Право Великобритании

В Олд-Бейли , расположенном на старых укреплениях лондонской стены , проходят судебные заседания Королевского суда Лондона . Статут леди юстиции призван символизировать справедливость и беспристрастность.

Английское уголовное право касается правонарушений , их предотвращения и последствий в Англии и Уэльсе . Уголовное поведение считается неправильным против всей общины, а не только частные лица пострадавших. Государство, помимо некоторых международных организаций, несет ответственность за предупреждение преступности, за привлечение виновных к ответственности и за работу с осужденными. Полиция , уголовные суды и тюрьмы все финансируемые государством услуги , хотя основное внимание криминальных проблем права на роль судов, как они применяются уголовные законы и нормы общего права , и почему некоторые формы поведения считаются преступными. Основы преступления — это виновность (или actus reus ) и виновное психическое состояние (или mens rea ). Традиционная точка зрения состоит в том, что моральная вина требует, чтобы ответчик осознал или намеревался совершить неправильные действия, хотя в современном законодательстве большое количество преступлений, связанных с дорожным движением, экологическим ущербом , финансовыми услугами и корпорациями , влечет за собой строгую ответственность, которая может быть доказано просто виновным.

Есть защита от некоторых преступлений. Обвиняемый может при определенных обстоятельствах заявить, что он сумасшедший и не понимает, что делает, что он не контролирует свое тело, он находится в состоянии алкогольного опьянения , ошибается в своих действиях, действует в порядке самообороны , действует под по принуждению или по необходимости, или были спровоцированы . Это вопросы, которые должны быть подняты в суде , для которых необходимо соблюдать подробные правила доказывания и процедуры .

Фото: Fotokvadrat / Эпидемии всегда несли запрос общества на единение. Ведь болезни подвержен всякий — и бедняк, и король. Чтобы выжить, людям приходится изменять общественный порядок и искать справедливости

Во время пандемии в обществе вырос запрос на справедливость — но понимаем ли мы, что это такое? РБК Тренды и инвестиционная компания А1 разбираются в истории понятия справедливости: какой ее видели наши предки, а какой видим мы? Что может сделать наше общество более справедливыми? Возможна ли справедливость в бизнесе, и если да, как она может выглядеть?

Великий уравнитель

На протяжении столетий чума регулярно выкашивала города. В XIV веке «Черная смерть» унесла жизни около трети населения Европы. Распространению чумы способствовали социально-экономические факторы: голодные, нищие, спасающиеся от войны бродяги разносили болезнь на огромные территории. В городах из-за скученности людей, вынужденных ютиться в условиях антисанитарии, количество больных увеличивалось катастрофически быстро. Масло в огонь подливала непросвещенность населения в отношении выявления болезней и правил их профилактики. Из-за неразвитости медицины болезнь не останавливалась на бедняках, не щадила ни аристократов, ни правителей.

В результате резкого уменьшения населения прежние общественные отношения, казавшиеся незыблемыми, дали трещину. После эпидемии чумы в Европе стало не хватать рабочих рук: теперь в цеха стали брать не только знакомых или родственников, но и людей со стороны, из-за нехватки мужчин в сферу производства попали женщины. Рабочих мало, а значит от работодателей можно требовать лучших условий труда и более высокой оплаты. Перед лицом смерти бесправные люди стали понимать, что сословия — это условность, и справедливый общественный порядок должен быть другим.

Англия: начало сезона Революций

В результате Великих географических открытий Англия оказалась на стыке мировых торговых путей: страна стала сильной морской, торговой и колониальной державой. В королевстве укрупняется производство, растут мануфактуры. Но система средневековых общественных отношений устарела, и буржуазия, предприниматели, новые дворяне не хотели мириться с прежними порядками. Политика короля Карла I, его нежелание ограничивать свою власть и идти на уступки, привели к уличным беспорядкам и созданию Долгого парламента, противостоящего монарху. Эти события стали катализатором гражданской войны, казни короля и провозглашения Англии республикой.

Казнь короля Карла I Стюарта в 1649 году, немецкая гравюра (Фото: wikipedia.org)

Америка: справедливость — это свободный бизнес

Отношения с властью изменились и в английских колониях в Северной Америке. Революционные события в королевстве, неравные для американских и английских предпринимателей налоги и пошлины, желание метрополии единолично принимать решения привели к появлению сторонников независимости. В колониях уже существовали развитые производства, мануфактуры, плантации. Зачем вообще нужен король, если он не помогает мне зарабатывать, а только мешает? Вдобавок к ограничению торговли Британия не давала колонистам политического представительства и настаивала на постоянном военном присутствии на территории колоний. Ситуация усугублялась и напряженными отношениями между Францией и Британской империей. Между колонистами и властями начались стычки, и обострившийся кризис вылился в освободительную войну.

Борцы за независимость колоний старались привлечь негритянское население на свою сторону, обещая свободу и землю в обмен на поддержку. Но в Декларации независимости США 1776 года пункта об отмене рабства так и не появилось. Знаменитая фраза «Все люди рождаются равными» имела в виду лишь белых взрослых мужчин, остальные людьми не считались. Только спустя 86 лет рабов освободит Авраам Линкольн, но его закон станет лишь началом долгого пути к свободе и равенству.

Франция: сословная система несправедлива

Свой путь к установлению свободы, равенства и братства в конце XVIII в. начала Франция. Недееспособность власти, социальные и экономические проблемы, накапливающиеся многие годы, и сословная система, лишавшая прав богатеющую буржуазию привели к началу революции в стране. В ходе Великой французской революции была принята Декларация прав человека и гражданина, направленная против королевского деспотизма и сословного строя. Декларация провозглашала идеи народного и национального суверенитета, свободу и равноправие, данные каждому от рождения. Революция во Франции покончила с феодальным строем и пережитками Средневековья по всей Европе, открыв путь прогрессивным идеям, бурному развитию экономики и общественной жизни. Промышленная революция стала главным следствием общественной.

Взятие Бастилии 14 июля 1789 года (Фото: wikipedia.org)

Россия: расчет окончен

К образам Великой французской революции не раз обращались вожди большевиков. Ленин восхищался якобинцами и сравнивал с ними российских революционеров с их стремлением к всеобщему равенству и справедливости. Он писал, что якобинцы «так же последовательно отстаивали интересы передового класса XVIII века, как революционные социал-демократы последовательно отстаивают интересы передового класса XX века». У двух революций действительно много общего: экономические предпосылки, падение роли религии, формирование новых социальных групп и классов, стремившихся получить собственность и власть — вроде бы для всех, но на деле — для создания партийной диктатуры, у которой было мало общество со справедливостью.

Французская революция боролась с традиционным обществом, Октябрьская революция поначалу тоже решала вопросы «пережитков феодализма»: законодательно отменили сословия, отделили государство от церкви, начали раздел помещичьих земель. Но в итоге большевики провозгласили диктатуру пролетариата, при которой правам человека уже не было места. Революция постепенно привела к уничтожению демократических свобод, национализации собственности, террору и репрессиям, а не к справедливости и равноправию.

И все же именно русская революция привела к тому, что Европа и Америка поняли: только социальное государство может спасти капитализм от революции пролетариев. Октябрь 1917 года в России стал основным триггером создания современного демократического общества в развитых странах мира.

Подписывайтесь также на Telegram-канал РБК Тренды и будьте в курсе актуальных тенденций и прогнозов о будущем технологий, эко-номики, образования и инноваций.

Литература

1. Золотых В. В. История судов на Дону. Ростов н/Д, 2004.

2. Лаврский Н. Черкасск и его старина. М., 1917.

3. Небратенко Г. Г. Наказание в обычном праве донских казаков: смертная казнь // Философия права. 2015. № 3.

4. Небратенко Г. Г. Обычно-правовая система: структура и элементы: учебное пособие по сравнительному правоведению. Ростов н/Д, 2013.

5. Небратенко Г. Г. О научном направлении обычно-правовых исследований // История государства и права. 2013. № 13.

6. Небратенко Г. Г. Правонарушение и де-ликтные отношения в обычном праве донских казаков // Философия права. 2015. № 1.

7. Небратенко Г. Г. Преступление и наказание в обычном праве донских казаков. Ростов н/Д, 2015.

8. Самойлов Г. В., Супрун В. И. Царицынские картинки: воеводы и коменданты. Волгоград, 2002.

9. Сватиков С. Г. Россия и Дон. Ростов н/Д, 2013.

10. Сухоруков В. Д. Историческое описание земли войска Донского. Ростов н/Д, 2001.

11. Тимощенков И. В. Общественный быт и народные обычаи Казанской станицы // Труды Областного войска Донского статистического комитета. Новочеркасск, 1874. Вып. 2.

13. Щелкунов З. И. Преступления против «Войска» по древнему казачьему праву // Сборник Областного войска Донского статистического комитета. Новочеркасск, 1908. Вып. VIII.

1. Zolotih V. The History of ships on the Don. Rostov-on-Don, 2004.

2. Lavrsky N. Cherkassy and its antiquities. Moscow, 1917.

3. Nebratenko G. G. Punishment in the customary law of the Don Cossacks: the death penalty // The Philosophy of law. 2015. № 3.

4. Nebratenko G. G. Customary legal system: structure and elements. Tutorial on comparative law. Rostov-on-Don, 2013.

5. Nebratenko G. G. Scientific direction of customary legal studies // History of state and law. 2013. № 13.

6. Nebratenko G. G. The law and tortious relationships in the customary law of the don Cossacks // The Philosophy of law. 2015. № 1.

7. Nebratenko G.G. Crime and punishment in the customary law of the Don Cossacks. Rostov-on-Don, 2015.

8. Samoilov G. V., Suprun V. I. Tsaritsyno pictures, the magistrates and Komen-Dante. Volgograd, 2002.

9. Svatikov S. G. Russia and the Don. Rostov-on-Don, 2013.

10. Sukhorukov V. D. The historical description of the Land of the Don Cossacks. Rostov-on-Don, 2001.

УДК 340 (420) ББК 67.2

© 2015 г. В. В. Клочков

АНГЛИЙСКОЕ ОБЩЕЕ ПРАВО И ЕГО ВЛИЯНИЕ НА ЭВОЛЮЦИЮ ПОЛИТИЧЕСКИХ ИНСТИТУТОВ И ПРАКТИК ДО НАЧАЛА XIX ВЕКА

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В статье рассматривается английское общее право и его влияние на эволюцию политических институтов и практик до начала XIX века. Исследуется роль и значение общего права в процессе трансформации личных привилегий элиты в конституционные механизмы современного типа. Анализируется английское земельное право и его роль в эволюции принципа безличности внутриэлитных отношений.

Ключевые слова: политическая теория, английское земельное право, общее право, правовая система Англии, политические институты, политические практики, междисциплинарные исследования.

Изучение политической системы и политических практик Великобритании конца 20 -середины 30-х годов XIX века редко обходится без указания на крайне традиционный характер английских политических институтов. Обычно подчеркивается, что их исторически преемственный характер и уникальная приспособляемость к новым политическим условиям не в последнюю очередь обусловлены особенностями английского общего права.

В современной историографии этим аспектам проблемы не уделяется должного внимания. Такому положению вещей способствует несколько факторов. В англоязычной исторической литературе сложилась давняя традиция описывать правовые аспекты политических изменений так, что роль права в их фиксации воспринимается как нечто само собой разумеющееся . Общее право является привычной правовой системой, нормы и институты которой хорошо известны благодаря корпусу историко-правовых работ высочайшего качества . В отечественной историографии предметная область, в которой пересекаются история права и политическая история, остается недостаточно изученной . Только в исторических работах последнего времени к правовой проблематике проявляется серьезный исследовательский интерес .

Влияние столь специфичной правовой системы на процесс эволюции английских политических институтов, институтов участия и политических практик в том виде, в каком они сложились к началу XIX века, было многообразным и противоречивым. Его осмысление требует рассмотрения нескольких аспектов проблемы, первым из которых является роль английского права в становлении институтов и правовых инструментов. Последние, обеспечивая относительный консен-

сус в отношениях собственности для конкурирующих групп политической элиты, создавали условия для постепенной трансформации личных привилегий в формальное и безличное право. Главную роль в этом отношении сыграло английское земельное право.

Процесс трансформации привилегий конкурирующих политических группировок внутри элит в их права, поддерживаемый балансом политических и экономических интересов, не происходит автоматически, но создает устойчивый мотив превращать привилегии в права. В этом состоит общая логика перехода от социальной организации ограниченного доступа к обществам открытого доступа в объяснительной модели Д. Норта и Дж. Уоллиса.

Четкие права собственности делают землю более ценным ресурсом, но одновременно снижают возможность ее использования в качестве инструмента структурирования отношений между конкурирующими элитами. В результате у элит возникают конфликтующие интересы относительно того, как сделать права на землю более надежными. В хрупких естественных государствах гибкий механизм перераспределения собственности на землю и контроля над ней может служить инструментом выстраивания баланса интересов внутри коалиции, особенно когда баланс этих интересов смещается от одних акторов к другим. В базисных естественных государствах право собственности на землю стабилизируется, но продолжает оставаться под прямым контролем со стороны государства, использующего для этих целей определенные институты. В зрелых естественных государствах собственность на землю может выйти из-под контроля государства и стать по-настоящему безличной .

Идея о том, что надежные права собственности — основа политического и конституци-

онного развития в период от нормандского завоевания до Славной революции 1688 года, является характерной для вигской историографии. Г. Баттерфилд подробно описал теоретические построения вигских историков XIX века, интерпретировавших английскую историю как естественную и неизбежную эволюцию правовых институтов, которая привела к ограничению королевской прерогативы и становлению современной конституционной модели .

Первым этапом данной эволюции стали события 1066 года. Если описывать сложившуюся тогда политическую систему в терминах теории Д. Норта и Дж. Уоллиса, то нетрудно заметить, что Англия после завоевания была хрупким естественным государством. Права собственности были гарантированы лишь тем, кто связан с господствующей коалицией, но даже для них эти права не были достаточно надежными: сегодняшний держатель не мог знать, кто будет распоряжаться землей после его смерти. Второй этап в развитии английского земельного права, ознаменовавший переход от хрупкого естественного государства к базисному, начался параллельно с процессом формализации прав наследования. Коронационная хартия Генриха I (1100-1135) признавала следующее: держатели земли, полученной непосредственно от короля, могли сохранить ее за наследниками мужского пола, заплатив справедливую и законную компенсацию . В XII веке произошло окончательное закрепление права наследника мужского пола незамедлительно вступить в наследование сейзиной . Хотя наследование было регламентировано достаточно четко, практически вопрос наследования оказывался весьма сложным в ситуации, когда прямые наследники отсутствовали .

Традиционная феодальная модель предполагала две формы раздела земли: субинфео-дацию и отчуждение . Процесс субинфеодации в английской земельной практике был приостановлен третьим Вестминстерским статутом 1290 года, более известным как акт Quia Emptores. Он запрещал дальнейшую субинфеодацию, но позволял производить отчуждение земель, которые держались как простой феод (feodo simpliciter). К началу XIV века простой феод стал основной формой земельного держания для фригольдеров. Земля, которой владели на основе определенных и фиксированных условий, зачастую денежных выплат, находилась во владении в соответствии с сокажем .

Следующее важное различие касалось земли, которой владели на основе свободного и несвободного держания. В основе различия находился юрисдикционный критерий: земля, которой владели на основе фригольда, была защищена от действий и изъята из юрисдикции манориальных судов, а владельцы такой земли получали доступ в королевские суды. Землевладельцы, обладавшие несвободным держанием, впоследствии трансформировавшемся в копигольд, не имели защиты в королевских судах вплоть до конца XV — начала XVI века . Что касается судебной защиты права собственности на землю, то здесь все обстоит сложнее, чем может показаться на первый взгляд. В отечественной историографии проблемы обычно подчеркивается, что копигольдеры оказывались беззащитными перед волей лорда манора, надумавшего пренебречь обычаем и изменить условия их держания в свою пользу .

Все сказанное верно, но не дает полного представления о сложном и комплексном характере проблемы. Во-первых, следует помнить, что королевские суды общего права никогда не являлись тем, чем для нас стали сегодня суды общей юрисдикции. Теоретически вплоть до судебной реформы 1785 года обращение в королевский суд рассматривалось как привилегия, о предоставлении которой частные лица обязаны были просить . Во-вторых, нужно обращать пристальное внимание на то, к защите какого права прибегали субъекты поземельных отношений, обращаясь в королевские суды. Гленвилл в конце XII века прямо писал о том, что частные соглашения не охраняются судами английской короны. Все тяжбы, подсудные королевской юрисдикции, рассматривались как споры публично-правового характера . В-третьих, тот факт, что несвободные держатели не обладали правом доступа к королевскому правосудию, не приводил механически к их меньшей защищенности в манориальных судах. Местные сеньоры были крайне заинтересованы в том, чтобы обеспечить своим держателям ясные и надежные права на землю. Последние были необходимы не только из фискальных соображений, но и потому, что при защите своих интересов в королевских судах прочная юридическая связь сеньора со своими держателями могла служить важным доказательством справедливости притязаний последнего на землю. Таким образом, уже к XIV веку английское земельное право обрело все харак-

терные черты, свойственные базисному естественному государству.

Следующий этап в развитии английского земельного права начинается в XV веке и продолжается до 1660 года. Он характеризовался постепенным расширением права на защиту в королевских судах, в том числе и для копигольдеров. Этот процесс привел к постепенной трансформации личных привилегий элиты, связанных с возможностью обращения к королевскому правосудию, в безличные права для достаточно широкого круга лиц. Результатом данного процесса стало появление безусловной, частной собственности на землю, а также уникальных правовых инструментов, позволявших структурировать патрон-клиентские отношения внутри элиты в условиях, когда эти отношения перестали опосредоваться владением землей .

В попытке обнаружить логику действий конкурирующих элит следует обратиться к эволюции способов уклонения от обязательств держателя в английском земельном праве конца XV-XVI веков. К этому времени многие политические и экономические отношения внутри господствующей элиты уже не были прямо опосредованы контролем над землей. В силу этого обстоятельства уклонение от обязательств держателя стало одним из институциональных элементов английского права .

Главный способ уклонения от обязательств после смерти держателя получил наименование траста (trust), или доверительного управления имуществом. Траст строится следующим образом: лицо, учреждающее доверительную собственность (settler of the trust), оговаривает, что некоторое имущество будет управляться одним или несколькими лицами (trusties) в интересах одного или нескольких лиц — бенефициантов (cestuis que use, или cestuis que trust). Возникновение траста имело далеко идущие последствия для системы английского права. Во-первых, траст поддерживался и реализовывался в канцлерском суде и опирался на процессуальные нормы, выработанные в рамках права справедливости (law of equity) — более гибкой правовой системы, конкурирующей с судами общего права. Во-вторых, будучи очень гибкой институциональной формой, траст оказался одним из первых институтов частноправового характера в английском праве. Используя институт траста, конкурирующие политические группировки внутри элиты могли формировать трастовые связи безлично и формально,

исходя из собственного усмотрения и интереса, не опосредованного земельным держанием .

Таким образом, к концу XVII века собственность на землю в Англии все еще оставалась прерогативой могущественных представителей высшей знати, но право, на основе которого регулировались поземельные отношения, уже соответствовало практике зрелого естественного государства. Фактически получил распространение принцип верховенства права для конкурирующих группировок элиты, он возник вместе с обширной сетью институтов, управляющих, регулирующих и следящих за соблюдением прав собственности. Данные институты обеспечивали безличный обмен между элитами. Институт пользования, позволяющий завещать земли по своему усмотрению и избегать при этом феодальных обязанностей, привел в XVIII — начале XIX века к расцвету трастов. Последние, будучи юридической формой бессрочно существующих и независимых от государства организаций, сыграли огромную роль не только в становлении права частной собственности на землю, но и в институционализации патронажа, уже не опосредованного земельным держанием, а начиная с первой трети XIX века — акционерного капитала . Собственность оказывалась все более безличной, и последствия этого процесса могут быть полностью объяснены только в тесной взаимосвязи отношений собственности, права и политики. Принцип верховенства права для конкурирующих группировок политической элиты, оформившийся во многом благодаря институту траста, обеспечил тот поразительный консенсус в отношении собственности, который явился залогом дальнейшей исторической эволюции традиционных политических институтов и практик, характерных для английской политической системы в XVIII — первой трети XIX века.

Английское общее право, представляя собой уникальную с точки зрения континентального права систему норм, оказало самое непосредственное влияние на эволюцию политических институтов и практик, сложившихся в Великобритании к первой трети XIX века. Нормы общего права, рассматриваемые как разделяемые большинством положения, постепенно превратились в соглашение и форму контракта. Уже к XVII веку юристы прекрасно осознавали, что закон только тогда может оградить личность от насилия, когда с ним согласно большинство населения. Характерно замечание правоведа Д. Селдена о том, что

«любой закон является контрактом между королем и народом», и только благодаря этому закон действует и способен привести в повиновение отдельное лицо .

Благодаря отмеченной специфике норм общего права уже к концу XVII века получил фактическое распространение принцип верховенства права для конкурирующих группировок элиты по поводу собственности на землю. Этот принцип возник вместе с обширной сетью трастов, которые осуществляли безличный обмен собственностью между элитами. Принцип верховенства права для конкурирующих группировок политической элиты, оформившийся благодаря нормам общего права и институту траста, обеспечил поразительный консенсус в отношении собственности, который обусловил эволюционный характер трансформации традиционных политиче-

Литература

1. Романов А. В. Правовая система Англии. М., 2001.

2. Кондратьев С. В. Правовые представления коммонеров в предреволюционной Англии // Европа XVII века. М., 1997.

3. Клочков В. В. Либеральный торизм и проблема правовых реформ в Великобритании в конце 20-х годов XIX века // Философия права. 2010. № 6.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

4. Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности. М., 1997.

5. Норт Д., Уоллис Дж. Насилие и социальные порядки. М., 2011.

6. Барг М. А. Английская революция в портретах ее деятелей. Л., 1991.

7. Sharpe K. The Early Stuarts. L., 1986.

8. Holdsworth W. S. History of English Law / ed. by A. L. Goodhart and H. G. Hanbury. L., 2011.

9. Butterfield H. The Whig Interpretation of History. L., 1931.

10. Simpson A. W. B. A History of a Land Law. Oxford, 1986.

11. Richardson H. G., Sayles G. O. Law and Legislations from Aethelbert to Magna Charta. Edinburgh, 1966.

12. Clanchy M. T. The Treatise on the Laws and Customs of the Realm of England Commonly Called Glanville. L., 1965.

13. Digby K. E. An Introduction to the History of the Law of Real Property. Oxford, 1897.

14. Simpson A. W. B. A History of a Land Law. Oxford, 1986.

ских институтов и практик, присущих английской политической системе XVIII — первой трети XIX века.

Существующие нормы общего права не вызывали недовольства у большинства подданных и воспринимались как традиционные в силу их всеобщего признания. Эти нормы были традиционными лишь по форме, но не по содержанию. В условиях, когда в английском обществе отсутствовало то, что мы привычно именуем публичным правом, четкое определение прерогатив королевской власти и полномочий парламента было возможно только по общему праву. Оно становилось главным инструментом защиты подданных от произвола и содержало нормы, закрепляющие минимальные гарантии личной и имущественной неприкосновенности.

1. Romanov A. V. The Legal System of England. Moscow, 2001.

2. Kondratiev S. V. The Legal Views of the Commoners in a Prae-Revolutionary England // Europe of the XVII Century. Moscow, 1997.

4. David R., Geoffrey-Spinosy K. Basic Legal Systems of Modernity. Moscow, 1997.

5. North D., Wallace J. Violence and Social Orders. Moscow, 2011.

6. Barg M. A. English Revolution in a Portraits of its Actors. L., 1991.

7. Sharpe K. The Early Stuarts. L., 1986.

8. Holdsworth W. S. History of English Law / ed. by A. L. Goodhart and H. G. Hanbury. L., 2011.

9. Butterfield H. The Whig Interpretation of History. L., 1931.

10. Simpson A. W. B. A History of a Land Law. Oxford, 1986.

11. Richardson H. G., Sayles G. O. Law and Legislations from Aethelbert to Magna Charta. Edinburgh, 1966.

12. Clanchy M. T. The Treatise on the Laws and Customs of the Realm of England Commonly Called Glanville. L., 1965.

13. Digby K. E. An Introduction to the History of the Law of Real Property. Oxford, 1897.

14. Simpson A. W. B. A History of a Land Law. Oxford, 1986.

15. Maitland F. The Forms of Action at Common Law. L., 1948.

15. Maitland F. The Forms of Action at Common Law. L., 1948.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

16. Clanchy M. T. The Treatise on the Laws and Customs of the Realm of England Commonly Called Glanville. L., 1965.

17. Hurstfield J. N. The Profits of Fiscal Feudalism, 1541-1602 // Economic History Review. New Series. 1955. Vol. 8.

18. Milsom S. F. C. The Historical Foundations of the Common Law. L., 1969.

19. Yale D. E. C. Lord Nottingham’s Manual of Chancery Practice and Prolegomena of Chancery and Equity. L., 1965.

20. Milsom S. F. C. The Historical Foundations of the Common Law. L., 1969.

21. Selden J. Table Talks. L., 1899.

16. Clanchy M. T. The Treatise on the Laws and Customs of the Realm of England Commonly Called Glanville. L., 1965.

17. Hurstfield J. N. The Profits of Fiscal Feudalism, 1541-1602 // Economic History Review. New Series. 1955. Vol. 8.

18. Milsom S. F. C. The Historical Foundations of the Common Law. L., 1969.

19. Yale D. E. C. Lord Nottingham’s Manual of Chancery Practice and Prolegomena of Chancery and Equity. L., 1965.

20. Milsom S. F. C. The Historical Foundations of the Common Law. L., 1969.

21. Selden J. Table Talks. L., 1899.

УДК 340.114.5 ББК 67.0

© 2015 г. И. А. Крыгина, E. А. Жуков

СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ПРАВОВОСПИТАТЕЛЬНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ В УСЛОВИЯХ ТРАНСФОРМАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ

В статье анализируются основные направления правовоспитательной деятельности государства в условиях трансформационных процессов, происходящих в современном российском обществе. Характеризуется концепция правовоспитательной политики, рассматриваются особенности внедрения правовоспитательных технологий при формировании высокого уровня правосознания и правовой культуры россиян.

Ключевые слова: правовое воспитание, правовоспитательный процесс, правовоспитательные технологии, правовая политика, правосознание, правовая культура.

IMPROVING OF LAW EDUCATIONAL TECHNOLOGIES IN CONDITIONS

OF TRANSFORMATIONAL PROCESSES

Теоретические и практические проблемы правовоспитательного процесса в условиях трансформационных изменений российского общества вызывают неизменный интерес в современной юридической науке, что, на наш взгляд, является вполне закономерным. Осуществляемый в настоящее время Российским государством курс, ориентированный на преобразование государственно-правовой системы и других социальных институтов,

требует изменений и в правосознании, адекватных складывающимся реалиям.

Безусловно, правосознание как важнейшая часть духовно-ментальной составляющей любого государства и общества всегда представляло собой едва ли не единственный значимый инструмент, который заставляет человека «понять истинный смысл модели общества в целом» . Поэтому инструментальная роль правосознания и правовой куль-

Английское право рассматриваемого периода содержало в себе черты предшествующей эпохи. Однако по своей сущности это было первого в мире капиталистического государства, которое благодаря специфическим историческим условиям смогло долго сохранять феодальный характер. Другой отличительной его чертой является самостоятельность англосаксонских правовых институтов. Также необходимо отметить, что английское право не было кодифицировано. В данном случае огромную роль играли обычаи. Это делало довольно затруднительным применение права даже самым высококвалифицированным и высокопоставленным юристам. Так, в середине XIX в. разразился скандал, когда суд королевской скамьи в течение многих лет рассматривал дело, в котором притязания сторон основывались на уже отмененном законе. Более того, в это же время сам парламент издал статут, отменивший ряд законов. Но как впоследствии выяснилось, парламент 20 лет назад уже принимал подобное решение. Очень многие правоотношения регулировались так называемым «общим правом страны», которое определялось как неписанное – в отличие от статутного.

Так, существует три вида норм такой правовой системы:

  1. действующие на территории всего государства;
  2. действующие в тех или иных районах государства;
  3. применяемые в тех или иных судебных органах.

Свойственная общему праву неопределенность повлияла на то, что огромная роль в деле отправления правосудия в Великобритании была отведена магистратам. Именно они являлись истолкователями законов. Магистраты выступали и в роли комментаторов судебных постановлений, из которых затем выводили определенные принципы или создавали доктрины. С XVII в. английские юристы, философы и общественные деятели начинают выступать против общего права. Они требовали упорядочения и кодификации английского права. Так, знаменитый английский философ и юрист Бэнтам писал об английской системе прецедентов как о «заговоре юристов против народа», поскольку, по его словам, законники были прямо заинтересованы в том, чтобы право не было сведено к немногим рациональным принципам. Он безуспешно требовал отмены общего права, ссылаясь на его явные недочеты.

Необходимо отметить огромную роль судебной практики – источника английского права. В данном случае в середине XIX в. собрание судебных прецедентов составили 1200 томов, а к 1890 г. их насчитывалось уже 1800. В 1854 г. Парламентский акт официально признал обязательность судебных прецедентов.

Для их применения устанавливались специальные правила:

  1. высшие суды не зависят от решений низших;
  2. суд первой инстанции не связан постановлением судебного органа такой же компетенции;
  3. каждый суд обязан следовать выводам высших судебных инстанций;
  4. палата лордов ограничена своими собственными предыдущими решениями.

Применение судебных прецедентов в Великобритании было сопряжено с многочисленными проблемами, когда по аналогичным делам имелись два и более противоречивых мнения самых авторитетных судебных инстанций Великобритании. Необходимо отметить, что судебные прецеденты служили главным источником общего права. Английские судьи имели полную свободу выбора удобных для них правовых доктрин. Несмотря на глубокие изменения в экономической и политической жизни страны, ее правовая система во многом оставалась без изменения, даже после того как Англия вступила в монополистическую стадию развития.

Несмотря на все названные недочеты английского права, кодификации правовых норм так и не проводилась, а эта идея не одобрялась в правящих кругах.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *