Статья УК РФ за клевету

Иллюзия анонимности и безнаказанности позволяет некоторым пользователям сети Интернет размещать оскорбительные высказывания, откровенную ложь или факты, мягко говоря, не соответствующие действительности. Эти оскорбления и «факты» могут касаться как конкретных личностей, так и групп людей, объединенных общими идеологическими, религиозными или профессиональными интересами. Однако, в информационный век анонимность и, как её следствие, безнаказанность — достаточно иллюзорны. Оставляя в стороне психологические аспекты подобного рода действий, рассмотрим их правовую составляющую.

Постепенно складывается правоприменительная и судебная практика по делам, связанным с распространением в сети Интернет клеветы, оскорблений, сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию.

В зависимости от квалификации, вышеописанные действия могут повлечь за собой уголовную и/или гражданско-правовую ответственность.

Совершение рассматриваемых противоправных действий осуществляется посредством размещения на форумах, в гостевых книгах, на личных страницах, в блогах или иных разделах сайтов оскорбительных сообщений и/или сообщений, содержащих заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство гражданина, подрывающих деловую репутацию.

Законодательство предоставляет потерпевшему лицу право на защиту чести, достоинства и деловой репутации посредством уголовного преследования виновного или в гражданско-процессуальном порядке.

Размещение в сети сообщений, унижающих честь и достоинство лица, выраженное в неприличной форме, может быть квалифицировано как оскорбление (статья 130 УК РФ). Дела, связанные с оскорблением, относятся к делам частного обвинения, то есть потерпевший имеет право на обращение в суд с заявлением о привлечении лица к ответственности, приложив к заявлению доказательства совершенного в отношении него преступления. Доказыванию подлежит факт нанесения оскорблений конкретным лицом, а также то, что размещенное сообщение унижает честь и достоинство потерпевшего и выражено в неприличной форме.

Распространение в Интернете заведомо ложных сведений может быть квалифицировано как клевета (статья 129 УК РФ) при условии, если будет доказано: автор сообщения заведомо знал, что сведения ложные, и распространил их с целью причинить вред определенному гражданину или подорвать деловую репутацию гражданина, юридического лица. Чаще всего такие деяния квалифицируются по части 2 указанной статьи — клевета, содержащаяся в средствах массовой информации.

По информации портала www.lenta.ru, за клевету был уволен сотрудник милиции, который распространял на сайтах знакомств заведомо ложные сведения о неком гражданине, в частности — создавал анкеты, в которых размещал фотографии потерпевшего, сообщал о его нетрадиционной сексуальной ориентации и желании познакомиться с мужчинами. Теперь уже бывшему сотруднику милиции было предъявлено обвинение по части второй статьи 129 УК РФ. Эта часть статьи предусматривает наказание в виде денежного штрафа до ста тысяч рублей, либо обязательных работ сроком до 200 часов, либо исправительных работ сроком до двух лет, либо ареста сроком до полугода. Дело было прекращено судом за примирением сторон.

Отказ в возбуждении уголовного дела по факту клеветы, прекращение возбужденного уголовного дела или вынесение приговора не исключает возможности предъявления иска о защите чести и достоинства или деловой репутации в порядке гражданского судопроизводства. (Извлечение из Постановления Пленума ВС РФ от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»).

Статья 152 ГК РФ предоставляет в качестве способов защиты чести и достоинства или деловой репутации право требовать опровержения таких сведений, причем если сведения распространены в СМИ, а большинство сайтов рассматриваются судами именно как СМИ, то и опровержение должно быть размещено именно там.

Эффективная защита в суде чести и достоинства или деловой репутации возможна при наличии грамотно сформированной доказательной базы. Доказыванию подлежат: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения), виновность лица в совершении преступления, характер и размер вреда, причиненного преступлением (статья 73 УПК РФ), а также сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела (статья 55 ГПК РФ).

Особенность сбора доказательств по фактам нанесенных оскорблений в Сети состоит в том, что, как правило, технические возможности лица, самостоятельно собирающего доказательства, ограничены в силу объективных причин. Самостоятельно возможно установить владельцев сайта, на котором размещена оскорбительная или заведомо ложная информация и провайдера лица, приславшего по электронной почте письмо оскорбительного характера. Дополнительную информации, в частности об IP-адресе автора сообщений, о месте нахождения компьютера, с которого были сделаны сообщения, данные лица, заключившего договор на предоставление услуг по доступу в Интернет, можно собрать, лишь имея на руках соответствующее постановление следователя или определение суда об истребовании доказательств (часть 2 статьи 57 ГПК РФ). На основании вышеуказанных процессуальных документов владельцы сайта и/или провайдер обязаны сообщить имеющиеся у них сведения об авторе сообщений.

Вместе с тем зачастую невозможно установить лицо, распространившее ложные сведения (например, при направлении анонимных писем в адрес граждан и организаций либо при распространении сведений в сети Интернет лицом, которое невозможно идентифицировать). В соответствии с пунктом 6 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации суд в указанном случае вправе по заявлению заинтересованного лица признать распространенные в отношении него сведения не соответствующими действительности порочащими сведениями. Такое заявление рассматривается в порядке особого производства, предусмотренном подразделом IV ГПК РФ (извлечение из Постановления Пленума ВС РФ от 24 февраля 2005 года №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»).

Также лицо, в отношении которого были допущены оскорбления или распространена заведомо ложная информация, имеет право требовать на основании статьи 12 и части 4 статьи 152 ГК РФ компенсации морального вреда и возмещения убытков. Конечно, по мнению потерпевших, сложившаяся судебная практика не всегда оценивает моральный вред соразмерно нанесенным оскорблениям и клеветой или страданиям, причиненным их распространением, но, возможно, полноценные компенсации морального вреда и единый подход судов к определению их размеров — дело недалекого будущего.

Статья 128.1 — клевета — была введена в Уголовный кодекс в конце июля 2012 года. Под «клеветой» законодатели подразумевают «распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию».

В статье пять частей. Часть первая без квалифицирующих признаков предполагает наказание в виде штрафа до 500 тысяч рублей либо обязательных работ на срок до 160 часов. Дела по части 1 статьи 128.1 УК — это дела частного обвинения, где обвинителем выступает не прокуратура, а потерпевший, который подал заявление. Соответственно, он и должен доказать в суде факт клеветы.

Остальные составы статьи предусматривают уже публичное обвинение и участие прокурора. Вторая часть предполагает, что клевета содержалась в публичном выступлении, в СМИ или произведении, которое демонстрировали публично. Наказание — штраф до 1 млн рублей и обязательные работы на срок до 240 часов.

По третьей части клевета, совершенная с использованием служебного положения, наказывается штрафом до 2 млн рублей или обязательными работами на срок до 320 часов. В случае клеветы о том, что человек страдает заболеванием, опасным для окружающих, либо он совершил преступление сексуального характера, максимальный размер штрафа увеличивается до 3 млн рублей, а предельный срок обязательных работ — до 400 часов.

Наконец, клевета с обвинением человека в тяжком или особо тяжком преступлении (часть 5) предполагает штраф до 5 млн рублей либо работы на срок до 480 часов.

Предшественница статьи 128.1 в Уголовном кодексе — статья 129 (клевета). Она появилась в первоначальной редакции российского УК еще в 1996 году. В этой статье было лишь три состава — собственно клевета, публичная клевета и клевета с обвинением в тяжком или особо тяжком преступлении. По первой части обвиняемому грозил штраф, обязательные либо исправительные работы; по второй — эти же наказания или арест на срок до полугода; по третьей — ограничение свободы, арест либо лишение свободы на срок до трех лет.

В декабре 2011 года клевету декриминализировали, переведя в разряд административных правонарушений, но уже примерно через восемь месяцев — в июле 2012-го — статью отредактировали и вернули в Уголовный кодекс: теперь ни один из составов клеветы не предполагает лишения свободы или ареста.

Автор закона о возвращении уголовной ответственности за клевету, председатель думского Комитета по госстроительству и законодательству Павел Крашенинников считает, что ее декриминализация «не дала искомого результата, а скорее наоборот». «Тогда это был не специальный закон, а огромный закон (№ 420-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательства акты Российской Федерации» — МЗ). И концепция была связана с декриминализацией — принимали так», — рассказывает Крашенниников. По мнению парламентария, после возвращения клеветы в УК «публичного мусора» стало меньше.

Юрист международной правозащитной группы «Агора» Рамиль Ахметгалиев напоминает, что декриминализация клеветы и оскорбления была инициативой экс-президента Дмитрия Медведева. «Это период такой «оттепели». Явно и сейчас есть этот подход — тот же Верховный суд, тот же Лебедев. На самом деле, все эти правонарушения нужно привести в некую градацию: есть мелкие проступки, есть административные правонарушения, за которые может быть большой штраф и административный арест, а особо исключительные случаи — это Уголовный кодекс. И это было первым шагом — есть клевета и оскорбление, давайте их переведем в административные», — объясняет Ахметгалиев.

Возвращение же клеветы в УК пришлось на июль 2012 года; законотворческую деятельность депутатов того времени пресса характеризовала выражением «взбесившийся принтер». Показательно, что одновременно со статьей 128.1 УК были приняты законы об «иностранных агентах» и об ужесточении наказания за нарушения на митингах.

Больше оправданий

Статья 128.1 — единственная в российском УК, по которой число оправданных значительно превышает число осужденных. Например, в прошлом году по всем составам статьи осуждены были 94 человека, а оправданы — 511. В 2014-м осудили 141 человека, а оправдали 663; в 2013-м — 107 и 520 человек соответственно. При этом 98-99% оправдательных приговоров по делам о клевете вынесены по первой части статьи; по остальным составам оправданных практически нет, но и осужденных — единицы.

По словам юриста международной правозащитной группы «Агора» Дамира Гайнутдинова, перевес в пользу оправдательных приговоров — результат состязательности сторон, которой в делах частного обвинения по понятным причинам создается меньше помех.

«Часть первая — это категория преступлений частного обвинения, и по таким делам оправдательных решений, конечно, гораздо больше, потому что состязательность выше, когда нет обвинительного уклона, когда потерпевший вынужден доказывать перед лицом судьи, что ему действительно был причинен вред. Потерпевший с обвиняемым в равных весовых категориях соревнуются в мировом суде, — объясняет Гайнутдинов — Я бы сказал, что в этом проявляется то, как должны работать большинство других статей Уголовного кодекса».

Юрист добавляет, что в делах по другим частям статьи участвует прокурор; как правило, тогда сторона обвинения выигрывает.

Дела о клевете часто оканчиваются примирением сторон: в прошлом году таких было 310, в 2014-м — 314, в 2013 — 488. Еще чаще такие дела прекращают за отсутствием состава или события преступления либо непричастностью к нему обвиняемого: 554 подобных решения в 2015 году, 437 — в 2014-м, 499 — в 2013-м. Такую закономерность Гайнутдинов объясняет тем, что заявления о преступлении зачастую подают люди, которые не знают или не понимают юридического определения клеветы.

«Человек, который услышал что-то, что ему показалось обидным и адресованным ему, считает, что это клевета. А есть масса нюансов, которые неюристу могут быть непонятны. Безусловно, может быть обидно, но при этом не подпадать под определение клеветы, — говорит юрист. — Клевета — это распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство. То есть оценочные суждения не попадают под эту категорию. Всякие ругательства и прочие поношения, скорее, могут образовывать состав административного правонарушения в виде оскорбления — 5.61 КоАП, но не клевету, поскольку это невозможно проверить на соответствие действительности. Например, утверждение, что Иванов — вор, можно назвать клеветой, если говорящий знает, что Иванов не вор. А утверждение, что Иванов — дурак, невозможно проверить на соответствие действительности: это оценочное суждение».

Интересно, что пока в Уголовном кодексе действовала статья 129, процентное соотношение обвинительных и оправдательных приговоров по делам о клевете было схожим. При этом суммарно дел по «старой» статье ежегодно рассматривалось примерно в два раза больше.

Важное отличие действующей статьи и утратившей силу: в качестве наказания по части 3 129-я допускала лишение свободы на срок до года, хотя такие приговоры и были единичны — один или два осужденных на реальный срок ежегодно.

ОПГ, коррупция, бездорожье и кража сосисок

Дела о клевете часто возбуждают в отношении оппонентов властей разного уровня — при этом многие из них не доходят до суда либо возвращаются в прокуратуру под предлогом устранения нарушений.

Так, в клевете обвиняется журналист саратовского издания «Общественное мнение» Сергей Вилков, который стал фигурантом нескольких уголовных и административных дел после расследований о бизнесе местного депутата Сергея Курихина. Дело о клевете на журналиста завели после того, как он на своей странице «ВКонтакте» опубликовал копию оперативной справки об участнике ОПГ «Парковские» Сергее Георгиевиче Курихине 1972 года рождения (личные данные полностью совпадают с приведенными на странице депутата на сайте Саратовской областной думы). Согласно оперативной справке, «Курихин и его группа выбивали долги, занимались рэкетом». В ноябре суд вернул дело следователям для устранения нарушений.

Дело о клевете дважды возбуждали и в отношении предпринимательницы из Саратова Веры Шульковой, которая в жалобе в администрацию президента писала о коррупционных схемах и связях депутата Курихина в силовых структурах. В обоих случаях саратовские судьи закрыли дела. Причем первое дело по заявлению Курихина было возбуждено по части 1 статьи 128.1 УК, то есть подразумевало частное обвинение, в котором вину подсудимой доказывает сам потерпевший. Несмотря на это, полиция провела дома у Шульковой обыск; действия полицейских и послужили основанием для прекращения дела. Второе дело возбудили уже по части 5, но оно также было прекращено.

Обвиняемым по делу о клевете проходит политик Алексей Навальный. По заявлению следователя Павла Карпова, включенного в «список Магнитского», на оппозиционера завели дело по частям 2 и 5 статьи 128.1 УК (публичная клевета с обвинением лица в тяжком или особо тяжком преступлении). Следователь был недоволен публикацией на сайте Навального данных из фильма-расследования «Каста неприкасаемых», в котором говорилось, что Карпов причастен к гибели юриста Сергея Магнитского. В начале ноября — после того, как Навальный ознакомился с материалами дела — прокурор вернул его следователю для устранения нарушений.

По части 5 статьи 128.1 УК возбуждено одно из трех уголовных дел основателя сообщества автомобилистов «Смотра.ру» Эрика «Давидыча» Китуашвили, который активно критиковал работу московской ГИБДД и на заседании по избранию меры пресечения публично обвинил главу управления инспекции Виктора Коваленко в том, что тот купил должность за 300 млн долларов. В конце октября дело Китуашвили тоже вернули прокурорам.

Впрочем, иногда дела о клевете в отношении критиков и оппонентов власти все же заканчиваются для них обвинительными приговорами. В Чеченской республике в августе осудили жителя села Кенхи Рамазана Джалалдинова, который записывал видеообращения к президенту Путину, жалуясь на коррумпированность местных чиновников. Судья признал Джалалдинова виновным по части 2 статьи 128.1 УК (клевета в публичном выступлении) и назначил ему 160 часов обязательных работ. Дело касалось, в частности, записи, на которой мужчина рассказывал, что в сельских школах Чечни работают учителя без профильного образования.

Главу «Общества защиты прав потребителей» Михаила Аншакова весной 2013 года приговорили к штрафу в 100 тысяч рублей за клевету на исполнительного директора Фонда храма Христа Спасителя Василия Поддевалина (часть 2 статьи 128.1 УК). Клеветой суд признал слова Аншакова о нарушении прав потребителей, которые приобретают «дешевое арабское золото» в ювелирных лавках при храме Христа Спасителя, и рассказ о результатах проверки деятельности фонда.

В дела о клевете нередко выливаются и конфликты муниципальных чиновников или представителей ТСЖ с недовольными жителями, отмечает Дамир Гайнутдинов. В Мордовии обвиняемой по части 1 статьи 128.1 УК стала женщина из села Новоямская Слобода, которая назвала главу поселения «врагом народа» из-за недостаточного внимания местной власти к уборке дорог. Дело закончилось примирением сторон

60-летнего активиста из Йошкар-Олы Евгения Шевелева в ноябре 2014 года оштрафовали на 20 тысяч рублей за выступление на митинге, также посвященном состоянию дорог. Ответственность за бездорожье пенсионер возложил на «Единую Россию» и руководителя региона, которого он назвал «смотрящим» за областью. После этого губернатор Леонид Маркелов подал на пенсионера в суд, который встал на сторону главы Марий Эл и признал активиста виновным в клевете в публичном выступлении (часть 2 статьи 128.1 УК).

Впрочем, нередко к обвинениям в клевете прибегают и участники далеких от политики бытовых конфликтов. Например, на Ставрополье местная жительница подала заявление по статье 128.1 на свою знакомую — та будто бы обвиняла ее в краже сосисок из магазина, а также утверждала, что сын заявительницы, погибший при пожаре на заводе «Ставролен», сам был виновником происшествия. В суде же выяснилось, что потерпевшая не слышала обвинений в краже сосисок лично от ответчицы — ей их передали сотрудники магазина, а слова о ее сыне женщина бросила в ответ на оскорбления в свой адрес. В итоге подсудимую оправдали.

Избыточная мера

Оценивая правоприменительную практику по статье о клевете, Павел Крашенинников говорит о ее предупредительном характере. «Мы понимаем, что она, скорее, охранительную функцию носит. Потому что я вижу, когда участвую в различных форумах, заседаниях в той же Думе: люди перестали обвинять друг друга в том, что они воры или убийцы и так далее. То есть за речью стали следить немного больше, — считает депутат. — Очень хорошо, что у нас есть норма о клевете с использованием служебного положения. На мой взгляд, это очень сильно повлияло на наших чиновников разных уровней, потому что теперь вот таких обвинений в качестве ответа на критику стало на порядок меньше».

В то же время адвокат Сергей Жорин, в практике которого не раз бывали дела о клевете, считает статью «абсолютно нерабочей». «Простым смертным добиться обвинительного приговора практически невозможно», — замечает адвокат. Решение в пользу заявителя, по словам Жорина, обычно выносят, если речь идет о клевете в отношении чиновников, политиков, бизнесменов или религиозных деятелей.

Адвокат поясняет, что клевету непросто доказать из-за заведомости действия, прописанной в Уголовном кодексе: «То есть лицо заведомо знало, что информация не соответствует действительности, но умышленно ее распространило. Доказать это крайне сложно. Если подсудимый говорит: «Да, в рамках следствия установлено, что эта информация не соответствует действительности, но на момент ее распространения я был уверен, что она соответствует действительности, у меня были основания так полагать», — то либо дело прекращается, либо это оправдательный приговор». При этом суды не выясняют, какие были основания у подсудимого, чтобы считать эти сведения достоверными, отмечает Жорин.

И все же, считает адвокат, статью о клевете не следует исключать из Уголовного кодекса: «Сейчас мощный ресурс — это соцсети. Распространением заведомо недостоверной информации можно очень сильно испортить жизнь человеку, вплоть до того, что он может жизнь самоубийством покончить. Поэтому нужно бороться с клеветой однозначно». Но при этом адвокат говорит о необходимости корректировки статьи с уточнением квалифицирующих признаков и разъяснений пленума Верховного суда, «чтобы суды не боялись выносить обвинительные приговоры».

Дамир Гайнутдинов находит возвращение статьи о клевете в Уголовный кодекс необоснованным. «В данном случае Гражданский кодекс позволяет восстановить полностью ущерб — моральный и, возможно, материальный, который причинило распространение каких-то порочащих сведений. Государству здесь абсолютно нечего делать, и уголовное преследование — это избыточное реагирование. Даже административное преследование избыточно», — уверен юрист.

Статья 152 Гражданского кодекса (защита чести, достоинства и деловой репутации) кажется очень похожей на статью 128.1 УК (клевета), но есть существенное различие: в последнем случае необходимо доказать заведомость действий обвиняемого. В гражданском же процессе достаточно доказать факт распространения сведений и их порочащий характер.

С Гайнутдиновым согласен и его коллега по «Агоре» Рамиль Ахметгалиев: «Я негативно отношусь вообще к любому расширению Уголовного кодекса, тем более по таким статьям, в которых речь идет о защите чести и достоинства взрослых, совершеннолетних дееспособных людей». Он также подчеркивает, что статья УК о клевете фактически дублирует статью 152 Гражданского кодекса.

Частые возвраты уголовных дел о клевете, которые возбуждают в отношении оппозиционных активистов и политиков, Гайнутдинов рассматривает как компромисс: судьи остерегаются выносить оправдательный приговор, но и не осуждают оппозиционера по «явно натянутому поводу».

«Вернули дело в прокуратуру — дали понять, что не надо его обратно приносить. Оправдательный приговор — это ЧП. Он обязательно будет пересматриваться вышестоящими инстанциями и с большой вероятностью будет отменен. И судья, чтобы не рисковать с отменой, выбирает такой путь. Но фактически мы понимаем, что это, скорее всего, нужно трактовать как оправдание», — заключает Гайнутдинов.

Ахметгалиев, который в начале 2000-х работал в прокуратуре, рассказывает, что сотрудники ведомства и судьи не любят дела о клевете: «За любой какой-то малозначительный проступок у нас предусмотрена Уголовным кодексом , а это порождает массу юридических последствий не только для этого человека, но и для его близких: у человека появляется судимость, потом его дети, возможно, будут ограничены при трудоустройстве в государственные органы. Последствия довольно серьезные и негативные, у судей внутреннее понимание этого тоже есть, поэтому если они могут такие дела по каким-то процессуальным основаниям заблокировать, они это делают».

Гайнутдинов обращает внимание и на то, что законодатели большинства демократических стран давно не рассматривают клевету как уголовно наказуемое деяние. «Но в авторитарных режимах, безусловно, эта статья в Уголовном кодексе присутствует и очень часто используется для того, чтобы закрыть рот критикам властей. Чаще всего используется по политическим мотивам», — констатирует юрист.

Вторит ему и Ахметгалиев, также считающий упоминание клеветы в Уголовном кодексе показателем развития общества и государства. «Есть блок вопросов, которые в нормальном цивилизованном государстве должны решаться в рамках гражданского судопроизводства. Ненормально общество, в котором основным законом является Уголовный кодекс и, соответственно, основным правоприменительным органом — Следственный комитет. То есть у нас все правоотношения рассматриваются через призму УК. Когда основным кодексом будет Гражданский, будем жить в другом обществе», — говорит он.

Глава 1. Преступления против личности

1. Клевета, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, —

наказывается штрафом в размере от ста до двухсот месячных расчетных показателей, либо привлечением к общественным работам на срок от ста двадцати до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года.

2. Клевета, содержащаяся в публичном выступлении, либо в публично демонстрирующемся произведении, либо в средствах массовой информации, —

наказывается штрафом в размере от двухсот до пятисот месячных расчетных показателей, либо привлечением к общественным работам на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо ограничением свободы на срок до двух лет.

3. Клевета, соединенная с обвинением лица в совершении коррупционного, тяжкого или особо тяжкого преступления, —

наказывается ограничением свободы на срок до трех лет либо лишением свободы на тот же срок.

Примечание

Основные источники публикуемых текстов нормативных правовых актов: газета «Казахстанская правда», база данных справочно-правовой системы Adviser, Интернет-ресурсы online.zakon.kz, adilet.zan.kz, другие средства массовой информации в Сети. Хотя информация получена из источников, которые мы считаем надежными и наши специалисты применили максимум сил для выверки правильности полученных версий текстов приведенных нормативных актов, мы не можем дать каких-либо подтверждений или гарантий (как явных, так и неявных) относительно их точности. Компания «КАМАЛ-Консалтинг» не несет ответственности за любые последствия какого-либо применения формулировок и положений, содержащихся в данных версиях текстов нормативных правовых актов, за использование данных версий текстов нормативных правовых актов в качестве основы или за какие-либо упущения в текстах публикуемых здесь нормативных правовых актов.

— У нас на работе один коллега оскорбил другого — вслух сообщил о нем такие вещи, что пересказывать не хочется. Обиженный заявил: «Я подам на тебя за клевету», хотя, если честно, в той «клевете» было много правды. Но звучало оскорбительно. Объясните, чем оскорбление отличается от клеветы?

Гудиев.

— Клеветой является распространение заведомо ложных, позорящих другое лицо измышлений (ст. 9.2 КоАП), т.е. сообщение хотя бы одному любому лицу ложной информации, позорящей потерпевшего. Являются ли распространяемые сведения позорящими — оценивает суд. Способы распространения информации могут быть любыми.

Оскорбление — это умышленное унижение чести и достоинства личности, выраженное в неприличной форме (ст. 9.3 КоАП). Т.е. оскорбление адресуется конкретному человеку — потерпевшему и содержит неприличную, унизительную для человека оценку его личности. При этом не имеет значения: соответствует отрицательная оценка действительности или нет. Оскорбление может быть как словесным (устным или письменным), так и в виде действия (пощечина, вульгарный жест, передразнивание).

В отличие от клеветы при оскорблении сведения о личностных качествах могут быть правильными по существу, но выражены в неприличной форме. При клевете сведения всегда ложные, хотя могут быть выражены в корректной форме.

На вопросы читателей «Комсомолки» отвечает адвокат Минской городской коллегии адвокатов Марианна СЕМЕШКО.

Вопросы присылайте по адресу: 220005 Минск, а/я 192 (с пометкой «КУТУЗКА»), или по электронной почте volga@belkp.by

1. Незаконная госпитализация лица в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, —

наказывается ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок.

2. То же деяние, если оно совершено лицом с использованием своего служебного положения либо повлекло по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия, —

наказывается принудительными работами на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового либо лишением свободы на срок до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

См. все связанные документы >>>

1. Непосредственным основным объектом незаконного помещения в психиатрический стационар является общественное отношение по обеспечению физической свободы лица. Дополнительный непосредственный объект преступления — жизнь, здоровье, честь, достоинство личности, собственность.

2. Объективная сторона состоит в незаконном помещении лица в психиатрический стационар. Незаконным является: 1) помещение заведомо психически здорового лица; 2) помещение лица, психически больного, с нарушением оснований и условий госпитализации.

3. В соответствии с Законом РФ от 02.07.92 N 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» лечение лица, страдающего психическим расстройством, может проводиться без его согласия или без согласия его законного представителя только: 1) при применении принудительных мер медицинского характера, предусмотренных УК; 2) при недобровольной госпитализации. В этих случаях, кроме неотложных, лечение применяется по решению комиссии врачей-психиатров <1>.

<1> ВВС РФ. 1992. N 33. Ст. 1913.

При недобровольной госпитализации лицо, страдающее психическим расстройством, может быть помещено в психиатрический стационар без его согласия или без согласия его законного представителя до постановления судьи, если его обследование или лечение возможны только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжелым и обусловливает: а) его непосредственную опасность для себя или окружающих; б) его беспомощность, т.е. неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности; в) существенный вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи.

Лицо, помещенное в психиатрический стационар, подлежит обязательному освидетельствованию в течение 48 часов комиссией врачей-психиатров психиатрического учреждения, которая принимает решение об обоснованности госпитализации. В случаях, когда госпитализация признается необоснованной и госпитализированный не выражает желания остаться в психиатрическом стационаре, он подлежит немедленной выписке. Если госпитализация признается обоснованной, то заключение комиссии врачей-психиатров в течение 24 часов направляется в суд по месту нахождения психиатрического учреждения для решения вопроса о дальнейшем пребывании лица в нем.

4. Удержание в психиатрическом стационаре полностью излечившегося лица не охватывается рассматриваемым преступлением, действия виновных должны влечь ответственность за незаконное лишение свободы (ст. 127 УК). Однако имеется иное мнение, согласно которому такое удержание относят к незаконному помещению в психиатрический стационар <1>. В ст. 128 говорится о помещении лица в стационар, в рассматриваемом случае есть незаконное ограничение свободы лица.

<1> См.: Уголовное право РФ. Особенная часть / Под ред. А.И. Рарога. М., 2002. С. 78.

5. Преступление окончено с момента незаконного помещения лица в психиатрический стационар, имеет формальный состав.

6. Для наличия анализируемого преступления необходимо помещение лица именно в психиатрическое заведение стационарного типа. Помещение лица в иные лечебницы не образует данного состава преступления (при соответствующих условиях можно говорить о преступлении, предусмотренном ст. 127 УК). Обязательным признаком объективной стороны анализируемого преступления является место его совершения — психиатрический стационар.

7. С субъективной стороны преступление совершается с прямым умыслом. Лицо осознает общественно опасный характер помещения потерпевшего в психиатрическую лечебницу и желает этого. Мотивы и цели могут быть различными (корысть, месть, ненависть и др.).

8. Субъект преступления специальный. К нему следует отнести врачей-психиатров, наделенных правом госпитализировать больных. Частные лица (родственники, попечители и др.) могут быть соучастниками преступления. Согласно иному мнению, субъектом преступления может быть любое лицо, в том числе родственники и близкие <1>.

9. Квалифицирующими признаками (ч. 2 ст. 128) являются: 1) совершение преступления лицом с использованием служебного положения; 2) причинение по неосторожности смерти потерпевшему или иных тяжких последствий.

10. Под лицом, использующим свое служебное положение, понимается заведующий отделением, руководитель психиатрического стационара или другие руководители, которые по своему служебному положению наделены правом решать вопросы о госпитализации психически больных лиц.

11. Незаконное помещение в психиатрический стационар может повлечь по неосторожности смерть потерпевшего. К иным тяжким последствиям можно отнести самоубийство потерпевшего, развитие психической болезни у здорового лица или его близких, причинение им тяжкого вреда здоровью и т.п. Рассматриваемые квалифицированные составы по конструкции являются материальными, необходимо установление причинной связи между незаконным помещением и наступившими вредными последствиями.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *