или иное имущество приобретены другими лицами преступным путем.

21. При постановлении обвинительного приговора по статье 174 УК РФ или по статье 1741 УК РФ судом должен быть установлен факт получения лицом денежных средств или иного имущества, заведомо добытых преступным путем либо в результате совершения преступления.

22. В тех случаях, когда лицо приобрело денежные средства или иное имущество в результате совершения преступления и использовало эти денежные средства или иное имущество для совершения финансовых операций и других сделок, содеянное этим лицом подлежит квалификации по совокупности преступлений (например, как получение взятки, кража, мошенничество и как легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества).

23. Под лицами, использующими свое служебное положение (пункт «б» части 3 статьи 174 и пункт «б» части 3 статьи 1741 У К РФ), следует понимать должностных лиц, служащих, а также лиц, осуществляющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях.

24. Использование нотариусом своих служебных полномочий для удостоверения сделки, заведомо для него направленной на легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, квалифицируется как пособничество по части 5 статьи 33 УК РФ и соответственно по статье 174 или статье 1741 УК РФ и при наличии к тому оснований — по статье 202 УК РФ.

25. Сбыт имущества, которое было получено в результате совершения преступления (например, хищения) иными лицами, не образует состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества (статья 174 УК РФ), если такому имуществу не придается видимость правомерно приобретенного. В зависимости от конкретных обстоятельств дела указанные действия могут содержать признаки состава преступления, предусматривающего ответственность за хищение (в форме пособничества) либо состава преступления, предусмотренного статьей 175 УК РФ.

26. Если лицом был заключен договор купли-продажи в целях легализации имущества, полученного им в результате преступления, и покупатель, осознавая указанное обстоятельство, приобрел это имущество для придания правомерного вида владению, пользованию или распоряжению им, то действия покупателя надлежит квалифицировать по соответствующей части статьи 174 УК РФ, а действия продавца — по соответствующей части статьи 1741 УК РФ.

27. Если при рассмотрении уголовного дела по обвинению лица в совершении преступления, предусмотренного статьей 174 или статьей 1741 УК РФ, будет установлено, что имущество, деньги и иные ценности получены в результате преступных действий либо нажиты преступным путем, они в соответствии с пунктами 2 и 21 части 1 статьи 81 УПК РФ признаются вещественными доказательствами и на основании пункта 4 части 3 указанной статьи подлежат возвращению законному владельцу либо обращению в доход государства с приведением в приговоре обоснования принятого решения.

Председатель Верховного Суда
Российской Федерации
В. Лебедев

Секретарь Пленума,
судья Верховного Суда
Российской Федерации
В. Демидов

Пленум Верховного Суда РФ подготовил разъяснения по актуальной проблеме защиты авторских и смежных прав. В частности, Пленум пояснил, что охраняется авторским правом, а что не является объектом защиты. Так, в соответствии с законодательном РФ объектами авторского права не являются: официальные документы (законы, другие нормативные акты, судебные решения, иные тексты законодательного, административного и судебного характера), а также их официальные переводы; государственные символы и знаки (флаги, гербы, ордена, денежные знаки и иные государственные символы и знаки); произведения народного творчества; сообщения о событиях и фактах, имеющие информационный характер (например, сообщения о новостях дня, расписания движения транспортных средств). Поэтому воспроизведение, распространение или иное их использование любым способом не образует состава преступления, предусмотренного ст. 146 УК РФ (нарушение авторских и смежных прав).
Кроме того, Пленум дала правовое толкование таким важным понятиям, как плагиат, присвоение авторства, контрафакт. В отношении последнего отмечено, что экземпляры произведений или фонограмм считаются контрафактными, если изготовление, распространение или иное их использование, а равно импорт таких экземпляров нарушает авторские и смежные права, охраняемые в соответствии с законодательством РФ. Разрешая вопрос о том, является ли экземпляр произведения контрафактным, суд должен оценивать все фактические обстоятельства дела, в частности, обстоятельства и источник приобретения лицом указанного экземпляра, правовые основания его изготовления или импорта, наличие договора о передаче (предоставлении) права пользования (например, авторского или лицензионного договора), соответствие обстоятельств использования произведения условиям этого договора (выплата вознаграждения, тираж и т.д.), заключение экспертизы изъятого экземпляра произведения. Что касается «присвоения авторства», то оно как способ нарушения изобретательских и патентных прав применительно к ст. 147 УК РФ (нарушение изобретательских и патентных прав) предполагает объявление себя автором чужих изобретения, полезной модели или промышленного образца, получение патента лицом, не внесшим личного творческого вклада в создание указанных объектов интеллектуальной собственности, в том числе лицом, которое оказало автору только техническую, организационную или материальную помощь либо только способствовало оформлению прав на них и их использование. В отношении такого достаточно распространенного преступления, как незаконное использование товарного знака (ст. 180 УК РФ), высшая судебная инстанция пояснила, что уголовная ответственность по указанной статье наступает только в тех случаях, когда это деяние совершено неоднократно или причинило крупный ущерб.
Любое лицо, впервые совершившее указанные выше преступления, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшими и загладило причиненный им вред. При этом до принятия решения о прекращении дела суд должен убедиться в том, что причиненный потерпевшему в результате преступления вред действительно заглажен.

Реформирование экономики России сопровождается криминализацией, создающей серьезную угрозу безопасности государства. Попадание больших сумм преступных денег в легальную экономику страны ведет к целому ряду отрицательных последствий на макроэкономическом уровне, как, например, повышение финансовых рисков, в первую очередь в банковском секторе, отрицательные последствия в плане сбора налогов и распределения государственных расходов по причине неверной отчетности о доходах и благосостоянии, отток капитала из страны.

Если криминальные капиталы не изымать у преступников, то благодаря высоким доходам, получаемым от преступной деятельности, им удастся взять под свой контроль не только отдельные предприятия, но и целые отрасли. Общественная опасность незаконного предпринимательства и легализации преступно приобретенных денежных средств и другого имущества состоит в возникновении неконтролируемого «серого» или «теневого» сектора экономики, приносящего ущерб финансовым интересам государства, нарушающего правила конкуренции на рынке, способствующего распространению поддельных товаров, некачественных услуг, обмана потребителей и контрагентов.

Насколько эффективно будет «работать» уголовное законодательство, настолько результативными будут усилия государства по пресечению незаконного предпринимательства и легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем. Одними из мер противодействия проявлениям криминальной активности в сфере хозяйствования являются уголовно-правовые средства, применение которых существенно затруднено из-за отсутствия разъяснений по вопросам, возникающим в практике рассмотрения судами дел о незаконном предпринимательстве и легализации преступно приобретенного имущества, в связи с необходимостью при установлении признаков этих преступлений учитывать законодательство в области гражданского, банковского, налогового и иных отраслей права, нормы которых составляют неотъемлемую часть уголовно-правового законодательства.

В принятом 18 ноября 2004 г. постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» даны разъяснения о применении норм закона по делам указанной категории, направленных на устранение имеющихся ошибок при правовой оценке содеянного лицами, виновными в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 171, 174 и 174.1 УК РФ. В соответствии с ч. 1 ст. 34 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя (ч. 1 ст. 23 ГК РФ); глава крестьянского (фермерского) хозяйства — с момента государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства (ч. 2 ст. 23 ГК РФ). Обязательной государственной регистрации подлежит и юридическое лицо (ст. 51 ГК РФ).

Как отметил Пленум Верховного Суда РФ, при решении вопроса о наличии в действиях лица состава преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ, судам следует выяснять, соответствуют ли эти действия указанным в п. 1 ст. 2 ГК РФ признакам предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, которая осуществляется самостоятельно на свой риск лицом, зарегистрированным в установленном законом порядке в качестве индивидуального предпринимателя. При этом суды должны руководствоваться принципом системности законодательства, означающего, в частности, что уголовное право не создает собственного, отличного от гражданско-правового, понятия предпринимательской деятельности.

До настоящего времени суды по-разному квалифицировали действия лиц, получивших крупный доход от заключения одной единственной сделки, в силу отсутствия единства в том, что следует понимать под предпринимательской деятельностью и какая правовая грань разделяет законную деятельность и незаконную. Например. Курганским городским судом 17 мая 2002 г. Кузьминов оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления. Он обвинялся в том, что, заключив договор займа с Галагановой, передал ей 100 тыс. рублей сроком на 1 год на условиях выплаты ежемесячно 10% от переданной суммы с условием продления срока свыше определенного договором с повышением размера ежемесячных выплат до 15%. За использование предоставленных по договору займа денежных средств Кузьминов регулярно в течение восьми месяцев получал от Галагановой выплаты. После обращения в суд в порядке гражданского судопроизводства с Галагановой было взыскано еще 245 394 руб. в счет основного долга и в качестве процентов. Органы предварительного следствия, предъявив Кузьминову обвинение в осуществлении предпринимательской деятельности без регистрации, сопряженной с извлечением дохода в особо крупном размере, исходили из того, что он в нарушение установленного законом порядка не зарегистрировался в качестве предпринимателя и осуществлял предпринимательскую деятельность, направленную на систематическое получение прибыли, — процентных выплат по договору займа. Суд мотивировал оправдание Кузьминова тем, что заключенный им один договор займа представляет собой однократное действие, а регулярность выплат процентов за пользование денежными средствами по условиям договора является порядком исполнения обязательств по договору, а не совокупностью систематических действий, направленных на извлечение прибыли в результате возмездного удовлетворения потребностей третьих лиц. Напротив, Заинским городским судом Республики Татарстан Улусян был осужден по п. «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ за следующее. В период с января по октябрь 1999 г. он осуществлял строительно-монтажные работы в качестве подрядчика коллективного предприятия, не имея при этом соответствующей лицензии и не зарегистрировавшись в качестве предпринимателя. По договору о выполнении ремонтно-строительных работ за данный период времени осужденный выполнил следующие работы: ремонт автогаража, строительство летнего лагеря и капитальный ремонт коровника. В результате указанной противозаконной деятельности он извлек доход в особо крупном размере. Суд в этом случае исходил из того, что виновный в течение длительного времени получал доходы, которые в суммарном выражении составили особо крупный размер.

Данное Пленумом Верховного Суда РФ определение того, какая предпринимательская деятельность является законной, позволит судам избегать ошибок при квалификации действий виновных по ст. 171 УК РФ и исключать случаи незаконного осуждения лица за действия, которые «укладываются» в нормы гражданского законодательства. В частности, п. 2 постановления содержит формулировку, направленную на предотвращение возможных судебных ошибок в тех случаях, когда гражданин, руководствующийся нормами Гражданского кодекса Российской Федерации при сдаче в аренду своей квартиры, не будет привлекаться к уголовной ответственности за незаконную предпринимательскую деятельность.

Третий пункт постановления посвящен раскрытию объективной стороны незаконного предпринимательства. Пленум дал подробные разъяснения, что следует понимать под осуществлением предпринимательской деятельности без регистрации либо под нарушением правил регистрации и что следует понимать под представлением документов, содержащих заведомо ложную информацию, которая повлекла за собой необоснованную регистрацию субъекта предпринимательской деятельности. Важным является разъяснение о том, что предпринимательская деятельность может осуществляться только на основании специального разрешения (лицензии). Право на такую деятельность возникает с момента получения разрешения. Это разъяснение соответствует содержанию Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности». Будет уместным привести статистические данные о судимости по упомянутой категории дел за последние несколько лет. За незаконное предпринимательство в 2001 году было осуждено 1758 человек, в 2002 году — 1293 человека. Как видим, уже тогда наметилась тенденция к сокращению числа лиц, совершивших названное преступление, а в 2003 году их число резко пошло вниз и составило 532 человека.

Таким образом, по сравнению с 2001 годом число осужденных за незаконное предпринимательство сократилось более чем в три раза.

Следует отметить, что в 2003 году судами по ст. 171 УК РФ оправдано 39 человек. В отношении 234 лиц дела были прекращены производством, из них за отсутствием состава преступления — в отношении 28 человек, по амнистии — 27 человек.

В 2003 году к лишению свободы от числа всех осужденных за незаконное предпринимательство осуждено 5% виновных, каждому пятому был назначен штраф. Условно осужден каждый третий.

За 6 месяцев 2004 года по ст. 171 УК РФ осуждено 111 человек, из них 16 — по совокупности с другими преступлениями.

В практической деятельности судов возникло немало вопросов о критериях различия составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 235 и 171 УК РФ, когда лицо занимается частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью. Пленум Верховного Суда РФ уточнил в пункте пятом постановления, что квалификация действий лица, занимающегося названными видами деятельности, по ст. 171 УК РФ (разумеется, при наличии к тому оснований) возможна лишь тогда, когда отсутствуют последствия, указанные в диспозициях чч. 1 или 2 ст. 235 УК РФ.

Пункт шестой постановления Пленума обращает внимание судов на то, что, если юридическое лицо, имеющее специальную правоспособность для осуществления лишь определенных видов деятельности (например, банковской, страховой, аудиторской), занимается также иными видами деятельности, которыми оно в соответствии с учредительными документами и имеющейся лицензией заниматься не вправе, такие действия, сопряженные с неправомерным осуществлением иных видов деятельности, должны рассматриваться как незаконная предпринимательская деятельность без регистрации либо незаконная предпринимательская деятельность без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно.

Пункт седьмой постановления Пленума содержит информацию, кто может выступать в качестве лицензирующих органов. Это федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, а также в отдельных случаях органы местного самоуправления.

Как показывает практика, нередки факты, когда субъект Российской Федерации принимает нормативные документы по вопросам лицензирования, противоречащие федеральному законодательству. Нарушение установленных такими документами требований не может рассматриваться как признак незаконного предпринимательства. К сожалению, порой к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ необоснованно привлекались предприниматели за то, что они не выполняли требований нормативных актов субъектов Российской Федерации.

Поэтому в восьмой пункт постановления включено разъяснение о том, что в тех случаях, когда субъект Российской Федерации принял нормативный правовой акт по вопросам, вытекающим из отношений, связанных с лицензированием отдельных видов деятельности, в нарушение своей компетенции либо с нарушением федерального закона, или когда такое правовое регулирование относится к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, применяется федеральный закон.

Данное разъяснение соответствует ст. 76 Конституции Российской Федерации и позволит избежать вынесения судами необоснованных обвинительных приговоров.

Положения пункта девятого постановления при обсуждении вызвали оживленную дискуссию. Так, высказывалось мнение, что, если федеральным законодательством разрешено заниматься предпринимательской деятельностью только при наличии специального разрешения (лицензии), а порядок и условия этой деятельности не были установлены, лицо, осуществляющее такой вид деятельности в отсутствие специального разрешения (лицензии) и получившее доход в крупном (особо крупном) размере или причинившее крупный ущерб гражданам, организациям или государству, не подлежит ответственности по ст. 171 УК РФ.

Другие же, не согласные с этой точкой зрения, ссылались на то, что к лицензируемым видам деятельности относятся виды деятельности, осуществление которых может повлечь за собой нанесение ущерба правам, законным интересам, здоровью граждан, обороне и безопасности государства, культурному наследию народов Российской Федерации и регулирование которых не может осуществляться иными методами, кроме как лицензированием (ст. 4 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности»).

Сторонники второй позиции отметили, что отсутствие регламентации порядка и условий получения лицензии не может служить основанием для освобождения от уголовной ответственности, поскольку это противоречит смыслу ряда конституционных норм. Такая позиция полностью согласуется с разъяснением, изложенным в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ. Поскольку у судей возникали вопросы, связанные с кругом субъектов незаконного предпринимательства, то, исходя из положений ст.ст. 23, 48, 49, 51, 53 ГК РФ, в десятом пункте постановления дано соответствующее разъяснение. Субъектом указанного преступления могут быть как лица, имеющие статус индивидуального предпринимателя, так и иные лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без регистрации. Это разъяснение соответствует диспозиции ст. 171 УК РФ, так как закон не ограничивает круг лиц, которые могут быть субъектом данного преступления. Что касается организаций, занимающихся незаконной предпринимательской деятельностью, то ответственности по ст. 171 УК РФ подлежат физические лица, на которых в силу служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией.

Имеет большое практическое значение разъяснение, сформулированное в одиннадцатом пункте постановления. У судов не было ясности, имеются ли основания для привлечения к уголовной ответственности лиц, находящихся в трудовых отношениях с организацией либо индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения либо с нарушением требований и условий лицензирования и т. п.

Пленум разъяснил, что поскольку наемные работники выполняют обязанности, вытекающие из трудового договора, то оснований для привлечения их к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ не имеется.

Одно из самых дискуссионных положений постановления Пленума содержится в пункте двенадцатом постановления. На протяжении длительного времени оно порождало споры среди юристов. С момента вступления в силу Уголовного кодекса Российской Федерации 1996 года судебная практика склонялась к пониманию дохода, упоминаемого в ст. 171 УК РФ, как общей суммы выручки, полученной в связи с осуществлением предпринимательской деятельности, за вычетом расходов, которые предприниматель понес в ходе этой деятельности.

Так, Президиум Верховного Суда РФ, рассматривая 25 ноября 1998 г. дело Кондратьевой, пришел к выводу о том, что доход, о котором говорится в ст. 171 УК РФ, составляет фактически по своему объему прибыль, полученную от незаконной предпринимательской деятельности, за вычетом расходов, связанных с ее осуществлением ( Бюллетень Верховного Суда РФ, 2000 г., N 7).

Однако с такой позицией, как было видно из отзывов, поступивших из судов, не все согласны. Об этом, например, сообщили Курганский областной суд, Московский городской суд и другие областные и равные им суды. Ряд судей Воронежского областного суда высказывали мнение об ином понятии дохода, чем сложившееся в судебной практике, мотивируя это тем, что ранее упомянутый вариант исчисления доходов сопряжен с уходом от ответственности лиц, недобросовестно ведущих финансовую документацию и заявляющих, что полученная выручка идет только на покрытие расходов. Большинство участников дискуссии сочли, что при определении понятия «доход», указанного в ст. 171 УК РФ, следует руководствоваться ст.ст. 247 и 249 Налогового кодекса Российской Федерации.

Исходя из этого под доходом необходимо понимать всю выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов. Многие суды задавали вопрос, из какой суммы следует исходить в случае совершения незаконного предпринимательства организованной группой. Принято решение такой суммой считать общую сумму дохода, извлеченного всеми ее участниками. В том случае, когда незаконная предпринимательская деятельность, осуществленная организованной группой лиц, была сопряжена с извлечением дохода в особо крупном размере, действия этих лиц подлежат квалификации по пп. «а», «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ с приведением в описательно-мотивировочной части приговора мотивов принятого решения.

Пленум Верховного Суда РФ также дал разъяснения о том, что содеянное следует квалифицировать по совокупности совершенных преступлений в тех случаях, когда лицо, занимающееся незаконной предпринимательской деятельностью, незаконно использует товарный знак (ст. 180 УК РФ); осуществляет производство, приобретение, хранение, перевозку или сбыт немаркированных товаров или продукции (ст. 171.1 УК РФ); осуществляет такие действия либо оказывает услуги, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей (ст. 238 УК РФ) или если незаконная предпринимательская деятельность сопряжена с несанкционированным изготовлением, сбытом или использованием, а равно подделкой государственного пробирного клейма (ст. 181 УК РФ).

Еще один дискуссионный вопрос, затронутый на Пленуме Верховного Суда РФ, касался возможности привлечения к уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов с доходов, полученных в результате незаконного предпринимательства.

По этому вопросу высказывались две точки зрения.

Пленум решил данную проблему разъяснением, что дополнительной квалификации по ст.ст. 198 или 199 УК РФ за уклонение от уплаты налогов с доходов, полученных в результате незаконной предпринимательской деятельности, не требуется.

Этим разъяснением, изложенным в п. 16 постановления, подчеркивалось, что если незаконное предпринимательство одновременно квалифицировать и как налоговое преступление, удваивается ответственность лица, совершившего одно деяние.

Как представляется, совокупность ст. 171 УК РФ и ст.ст. 198 и 199 УК РФ исключается еще и потому, что, во-первых, весь доход, полученный в результате преступной деятельности, подлежит обращению в пользу государства, в связи с чем взыскать с этого дохода налог нельзя, и, во-вторых, соглашаясь на обложение налогом дохода, полученного в результате преступления, государство как бы легализует само преступление.

Разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, содержащееся в п. 17 постановления, касалось конкретного случая, встречающегося в судебной практике.

Судьи спрашивают, есть ли состав преступления, когда из перечня видов деятельности, осуществление которых разрешено только на основании лицензии, исключен соответствующий вид деятельности?

Пленум дал отрицательный ответ исходя из того, что диспозиция ст. 171 УК РФ является описательно-бланкетной, содержание данной уголовно-правовой нормы определяется, в том числе, и законодательством о лицензировании. Поэтому изменение указанного законодательства может влечь и изменение пределов действия уголовного закона, т. е. фактически декриминализировать деяние.

Если незаконное предпринимательство выражается в деятельности, запрещенной уголовным законом (например, в незаконном сбыте наркотических средств), то виновные лица привлекаются к ответственности по специальным составам Уголовного кодекса Российской Федерации и дополнительно квалифицировать их действия по ст. 171 УК РФ не требуется (п. 18 постановления).

Последующие пункты постановления Пленума Верховного Суда РФ посвящены вопросам квалификации действий лиц, занимающихся «отмыванием» денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем. Привлечение виновных к уголовной ответственности за «отмывание» «грязных» денег подрывает финансовую основу организованной преступности и терроризма. По этому пути идут многие страны, прежде всего — участники Конвенции Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности ( Страсбург, 8 ноября 1990 г.) и Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности ( Палермо, 15 ноября 2000 г.).

Здесь следует отметить, что несмотря на прямое предписание Конвенции Совета Европы 1990 года в российском законодательстве не предусмотрена ответственность за «утаивание или сокрытие действительной природы, происхождения, местонахождения» и т. д. преступно нажитого имущества, несмотря на то, что указанная Конвенция прямо предусматривает, что все страны-участники должны криминализировать в том числе и этот способ совершения отмывания.

Как известно, с 7 августа 2001 г. Федеральным законом N 121-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем» введена в действие ст. 174.1 УК РФ, влекущая ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления. То есть был установлен специальный субъект этого преступления.

Данные судебной статистики свидетельствуют, что за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенного другими лицами преступным путем, в 2001 году было осуждено 73 человека, в 2002 году — 27 человек.

В 2003 году количество осужденных по ст. 174 УК РФ продолжало сокращаться и составило 11 человек, а по ст. 174.1 УК РФ осуждено 3 человека.

Всем осужденным суды назначили наказание к лишению свободы условно.

За шесть месяцев 2004 года по ст. 174 УК РФ осуждено 7 человек, из них 5 — по совокупности за совершение других преступлений.

По ст. 174.1 УК РФ было осуждено 9 человек, из них 8 — по совокупности за совершение других преступлений.

В такой ситуации говорить о какой-либо сложившейся судебной практике по ст.ст. 174, 174.1 УК РФ в редакции Федерального закона от 7 августа 2001 г. вряд ли возможно.

Поэтому авторы постановления Пленума Верховного Суда РФ опирались не только на запросы отдельных судов, но главным образом на анализ диспозиций этих статей, чтобы сформулировать рекомендации, которые дадут возможность предупредить возможные судебные ошибки при рассмотрении дел данных категорий.

Содержащиеся в пункте девятнадцатом разъяснения имеют большое значение для определения наличия составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 171 и 174 УК РФ. Редакция первого абзаца предложена Федеральной службой по финансовому мониторингу. Он гласит: под финансовыми операциями следует понимать действия с денежными средствами, ценными бумагами и иным имуществом, независимо от формы и способов их осуществления (например, договор займа или кредита, банковский вклад, обращение с деньгами и управление ими в задействованном хозяйственном проекте), которые направлены на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав и обязанностей.

Упомянутая формулировка рассматриваемых составов преступлений распространяется на оба состава преступления, поскольку субъекты ответственности будут нести уголовную ответственность лишь тогда, когда они предпримут действия, направленные на отмывание денег и другого имущества, добытого преступным путем (т. е. легализацию доходов).

При этом по смыслу закона ответственность по ст. 174 УК РФ или по ст. 174.1 УК РФ наступает в тех случаях, когда виновным лицом совершена лишь одна финансовая операция или одна сделка с приобретенными преступным путем денежными средствами или имуществом.

В отличие от ст. 174 УК РФ в диспозиции ст. 174.1 УК РФ указывается, что ответственность за легализацию незаконно приобретенного имущества, денежных средств другими лицами наступает, когда осуществление финансовых операций и сделок совершается «в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом». То есть необходимо установить умысел лица на такие действия. Это положение закона и разъясняется в пункте двадцатом постановления. Там же содержится другое важное разъяснение о том, что ответственность лица по ст. 174 УК РФ наступает лишь в случаях, если ему было известно о приобретении имущества или денежных средств другими лицами преступным путем.

В отзыве Федеральной службы по финансовому мониторингу приведенная формулировка вызвала сомнение, делалась ссылка на положение Страссбургской конвенции (п. 3 ст. 6), предусматривающей квалификацию в качестве уголовного правонарушения установленных действий с имуществом и в том случае, когда правонарушитель должен был предполагать, что имущество получено преступным путем. В связи с этим было высказано предложение внести в постановление соответствующее дополнение.

С указанной позицией авторы постановления не согласились, поскольку в диспозиции ст. 174 УК РФ законодатель использовал термин «заведомо», что исключает возможность какого-либо «подправления» закона. Полемику как у ученых, так и у судей, других практических работников вызвало разъяснение, содержащееся в пункте двадцать втором постановления Пленума. Суть спора заключалась в том, какие доказательства могут свидетельствовать о получении лицом денежных средств или иного имущества преступным путем либо в результате совершения преступления.

Так, Федеральная служба по финансовому мониторингу полагает, что преступное происхождение денежных средств или иного имущества может быть установлено не только решением суда, но и решением органов расследования.

С такой точкой зрения не согласились некоторые ученые, которые отметили, что решение органов расследования должно найти отражение в приговоре суда. Их поддержали судьи Волгоградского, Калининградского и ряда других областных и равных им судов. При изложении текста данного пункта авторы исходили из контекста ст.ст. 174 и 174.1 УК РФ в их внутренней, неразрывной связи, поскольку в том и другом случаях необходимо, как это видно из смысла диспозиции названных статей, чтобы факт преступного происхождения денежных средств и иного имущества был установлен приговором суда.

Того же требуют и нормы уголовно-процессуального закона.

Имеющиеся материалы судебной практики свидетельствуют о том, что источником приобретения денежных средств и иного имущества может быть совершение таких преступлений, как хищение, контрабанда, незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ, оружия, получение взятки, и многих других. Естественно, что факт совершения преступления, послужившего источником происхождения легализуемого имущества, должен быть установлен приговором суда.

Данное разъяснение соответствует ст. 49 Конституции Российской Федерации, где указано, что каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Исходя из этого другой подход к установлению факта совершения преступления, который послужил источником происхождения легализуемого имущества, путем решения органа предварительного расследования противоречил бы нашему национальному законодательству.

Далее Пленум в постановлении дал определение лица, использующего служебное положение (п. 23); разъяснил, как квалифицировать действия нотариуса, который использует свои служебные полномочия для удостоверения сделки, заведомо для него направленной на легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества (п. 24).

В пункте двадцать пятом постановления Пленум разграничил легализацию (отмывание) денежных средств или имущества, приобретенных преступным путем, от такого «классического» преступления, как приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем. Различаются указанные преступления по цели совершения сделок с этим имуществом.

В связи с изложенным при квалификации финансовых операций и других сделок по ст. 174 УК РФ необходимо устанавливать наличие у лица, участвующего в этих операциях и сделках, цели придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом.

Пункт двадцать шестой постановления сформулирован с учетом запросов судов о возможности признания незаконными действий по купле-продаже, например, какого-либо имущества, приобретенного преступным путем (например, у лица, осужденного за взятку), о чем достоверно было известно покупателю, который несмотря на это заключил соответствующий договор.

Большинство участников Пленума сошлось во мнении, что в этом случае покупатель оказал содействие продавцу в отмывании такого имущества и действия покупателя надлежит квалифицировать по соответствующей части ст. 174 УК РФ, а действия продавца — по соответствующей части ст. 174.1 УК РФ.

Завершает постановление Пленума пункт двадцать седьмой, в котором содержатся ссылки на ст. 81 УПК РФ, решающую вопросы конфискации денег или иных ценностей, полученных в результате преступных действий либо нажитых преступным путем.

Полагаем, что реализация в судебной практике разъяснений Пленума Верховного Суда РФ сыграет существенную роль в правильном понимании и применении ст.ст. 171, 174 и 174.1 УК РФ.

Заместитель Председателя
Верховного Суда
Российской Федерации
В.П.ВЕРИН

Пленум Верховного Суда РФ 15 ноября принял Постановление № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности». Следует отметить, что данное Постановление широко обсуждалось еще на стадии проекта и бизнес-сообщество, как и многие юристы, возлагало на него большие надежды. Различные публикации в СМИ предрекали скорое прекращение применения арестов в отношении предпринимателей, а также прекращение уголовных дел путем судебного обжалования еще на стадии предварительного расследования. Помогут ли реализовать это разъяснения, которые дал ВС РФ в Постановлении?

Прописные истины

Положения о Пленуме Верховного Суда, его полномочиях, задачах и целях его деятельности содержатся в ст. 5 Федерального конституционного закона от 05.02. 2014 № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации».

Пункт 1 указанной статьи Закона № 3-ФКЗ в качестве некоторых из многочисленных функций Пленума определяет рассмотрение материалов анализа и обобщения судебной практики и разъяснение судам вопросов судебной практики в целях обеспечения единообразного применения законодательства РФ.

При этом ст. 1 УК РФ прямо указывает, что уголовное законодательство состоит только из самого Уголовного кодекса, который, в свою очередь, основывается на Конституции РФ.

Фактически постановления Пленума Верховного Суда не могут являться нормативными правовыми актами. Компетенция суда как носителя государственной власти состоит в применении права, но никак не в создании правовых норм.

Ни Верховный Суд, ни его подразделения, в том числе и Пленум, не являются органами, в компетенцию которых входит правотворчество.

Таким образом, любое постановление Пленума ВС РФ всего лишь обобщает существующую правоприменительную практику и дает разъяснения в целях единообразного применения законодательства всеми судами страны.

Постановление Пленума ВС РФ от 15.11.2016 № 48 не является исключением, не вводит никаких новых норм материального или процессуального права, а всего лишь разъясняет существующие положения уголовного и уголовно-процессуального законов.

Следует отметить, что данные положения и ранее были очевидны, однако с пугающей регулярностью нарушались правоприменителями, в связи с чем п. 1 Постановления № 48 разъясняет судам прописную истину, на которой должна основываться вся судебная система, о необходимости неукоснительного соблюдения норм уголовного и уголовно-процессуального права.

Постановление № 48 дает действительно очень важные разъяснения:

–о порядке заключения под стражу предпринимателей;

–о порядке освобождения от уголовной ответственности;

–как нижестоящие суды должны рассматривать жалобы предпринимателей на действия и бездействие следователей;

–что является поводом и основанием для возбуждения уголовного дела по делам в сфере предпринимательства;

–кто может считаться надлежащим заявителем (потерпевшим);

–какие действия обязан совершить следователь для того, чтобы постановление о возбуждении дела было законным;

–о порядке признания документов и предметов вещественными доказательствами и сроках возвращения предпринимателям изъятых документов;

–что является признаком преднамеренного неисполнения договорных обязательств.

Арест предпринимателей

Наиболее ожидаемой и обсуждаемой частью Постановления № 48 были вопросы, связанные с применением к обвиняемым по делам в сфере экономической деятельности такой меры пресечения, как заключение под стражу.

В декабре 2009 года Федеральным законом от 29. 12.2009 № 383-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» была введена в действие ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, в которой прямо и недвусмысленно был установлен запрет на применение заключения под стражу лиц, которые обвиняются в совершении преступлений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Однако вплоть до настоящего времени следственные изоляторы регулярно принимают в свои стены предпринимателей. Постановления Пленума ВС РФ, неоднократно разъясняющие положения как ст. 108 УПК РФ в целом, так и непосредственно ч. 1.1 данной статьи, ситуацию никак не меняли.

Постановление Пленума № 48 уделяет данному вопросу всего лишь два пункта, где в очередной раз подчеркивает, что предпринимателей заключать под стражу запрещено.

Единственное новшество, введенное п. 7 указанного Постановления, – это определение того, какие преступления следует считать совершенными в сфере предпринимательской деятельности.

ВС РФ разъяснил, что если преступление совершено предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности или управлением его имуществом, а также если оно совершено членом органа управления коммерческой организации при осуществлении им полномочий по управлению этой организацией, то такое преступление считается совершенным именно в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Остается только надеяться, что столь краткое определение в сочетании с очередным разъяснением закона, существующего уже семь лет, в конце концов прекратит сложившуюся порочную судебную практику ареста предпринимателей.

Освобождение от уголовной ответственности

Ранее предметом обсуждения в СМИ стали две редакции п. 16 проекта Постановления Пленума № 48, посвященного ст. 76.1 УК РФ об освобождении от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности.

Статья 76.1 УК РФ предусматривает возможность освобождения от уголовной ответственности предпринимателя, который впервые совершил преступление, в случае возмещения ущерба, причиненного бюджетной системе, государству, гражданину или организации.

Проект в одной редакции предусматривал невозможность освобождения от уголовной ответственности при несоблюдении требований указанной статьи. Другая редакция позволяла освободить привлекаемое лицо от уголовной ответственности за преступление в сфере предпринимательской деятельности по общим основаниям даже в случае невыполнения требований специальной ст. 76.1 УК РФ.

В итоге Постановлением № 48 разъяснено, что если предпринимателем выполнены не все условия, предусмотренные ст. 76.1 УК РФ, суд может прекратить уголовное преследование только в связи с деятельным раскаянием, примирением с потерпевшим либо суд может освободить лицо от уголовной ответственности, назначив штраф.

Данное разъяснение позволяет обвиняемому избежать исполнения наиболее обременительных условий, изложенных в ч. 2 ст. 76.1 УК РФ, где помимо возмещения ущерба потерпевшему предусмотрена обязанность перечислить в бюджет возмещение двукратной суммы ущерба.

Жалобы о незаконном возбуждении уголовного дела

В пунктах 2–5 Постановления № 48 дается достаточно важное разъяснение о том, как судам належит рассматривать жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ о незаконном возбуждении уголовного дела.

В частности, Верховный Суд РФ подчеркивает, то что при рассмотрении жалоб на стадии предварительного расследования суд не должен занимать формальную позицию, а именно: суд не должен ограничиваться указанием на то, что якобы он не имеет права вмешиваться в деятельность органов, осуществляющих предварительное расследование, и не должен считать это достаточным обоснованием действий или бездействия предусмотренного законом права следователя.

ВС РФ еще раз указал, что любые действия и решения следователя должны быть обоснованными, и если следователь совершает какое-либо процессуальное действие, то для этого должны быть достаточные поводы и основания. Более того, суд должен дать оценку законности и обоснованности проведения в том числе и оперативно-разыскных мероприятий.

Также в Постановлении № 48 разъясняется, что суд при рассмотрении жалобы на стадии предварительного расследования вправе и обязан дать оценку достаточно важным обстоятельствам: имелись ли у следователя достаточные законные основания для возбуждения уголовного дела.

Данные разъяснения чрезвычайно важны, поскольку подчеркивают право и возможность для предпринимателя и его защиты уже на самых ранних стадиях уголовного судопроизводства активно отстаивать свою позицию и пресекать незаконные действия как следователя, так и оперативников. При этом суд уже не может, а точнее, не должен указывать предпринимателю, в отношении которого ведется уголовное преследование, что всю законность сбора доказательств и порядка возбуждения уголовного деля будет проверять суд, который будет рассматривать дело по существу.

Если разъяснения указанных выше пунктов Постановления № 48 будут восприняты нижестоящими судами, и они начнут реализовываться на практике, а не останутся декларируемыми, то у предпринимателей появится достаточно сильная система противодействия давлению со стороны конкурентов, рейдерским захватам и коррумпированным представителям правоохранительных органов, которые при наличии одного лишь рапорта, не основанного на фактах, возбуждают уголовное дело и откровенно препятствуют нормальному осуществлению предпринимательской деятельности.

Следует отметить, что в п. 2–5 данного Постановления большое внимание уделяется и тому, что является поводом и основанием для возбуждения уголовного дела.

Подчеркивается, что только на основании заявления потерпевшего могут быть возбуждены уголовные дела о мошенничестве (ст. 159 УК РФ), мошенничестве в сфере кредитования (ст. 159.1), мошенничестве при получении выплат (ст. 159.2 УК РФ), мошенничестве с использованием платежных карт (ст. 159.3 УК РФ), присвоении и растрате (ст. 160 УК РФ), причинении имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ), так как данные дела являются делами частно-публичного обвинения, если они совершены в сфере предпринимательской либо иной экономической деятельности.

Здесь же дается детальное описание такого субъекта уголовного преследования, как член органа управления коммерческой организации. В частности, к ним относятся: член совета директоров, наблюдательного совета, член коллегиального исполнительного органа коммерческой организации, лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа.

Кроме того, детально разъясняется, кто может считаться потерпевшим, на основании заявления которого может быть возбуждено уголовное дело, если потерпевшей является коммерческая организация. Сюда относятся лицо, являющееся единоличным руководителем коммерческой организации, руководитель коллегиального исполнительного органа либо лицо, уполномоченное руководителем организации представлять ее интересы. Если же в совершении преступления подозревается руководитель коммерческой организации, то уголовное дело может быть возбуждено на основании заявления органа управления организации, который обладает полномочиями по избранию, назначению или прекращению полномочий руководителя.

Дела о незаконной банковской деятельности (ст. 172 УК РФ) могут быть возбуждены, только если поводом для возбуждения дела являются материалы, направленные Центральным банком РФ.

По делам же об уклонении от уплаты налогов с физического лица (ст. 198 УК РФ) или с организации (ст. 199 УК РФ), о неисполнении обязанностей налогового агента (ст. 199.1 УК РФ) суды обязаны выяснить, направлял ли следователь в налоговые органы копии полученного от органа дознания сообщения о преступлении и получены ли следователем из налогового органа заключение и информация о проводимой либо о проведенной налоговой проверки и вынесенном решении, а также об отсутствии сведений о нарушении налогового законодательства со стороны налогоплательщика.

Возвращение изъятых материалов и прямой умысел

Помимо прочего, Постановлением № 48 разъяснена обязанность следователя своевременно возвращать предметы и документы, изъятые в ходе следственных действий у предпринимателя, но не признанные в установленном законом порядке вещественными доказательствами.

В данном Постановлении подчеркнута необходимость соблюдения специальных сроков, предусмотренных положениями ст. 81.1 УПК РФ, где указан предельный тридцатидневный срок для признания изъятых документов вещественными доказательствами, по истечении которого документы должны быть возвращены предпринимателю.

Верховный Суд указал в Постановлении № 48 на то, что следует считать доказательством прямого умысла как обязательного элемента состава мошенничества, сопряженного с преднамеренным неисполнением договорных обязательств (ч. 5 ст. 159 УК РФ).

О наличии прямого умысла в данном случае свидетельствует отсутствие у стороны договора реальной возможности исполнить обязательство, сокрытие информации о задолженностях либо о залогах на имущество, использование денежных средств, полученных по договору, в личных целях, использование при заключении договора поддельных уставных документов и гарантийных писем.

Данное разъяснение должно исключить массовые постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, поскольку правоохранительные органы в неисполнении обязательств контрагентом усматривают наличие гражданско-правовых отношений и отсутствие события преступления.

Все указанные выше разъяснения Пленума № 48 достаточно важны, затрагивают существенные стороны уголовного процесса и материального права и должны снизить незаконное давление на предпринимателей, а также исключить возможность недобросовестной конкуренции и использование уголовно-правовых механизмов воздействия на предпринимателей.

Однако если ранее в постановлениях Пленума ВС РФ рассматривались действительно сложные и неоднозначные обстоятельства, то Постановление № 48 в очередной раз подчеркивает и разъясняет прописные истины, существующие годами.

Будут ли достигнуты высокие цели, определенные обсуждаемым Постановлением, зависит в большей степени от районных и городских судов, поскольку не у каждого обвиняемого есть силы, время и средства отстаивать свои права вплоть до Верховного Суда.

Документ показан в сокращенном демонстрационном режиме!

Получить полный доступ к документу

Вход для пользователей Запомнить

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 года № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве» (с изменениями от 07.07.2015 г.)

Для того, чтобы получить текст документа, вам нужно ввести логин и пароль.
Если у вас нет логина и пароля, зарегистрируйтесь.

Контактный телефон: +7 (495) 972-24-02, email: info@continent-online.com

Для покупки документа sms доступом необходимо ознакомиться с условиями обслуживания
Я принимаю Условия обслуживания
Продолжить

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки
  • Судебные решения

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 года № 23
«О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве»

(с изменениями от 07.07.2015 г.)

В целях обеспечения правильного применения законодательства об уголовной ответственности за преступления в сфере экономической деятельности, предусмотренные статьей 171 УК РФ, и в связи с возникшими в судебной практике вопросами Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения:

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки
  • Показать изменения
  • Судебные решения

1. В соответствии с частью 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ, судам следует выяснять, соответствуют ли эти действия указанным в пункте 1 статьи 2 ГК РФ признакам предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, которая осуществляется самостоятельно на свой риск лицом, зарегистрированным в установленном законом порядке в качестве индивидуального предпринимателя.

В соответствии со статьей 23 ГК РФ гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, а глава крестьянского (фермерского) хозяйства — с момента государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства. Юридическое лицо подлежит государственной регистрации (статьи 49 и 51 ГК РФ).

Судам следует иметь в виду, что отсутствует состав указанного преступления в тех случаях, когда лицо, зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя, осуществляет не запрещенную законом предпринимательскую деятельность, имея специальное разрешение (лицензию) на осуществление конкретного вида деятельности, если для этого требуется получение лицензии, и соблюдает лицензионные требования и условия.

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки
  • Показать изменения
  • Судебные решения

2. В тех случаях, когда не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя лицо приобрело для личных нужд жилое помещение или иное недвижимое имущество либо получило его по наследству или по договору дарения, но в связи с отсутствием необходимости в использовании этого имущества временно сдало его в аренду или внаем и в результате такой гражданско-правовой сделки получило доход (в том числе в крупном или особо крупном размере), содеянное им не влечет уголовной ответственности за незаконное предпринимательство. Если указанное лицо уклоняется от уплаты налогов или сборов с полученного дохода, в его действиях при наличии к тому оснований содержатся признаки состава преступления, предусмотренного

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *