Ст 140

ДОКЛАД НА КОНФЕРЕНЦИИ «НАЛОГОВОЕ ПРАВО В РЕШЕНИЯХ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ».

Диспозиция ст. 199 УК РФ допускает привлечение лица к уголовной ответственности в случае совершения им уклонения от уплаты налогов, сборов, страховых взносов при совершении деяния двумя способами:

1 – путем непредставления налоговой декларации (расчета) или иных обязательных для представления документов;

2 – путем включения в налоговую декларацию или такие документы заведомо ложных сведений.

Как показывает жизнь, существующие механизмы уклонения от уплаты налогов налогоплательщиками-организациями, чрезвычайно многообразны. Однако привлечь к уголовной ответственности лиц, ответственных за неуплату налогов организацией, которая не уклонилась или уклонилась от выполнения налоговых обязанностей способами, не указанными в ст.199 УК РФ, не основано на законе. С 2004 года сам по себе способ уклонения от уплаты налогов является юридически значимым для квалификации деяния, поскольку диспозиция статьи 199 УК РФ, содержат исчерпывающий перечень способов совершения налоговых преступлений.

Поскольку в ст.199 УК РФ указание на другие незаконные способы отсутствует, то имеет смысл рассмотреть вопрос о том, является ли это пробелом (упущением законодателя) или его квалифицированным умолчанием? Например, в других нормах УК РФ перечисление в диспозиции конкретных способов совершения преступлений зачастую заканчивается словами «иным незаконным способом». Например, в ч.1 ст.183 УК РФ указано, что собирание сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, может быть совершено путем похищения документов, подкупа или угроз, а равно иным незаконным способом. Факт, что указание двух способов уклонения в ст.199 УК РФ не является упущением законодателя, подтверждается судебным толкованием: как в ранее действующем в п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 декабря 2006 г. № 64 «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления», так и в п.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», где указано, что «способами уклонения от уплаты налогов, сборов, страховых взносов являются действия, состоящие в умышленном включении в налоговую декларацию (расчет) или иные документы, представление которых в соответствии с законодательством РФ о налогах и сборах является обязательным, заведомо ложных сведений, либо бездействие, выражающееся в умышленном непредставлении налоговой декларации (расчета) или иных указанных документов».

Следовательно, в уголовном законодательстве не криминализировано отсутствие сокрытия от налогового органа достоверной информации о величине налоговой обязанности или использование иного способа уклонения, не предусмотренного в диспозиции ст.199 УК РФ, вследствие чего подобные действия не должны являться уголовно наказуемыми деяниями.

Согласно налоговому законодательству при обнаружении налогоплательщиком в поданной им в налоговый орган налоговой декларации факта неотражения или неполноты отражения сведений, а также ошибок, приводящих к занижению суммы налога, подлежащей уплате, налогоплательщик может и обязан внести необходимые изменения в налоговую декларацию и представить в налоговый орган уточненную налоговую декларацию согласно п.1 статьи 81 НК РФ. Законодатель в рамках налоговых правоотношения предоставляет налогоплательщику право самостоятельно исправить ошибку, совершенную им при первоначальной подаче налоговой декларации и откорректировать налоговое обязательство по уплате налога, посредством достоверного декларирования. Таким образом, вследствие корректировки величины налоговой обязанности перед бюджетом, у налогового органа после подачи уточненной налоговой декларации появляется достоверная информация о размере подлежащих уплате налогов. Поэтому результат действий по предоставлению достоверной информации о налоговой обязанности уже не может охватываться таким понятием, как «уклонение», под которым понимается сокрытие достоверной информации о налоговой обязанности от налоговых органов. Как представляется, в налоговых правоотношениях гражданин как наиболее слабая сторона противостоит в отношениях с государством в лице его органов, поэтому при толковании действий гражданина должен действовать принцип «мagis de bono quam de malo lex intendit» – «закон склоняется в пользу хорошего, а не плохого», то есть из двух возможных вариантов оценки действий гражданина, предпочтительным является толкование абсолютной правомерности его действий по корректировке величины налоговой (публичной) обязанности в отношениях с государством.

Однако, в ранее упомянутом Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» в п.1 указано, что «общественная опасность уклонения от уплаты налогов и сборов, то есть умышленного невыполнения конституционной обязанности каждого платить законно установленные налоги и сборы, заключается в непоступлении денежных средств в бюджетную систему Российской Федерации». Кроме того, там же в п.17 разъяснено, что состав преступления, предусмотренного статьей 199 УК РФ, отсутствует только, если налогоплательщик в случае подачи уточненной налоговой декларации подал ее до истечения срока уплаты и уплатил налог, тем самым добровольно и окончательно отказавшись от доведения преступления до конца (часть 2 статьи 31 УК РФ).

Следуя толкованию, данному ВС РФ, можно прийти к выводу о том, что, если при подаче первоначальной декларации уже имело место уклонение, как часть состава преступления, то последующее представление уточненной налоговой декларации, когда по факту недостоверное информирование налогового органа было устранено, ни при каких условиях не освобождает лицо от уголовной ответственности.

Таким образом, по сути, данное Верховным Судом РФ толкование диспозиции ст.199 УК РФ, является расширительным, когда любая неуплата налога (не поступление налога в бюджет) в установленный срок любыми способами признается преступлением (при наличии соответствующего материального состава) что, безусловно, размывает грань между преступлением и налоговым правонарушением. При подаче уточненной декларации с достоверной информацией о налогах действия лица становятся правомерными с точки зрения НК РФ, но остаются противоправными с точки зрения УК РФ, что противоречит буквальному содержанию ст.199 УК РФ.

Как представляется, такое «расширительное» судебное толкование диспозиции ст.199 УК РФ не вполне соответствует основополагающему принципу уголовного права, на который, в частности, указано в Определении КС РФ от 29.05.2019 № 1243-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шварцберга Вадима Михайловича на нарушение его конституционных прав частью девятой статьи 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 199 Уголовного кодекса Российской Федерации» (далее – Определение КС РФ от 29.05.2019 № 1243-О). Суд указал: «В сфере уголовно-правового регулирования — в силу статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, основанной на принципе nullum crimen, nulla poena sine lege (нет преступления, нет наказания без указания на то в законе), — особое значение приобретает требование определенности правовых норм».

Удивительно, что указав в Определении КС РФ от 29.05.2019 № 1243-О на безусловную необходимость определенности норм уголовного права, на то, чтобы составообразующие признаки криминализируемого противоправного деяния «были точно и недвусмысленно определены в уголовном законе, непротиворечиво вписывающемся в общую систему правового регулирования», но тот факт, что заявителем — гражданином В.М. Шварцбергом (далее – гражданин Ш), осужденным по ст. 199 УК РФ, была представлена уточненная налоговая декларация с достоверной суммой налоговой обязанности, суд не стал оценивать и отказал в принятии его жалобы к рассмотрению. Хотя, как указал суд: «при привлечении к уголовной ответственности должны учитываться нормы не только уголовного, но и налогового законодательства».

Основанием для обращения гражданина Ш. в Конституционный Суд РФ, по-видимому, послужили, вынесенные в отношении него два судебных решения (решения размещены на сайте https://sudact.ru): Приговор Советского районного суда г. Омска по делу №1-91/2018 от 03.05.2018г. (далее – Приговор по Делу №1-91/2018 от 03.05.2018г.) и Апелляционное Постановление Омского областного суда об отказе в удовлетворении жалобы Шварцберга В.М. в порядке ст. 125 УПК РФ от 22.09.2017г.(далее – Постановление по Делу № 22-3093/2017 от 22.09.2017г.)

Из Приговора по Делу №1-91/2018 от 03.05.2018г. следует, что уголовное дело в отношении гражданина Ш., было возбуждено по факту уклонения организации, в которой он являлся исполнительным директором, от уплаты налогов в крупном размере путем включения в первоначально представленные налоговые декларации заведомо ложных сведений. Факт представления им уточненных налоговых деклараций, в которых сумма налогов была исчислена правильно, на решение суда не повлиял – он был привлечен к уголовной ответственности по ст.199 УК РФ с возложением на него обязанности в полном объеме возместить ущерб в виде неуплаченного в бюджет Российской Федерации налога на добавленную стоимость (НДС) за организацию, которая до привлечения его к ответственности была ликвидирована (дополнительной особенностью данного дела являлось то, что гражданин Ш. не являлся директором организации, но был привлечен к возмещению ущерба в полном объеме).

Из Приговора по Делу №1-91/2018 от 03.05.2018г. следует, что в качестве доказательной базы использовались, в том числе материалы налоговой проверки, но налоговым органом были нарушены сроки направления материалов в следственные органы для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. После выездной налоговой проверки организации за 2010-2012 годы налоговый орган вообще не передавал информацию в следственные органы, а уголовное дело возбуждено только в 2015 году, то есть спустя более 4-х лет от начала проверяемого налогового периода.

На нарушение налоговым органом обязанности было указано в обращении гражданина Ш. в Конституционный Суд РФ.

Отказывая в принятии жалобы, в Определении КС РФ от 29.05.2019 № 1243-О указано, что «принятие решения о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела не могут быть произвольными, а наоборот, должны отвечать требованиям законности и обоснованности».

Как представляется, в отношении гражданина Ш. данное требование было не вполне соблюдено. В п.3 ст.32 НК РФ указано о том, что если в течение двух месяцев со дня истечения срока исполнения требования об уплате налога на основании решения о привлечении к ответственности, налогоплательщик не уплатил в суммы недоимки, размер которой позволяет предполагать факт совершения нарушения, содержащего признаки преступления, налоговые органы обязаны в течение 10 дней со дня выявления указанных обстоятельств направить материалы в следственные органы для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Таким образом, очевидно, что установление срока преследует цель оперативного разрешения вопроса о правонарушении при наличии у всех сторон равного доступа к доказательственной базе.

Судебной практикой давно сформирован подход, что несоблюдение вышеуказанного срока (как правило, передача раньше срока) не влияет на законность возбуждения уголовного дела. Например, в Определении Верховного Суда РФ от 18.03.2016 № 304-КГ16-713 по делу № А70-13209/2014 было указано, что сам по себе факт направления налоговым органом материалов налоговой проверки в следственные органы для решения вопроса о возбуждении уголовного дела не является доказательством нарушения прав общества. Вследствие чего суд пришел к выводу о том, о недоказанности факта нарушения прав и законных интересов налогоплательщика в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Также суд указал, «что в случае возбуждения уголовного дела и несогласия с постановлением о возбуждении уголовного дела налогоплательщик вправе обжаловать его в установленном законом порядке».

В рассматриваемом случае гражданин Ш., как следует из Постановления Делу № 22-3093/2017 от 22.09.2017г., обжаловал постановление о возбуждении уголовного дела, ссылаясь на отсутствие в материалах дела сообщения и документов из налогового органа о нарушении налогового законодательства, тогда как в тот период действовала ст. 140 УПК РФ в редакции ФЗ № 407-ФЗ от 06.12.2011, согласно которой возбуждение уголовного дела было возможно только по материалам, направленным из налогового органа. Однако суд отказал в удовлетворении жалобы, мотивировав свое решение тем, что в соответствии со ст. 140 УПК РФ имелись повод и основания для возбуждения уголовного дела, которыми явились рапорт об обнаружении признаков преступления и материал предварительной проверки книги регистраций сообщений о преступлении, содержащих достаточные данные о наличии признаков преступления. Суд также указал, что: «При этом изменения, внесенные в ст.ст.140, 144 УПК РФ Федеральным законом от 22.10.2014 № 308-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», не ставят под сомнение правильность оценки следователем наличия повода и оснований для возбуждения уголовного дела».

Как представляется, подобный подход к несоблюдению установленных сроков может привести к риску ущемления прав граждан – участников предпринимательских отношений. Нельзя признать справедливым произвольное по времени привлечение к уголовной ответственности лиц, которые заранее не могли знать, что им необходимо было собирать и хранить значимые для рассмотрения их дела документы, поскольку документы налогового учета, по общему правилу, имеют определенный срок необходимого хранения, по истечении которого они могут быть уничтожены. Так, согласно пп.8 п.1 ст.23 НК РФ, налогоплательщики обязаны «в течение четырех лет обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих получение доходов, осуществление расходов (для организаций и индивидуальных предпринимателей), а также уплату (удержание) налогов, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом».

По истечении срока в отсутствии необходимой доказательственной базы никто не сможет доказать свою невиновность в состязательном процессе, когда вменяемое ему правонарушение по времени будет значительно отстоять от факта его совершения и обнаружения.

Например, из Приговора по Делу №1-91/2018 от 03.05.2018г. следует, что в уголовном процессе исследовались только книги-покупок, но не исследовались письменные доказательства как счета-фактуры — первичные документы, на основании которых книги-покупок составляются и которые необходимы для того, чтобы установить налогооблагаемую базу при исчислении НДС. Отсутствие документов, возможно, произошло по причине того, что истекли сроки их хранения, и они были уничтожены, что могло повлиять на представление доказательств со стороны защиты, и, как следствие, на приговор суда.

В подтверждение позиции о том, что субъекты налоговых отношений должны быть оперативно проинформированы о наличии к ним притязаний со стороны государственных органов можно привести, например, Постановление Конституционного Суда РФ от 14.07.2005 № 9-П, в котором по поводу момента выявления недоимки по налогам было указано: «Поскольку с истечением продолжительного времени становится невозможным надлежащее установление факта неуплаты налога, … установление законодателем предельных сроков глубины налоговой проверки и хранения отчетной документации служит прежде всего целям соблюдения конституционного запрета на произвольное ограничение имущественных прав налогоплательщика», «введение законодательством ограничений по срокам направлено на гарантирование конституционных прав налогоплательщиков и на рациональную организацию деятельности правоприменителей».

Однако в Определении от 29.05.2019 N 1243-О Конституционный Суд РФ отступил от ранее занимаемой позиции, указав, что «изменение же порядка возбуждения уголовных дел о тех или иных преступлениях относится к дискреционным полномочиям законодателя, который вправе с учетом социально-экономических, организационных и других условий избирать ту или иную модель правового регулирования».

Вывод: высказанная позиция о том, что в случае, если в уголовном деле в качестве доказательной базой используются материалы налоговой проверки, то само уголовное дело должно быть возбуждено следственными органами в установленные законодательством сроки после получения материалов от налоговых органов в соответствии с п.3 ст.32 НК РФ, а не произвольно во времени, представляется более правильной, чем существующая в судебной практике.

Данный вывод следует не только из того, что налоговое законодательство не предусматривает продление срока направления налоговым органом в следственные органы материалов для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, но и тем, что законодательное ограничение по срокам возбуждения уголовного преследования в отношении лица, предусмотренное нормами НК РФ и УПК РФ, гарантирует соблюдение конституционных прав граждан и обеспечивает рациональную организацию деятельности правоприменителей в лице налоговых, следственных и судебных органов.

Дело об убийстве возбуждается по факту обнаружения трупа с признаками насильственной смерти или исчезновения человека при обстоятельствах, позволяющих предположить его насильственную смерть. Если данных, позволяющих предположить убийство человека, пропавшего без вести, недостаточно, то следователь с помощью работников милиции проводит проверку сообщения о безвестном отсутствии гражданина.

Его местонахождение выясняется: а) по месту работы – не стал ли он жертвой производственного травматизма, не направлен ли в срочную командировку; б) в отделениях милиции – не был ли он задержан, подвергнут аресту за какое-либо правонарушение; в) в изоляторах временного содержания задержанных и арестованных; г) в медицинских вытрезвителях; д) в больницах – не помещен ли на стационарное лечение; е) в учреждении по организованному набору рабочей силы – не получал ли он направление на работу в другой город; ж) в военном комиссариате – не призван ли исчезнувший в армию, не уведомив об этом родственников; з) у родственников и друзей – не проживает ли он временно у них, не поставив об этом в известность своих близких; и) в морге – нет ли там неопознанного трупа. В отношении исчезнувшего ребенка проверки проводятся в детских домах, приемниках-распределителях, а в отношении физически неполноценных и старых людей – соответственно в домах для инвалидов и престарелых.

Проверка должна быть достаточно тщательной, чтобы дать достоверное знание о наличии или отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела. Так, факт смерти вследствие болезни необходимо точно установить опросами близких покойного, справкой врача, документами лечебного учреждения. При сообщении об обнаружении лица, значившегося пропавшим без вести, в этом лучше всего убедиться воочию.

Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела можно вынести лишь в случае полной уверенности в том, что убийства определенного человека не было. В постановлении надлежит привести достаточно убедительные мотивы отказа, а его копию направить тому, кто обратился в правоохранительный орган с заявлением об убийстве.

При отрицательных результатах проверки и отсутствии причин для тайного отъезда разыскиваемого лица появляется основание для возбуждения дела о его убийстве. Следует помнить, что несвоевременное возбуждение уголовного дела чревато весьма негативными последствиями. Остающийся на свободе убийца способен уничтожить следы содеянного, совершить другое тяжкое преступление. Следы могут необратимо измениться под воздействием неблагоприятных внешних сил. Обстоятельства преступления, воспринятые свидетелями, могут в значительной мере стереться из их памяти. Своевременное и достаточно обоснованное возбуждение дела является одним из необходимых условий успешного расследования.

Осмотр места происшествия и трупа

Осмотр места происшествия и трупа прежде всего позволяет уяснить общий характер произошедшего, находится труп на открытой местности, например, на территории населенного пункта, на улице, во дворе, на пустыре, в поле, на лугу, в лесу, либо в помещении (в квартире, коридоре, на лестничной площадке, чердаке и т. д.). Необходимо обратить внимание на отсутствие или наличие признаков насильственного проникновения преступника в помещение, следов борьбы и самообороны, предшествовавших убийству, принять меры к обнаружению орудий, с помощью которых оно совершено, последствий их применения, например пуль, гильз, дроби, картечи, пыжей, огнестрельных повреждений, следов яда в пище, напитках.

Важными объектами поиска и анализа при осмотре служат следы – отображения преступника – его рук, ног, зубов, ткани одежды и др., а также выделений организма: крови, спермы, слюны, пота, носовой слизи. Ценными находками могут стать вещи, оброненные, утерянные, брошенные преступником: предметы одежды, головной убор, вещи с метками, номерами предприятий бытового обслуживания; бирка с фамилией матери, привязанная к руке трупа новорожденного, метки и штампы на белье (по делам о детоубийстве); пряжка от ремня, пуговица, расческа; почтовый конверт с адресами получателя и отправителя; записка, проездной билет и др.

В ходе осмотра могут быть обнаружены признаки, свидетельствующие о следующих обстоятельствах:

а) о времени преступного события: расположение стрелок остановившихся часов на руке потерпевшего или в его жилище; сухая или влажная после дождя почва под трупом, находящимся на открытой местности; включенное электроосвещение (убийство скорее всего совершено в темное время суток); горячая, теплая печь или пища, влажное полотенце, необсохшая слюна на окурках (убийство предположительно совершено недавно); дата на последнем номере газеты, неоторванном листке календаря (преступление совершено не ранее этой даты);

б) о числе преступников: число столовых приборов на столе (в случаях, когда убийству предшествовали принятие пищи, алкоголя), следы разной обуви, окурков, различающихся видом папирос, сигарет, манерой курения (смятия мундштука папиросы и др.);

в) о некоторых признаках и свойствах убийцы: необычные действия с трупом, например, попытка поджога с помощью негодных средств, похищение одежды, не представляющей ценности, бессмысленное глумление над трупом, его бесцельное перемещение с одного хорошо заметного места на другое такое же, расчленение трупа на очень мелкие части (убийство предположительно совершено психически неполноценным человеком); причинение множества телесных повреждений в самые различные части тела (убийство предположительно совершено очень жестоким человеком или лицом, отбывшим значительный срок лишения свободы);

г) о предшествовавших убийству действиях: наличие на столе посуды, остатков пищи, алкогольных напитков (вероятно, было застолье); включенный магнитофон, проигрыватель (слушали музыку, танцевали) и т.д.;

д) об инсценировке убийства под самоубийство, несчастный случай, естественную смерть потерпевшего свидетельствует наличие признаков, несовместимых с естественной смертью или несчастным случаем, например, значительное расстояние от стены дома, с балкона которого якобы случайно упал потерпевший, наличие двух странгуляционных борозд на шее потерпевшего и т.п.;

е) о мотиве убийства: взломанные ящики комода, распахнутые дверцы шкафов, выброшенные малоценные вещи (убийство предположительно совершено в связи с завладением деньгами, ценными бумагами, вещами); снятые, разорванные предметы одежды потерпевшей, признаки совершенного полового акта (убийство, видимо, совершено в связи с изнасилованием); наличие большого количества повреждений у потерпевшего, уничтожение ценных предметов (убийство, вероятно, совершено на почве мести);

ж) онесовпадении места убийства и места нахождения трупа свидетельствуют следы волочения (на грунте и трупе), отсутствие на обуви потерпевшего частиц грунта, следы транспортных средств, наличие приспособления для переноски трупа, отсутствие лужи крови при обширных телесных повреждениях (убийство совершено не там, где обнаружен труп).

В ходе осмотра может возникнуть версия о самоубийстве лица, чей труп был обнаружен. При ее проверке необходимо обращать внимание на признаки, характерные для инсценировки самоубийства. К их числу относятся:

а) отсутствие вмятин под подставкой на рыхлом грунте либо самой подставки под висящим в петле трупом, ноги которого не касаются пола или земли; б) чистая обувь (чулки, носки, босые ноги) висящего в петле трупа при загрязненности участка, над которым он висит; в) наличие горизонтальных потеков крови из естественных отверстий и повреждений; г) смещение волокон опоры под веревкой вверх (следствие подтягивания трупа посредством веревки, перекинутой через опору); д) отсутствие на руке трупа, держащей пистолет, следов выстрела (копоть, ссадины, брызги крови и др.); е) телесные повреждения на потерпевшем, характерные для самозащиты (раны на кистях рук и др.); ж) причинение повреждений орудием, не характерным для применяемых самоубийцами (топор и т. п.).

Весьма существенное значение имеет осмотр трупа, производимый с обязательным участием судебного медика или врача иной специальности. До начала осмотра нужно посредством опроса обнаруживших его лиц выяснить, не перемещался ли труп, не изменились ли его положение и поза, изложив эти сведения в протоколе. Перед осмотром рекомендуется сфотографировать труп с охватом окружающей обстановки и изолированно, а во время детального осмотра – запечатлеть следы на нем.

Вначале труп осматривают в том виде, в каком он был обнаружен. При этом в протоколе осмотра описывают место, на котором труп находится, и его положение относительно неподвижных ориентиров; позу, куда обращены голова и ноги; следы и предметы на трупе и возле него. Следует тщательно осмотреть предметы одежды, головной убор, обувь трупа. При этом в протоколе фиксируют их наименование, материал, покрой, цвет, особенности, состояние (застегнута, разорвана, загрязнена, окровавлена и т. д.); местоположение и размеры повреждений; характер их краев (ровные, неровные); содержимое карманов одежды.

Затем производится осмотр обнаженного трупа, причем вносятся следующие данные: пол; телосложение; упитанность, примерный возраст (на вид); цвет кожи; температура тела и окружающей среды; наличие и характер трупных явлений: состояние головы, лица (открыты или закрыты глаза, рот, свободны ли отверстия носа, ушей, положение языка – высунут, прикушен); вид живота (вздутый, впалый); состояние половых органов; повреждения на трупе, их характер: раны, ссадины, кровоподтеки, ожоги, следы поражения электричеством, их местоположение, форма, размеры, цвет.

При осмотре трупа, висящего в петле, необходимо установить и описать в протоколе наличие или отсутствие подставки под висящим трупом и следов вмятин под ней на мягком грунте; расстояние от основания (пола, земли) до стоп и опоры, а также между петлей на шее и местом прикрепления веревки к опоре; размеры петли, наличие странгуляционной борозды, ее направление и цвет, наличие ссадин по краям, резкой синюшности кожи выше петли, небольших кровоизлияний в коже лица, особенно на веках.

Судебно-медицинская экспертиза

Судебно-медицинская экспертиза имеет своими объектами трупы, трупные материалы, следообразующие выделения человеческого организма, живых лиц (подозреваемый, обвиняемый). С ее помощью решаются три серии вопросов, касающихся потерпевшего, обстоятельств убийства и преступника. Одним из приоритетных является вопрос о причине наступления смерти: была она естественной или насильственной. В последнем случае выясняется, последовала она в результате воздействия тупых предметов, режущих, колющих, колюще-режущих орудий либо стала следствием удушения (петлей, руками, закрытием дыхательных отверстий мягким предметом, сдавливанием груди, живота); отравления, утопления, сбрасывания с высоты, воздействия технического электричества, радиоизлучения, слишком высокой или чрезмерно низкой температуры.

Здесь же уточняется механизм причинения смерти, последовательность причинения телесных повреждений; как взаимно располагались преступник и жертва, поза потерпевшего в момент убийства, время наступления смерти, совпадает ли место обнаружения трупа с местом убийства потерпевшего и др.

Полнота расследования обеспечивается выяснением не только обстоятельств убийства, но и фактов, которые ему предшествовали. И в этом эксперт может оказать помощь следователю, например обнаружив, что потерпевший принимал алкоголь или наркотики либо убитая женщина незадолго до смерти вступала в половое сношение. Нередко ключевую роль в расследовании играет установление судебно-медицинским экспертом личности потерпевшего. Исследуя труп, эксперт определяет возраст убитого, род его занятий (металлург, шахтер, сапожник, портной, медицинский работник и т. д.), свойственные ему вредные привычки, например, пристрастие к курению, алкоголю, наркотикам, перенесенные заболевания, операции и травмы. Никогда не надо упускать из виду возможность отождествления человека сравнением рентгенограмм аномальных участков тела трупа с рентгенограммами предполагаемого потерпевшего, хранящимися в лечебном учреждении.

Исследование трупа младенца позволяет ответить на вопросы о его появлении на свет жизнеспособным, доношенным, на определенном месяце утробной жизни, а сравнение его крови с кровью предполагаемой матери дает возможность установить его происхождение от нее.

При обнаружении черепа потерпевшего наряду с пластической реконструкцией по методу М.М. Герасимова практикуется графическая реконструкция, а также метод фотографической аппликации.

Распространенными объектами судебно-медицинского (биологического) исследования являются следы крови. Так, в сомнительных случаях эксперт по предложению следователя решает вопрос, принадлежит кровь человеку или животному. Главное, конечно, это установить принадлежность крови на теле и одежде подозреваемого потерпевшему либо что ее следы на месте происшествия и жертве оставлены подозреваемым лицом. При этом следует учитывать возможности генотипоскопического анализа, дающего индивидуальную идентификацию лиц по следам крови, спермы и других биологических выделений.

Решаются и такие вопросы: принадлежит ли кровь подозреваемому или потерпевшему; не оставлены ли следы крови на трупе и иных материальных объектах места преступления лицом, заподозренным в убийстве, одним ли лицом образованы следы крови на разных предметах, ее половая принадлежность, а по частям расчлененного трупа бывает важно определить их принадлежность одному или нескольким потерпевшим.

За последние годы расширились возможности биологической экспертизы волос, в частности стали использоваться такие их признаки, как плотность и группоспецифичность белков (пептидов), содержащихся в стволовой части волоса. Они позволяют дифференцировать годные волосы и с высокой степенью вероятности устанавливать их половую и индивидуальную принадлежность.

Группоспецифические белки успешно применяются также при сравнительных исследованиях слюны. По ним определяют половую принадлежность выделителя; различают уже около двух десятков групп слюны.

При особо рациональном, квалифицированном расчленении трупа судебно-медицинский эксперт может дать заключение о наличии у преступника профессиональных навыков в анатомической и секционной технике. Ими обладают, например, прозекторы, санитары морга, что значительно сужает круг виновных. Возможно определение болезни преступника путем исследования оставленных им на месте происшествия выделений (кала, пота, мочи или крови).

Очень важна помощь судебного медика в освидетельствовании обвиняемого для выяснения характера, способа и давности причинения имеющихся на нем телесных повреждений. В одних случаях заключение эксперта подтверждает факт борьбы между преступником и потерпевшим во время убийства, в других – опровергает версию подозреваемого о якобы совершенном на него нападении.

Допросы свидетелей

Допросы свидетелей. Последних рекомендуется выявлять в первую очередь среди родственников, друзей, сослуживцев, односельчан, соседей, иных знакомых потерпевшего. В число свидетелей входят очевидцы преступления и лица, обнаружившие труп. Если место происшествия расположено в черте населенного пункта, свидетелями могут оказаться жители соседних домов, работники транспорта, близрасположенных предприятий и учреждений, посетители магазинов, кафе, столовых, клубов и других объектов. Если место происшествия находится на автодороге или возле нее, свидетелями могут быть шоферы, работники автопредприятий, линий телеграфной и телефонной связи, почтальоны, владельцы личных автомашин, пассажиры автобусов. При совершении убийства в лесу свидетелей нужно искать среди лесников, рабочих леспромхозов, заготовителей дров, сена, грибов, ягод и др.

Главная задача следователя при допросах свидетелей заключается в том, чтобы получить максимально полные данные о виновном лице. Поэтому нужно установить, знает ли свидетель убийцу и кто он, каковы признаки его внешности, не воспользовался ли он транспортным средством, его номер и т.д. Полезно также уточнить, не видел ли свидетель кого-нибудь в районе места происшествия до или после расследуемого события.

Ценными могут быть показания свидетелей относительно потерпевшего. На допросе выясняется, знает ли свидетель потерпевшего, его имя, прозвище, место жительства, профессию, связи; что может показать относительно состояния и поведения потерпевшего накануне расследуемого события (какими были его образ жизни и характер, не высказывал ли намерения покончить жизнь самоубийством; не отличался ли повышенной осторожностью, не устраивал ли в семье скандалы, не избивал ли жену и детей; с кем наиболее часто общался, дружил, состоял в интимных отношениях, не угрожал ли ему кто-либо расправой; когда, где, при каких обстоятельствах свидетель видел потерпевшего, кто еще находился там, как эти лица были одеты, как вели себя и т.д.).

Допросами свидетелей важно установить все обстоятельства преступления, получить данные о месте, времени его совершения, откуда, как (пешком, на транспортном средстве) преступник прибыл на место происшествия, каким способом, при помощи какого орудия, оружия причинил смерть, в каком направлении и каким способом убыл с места преступления.

1. Предметом преступления являются находящиеся в органах государственной власти или органах местного самоуправления и собранные в установленном (т.е. только законном) порядке документы и материалы, непосредственно затрагивающие права и свободы гражданина (например, материалы служебных расследований, прокурорских проверок и т.п.), а также неполная или заведомо ложная информация в таких документах и материалах.

2. Объективная сторона характеризуется альтернативно предусмотренными бездействием (неправомерный отказ в предоставлении собранных в установленном порядке документов и материалов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина, в любой форме) либо действием (предоставление в таких документах и материалах неполной или заведомо ложной информации), наступающим вследствие совершения деяния последствием (вред правам и законным интересам граждан), и причинной связью между деянием и последствием. Способы совершения преступления могут быть различными (к примеру, прямой отказ предоставить информацию или уклонение от ее предоставления) и на квалификацию не влияют.

3. Преступление является оконченным с момента наступления последствия в виде вреда правам и законным интересам граждан.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *