Работа юристом отзывы

«Наниматели требуют опыт работы, а где мы его возьмем, если только окончили учебное заведение?» — разводит руками 19-летняя минчанка Вероника Волошенко. Девушка вместе со своей подругой уже больше полугода зарегистрирована в центре занятости, но не может найти вакансию юриста или кадровика. У 58-летнего водителя Михаила опыта — хоть отбавляй, но его тоже не берут на работу из-за предпенсионного возраста. FINANCE.TUT.BY посетил столичную ярмарку вакансий во Дворце железнодорожников.

Работодатели: «А судимостей у вас нет?»

И если работодателей, которые присматривали на ярмарке кадры, в этот раз было меньше, чем обычно — около 80 организаций, то соискателей заметно прибавилось. К примеру, у импровизированного инфоцентра, где можно было узнать обо всех вакансиях, которые есть в базе служб занятости, почти все время очередь человек на 40.

Нетрудоустроенные минчане интересовались в основном рабочими специальностями — водителей, строителей, продавцов. Много спрашивали о вакантных местах для дворников и уборщиков.

«А вакансия уборщика свободна?» — поинтересовался мужчина у представителя «Минскводоканала». «Свободна. А судимостей у вас нет?» — тут же последовал вопрос соискателю. Мужчина промолчал. Сегодня на ярмарке этот вопрос, пожалуй, был одним из часто задаваемых.

«Мы каждый раз приводим искать работу обязанных лиц», — ответила одна из девушек — инспекторов милиции на вопрос, почему на ярмарке так много людей в форме. Ее тут же обступили «подопечные»: одни просили сделать отметку, другие — жаловались на то, что работодатели не хотят брать на работу с судимостью. «Подходите к специалистам служб занятости, называйте свою специальность, они предложат 10−15 вакансий. Обзванивайте работодателей», — говорит инспектор в ответ на жалобы слесаря механосборочных работ с судимостью.

Первый замминистра труда и соцзащиты: «Типичный образ безработного — мужчина 40 лет»

Мужчин среди соискателей сегодня было заметно больше, чем женщин. Большинству из них — 40−45 лет. «Сейчас 2/3 от общего числа безработных составляют мужчины. В первую очередь это связано с оптимизацией промышленных предприятий, где основной контингент — мужчины, — уточнил первый замминистра труда и социальной защиты Андрей Лобович, который также посетил ярмарку. — Они вышли на рынок труда, поэтому сегодня присутствует дисбаланс. Но тем не менее у нанимателей являются востребованными такие профессии, как врач, медсестра — это сугубо женские специальности».

По его словам, типичный образ безработного — мужчина 40 лет со средним или средним специальным образованием, который «был уволен по соглашению сторон и длительное время не работал, чаще всего — более года».

Начальник управления занятости населения Мингорисполкома Татьяна Кудевич добавляет, что женщины более мобильны в поиске работы. «Они быстрее находят себе работу, они быстрее закрепляются на новом рабочем месте», — уточнила специалист.

По данным комитета по труду, занятости и соцзащите Мингорисполкома, на начало апреля в столице было зарегистрировано 8,1 тысячи безработных. Уровень зарегистрированной безработицы составил 0,7% от экономически активного населения.

В экономике Минска в марте было занято 1 миллион 81,5 тысячи человек.

«Не найду работу юриста, пойду воспитателем»

Основной акцент на нынешней ярмарке, по словам Татьяны Кудевич, сделали все-таки на трудоустройстве молодежи.

— Молодежь часто не ориентируются в ситуации на рынке труда, а некоторые выбирают те профессии, которые не востребованы. К примеру, многие считают, что престижно быть юристом или экономистом, но зачастую эти специалисты не могут найти работу, — уточнила Татьяна Кудевич.

Минчанка Ирина Владимировна вместе со своим 22-летним сыном Сергеем бегают от стола к столу в поисках подходящих вакансий. «Не можем найти работу для сына. Он по специальности техник-механик 4 разряда, а на предприятия нужны специалисты 5 разряда, к тому же с опытом работы. Молодых не хотят брать, вот и ищем», — рассказывает женщина. Сам Сергей, которому хоть и не удалось в итоге найти подходящую вакансию на ярмарке, не унывает. «Пойду на курсы переобучения», — делится планами молодой человек.

​ ​

Трое студентов БНТУ — Елена, Вадим и Дмитрий, которые оканчивают университет в этом году, тоже пытались найти свободные вакансии техников-механиков. «У нас распределение в этом году, а заявок от предприятия, как нам сказали, немного, на всех 30 человек не хватит, — рассказали студенты. — Обзванивали предприятия, но там не хотят брать молодых специалистов без опыта работы».

Тем временем 19-летние Вероника Волошенко и Наталья Кадач заполняют анкеты для одного из сайтов по поиску работы, представители которого были на ярмарке. Девушки около полугода находятся в статусе официальных безработных. Они окончили колледж, сейчас заочно учатся в БИП и параллельно ищут работу юристом или кадровиком.

— Уже 6 месяцев стоим на учете в центре занятости, но пока безрезультатно. Нам предлагают вакансии, а уже в компании говорят, что нужны специалисты с опытом работы. На юриста — от 5 лет, а на инспектора по кадрам — хотя бы год, — рассказывает Вероника. — А где нам взять опыт работы, если без него не берут на работу? Замкнутый круг получается.

Девушки еще надеются найти работу по специальности, но уже подумывают пойти трудиться воспитателями или уборщиками. Правда, и тут им предстоит пройти серьезный отбор. Одна из самых популярных вакансий, которой интересовались на ярмарке вакансий , — как раз уборщики.

Свободные вакансии: от садовника до почтальона — всем по 3,5 миллиона

Мы посмотрели, какие вакансии вызвали наибольший интерес у безработных. Например, компания «Элема» ищет садовника. «Нужно заниматься посадкой роз, уходом за ними, зимой убирать снег с дорожек, а осенью — листья. Это, скорее, совмещенная должность с вакансией дворника. Но получать садовник будет больше, чем дворник, — 3,5 миллиона рублей», — уточнили представители «Элемы».

Представители «Белпочты» предлагали вакансию почтальона.

— А сколько часов нужно работать в день? — поинтересовалась женщина-соискатель.

— С 7 утра и до 15 часов, пока не разнесете всю корреспонденцию. Зарплата — максимум 3,5 миллиона, это если на полную ставку.

Представители компании «Белорусские лотереи» приглашали на работу распространителя. Зарплата зависит от объема продаж, распространителю платят 12% от проданных билетов. Одно из условий — рекомендация одного из родственников, с которым заключат договор поручительства.

— Разное случается, могут пропасть или неполностью внести выручку, — пояснили представители компании.

Вакансий для строителей на ярмарке было немного. К примеру, в стройтрест № 7 требуется плотник-бетонщик 3−4 разряда.

— Рабочих специальностей стало заметно меньше. Раньше их было около 60% от всех вакансий, а сейчас — 47%, — уточняет первый замминистра труда и соцзащиты Андрей Лобович. — Это связано с процессами, которые происходят в экономике, в первую очередь в промышленности. Предприятия оптимизируют свои затраты, в том числе и за счет оптимизации персонала, вывода каких-то услуг на аутсорсинг, модернизации предприятия, когда обновляется оборудование, что позволяет использовать меньшее число трудовых ресурсов.

​​

Татьяна Кудевич добавляет, что в Минске мужчины составляют около 70% от общего числа безработных. «Если раньше на ярмарках было очень много промышленного сектора, строительного, то теперь мы делаем акцент на сферу услуг», — пояснила специалист.

Так, в сеть магазинов «Алми» требуются повара 4−5 разряда (зарплата в 5−6 миллионов рублей), кассиры 4−6 разряда (4,7−6,5 миллиона), продавцы 4−6 разряда (4,2−6,5 миллиона). Больше всего вакансий было, пожалуй, для медиков.

​​

Из крупных предприятий предлагали вакансии «Амкодор» (токаря, маляра по металлу, мастера сварочного цеха), «Интеграл» (контролеру деталей и приборов — 4 миллиона рублей, измерителю электрофизических параметров — 4,5 миллиона). Правда, на последний не готовы брать на работу молодых специалистов без опыта работы. В автобусном парке № 6 не выставляют возрастные ограничения на позиции повара (зарплата в 6 миллионов рублей), буфетчика и кондитера (по 4,5 миллиона).

Даже самый лучший партнер юридической фирмы — не всегда хороший администратор, либо, что вероятнее, ему просто не хватает времени на полноценное управление фирмой как бизнесом. В мелких и средних юридических фирмах, не уделяющих надлежащего внимания вопросам управления, как правило, обнаруживается ряд системных просчетов, затрудняющих развитие бизнеса: нет бизнес-плана и маркетингового плана, управление оборотным капиталом происходит в режиме постоянного кризиса, оценивание рынка и управление носит спонтанный характер. Юрфирмы, относящиеся к крупным либо стремящиеся стать таковыми, вводят в штат должность исполнительного директора, «закрывающего» административную составляющую фирмы.

Наличие исполнительного директора в украинской юридической фирме говорит как минимум о нескольких фактах. Во-первых, в компании солидный, по нашим масштабам, партнерский состав: семь—девять партнеров (а то и больше); во-вторых, все партнеры предпочитают заниматься исключительно юридической практикой (а не административными функциями); в-третьих, фирма не оставляет за бортом мировой опыт управления юридическим бизнесом.

Как правило, юридические фирмы эволюционируют, дорастают до найма внешних управленцев, не задействованных

в предоставлении юридических услуг. Хотя существуют и противоположные примеры — привлечение исполнительного директора с четко очерченным кругом полномочий предусмот­рено уже на этапе создания фирмы.

Откровенно говоря, украинские юрфирмы пока что «растут», и исполнительный директор, скорее, исключение, чем правило, да и объективно далеко не все юридические фирмы в нашей стране нуждаются в наемных менеджерах. Довольно часто от партнеров юрфирм можно услышать, что они не могут доверить управление своей компанией наемному работнику (который не заинтересован в развитии бизнеса), либо говорят, что у них самих прекрасно получается руководить компанией. Некоторые руководители полагают, что жизнеобеспечение офиса можно доверить офис-менеджеру, а функции исполнительного директора оставляют за собой. А другие распределяют процессы, требующие администрирования, между юристами фирмы (необязательно партнерского уровня) с перспективой их замены профессиональными менеджерами. Всегда остается возможность передачи достаточно обширного круга административных вопросов на аутсорсинг.

Приведем для наглядности два объявления юридических фирм о найме директора: в одну компанию в г. Донецке требуется директор с опытом работы 1-2 года (не указано, в какой сфере), имеющий высшее образование (тоже не указано, какое именно); в другую, одесскую, к потенциальному директору выдвинуты более конкретные требования: высшее юридическое образование, опыт работы не менее 3—5 лет на должности начальника юридического отдела в крупной компании или директора (заместителя директора) юридической фирмы, а при отличных результатах работы возможно введение в партнеры (с соответствующим распределением прибыли). Конечно, нельзя назвать два объявления репрезентативными, однако вывод о том, что директором юрфирмы профессионального менеджера видят далеко не все, сделать можно.

В любом случае, вопросы стратегического планирования, работы с клиентами и, безусловно, управления профессиональной деятельностью юристов всегда остаются в прямом ведении партнеров-собственников бизнеса — основных генераторов идей и денежных потоков в юридической фирме. Задача исполнительного директора — организовать работу вспомогательных направлений: бухгалтерия, финансы, работа с дебиторской задолженностью, маркетинг…

Следует помнить, что до 15 % времени управляющего партнера занимает осуществление административных функций. Соответственно, он вынужден меньше заниматься практикой, либо его ежедневная нагрузка достаточно ощутимо возрастает. В материальном выражении это ведет к снижению финансовой эффективности такого партнера. Альтернативное использование рабочего времени партнера, к примеру, для целей юридического маркетинга и привлечения новых клиентов и, в меньшей степени, новых юристов, продуцирует увеличение работы юрфирмы в целом, принося, таким образом, доход, не только покрывающий расходы на оплату услуг профессионального наемного менеджера, но и обеспечивающий дополнительную прибыль юрфирме. То есть фирмы, освободившие партнеров от исполнения административных функций, получат конкурентное преимущество на рынке юридических услуг.

Наличие в фирме исполнительного директора закономерно поднимает вопрос распределения сфер ведения управляющего партнера (партнерского совета) и администратора, особенностей их взаимодействия. Универсального рецепта не существует — все зависит от личностей партнеров, структуры бизнеса, философии фирмы. Как правило, речь идет лишь о неких вехах, принципиальных вопросах, однозначно относящихся к компетенции той или иной стороны. К примеру, создание стратегии фирмы — задача управляющего парт­нера (партнеров), а плана ее реализации — исполнительного директора. Важно сохранять границу между профессией юриста и юридическим бизнесом. В последнем случае больше зависит от исполнительного директора, администратора.

Наемный менеджер — важный элемент юридического бизнеса, отвечающий за воплощение в жизнь стратегических планов развития фирмы, обеспечивающий ­back‑ground юридической команды. При этом он должен быть готов к вмешательству со стороны собственников бизнеса еще и потому, что партнеры знают бизнес лучше, а большинство из них, кроме того, прошли административную школу (необязательно положительную), когда работали без исполнительного директора. Возможностей у исполнительного директора «сыграть» на партнерской территории значительно меньше, в лучшем случае он имеет право совещательного голоса, но мнение зарекомендовавшего себя высокопрофессионального администратора обязательно будет выслушано.

Ну, и в заключение. По статистике, бюрократический аппарат, будучи однажды запущенным, имеет тенденцию к увеличению на 20—25 % ежегодно, и, наняв однажды профессионального менеджера, того же исполнительного директора, в скором времени юрфирма получит полноценный штат администраторов, содержать которых на определенном этапе просто нецелесо­образно.

Частный опыт

Полномочия директора

Вячеслав КОРЧЕВ,
управляющий партнер МЮФ Integrites

— Безусловно, как и любому управленцу, СЕО нужна свобода в принятии решений, но эта свобода должна быть заранее оговорена в контексте общей стратегии развития компании.

СЕО должен иметь полное понимание бизнеса, в котором он работает, и в этом ему не обойтись без помощи партнеров, которые гораздо лучше понимают специфику бизнеса. Поскольку обе стороны (СЕО и партнеры) взаимозависимы в силу специфики исполняемых обязанностей, то решения должны приниматься коллегиально.

«За» директора

Евгения РУЖЕНЦЕВА,
исполнительный директор АО «С.Т. Партнерс»

— В адвокатском объединении «С.Т. Партнерс» потребность в услугах наемного менеджера, в данном случае исполнительного директора, обусловлена занятостью парт­неров компании в судебных делах и прочих процессах, связанных с обслуживанием клиентов. Если в крупной юридической фирме с «партнерским штатом» в несколько человек отдельные учредители могут позволить себе выполнение сугубо представительских функций, как-то: участие в профессиональных мероприятиях, налаживание связей с потенциальными клиентами и др. — то в нашей компании оба партнера считают своим долгом личное участие в крупных судебных процессах и в ведении большинства дел клиентов. Поэтому для максимальной «разгрузки» партнеров от решения текущих административных, организационных задач еще в самом начале деятельности, три года тому назад, было принято решение назначить на должность исполнительного директора наемного менеджера.

«Против» наемного управленца

Данил ГЕТМАНЦЕВ,
почетный президент ЮК Jurimex

— Мы никогда не рассматривали возможность привлечения на должность руководителя не юриста. Специфика юридического бизнеса очень глубока. Глубока настолько, что для овладения управленческими знаниями в этой сфере совсем недостаточно простого инструктажа. Идеальный вариант — это путь, который прошел руководитель от простого юриста. Такой руководитель знает нюансы работы, его трудно обмануть, навязать неверное решение. Хотя, конечно, уровень юридического профессионализма обратно пропорционален движению юриста по карьерной лестнице.

Так или иначе, мы не предполагали и не предполагаем рассматривать возможность для привлечения не юриста на руководящую должность. Хотя на определенных административных должностях среднего звена использование не юристов является вполне эффективным (например, маркетинг).

Я училась на юриста. Мне понравились эти три года моей жизни. С тех пор у меня всегда была интересная и доставляющая удовольствие работа: я занималась гражданским и коммерческим правом, служила в федеральном суде, преподавала право как учитель-почасовик, а теперь пишу об интересных политических проблемах, многие из которых связаны с законами.

Наверное, поэтому люди ожидают, что на их вопрос о том, учиться ли им на юриста, я с радостью отвечу: «Да, конечно!»

И поэтому они удивляются, когда я вместо этого отвечаю: «Скорее всего, нет, только если вы не убеждены, что хотите быть юристом».

Я так говорю, потому что по прошествии лет я осознала: люди, задающие мне этот вопрос, не просят у меня совета о своей юридической карьере. На самом деле их вопрос почти всегда заключается в другом: «Избавит ли меня юридическое образование от страхов за будущее?»

И мой ответ — нет. Юридическое образование — очень хорошее решение проблем с получением лицензии на юридическую практику. Но это не лучшее решение проблем вроде «я не знаю, что мне делать в жизни», или «я боюсь, что если я займусь делом, которое мне действительно нравится, я потерплю неудачу», или «мне необходимо одобрение других людей».

1) Юридическое образование не избавит вас от страха «карьерной бездны»

Вам должен быть знаком ужас неопределенного будущего: страх, приходящий с осознанием огромного количества возможностей и вероятных опасностей, лежащих перед вами, до того многочисленных, что все они сливаются в одну огромную, пугающую бездну. И что это за слабый шум доносится из ее темных глубин? Может, это горький плач мамы вашего друга, у которого был потенциал, но он так ничего и не добился? А может, это рыдания вашей троюродной сестры, застрявшей на бесперспективной работе?

Эти страхи можно понять. Мир страшен для людей, только начинающих свою карьеру. И особенно он страшен для тех, кто задумывается, учиться ли им на юриста.

Обычно они всю жизнь довольно хорошо учились в школе, а потом получили дипломы гуманитарных специальностей в университете. В результате такие люди испытывают двойной шок от окончания учебы: они не только расстаются с образовательной структурой, в которой были так успешны, но еще и оказываются в этом новом мире будто бы без всякого порядка и без четкого карьерного пути, который есть у людей с более техническим образованием. Разумеется, от такого мир после университета может показаться ужасающей бездной.

Юридическое образование предлагает заманчивое решение. Привычная университетская жизнь продлевается еще на три года. Вместо гуманитарного диплома и неопределенности появляется профессиональная квалификация и гарантия карьеры. И более того, карьеры относительно престижной и высокооплачиваемой! (Ну или так кажется — об этом ниже).

Но на самом деле это не такое уж простое решение проблемы. Да — это выход, но дорогой и трудный. Существуют и другие пути, которые больше подходят для тех, кем движет скорее страх, чем стремление стать юристом. Стоит набраться смелости (и веры в себя!) и попробовать воспользоваться ими.

2) Через бездну есть и другие пути

Во-первых, в других профессиях тоже есть свои обозначенные пути продвижения по карьерной лестнице, хотя и не такие очевидные — и скорее всего, они не требуют, чтобы вы отказались от трех лет работы и набрали горы долгов. Если вы не поленитесь и немножечко изучите вопрос, окажется, что в любой карьере есть конкретные этапы, ведущие к определенному успеху.

Взять хотя бы профессию комедийного автора. Я специально выбрала крайний пример, потому что если вас беспокоят страхи, описанные выше, сама идея карьеры в этой области кажется несерьезной.

Но это не так. Если это то, чем вы мечтаете заниматься, есть определенные шаги, которые вы можете предпринять. Езжайте в Нью-Йорк или Лос-Анджелес. Посетите занятия в комедийном коллективе Upright Citizens Brigade. После этого попробуйте присоединиться к группе, занимающейся скетчами или импровизационной комедией. Когда вы проведете некоторое время в команде, местная публика будет знать, что вы умеете смешить, и вы сможете получить оплачиваемую работу: в качестве преподавателя комедийного искусства, в рекламных кампаниях, на комедийных сайтах вроде Funny or Die и College Humor. Вы накопите опыт, и в конце концов это станет вашей полноценной работой, может, даже в телешоу вроде Saturday Night Live или каком-нибудь ситкоме.

Вуаля — ясный путь. По которому пошли многие мои знакомые.

Да, он займет годы. Да, он требует таланта (хотя не так много, как вы думаете — вы будете поражены, когда узнаете, как практика и упорство со временем превращаются в талант). Да, вы будете на мели почти все эти годы, и, вероятно, вам придется работать на полставки или на скучных утомительных должностях, чтобы сводить концы с концами, пока вы идете к цели.

Но это не так уж отличается от юридического образования. Оно займет у вас годы. Почти все эти годы вы будете на мели (а то и хуже — будете оплачивать все расходы студенческими займами). Работа юристом тоже требует таланта, упорства и тяжелого труда. И юридическое образование, в отличие от вечерних курсов в UCB по 400 долларов каждый, оставит вас в десяти- или даже стотысячных долгах.

Суть не в том, что вы должны обязательно стать комиком. Суть в том, что карьерная бездна не настолько темна и хаотична, как кажется. Есть похожие поэтапные пути становления стартапером, журналистом, кинопродюсером, да кем угодно, при чем зачастую вовсе без диплома. Начинать с низов — не значит навсегда там остаться.

3) Не идите в юристы только потому, что это престижно

Конечно, у юридического образования есть одно очевидное преимущество по сравнению с работой «с нуля» и медленным продвижением наверх: оно с самого начала выглядит куда привлекательней. Большинство профессий требуют от вас, чтобы вы хоть какое-то время побарахтались в «аду для новичков» — все эти стажировки, выходы на замену, прием посетителей, подработки официанткой между контрактами, никак не ведущими к постоянной работе, работы для начинающих со словом «помощник» в названии, и т. д.

Такая работа — опыт, помогающий вам развить навыки и отношения. И они приносят деньги — ну или как минимум не стоят вам тысяч долларов. Но они звучат не так красиво. И это может быть очень трудно проглотить.

Иногда вам будет казаться, что вы идете в никуда, как будто вы так и будете вечно выходить на замену, принимать посетителей или подрабатывать официанткой. Всем трудно ощущать себя в тупике, но если вы умны и были успешны в учебе, это будет казаться вам еще и резким падением в статусе. «Ты учился в Гарварде. Какого черта ты теперь стираешь чью-то одежду?», — скажет вам голосок у вас в голове.

Другими словами, «Почему ты не занимаешься чем-то попрестижнее?»

Но вы должны игнорировать этот голос, потому что престиж — это просто среднее арифметическое чужих приоритетов. Конечно, приятно, когда твой выбор одобряют. Но все эти люди не станут делать за вас вашу работу, так зачем вы позволяете им выбирать ее?

Как мне однажды сказал Макс Фишер, вы должны стремиться к той работе, которой вы хотите заниматься, а не к той, о которой вы хотите говорить, что занимаетесь ей. Вы будете проводить за ней сорок часов в неделю, а то и больше, пока не выйдете на пенсию. Сделайте все, чтобы максимизировать свое удовольствие именно от процесса работы, а не от куда меньшего времени, которое вы будете проводить на вечеринках, рассказывая о своей профессии.

Я не могу вам сказать, что это за работа. Но если вы пойдете по престижному пути наименьшего сопротивления, вы рискуете сами никогда этого не узнать.

4) Не учитесь на юриста, чтобы порадовать родителей

Скорее всего, ваши родители хотели бы, чтобы вы прекратили читать эту статью прямо сейчас. Они настоятельно рекомендовали бы вам прекратить читать советы этой незнакомой переучки из Интернета и вместо этого слушать их. В конце концов, они о вас заботятся!

Но вы помните, чему мы только что научились? Не давайте никому выбирать работу за вас. Даже если это любящие родители. Поскольку то, что родители хотели бы для вас — это не всегда то же самое, что вы хотели бы для себя.

Начнем с того, что родителям, скорее всего, куда важнее ваша финансовая стабильность, чем ваше счастье. Это не значит, что оно для них совсем не важно. Они вас любят, и они хотят вам счастья. Но они ничего напрямую не получают с вашего счастья. Ваше финансовое положение, с другой стороны, прямо на них влияет. От него зависит, придется ли им вас поддерживать во взрослой жизни и сможете ли вы поддержать их, если это понадобится.

Как сказал несколько лет назад в своем великолепном очерке стартап-инвестор и консультант Пол Грэхэм, «все родители склонны быть более консервативными в отношении своих детей, нежели в отношении себя самих просто потому, что они как родители больше рискуют, чем получают выгоды. Если ваш восьмилетний сын захочет влезть на дерево, или ваша дочь-подросток решит встречаться с местным хулиганом, вы не разделите их удовольствие от риска, но если сын упадет или дочь забеременнеет, вам придется разбираться с последствиями».

И более того, родители разделяют все ваши карьерные тревоги. У них свои страхи насчет вашей «карьерной бездны». Ваши родители хотят престижа и одобрения на вечеринках. Они хотят видеть впечатленные лица друзей, когда скажут им, что вы учитесь на юриста и подаете большие надежды. Они не хотят объяснять, что вы воспользовались своим дорогим бакалавриатом, чтобы работать официанткой в чьем-то кафе, но это лишь временно.

Это не значит, что они плохие люди. Но это также и не значит, что вам надо слушать их советы.

5) Но как же деньги?

Эти беззаботные уверения, наверное, кажутся не вполне справедливыми. В конце концов, юридическое образование — не просто способ создать карьерный порядок из карьерного хаоса. Это еще и путь к прибыльной работе адвоката.

Правда ведь?

Не совсем. Верно, что многие адвокаты зарабатывают большие деньги. Но многие менее успешны, и даже те, что зарабатывают, склонны к выгоранию и нестабильности.

Я хочу подчеркнуть, что в желании зарабатывать деньги нет ничего плохого. Деньги могут быть способом не обременять семью, или дать важные возможности своим детям, или помочь тем, кому не повезло в жизни. Может быть, ваши родители — иммигранты, которые многим жертвовали ради возможностей для вас, ожидая, что ваш успех принесет стабильность всей семье в этой новой стране. Или, быть может, вы первый в семье, кто получил высшее образование, и на вас лежит бремя доказательства ценности образования, которое они вам обеспечили своей тяжелой работой.

Деньги многое значат. Но не всё. И даже если они важны для вас, юрфак — не всегда лучший путь к деньгам.

Давайте начнем с основного: диплом юриста не всегда означает, что вы получите работу юриста. Согласно Американской ассоциации адвокатов, только 71 процент выпускников-юристов 2014 года смогли получить постоянную работу по долгосрочному контракту в качестве юриста (учитывалась работа, на которую либо не брали без членства в коллегии, либо охотнее брали с дипломом юриста). Это значит, что каждый четвертый выпускник юрфака либо остался без работы, либо работал где-то, куда бы его взяли и без диплома юриста.

И даже если вы в числе 71 процента, многие юридические должности не очень хорошо оплачиваются. Адвокаты, отстаивающие интересы государства, общественные защитники и городские обвинители, как правило, начинают с зарплат около 45-50 тысяч долларов в год, и даже зарплаты старших адвокатов более чем с десятью годами опыта работы составляют только примерно 80 тысяч долларов в год. (Средняя зарплата американцев с высшим образованием составляет 56 тысяч долларов в год. — прим. Newочем) В этих цифрах нет ничего страшного, но они никого не сделают богачом — особенно если учесть крупные долги за учебу. И нельзя сказать, что такого нельзя достичь в других областях.

Частные фирмы, по крайней мере, крупные, действительно склонны платить больше. У юриста, работающего первый год, зарплата может доходить до 160 тысяч в год, а партнеры крупнейших фирм могут зарабатывать миллионы. Но такую работу трудно получить, особенно студентам, не учившимся в передовых юридических школах. И даже для студентов, которым повезло получить заветную должность, эта дорога может оказаться очень рискованной.

Большинство крупных фирм обладают структурой пирамиды, в которой множество младших юристов постепенно отсеиваются, пока не остаются несколько человек. Остальным приходится уйти. Это значит, что работа юристом в крупной юрфирме — не такая безопасная и стабильная карьера, как многие представляют.

Для большинства адвокатов она становится скорее временной остановкой на пути к другой работе — и обычно не столь прибыльной. Часто они идут в государственные структуры, либо работают корпоративными консультантами. Хоть на этих должностях и шестизначные зарплаты, первая цифра из шести — обычно единица.

Опять же, нет ничего плохого в таких зарплатах. Абсурдно было бы предполагать, что они ведут к каким-то финансовым затруднениям. Но это и не бешеные деньги — это зарплаты, которые вы можете получать в других областях, зачастую без дорогостоящих дипломов высшей степени.

И даже если вы преодолеете все препятствия и дослужитесь до партнера, это все равно не гарантирует стабильность. Партнеры всегда находятся под тяжелейшим давлением — им нужно постоянно приводить новых клиентов и искать дорогие проекты. Неспособные сделать это могут быть исключены из доли доходов фирмы или вовсе уволены.

И если вы способны поступить на хороший юридический факультет, достаточно хорошо там учиться, чтобы получить работу в престижной юридической фирме, а потом дослужиться до партнера, поздравляю: у вас есть навыки и настойчивость, с которыми вы преуспеете в любой профессии! Юриспруденция — не единственный ваш вариант.

6) Не стоит недооценивать денежную стоимость ненависти к своей работе

Когда я работала в крупной юрфирме Нью-Йорка, в кабинете недалеко от моего была женщина, которую очень уважали. Она была старше меня и прославилась за высокое качество работы. Партнеры просили у нее крупные дела. Ее карьера продвигалась очень неплохо.

Пока одним прекрасным утром она не пришла и не уволилась. И не просто из нашей компании — она ушла из профессии. Последнее, что я слышала о ней — она планировала переехать в Луизиану и открыть лавку с кексами.

И она не одинока. Хотя у меня есть друзья, которым нравится работать в сфере права, куда больше тех, кому это не нравится. И удивляться тут нечему, потому что трудно быть счастливым, когда большую часть времени ты проводишь на работе, которую выбрал, потому что она казалась безопасной, а не потому что ты хотел ей заниматься. А когда ты несчастлив, хорошо работать трудно. А юриспруденция полна людей, которые выбрали свою профессию именно по такому принципу, и которые теперь оказались глубоко разочарованы или завязли в депрессии. Даже если вы не один из них, вы с ними работаете, и их проблемы в конце концов становятся вашими.

Это повышает вероятность того, что вы повторите судьбу моей бывшей коллеги: сгорите на работе и уволитесь. Это тоже форма финансовой нестабильности, но ее часто не учитывают, когда выбирают неинтересную карьеру.

7) Не учитесь на юриста, если думаете, что это «отличная специальность на все случая жизни»

Обычно как раз в этот момент люди, просящие у меня совета, ободряюще улыбаются и говорят мне, чтобы я не беспокоилась: они просто хотят поработать в какой-нибудь фирме, чтобы оплатить долги за обучение, а потом займутся чем-нибудь поинтереснее. «Диплом юриста — это же отличный диплом на все случаи жизни! У меня будет такой богатый выбор!», — восклицают они.

Нет.

Диплом юриста — не «отличный диплом на все случаи жизни». Это ложь, распространяемая родителями, которые хотят заманить детей в профессии среднего класса, и юридическими школами, которые хотят отнять у них деньги. Диплом юриста — не диплом на все случаи жизни. Это диплом юриста. Он вас не сделает дипломатом, «старшим советником» по каким бы то ни было вопросам, политиком, банкиром, соцработником, политтехнологом или кем-то

0

Когда переезжаешь в новое место, всегда интересно, кто они – твои соседи? Мы решили начать знакомить вас с теми, кто может оказаться за соседней дверью в офисе, когда вы решите переехать в Деловой. Сегодня мы узнаем поближе Владимира Юрасова, управляющего партнера коллегии адвокатов «Юрасов, Ларин и партнеры».

Мы пообщались с Владимиром и бизнесе, выяснили, сказался ли кризис на юридической отрасли, и узнали, что важнее для юриста: удобство или способность офиса произвести нужное впечатление.

Владимир Юрасов на официальном приёме в Посольстве Франции

О бизнесе

Владимир, расскажите о себе. Как появилась ваша коллегия?

В адвокатуре я уже 15 лет. До того, как стать адвокатом, работал в прокуратуре, затем перешел в коммерческие организации: возглавлял юридические департаменты в ряде компаний.

Мой опыт позволил мне узнать изнутри систему работы в государственных структурах и крупных российских компаниях. Но и там, и там я всегда чувствовал нехватку самостоятельности и творчества в работе.

В какой-то момент я понял, что хочу применить полученные знания на практике, оставаясь независимым. Именно поэтому мы с коллегой – адвокатом Александром Лариным – основали Московскую коллегию адвокатов «Юрасов, Ларин и партнеры».

Как давно вы занимаетесь бизнесом?

Строго говоря, адвокатура – это не бизнес, по закону адвокатская деятельность не признается предпринимательской.

Но в современных условиях, когда количество компаний, оказывающих юридические услуги, уже не поддается исчислению, для нас, как и для предпринимателей, остро встает вопрос конкуренции. И мы также используем определенные бизнес-наработки, для того, чтобы оставаться на этом рынке и быть востребованными. Как самостоятельная команда мы начали работать в 2014 году.

Как раз когда начался кризис. А почувствовала ли кризис юридическая отрасль?

Кризис чувствуется сейчас везде, и юридическая отрасль – не исключение. В современных условиях бизнес старается оптимизировать расходы, в том числе и за счет юридических услуг – это естественно.

Но я не воспринимаю кризис как препятствие в развитии компании, для меня это в большей степени вызов, хороший толчок к поиску новых решений, разработке предложений, которые будут интересны клиентам в нынешних условиях.

К тому же, оказывая правовую помощь, мы ориентированы, прежде всего, на качество. А качественные услуги нужны всем и всегда, даже в кризис.

Здесь, в бизнес-квартале «Арма» в 5 минутах от Курской, Владимир Юрасов и его коллегия арендуют офис

Об офисе и рабочем пространстве

Каким, в вашем представлении, должен быть идеальный офис?

Для нас важнее всего удобство. Хорошее месторасположение, грамотно организованное пространство, наличие развитой инфраструктуры, помогающей оптимизировать рабочие процессы и сделать пребывание на работе максимально комфортным – вот основные составляющее идеального офиса.

Есть ли у юридической компании какие-то свои, особенные требования к офису?

Особенных требований нет. Для нас, как и любой сервисной компании, важно обеспечить максимальный комфорт нашим клиентам, поэтому мы всегда выбираем офисы, находящиеся в непосредственной близости к метро и имеющие собственную парковку.

Еще одним важным требованием является наличие переговорных комнат. И, разумеется, в офисе юридической компании должно быть достаточно места для хранения большого объема документов.

А насколько для вас важно расположение офиса? Есть ли разница в клиентах для юридической компании между офисом, расположенным в центре, и офисом в спальном районе? Или это исключительно вопрос имиджа?

Мы в большей степени ориентированы на оказание услуг бизнесу, поэтому нам необходим офис в центре. Это в большей степени вопрос удобства.

Привлекает ли офис в центре клиентов? Имея многолетний опыт в сфере оказания юридических услуг, я бы сказал, что если это и играет роль, то неосновную. Сейчас, решая, какой компании доверить свое дело, клиенты в основном ориентируются на опыт конкретного юриста, количество выигранных дел – и это правильно. Но, конечно же, при прочих равных условиях, офис в центре будет являться преимуществом.

Пример офиса в «Арме». Этот офис ещё не обжит. В одном из соседних кабинетов консультируют своих клиентов адвокаты коллегии

О Деловом

Офис в Деловом – это ваш первый офис? Или был и другой опыт?

Деловой – наш второй офис, а начали работать в небольшом офисном центре на Таганке. В самом начале мы не совсем четко понимали, что нам нужно от офиса, поэтому руководствовались в основном месторасположением. Но со временем пришло осознание, что для комфортной работы очень важно наличие развитой инфраструктуры офисного центра.

Почему вы выбрали именно Деловой?

Его нам порекомендовали коллеги. Офисный центр привлек своим месторасположением, непосредственной близостью к метро, благоустроенной территорией бизнес-квартала, хорошей инфраструктурой, пакетом дополнительных услуг и, конечно, ценой.

Клиентами Делового мы являемся не так давно (с декабря 2015 года), но за это время уже успели оценить все преимущества нового офиса и теперь с удовольствием рекомендуем Деловой нашим партнерам.

Когда вы впервые оказались в Деловом, на что вы обратили внимание?

На приятный интерьер офисного центра и дружелюбие сотрудников.

А пользуетесь ли вы дополнительными услугами Делового – от переговорной до секретаря?

Да, мы регулярно арендуем переговорные комнаты. Особенно удобна возможность забронировать переговорную непосредственно в день встречи.

Что для вас первостепенно в офисе – его удобство или способность произвести нужное впечатление на посетителей?

Для нас необходимо, чтобы офис сочетал в себе и то, и другое. Это то место, в котором мы проводим много времени и, конечно, в нем должно быть удобно работать. Но и об имиджевой составляющей забывать нельзя, как уже отмечал выше, это играет определенную роль в юридическом бизнесе.

Опишите, пожалуйста, в нескольких словах свой рабочий стол.

Мне нравится, чтобы на столе не было ничего лишнего. Порядок на столе – порядок в делах, а это принципиально для любого юриста.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *