Судебная практика по делам медицинских работников

«Медицинское право», 2005, N 4

О РАССМОТРЕНИИ СУДАМИ ГРАЖДАНСКИХ ДЕЛ, СВЯЗАННЫХ

С НЕНАДЛЕЖАЩЕЙ МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩЬЮ

(ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ)

В условиях развития современного общества здравоохранение приобретает особое социальное значение. Объективные экономические процессы, происходящие в нашей стране, не только обострили традиционную проблему финансирования отрасли, но и привели к возникновению новой, связанной с правовым обеспечением, деятельности медицинских учреждений и их работников.

В современных условиях общее количество нормативно-правовых актов, регулирующих профессиональную деятельность медицинских работников, определяет необходимость их знания и безусловного исполнения. Сегодня практический врач, особенно руководитель медицинского учреждения, должен обладать определенным объемом медико-правовых знаний и умением их практической реализации. При этом медицинские учреждения работают в условиях, когда средства массовой информации занимают активную позицию по формированию негативного общественного мнения по случаям неблагоприятных исходов оказанной медицинской помощи.

И как следствие — нарастающая судебная практика рассмотрения гражданских исков пациентов, предъявленных в связи с неблагоприятным исходом оказанной медицинской помощи, с требованиями компенсации причиненного им материального ущерба и морального вреда.

Анализ гражданских дел показывает, что с исками о возмещении вреда здоровью вследствие некачественного оказания медицинской помощи обращались в основном граждане (пациенты).

Лишь по одному делу в суд обращался прокурор (дело по заявлению прокурора Октябрьского района г. Ростова-на-Дону в интересах г-н И-ых к БСМП) о возмещении материального ущерба и морального вреда.

В качестве ответчиков по большинству изученных дел указывались лечебно-профилактические учреждения, обладающие правами юридического лица. Такая позиция представляется правильной.

Однако некоторые суды допускали ошибки в определении надлежащих ответчиков.

Так, например, г-ка О-ва обратилась в городской суд с иском к врачу Г-вой о возмещении материального ущерба и морального вреда, указав, что врач отказала ей в лечении, не провела необходимого обследования, считая ее здоровой. В результате г-ка О-ва вынуждена была обратиться в лечебное учреждение г. Ростова-на-Дону, где ей был установлен диагноз заболевания, оказана платная медицинская помощь. Решением суда с врача в пользу истицы была взыскана сумма возмещения материального ущерба и морального вреда.

Отменяя решение суда по кассационной жалобе врача Г-вой, судебная коллегия Ростовского областного суда указала, что вред, причиненный работником при исполнении трудовых обязанностей, возмещается по правилам ст. 1068 ГК РФ, и суду следовало решить вопрос о привлечении к участию в деле в качестве надлежащего ответчика онкологический диспансер, с которым Г-ва состояла в трудовых отношениях. Врач Г-ва должна участвовать в деле в качестве 3-го лица на стороне ответчика.

Эти положения закона судом учтены не были, и иск был удовлетворен за счет 3-го лица, право требования к которому в порядке регресса имеет работодатель согласно ст. 1081 ГК РФ.

По ряду других дел медицинские работники — причинители вреда участвовали в делах в качестве соответчиков наряду с лечебными учреждениями, что также нельзя признать правильным.

Судам первой инстанции следует иметь в виду, что надлежащим ответчиком является медицинское учреждение, с которым работник состоит в трудовых правоотношениях либо гражданско-правовых отношениях, применительно к положениям ст. 1068 ГК РФ, а сам работник участвует в деле в качестве 3-го лица на стороне ответчика.

ВЫБОР СРЕДСТВА ЗАЩИТЫ НАРУШЕННЫХ ПРАВ

По всем изученным делам граждане обращались в суд путем предъявления исковых заявлений о возмещении материального ущерба и морального вреда либо только требований о возмещении морального вреда.

Некачественная медицинская помощь гражданам, повлекшая обращение в суд, оказывалась в стоматологических поликлиниках (дело в Первомайском райсуде по иску г-ки Н-ой к зубопротезной поликлинике, дело в Кировском райсуде по иску г-на М-го к стоматологической поликлинике). Основанием для обращения в суд явилось удаление здоровых зубов при лечении, неправильное изготовление зубных протезов и коронок.

Определенное количество дел связано с некачественным лечением в медицинских учреждениях, оказывающих акушерско-гинекологическую помощь:

— г-ка Р. обращалась в суд с иском к женской консультации из-за заражения вирусным гепатитом при производстве мини-аборта;

— г-ка Б. обращалась в Каменский горсуд с иском к горбольнице о возмещении материального ущерба и морального вреда из-за гипоксического поражения головного мозга при операции по удалению внематочной беременности;

— г-ка А. обратилась в Октябрьский райсуд с иском к горбольнице о возмещении вреда, причиненного здоровью вследствие перфорации матки во время производства аборта, повлекшей воспалительный процесс и удаление матки;

— г-ка Б. обращалась в Гуковский горсуд с иском к муниципальному предприятию территориального медицинского объединения г. Гуково, так как из-за несвоевременного и некачественного оказания медицинской помощи при родах умерла ее дочь.

О возмещении материального ущерба и морального вреда вследствие причинения родившимся детям термических ожогов в суд обращались прокурор в интересах г-н И-ых с иском к БСМП и г-на О-ва с иском к Миллеровскому горздравотделу.

Исковые требования о возмещении вреда здоровью заявлялись также из-за небрежности медперсонала при проведении медицинских процедур (дело по иску г-ки Ч-ой к ЦРБ — медсестра сделала инъекцию лекарства под кожу вместо вены) и из-за заражения золотистым стафилококком вследствие антисанитарных условий (дело по иску г-на Б-ко к ОКБ).

Определенное количество дел связано с возмещением материального ущерба и морального вреда вследствие неправильного установления диагноза болезни, повлекшего тяжелые последствия. Такие дела рассматривались в Шахтинском горсуде (дело по иску г-ки О-вой к онкологическому диспансеру), в Ворошиловском райсуде (дело по иску г-ки М. к поликлинике), в Советском райсуде (дело по иску г-на Е-ого к Ростовской ОКБ), в Октябрьском сельском райсуде (дело по иску г-на Р-ко к Туапсинской ЦГБ). Г-н О-ян обращался в Кировский райсуд с иском о возмещении морального вреда к поликлинике из-за отказа направить его на МСЭК на предмет определения группы инвалидности.

ПРИМЕНЕНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ПО РАССМОТРЕННЫМ ДЕЛАМ

При разрешении дел данной категории суды в целом правильно руководствовались действующим законодательством РФ. Рассматриваемые спорные правоотношения регулируются ст. 41 Конституции РФ, согласно которой каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

22 июля 1993 г. в РФ приняты Основы законодательства РФ «Об охране здоровья граждан». Это основной нормативный акт, регулирующий правоотношения между пациентами и лечебно-профилактическими учреждениями.

Суды в основном правильно исходили из того, что правовым основанием, порождающим возникновение правоотношений по оказанию медицинской помощи, является волеизъявление больного, т.е. обращение гражданина, нуждающегося в медицинской помощи, в соответствующее лечебно-профилактическое учреждение. На медицинское учреждение в этом случае возлагается обязанность, используя данные медицинской науки и практики, соответствующую медицинскую технику, специальные знания, опыт медицинских работников, произвести необходимые действия по обследованию пациента, установлению правильного диагноза, проведению надлежащего качественного лечения.

При этом согласно ст. 32 Основ законодательства РФ «Об охране здоровья граждан» медицинское вмешательство любого характера: диагностические мероприятия (рентген, УЗИ и т.п.), анализы, оперативное вмешательство, применение сложных методов лечения и диагностики — ни при каких условиях не могут быть выполнены без получения информированного согласия от пациента, достигшего 15 лет. Что касается пациентов в возрасте до 15 лет либо недееспособных граждан, такое согласие должно быть получено от родителей, законных представителей.

В экстремальных ситуациях решение о медицинском вмешательстве принимает консилиум врачей либо лечащий или дежурный врач.

Согласно ст. 33 Основ законодательства РФ гражданин вправе отказаться от медицинского вмешательства или потребовать его прекращения. В этом случае ему в доступной форме должны быть разъяснены возможные последствия. Отказ от медицинского вмешательства оформляется записью в медицинской документации, подписывается гражданином и медицинским работником. Медицинское вмешательство без согласия граждан допускается в отношении лиц, страдающих заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, совершивших общественно опасные деяния, страдающих тяжелыми психическими расстройствами (ст. 34 Основ законодательства РФ «Об охране здоровья граждан»).

В случае причинения вреда здоровью граждан, либо нарушения их прав в области охраны здоровья, вследствие недобросовестного выполнения медицинскими и фармацевтическими работниками своих профессиональных обязанностей ст. 66, 68 Основ предусматривают обязанность виновных возместить потерпевшим ущерб в объеме и в порядке, установленном законодательством РФ.

Таким образом, Основы прямо ориентируют суды на необходимость применения норм ГК РФ, регулирующих вопросы возмещения вреда здоровью граждан.

При удовлетворении исковых требований о возмещении материального ущерба суды руководствовались ст. 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, и ст. 1068 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный работником юридического лица или гражданином при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, возмещается юридическим лицом или гражданином, которые в соответствии со ст. 1081 ГК РФ имеют право на предъявление регрессного иска к своему работнику в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Разрешая и приходя к выводу об удовлетворении требований о денежной компенсации морального вреда, суды правильно руководствовались ст. 150 ГК РФ, так как жизнь и здоровье граждан являются их нематериальным благом, за виновное посягательство на которые предусмотрена компенсация морального вреда.

Анализ дел показывает, что суды взыскивали в счет возмещения материального вреда затраты на приобретение лекарств, на проезд в лечебное учреждение, на дополнительное питание, на приобретение санаторных путевок, на погребение, потерянный заработок в связи с доказанностью факта несения этих материальных затрат.

Размер компенсации морального вреда определялся судами от 5000 до 15000 руб. Всего по одному гражданскому делу Октябрьский сельский райсуд взыскал компенсацию морального вреда в сумме 40000 руб. (дело по иску г-на Р-ко к ЦГБ о возмещении материального ущерба и морального вреда). Обстоятельства этого дела таковы, что истец во время отдыха обратился в ЦГБ по поводу болей в области живота. Врачи неправильно установили диагноз, провели лечение и выписали г-на Р-ко из больницы.

А в ОКБ г. Ростова-на-Дону был установлен правильный диагноз — «острый аппендицит, абсцесс», проведена операция, истец длительное время находился в больнице, вынужден был взять академический отпуск в институте. Как указано в заключении экспертов, причиной тяжелых осложнений после операции в ОКБ явилось неправильное установление диагноза в ЦГБ, приведшее к несвоевременному оперативному вмешательству. Вина ответчика заключается в том, что не были выполнены все необходимые исследования, в результате истца лечили от несуществующего заболевания.

При определении размера морального вреда суд принял во внимание степень вины ответчика, степень физических и нравственных страданий истца, его индивидуальные особенности и взыскал моральный вред в размере 40000 руб.

Данное дело истребовалось для проверки в порядке надзора, оснований для внесения протеста в порядке надзора установлено не было.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ КРУГА ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

Основными доказательствами, подтверждающими вину лечебно-профилактических учреждений, являлись заключения судебно-медицинских экспертиз, постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, приказы отделов здравоохранения, акты служебных расследований, внутренние приказы лечебно-профилактических учреждений.

Конкретно вина работников лечебно-профилактических учреждений по изученным делам заключалась в следующем:

— проведение недостаточного осмотра и обследования больных, влекущее установление неправильного диагноза;

— недооценка данных анамнеза и тяжести заболевания;

— нарушение общепринятой методики обследования;

— небрежность ведения медицинской документации (история болезни, операционные журналы, наркозные книги и т.д.);

— несвоевременное оказание медицинской помощи;

— нарушение правил по уходу за новорожденными;

— нарушение ведомственных нормативных актов в части преемственности в деятельности медицинских учреждений;

— отсутствие надлежащего контроля со стороны должностных лиц за соблюдением норм;

— небрежность, невнимательность, недобросовестное отношение медицинского персонала к своим обязанностям.

Во всех случаях основанием для привлечения лечебно-профилактических учреждений к гражданско-правовой ответственности явилось наличие вины медицинских работников. Такая правовая позиция судов основана на законе, подтверждена судебной практикой. Так, по конкретному делу судебная коллегия ВС РСФСР еще в 1971 г. сформулировала общие основания ответственности больниц:

«Лечебные учреждения не могут нести ответственности за диагностические ошибки, обусловленные сложностью заболевания и не зависящие от внимания и добросовестности персонала.

Если же эти ошибки явились результатом недобросовестного отношения к работе медицинского персонала, то лечебное учреждение обязано возместить вред, причиненный здоровью больного по вине его работника при исполнении им своих обязанностей».

По другому делу Судебная коллегия ВС РСФСР указала, что «для возложения ответственности за вред на лечебные учреждения необходимо доказать вину персонала в ошибочном диагнозе, явившемся результатом небрежности, невнимания, недобросовестного отношения к труду, либо в необеспечении надлежащего ухода и несоблюдении правил лечения».

В настоящее время имеется и другая точка зрения, согласно которой медицинские учреждения должны нести ответственность за причинение материального ущерба здоровью граждан и при отсутствии вины. Ее сторонники считают, что на правоотношения пациентов и врачей должен распространяться Закон «О защите прав потребителей», ст. 1095-1097 ГК РФ, при этом они ссылаются на новую редакцию п. 13 Постановления Пленума ВС РФ «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей», принятую 17 января 1997 г.

Некоторые сторонники этой точки зрения считают, что вышеуказанные нормы права должны применяться только в случае причинения вреда при оказании платных медицинских услуг, другие предлагают распространить их на все, в том числе и бесплатные, виды услуг.

Данная точка зрения является спорной, поэтому представляется, что применение ее на практике является преждевременным.

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ СРОКИ

Практически все дела, представленные для обобщения судебной практики, рассмотрены с нарушением установленных ГПК процессуальных сроков.

Анализ дел позволяет сделать вывод о том, что причиной является ненадлежащее выполнение требований ст. 149, 150 ГПК РФ по подготовке дела к судебному разбирательству либо отсутствие этой обязательной стадии гражданского процесса.

Зачастую подготовка дела к судебному разбирательству заключается в вызове сторон на беседу, предложении представить письменный отзыв на иск либо некоторые документы, хотя ст. 150 ГПК РФ дает судьям большие полномочия по подготовке дел к:

— судебному разбирательству, в том числе суд может назначать экспертизу, предлагать сторонам представить дополнительные доказательства, истребовать по просьбе сторон письменные или вещественные доказательства и проводить другие подготовительные действия.

Нарушение сроков связано также с неявкой сторон в судебное заседание.

ПОДСУДНОСТЬ

Согласно ст. 29 ГПК иски о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца, могут быть предъявлены истцом как по месту нахождения органа или имущества юридического лица, так и по месту жительства истца, т.е. имеет место альтернативная подсудность.

По изученным делам иски предъявлялись в основном по месту жительства истцов.

По одному делу (по иску г-ки Б-ко, проживающей в г. Цимлянске, к ОКБ) иск предъявлялся в Советский районный суд г. Ростова-на-Дону, по месту нахождения ответчика. Учитывая, что право выбора суда принадлежит истцу, суды не должны необоснованно отказывать в приеме заявлений по мотиву неподсудности спора данному суду.

В настоящее время число так называемых медицинских дел, рассматриваемых в прокуратуре и суде, значительно возросло. За период с 1999 по 2002 г. были рассмотрены 26 «медицинских дел», по которым имеются досудебные соглашения, решения и приговор суда, вступившие в законную силу. С 2003 г. по настоящее время находятся на разных стадиях рассмотрения в прокуратуре и судах — 5 уголовных дел и 7 гражданских исков.

В практической реализации вопросов медицинского права также имеются проблемы.

Во-первых, это готовность судов общей юрисдикции к рассмотрению одной из сложных категорий дел — «медицинские дела», при рассмотрении которых имеется специфическая медицинская терминология и большое количество ведомственных приказов, регламентирующих профессиональную медицинскую деятельность.

Во-вторых, необходимость подготовки специальных юристов, способных квалифицированно представлять интересы сторон в такого рода делах в прокуратуре и суде.

Учитывая настоятельную необходимость всестороннего и объективного рассмотрения судами области «медицинских дел», Ростовский областной суд в течение ряда лет проводил анализ и обзор рассмотрения судами области этой категории дел. Обобщения и выводы Ростовского областного суда в виде «Бюллетеня судебной практики» направлялись в суды области.

Доктор экономических наук,

профессор, ректор Кисловодского

института экономики и права

А.С.ДУДОВ

Старший преподаватель кафедры

уголовно-правовых дисциплин КИЭП,

член Ростовской палаты адвокатов, врач

Ю.М.НЕСТЕРЕНКО

Ассоциация содействует в оказании услуги в продаже лесоматериалов: доска липа цена по выгодным ценам на постоянной основе. Лесопродукция отличного качества.

Скачать:

Скачать: Статья. О рассмотрении судами гражданских дел, связанных с ненадлежащей медицинской помощью (обзор судебной практики)
Скачать: Статья. О рассмотрении судами гражданских дел, связанных с ненадлежащей медицинской помощью (обзор судебной практики)

Взаимоотношения между врачом и пациентом всё чаще переходят в юридическую плоскость. При этом доказать, кто прав, а кто виноват, довольно сложно. Поэтому общественные организации создают объединения и лиги для защиты прав пациентов. А для того, чтобы доказать/опровергнуть факт врачебной ошибки обращаются к экспертам. За что же врача могут привлечь у уголовной ответственности?

К уголовной ответственности врача могут привлечь, если здоровью пациента был причинен тяжкий или средней тяжести вред либо результатом действия (бездействия) медицинского персонала стала смерть. Грозит ответственность и за получение взятки, служебный подлог и незаконную выдачу рецептов (см. ниже все статьи УК об ответственности врачей).

В статье мы расскажем о самых часто встречающихся проступках врачей. А в качестве преамбулы перечислим две формы вины, которые могут возложить на врача, это:

  • умысел,
  • неосторожность.

Что такое умысел?

Уголовный Кодекс выделяет прямой и косвенный умысел. Прямой умысел – это когда «лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления» (ст. 24). А косвенный – когда «лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично».

Что такое неосторожность?

Неосторожность законодатель разделяет на два вида – легкомыслие и небрежность. Слова несерьёзные, однако, результат может быть самый плачевный.

Кто такой легкомысленный врач? Это врач, который знает об абстрактно возможном наступлении опасных последствий своих действий, однако самонадеянно рассчитывает на их предотвращение. Приведём пример: врач-стоматолог не обладает квалификацией хирурга, однако, приступает к операции без специальной подготовки, надеясь на своё общее стоматологическое образование.

Кто такой небрежный врач? Это врач, который причинил ущерб здоровью пациента по невнимательности или недосмотру. И снова пример из стоматологии: врач, не уточнив у пациента информацию об аллергии на анестетик, проводит лечение с использованием обезболивающего, что приводит к аллергической реакции у больного. Кстати, чаще всего врачам вменяют в вину именно небрежность.

Всё сложнее, если неосторожность сопряжена с ненадлежащим исполнением обязанностей. Чтобы установить вину врача необходимо проверить своевременность, достаточность, обоснованность, безопасность, оптимальность и результативность медицинской помощи. Причинение смерти по неосторожности в связи с ненадлежащим исполнением своих обязанностей — одно из распространённых обвинений в адрес врачей.

Изучают и документы. Например, те, которыми можно подтвердить компетентность врача. Возвращаясь к нашей предыдущей истории с врачом-стоматологом, это должен быть сертификат «Стоматология хирургическая», указывающий на прохождение интернатуры по этой специальности, удостоверение о повышении квалификации и протокол о присвоении квалификационных категорий.

Для установления вины врача изучают описания обязанностей медицинского специалиста. Это, прежде всего, сведения из статьи 70 закона «Об основах здоровья граждан РФ», а также инструкции и описания медицинских технологий.

А что если пациенту просто не оказали медицинскую помощь?

Еще одно, увы, частое правонарушение, которое может повлечь уголовное наказание. Регламентирует его ст. 124 УК РФ. Оно относится не только к медработникам, а ко всем лицам, которые по роду своей деятельности должны владеть навыками оказания первой помощи.

Если специалист не окажет экстренную помощь, когда неотложные медицинские манипуляции необходимы, его бездействие могут квалифицировать как уголовное преступление.

Мы перечислили, пожалуй, самые встречающиеся случаи. А теперь перейдём к совсем уголовным случаям – к взяткам и должностным преступлениям?

Взятки, вымогательства, «продажа» справок

Должностные преступления – распространённая причина судебных споров между врачами и пациентами. Не менее распространённая, чем тяжкий ущерб здоровью или смерть по неосторожности.

Когда врач – должностное лицо? Когда его действия влекут за собой изменения в статусе либо изменения прав и обязанностей другого лица. Например, когда врач даёт заключение, свидетельством которого может быть признание инвалидности, выдача листка нетрудоспособности и так далее. Врач как должностное лицо работает в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения.

Если речь идёт о медработниках частных медицинских организаций – то за подобные правонарушения предусмотрено наказание по статье 204 УК «Коммерческий подкуп».

Взятка – самый распространённый вид должностного преступления. И у врачей тоже!

Законодательство определяет взятку как формальное правонарушение. Важно: если финансовые средства, согласно договорённости, пациент должен был передавать частями, то преступление будет связано со всей заранее оговоренной суммой. Например, пациент оплатил заполнение листка нетрудоспособности (1 000 рублей), а за закрытие больничного планировал отдать ещё 5 000, то в составе преступления будет сумма 6 000 руб.

Взятка – это всё, что имеет официально закреплённую цену.

Передача денег должностному лицу считается взяткой, даже если предварительного сговора не было. Необходимо только установить услугу, за которую деньги передали.

Есть такой вид подкупа как взятки за незаконное бездействие. Пример: когда пациента, который передал взятку за больничный, врач не осматривал.

А что такое вымогательство взятки? Это нарушение законных прав и интересов пациента, когда врач требует денег с больного, который по объективным причинам нуждающемся в освобождении от работы.

Особняком стоят ситуации, когда врачебная помощь незаконно оказывается за деньги. Например, когда врач намеренно вводит пациента в заблуждение относительно суммы денег либо самой платности услуги. Тогда его действия квалифицируются как мошенничество.

В том же случае, если деньги идут не в кассу, а в карман лечащего врача, речь уже идёт о присвоении денежных средств медицинской организации.

Кроме взяток к должностным преступлениям относится и служебный подлог. Это подделка официального документа, воздействующего на права и обязанности. Например, заключения о состоянии здоровья пациента.

Важно: медицинская документация, включающая договоры и информированные добровольные согласия на оказание медицинской помощи, к таким документам не относится! Поэтому врач, занёсший недостоверные сведения в амбулаторную карту, но не вписавший их в листок нетрудоспособности, подлога не совершил.

Для справки: статьи УК РФ об ответственности врачей

  • Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ст. 109, ч.2);
  • Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью по неосторожности, совершенного вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ст. 108, чт.2, 4);
  • Принуждение к изъятию органов и тканей человека для трансплантации (ст. 120);
  • Заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ст. 122, ч. 4);
  • Незаконное производство аборта (ст. 123);
  • Неоказание помощи больному (ст. 124);
  • Незаконное помещение в психиатрический стационар (ст. 128);
  • Нарушение неприкосновенности частной жизни с использованием своего служебного положения (ст. 137, ч. 2);
  • Незаконная выдача либо подделка рецептов или иных документов, дающих право на получение наркотических средств или психотропных веществ (ст. 223);
  • Незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью (ст. 235);
  • Получение взятки (ст. 290);
  • Служебный подлог (ст. 292);
  • Халатность (ст. 293).

См. также

Как доказать, что врач совершил ошибку? Как его накажут?

Напомним, СКР вместе с «Национальной медицинской палатой», которую возглавляет доктор Леонид Рошаль, подготовили поправки в Уголовный кодекс в виде новых статей, позволяющих привлекать к ответственности нерадивых эскулапов за ошибки. Ятрогенные преступления в настоящие время квалифицируются по четырем статьям УК РФ: «Причинение смерти по неосторожности» (109), «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности» (118), «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности» (238) и «Халатность» (293). В СКР полагают, что ни одна из этих статей не учитывает особенности профессиональной медицинской деятельности. Поэтому следователи с представителями медицинского сообщества подготовили предложения о введении в УК следующих статей: «Ненадлежащее оказание медицинской помощи или услуги» (124.1) и «Сокрытие нарушения оказания медицинской помощи» (124.2), «Незаконное осуществлении медицинской или фармацевтической деятельности» (235). Следователи СК уверены, что предложенные изменения позволят значительно минимизировать ошибки правоприменения, защитив таким образом как права пациентов, так и медицинских работников.

Но с ними категорически не согласен президент «Лиги защиты прав пациентов» Александр Саверский. По его мнению, нужна альтернатива для наказания врачей, но не связанная с уголовной ответственность.

«Инициатива СКР не только бесполезная, но и вредная. Бесполезная, потому что в уголовном кодексе полно статей, по которым можно привлечь к ответственности врачей, что и происходит сейчас. В год примерно 170 дел в отношении медиков передается в суд. Уголовная ответственность — это фактически единственная ответственность, которая регулирует здравоохранение, за исключением мелких штрафов страховыми компаниями. Это приводит к тому, что отрасль начинает прятать свои ошибки, не признавать их, не анализировать и, соответственно не признавать», — говорит Саверский.

Эксперт предлагает перенос уголовной ответственности неосторожной формы вины из уголовного кодекса в кодекс административный.

«Мы считаем, что это все административные дела, а не уголовные. Причем большая часть пациентов с нами согласна. Врач не должен сидеть в тюрьме, но и не должен вредить людям. Это значит, надо лишить его права заниматься медицинской деятельностью. Должна быть, на наш взгляд, внедрена систем штрафов по аналогии с дорожными штрафами. Мы же не пытаемся за каждое нарушение посадить водителя в тюрьму. Здесь такая же история. Мелкое нарушение — мелкий штраф. Крупное нарушение — запрет заниматься медицинской деятельностью, — считает Саверский, — Проблема и в том, что сфера деятельности врача совпадает с правоприменением уголовного кодекса. К примеру, в главе 16 УК РФ говорится: «Преступление против жизни и здоровья человека». А врач как раз и занимается жизнью и здоровьем человека. Он лечит больных людей. Соответственно ухудшение здоровья человека может быть инкриминировано, как состав преступления. Дальше идет состав оценок — правильно или неправильно действовал доктор. В то же время в 28 статье УК РФ «Невиновное причинение вреда» написано, что если лицо действовало не осознавая общественной опасности своего деяния, то оно считается невиновным. Позвольте, но врач действует исходя из убеждения, что он действует во благо. Поэтому я просил адвокатов, которые защищают врачей, шире использовать эту норму причинения вреда».

По словам эксперта, за пять лет количество жалоб на медиков возросло в три раза. А если посмотреть данные ВЦИОМ, то недоверие к врачам с 2014 по 2016 возросло с 35 до 55 процентов.

«Это просто крах. При этом количество нападений на медиков за пять лет составило 1200 случаев только зафиксированных. На самом деле это кризис в доверии к медицине. Идет рост взаимной агрессии, и в этой ситуации СКР предлагает дополнительные статьи УК. И что это решит? Это лишь будут дополнительные жалобы и уголовные дела. Мы считаем, что если неосторожные формы вины врачей убрать из УК, то эта даст возможность здравоохранению вздохнуть. У отрасли появятся инструменты для избавления от своих псевдо-коллег. Медэксперт, который получит дело, не будет думать о том, посадят ли коллегу в тюрьму. По статистики СКР из 6 тысяч жалоб пациентов возбуждены дела по 2 тысячам, но из них в суд направлены только 170 дел. По статистике страховых компаний 10 процентов всей медицинской помощи оказывается с дефектами, например, из 40 млн госпитализаций — 4 млн дефектов. Поэтому данные СК — ничтожно малы», — заключает Саверский.

фото пресс-службы Облздрава

Пресс-секретарь губернатора Владимирской области Ольга Петрова сообщила в своем телеграм-канале о том, что Владимир Сипягин подписал 25 октября распоряжение о прекращении трудового договора с главврачом Областной клинической больницы Любовью Быковой.

Указано, что основанием для увольнения главного врача ОКБ стал пункт №2 части №1 статьи 278 Трудового кодекса России. Эту статью упрощенно называют «по воле начальства и без объяснения причин». А официально это звучит так: «в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора. Решение о прекращении трудового договора по указанному основанию в отношении руководителя унитарного предприятия принимается уполномоченным собственником унитарного предприятия».

В департаменте здравоохранения администрации Владимирской области Зебра ТВ подтвердили факт отставки главного врача ОКБ Любови Быковой, но ответить на вопрос о причине увольнения отказались, ограничившись бюрократическими формулировками, из которых можно сделать вывод, что отставка руководителя главной больницы Владимирской области не была инициативой департамента здравоохранения:

«Администрация Владимирской области, осуществляя права собственника имущества региона, приняла решение о прекращении трудового договора с главным врачом Областной клинической больницы Любовью Быковой в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации. Соответствующее распоряжение 25 октября 2019 г. подписал Губернатор Владимир Сипягин. Департаменту здравоохранения областной администрации поручено издать акт о расторжении с Любовью Быковой трудового договора». Любовь Быкова и Алексей Мозалев на вручении премии «Золотой стетоскоп»

Разговоры о возможном увольнении Любови Быковой стали циркулировать в анонимных телеграм-каналах уже больше месяца назад, но не находили подтверждения. Особенно громких скандалов в Областной клинической больнице в последнее время не было. Учреждение фигурировало только в истории с возможным сокращением отделения патологии в областном роддоме и в судебном иске о невозможности записаться на прием к врачу через интернет. Любовь Быкова в качестве главврача ОКБ не была особенно публичной персоной и не выступала на чьей-либо стороне в многочисленных медицинских конфликтах.

Увольнение руководителя Областной клинической больницы стало очередным шагом в зачистке корпуса главврачей Владимирской области, которых в последнее время отправляют в отставку чуть ли не каждый месяц.

Пикантность внезапной отставке главного врача Областной клинической больнице придает тот факт, что 13 ноября запланировано торжественное мероприятие в драмтеатре по поводу 75-летнего юбилея ОКБ с участием губернатора Сипягина. И теперь непонятно, кто же будет представлять на нем главную больницу Владимирской области.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *