Судебный прецедент примеры

Юридический прецедент (судебная практика) — более распространенный источник права в современном мире. Под юридическим прецедентом понимается судебное или административное решение по конкретному юридическому делу, которому государство придает общеобязательное значение. Различаются судебный и административный прецедент.16Суть юридического прецедента состоит в том, что ранее состоявшееся решение государственного органа (судебного или административного) по конкретному делу имеет силу правовой нормы и при последующем разрешении подобных дел. Прецедентная форма права широко используется в Англии и Соединенных Штатах Америки.

Обычно в теории права называют четыре вида источников: нормативный акт, судебный прецедент, санкционированный обычай и договор. В большинстве правовых систем мира доминирующим источником права является нормативный акт.

Важнейшее место среди источников права ряда стран занимает судебный прецедент. Его наличие свидетельствует о том, что правотворческой деятельностью в таких странах занимаются не только законодательные, но и судебные органы. Под судебным прецедентом понимается решение по конкретному делу, являющееся обязательным для той же или низшей инстанции при решении аналогичных дел.17

Родиной прецедентного права является Англия. Общее право здесь создавалось королевскими судами, и в своей основе было правом судебной практики. Английские суды и в настоящее время не только применяют, но и создают нормы права. Правила, содержащиеся в судебных решениях, согласно английскому праву должны применяться и в дальнейшем, иначе будет нарушена стабильность общего права и поставлено под угрозу само его существование. В Англии сложились следующие правила и пределы действия прецедента: а) решения, вынесенные Палатой лордов, составляют обязательные прецеденты для всех судов и для самой Палаты лордов; б) решения, принятые Апелляционным судом, обязательны дня всех судов кроме Палаты лордов; в) решения, принятые Высшим судом правосудия, обязательны для низших судов. В США отношение к прецеденту как источнику права более упрощенное, здесь вполне допускается изменение судебной практики.

В странах романо-германской системы права роль судебной практики в основном не выходит за рамки толкования (разъяснения) закона. Считается, что правотворческая деятельность является прерогативой законодателя, а также правительственных или административных властей, уполномоченных на это законодателем.

По отношению к закону прецедент находится в «подчиненном» положении. Это проявляется, в частности, в том, что законом может быть отменено действие судебного решения, и в том, что любой законодательный акт, принятый уполномоченным на то органом и в соответствии с установленной процедурой, должен в обязательном порядке признаваться и применяться судами. Сам суд, создавая прецедент , должен действовать в строгом соответствии с законом.

Дореволюционная русская теория права признавала, что закон дополняется нормами, создаваемыми судебной практике, хотя такое мнение не было общепризнанным.18Если рассматривать рассуждения Трубецкого приводят к однозначному выводу: суд не может создавать самостоятельные правовые нормы, при разрешении конкретных юридических дел он должен обратиться к закону, регулирующему сходные случаи, или руководствоваться целями и принципами действующего законодательства.

Отечественная юридическая наука более позднего периода считает, что судебная практика не может быть полноценным источником права. Представляя объективированный опыт реализации права, она не должна устанавливать первоначальные нормы, вносить дополнения и исправления в общие нормативные предписания. Ее роль чисто служебная, вспомогательная — конкретизировать в процессе толкования юридические нормы с учетом данной обстановки в рамках применения права.19

Таким образом, прецедент в настоящее время широко применяется только в странах с системой общего права, где он на протяжении многих веков является основным источником. В странах же с романо-германской системой права прецедент играет второстепенную роль и, по-видимому, вряд ли будет иметь то же значение, что и закон.

От автора. Легальное толкование очень редко использует термин «П.». Активно используется близкое (но не аналогичное) понятие «сложившаяся правоприменительная практика». Впрочем, «П.» и «сложившаяся правоприменительная практика» часто смешиваются; см., напр., в Особое мнение судьи Ю.М.Данилова к Постановлению КС РФ № 39-П/2018 от 09.11.2018 (Суд, основывая свое решение также на сложившейся правоприменительной практике, по существу признал (в отсутствие нормы) допустимость существования в российской правовой системе судебного прецедента как источника права, что по меньшей мере дискуссионно, учитывая конституционные положения о разделении властей и компетенции судебных органов).

Исторически в России первое упоминание КС РФ самого слова «П.» мы обнаружили в Постановлении КС РФ от 2 апреля 1993 года: Конституция не раскрывает понятия «общие принципы», но и не наделяет законодателя прерогативой устанавливать какие-либо рамки и путем создания прецедентов формировать его смысловое значение. В этом тексте, по-видимому, слово «П.» употреблено не в научном или техническом, а в бытовом значении. Наиболее важное научное значение для понимания термина «П.» содержится во Мнении судьи Конституционного Суда Российской Федерации К.В.Арановского к Постановлению КС РФ № 12-П/2016 от 19.04.2016: В прецедентном праве (case-law), которое упоминают Конвенция о защите прав человека и основных свобод (подпункт «b» пункта 1 статьи 28) и сам Суд (пункт 108 постановления по делу «Анчугов и Гладков против России»), принято различать два вида правовых суждений с разной степенью обязательности. «Попутно сказанное» пользуется уважением, но не сообщает о праве, обязательном для применения в деле и в предстоящих таких же делах. Стороны и сам Суд вряд ли согласны закрепощать себя на будущее каждым записанным словом и видеть в каждом из них неизменное право или бесспорный, твердый стандарт. Принципы и стилистика прецедента, на которые пробует опираться Суд, вовсе не то поощряют. Не поощряют они судью и в том, чтобы он открыто объявлял «от себя» правотворческие решения, например, с видом «общих мер». В стиле case-law (по принципу stare decisis) судья «следует решенному» и, не притязая на сотворение нового права, берет применимое правило (ratio decidendi) в уже состоявшихся решениях по делам, где фактические обстоятельства существенно совпадают с разбираемым случаем и тем самым позволяют опереться на такое правило, в отличие от попутно сказанных, отвлеченных и потому необязательных суждений.

Впрочем, классический анализ явления, похожего на прецедент, имеет лишь историческое значение и изложен в Постановлении КС РФ от № 1-П/2010 от 21.01.2010: Толкование норм права может осуществляться Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации как в связи с рассмотрением конкретного дела (ad hoc), так и – в целях обеспечения единообразного их понимания и применения арбитражными судами – в отношении всех дел со схожими фактическими обстоятельствами на основе обобщенной практики их 20 разрешения. Соответственно, придание толкованию норм права на основе обобщения судебной практики характера правовой позиции, имеющей обратную силу, – в рамках процедуры, введенной постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2008 года № 14, – допустимо только при наличии специального указания на это, которое должно быть выражено Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации формально определенным образом, ясно и недвусмысленно.

Если обратиться к практике судов общей юрисдикции, то какого-либо толкования или доктринального исследования «П.» мы не найдем. В основном, все решения сводятся к фразам о том, что в Российской Федерации прецедентное право отсутствует и решения судов не имеют силы нормативно-правовых актов (см., напр., Постановление № 4А-500/2019 от 30 мая 2019 г. по делу № 4А-500/2019; иные многочисленные судебные постановления не приводятся по причине отсутствия научного интереса); юридический прецедент не является официальным источником права в Российской Федерации, а представляет собой толкование нормы права и пример ее применения с учетом конкретных обстоятельств дела (решение Первомайского районного суда г. Омска по делу № 2-140/2019 2-140/2019(2-3557/2018) (возникает вопрос, а существуют ли неофициальные источники права?). Пожалуй, наши эмоции вызвало решение Новосибирского областного суда по делу № 7-150/2019 от 25 апреля 2019, в котором указано, что в действующем законодательстве прецедент не применяется. Более безграмотного вывода трудно найти. Но на фоне вывода постановления мирового судьи судебного участка № 25 Центрального района г. Хабаровска по делу № 5-384/2017 от 28.06.2017, в котором смешиваются понятие «преюдиция» и «П.», предыдущие судебные постановления мы полагаем весьма удовлетворительными с доктринальной точки зрения.

В арбитражных судах само слово «П.» употребляется, например, в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121, в котором указано: при разумного размера расходов на оплату услуг представителя следует учитывать, в частности, наличие или отсутствие аналогичного прецедента.

При изучении юридической литературы мы обратили внимание на существование в советской науке теории т.н. «П. толкования правовой нормы» (на наш взгляд, достататочно схоластической). Так, А.Б. Венгеров в статье «О прецеденте толкования правовой нормы» указывал: В советской юридической литературе отмечается, что для обеспечения единства и законности судебной практики большое значение имеют постановления и определения высших судебных органов по принципиальным конкретным делам. Такие постановления и определения в ряде случаев являются своеобразными прецедентами толкования правовой нормы и в этом своем качестве оказывают серьезное влияние на правоприменительную деятельность. Отличие такого прецедента от судебного, по нашему мнению, заключается в том, что судебный прецедент ведет к созданию судами новой нормы права, что, как известно, исключено в советской правовой системе, тогда как прецедент толкования связан с разъяснением уже существующей нормы права, с выработкой определенного, «устоявшегося» положения о применении нормы права по аналогичным делам. Такое положение становится общеизвестным, учитывается судами при разрешении уголовных и гражданских дел, способствует улучшению судебной деятельности…Разумеется, не каждое решение по конкретному делу имеет характер прецедента толкования. Для того, чтобы решение получило такой характер, необходим целый ряд соответствующих условий. Во-первых, такими условиями, являются, прежде всего, толкование в рамках закона, соответствие такого толкования смыслу закона, его требованиям, учет при толковании основных принципов социалистического права, коммунистической морали, социалистического правосознания, соответствие толкования политическим задачам, интересам коммунистического строительства. Соблюдение этих условий, на наш взгляд, в значительной мере обеспечивает законность судебной практики. Во-вторых, хотя возникновение прецедента толкования связано с применением нормы права по принципиальным конкретным делам, тем не менее, прецедентный характер такое толкование получает только в случае неоднократного применения по аналогичным делам, когда судебная практика воспринимает это толкование и оно приобретает проверенный, устоявшийся характер. В-третьих, прецедент толкования представляет из себя определенное положение по применению нормы права, т. е. содержит в себе известный принцип, соображение, имеет общий характер, опосредствует повторяющиеся, существенные особенности общественных отношений. Только такое положение может способствовать правильному применению правовой нормы. Для такого применения чрезвычайно важно, чтобы прецедент толкования получил внешнее выражение — был опубликован. Наконец, поскольку определенная степень применимости прецедента толкования связана с его убедительностью, таксе толкование должно быть аргументировано, основано на знании права, судебной практики, достижений советской юридической науки.

Тест по теории государства и права

Выберите правильный ответ:

1. Укажите, что характеризует общие закономерности возникновения, развития и функционирования государства и права как явлений общественной жизни, их взаимосвязь и взаимовлияние :

а) предмет теории государства и права;

б) систему науки теории государства и права;

в) методологию государства и права.

2. Форма правления — это :

а) совокупность приемов и методов осуществления

государственной власти;

б) способ организации верховной власти в стране;

в) территориальное строение государства.

3. Какая форма государственного устройства позволяет иметь свои органы власти в центре и в регионах?

а) унитарное;

б) федерация;

в) конфедерация.

4. Политический режим — это :

а) территориально-политическое деление государства;

б) совокупность политических партий и организаций,

действующих в государстве;

в) совокупность методов, способов и средств осуществления

государственной власти.

5. Выберите из перечисленного признак, характеризующий демократический политический режим :

а) подавляется личность и ее права, отсутствует разделение

властей и независимое правосудие;

б) свобода действий различных политических партий,

профсоюзов, иных объединений;

в) управление обществом осуществляется одним лицом либо

группой лиц, не представляющими интересов большинства

общества.

6. Функции государства — это :

а) направление деятельности органов государства;

б) цели и задачи государства;

в) основные направления деятельности государства.

7. Государственные органы по принципу разделения властей классифицируют на :

а) высшие и местные;

б) законодательные, исполнительные, судебные;

в) правотворческие, правоприменительные, правоохранительные.

8. Определите, каково соотношение понятий социальная норма и норма права?

а) это тождественные понятия;

б) социальные нормы – это часть норм права;

в) нормы права – это часть социальных норм.

9. Каково назначение гипотезы юридической нормы?

а) указывает на правовые последствия;

б) определяет круг субъектов правоотношения;

в) указывает на фактические обстоятельства, при которых норма

вступает в действие.

10. Укажите признак, отличающий закон от иных нормативных

актов :

а) издается в определенном порядке;

б) имеет общеобязательный характер;

в) обладает высшей юридической силой.

11. Какая разновидность норм права определяет меры

юридической ответственности?

а) регулятивные;

б) охранительные;

в) специального действия.

12. Судебный прецедент широко распространен в

а) Великобритании;

б) России;

в) Германии.

13. Укажите, в каком соотношении находятся понятия законотворчество и правотворчество :

а) тождественные понятия;

б) правотворчество – вид законотворчества;

в) законотворчество – вид правотворчества.

14. Может ли быть ограничена дееспособность граждан?

а) может быть ограничена с согласия самого гражданина;

б) не может никогда;

в) может быть ограничена в судебном порядке.

15. Деликтоспособность — это :

а) способность быть субъектом правоотношений;

б) способность нести юридическую ответственность за

совершенные правонарушения;

в) способность быть носителем юридических прав и

обязанностей.

16. Нормативно-правовой акт вступает в силу :

а) со времени указанного в самом акте или специальном акте о

введении его в действие;

б) по истечении определенного срока;

в) с момента его принятия Государственной Думой в первом

чтении.

17. Принцип обратной силы означает, что предписания нормативного акта :

а) распространяется на отношения, возникшие в результате его

издания;

б) не распространяется на те отношения, которые возникли и

существовали до его издания;

в) распространяется на те отношения, которые возникли и

существовали до его издания.

18. Укажите основное отличие акта применения права от нормативного акта :

а) властность предписания;

б) порождения юридических последствий;

в) индивидуально-конкретный характер.

19. Выберите, что из указанного является актом правоприменения :

а) приговор суда по конкретному делу;

б) конституция;

в) указ Президента нормативного характера.

20. Укажите отличительный признак официального толкования :

а) имеет обязательный характер;

б) научно обоснован;

в) письменно закреплен.

21. Соотнесите понятия законодательство и система права :

а) тождественные понятия;

б) система права – это часть законодательства;

в) законодательство – это часть системы права.

22. Выберите в перечне институт права :

а) гражданское право;

б) гражданство;

в) административное право.

23. Аналогия права применяется :

а) при обнаружении пробела в праве, когда нет аналогичной нормы;

б) для создания нового нормативно-правового акта;

в) при обнаружении пробела в праве.

24. Укажите, к какому виду правонарушений относится нарушения водителями транспортных средств правил дорожного движения?

а) Дисциплинарный проступок;

б) преступление;

в) административный проступок.

25. Определите, что является объектом посягательства при совершение кражи?

а) украденная вещь;

б) право собственности на вещь;

в) лицо у которого украли вещь.

26. К субъективной стороне правонарушения относят :

а) лицо совершившее правонарушение;

б) отношение окружающих к проступку;

в) психическое отношение субъекта правонарушения к совершенному

деянию и его последствиям.

27. К какому виду юридической ответственности относится наказание в виде лишения свободы?

а) административной;

б) дисциплинарной;

в) уголовной.

28. Выберите из указанного вид дисциплинарного взыскания, применяемый администрацией предприятия к работнику, нарушившему трудовую дисциплину:

а) лишение премии;

б) выговор с замечанием в трудовую книжку;

в) строгий выговор.

29. Соотнесите понятия законность и правопорядок :

а) это тождественные понятия;

б) правопорядок – это часть законности;

в) законность – это часть правопорядка.

30. К какой правовой системе относится национальная система права Франции?

а) романо-германской;

б) англо-саксонской;

в) мусульманское право.

Ключ правильных ответов к тесту.

1 – а

2 – б

3 – б

4 – в

5 — б

6 – в

7 – б

8 – в

9 – в

10 – в

11 – б

12 – а

13 – в

14 – в

15 – б

16 – а

17 – в

18 – в

19 – а

20 – а

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА И СУДЕБНЫЙ ПРЕЦЕДЕНТ В КОНСТИТУЦИОННОМ СУДЕ РФ И

ВЕРХОВНОМ СУДЕ РФ

ИЛЬЯ ВЯЧЕСЛАВОВИЧ ЧИПИГА,

соискатель кафедры Конституционного (государственного) и международного права Военного университета Министерства обороны РФ

Научная специальность 20.02.03 — военное право; военные проблемы международного права Научный руководитель: профессор кафедры Конституционного (государственного) и международного права Военного университета Министерства обороны РФ,

доктор юридических наук Каламкарян Р. А.

E-mail: ILYA-Archangel@yandex.ru

Аннотация. Исследуется и определяется место прецедента и судебной практике в российской правовой системе. Анализируются позиции юристов и применение российскими судами решений Европейского Суда по правам человека. Ключевые слова: судебная практика, судебный прецедент, международное право.

Keywords: judicial practice, judicial precedent, international law.

В связи со вступлением России в Совет Европы, перед Россией появилась необходимость решения следующего вопроса: Европейский Суд по правам человека относится к англо-саксонской системе права, система права России относится к романо-германской, и нам необходимо решить вопрос о взаимодействии этих систем права. Юридическая наука России довольно по-разному отнеслась к появлению нового для нашей правовой системы явлению — судебного прецедента Европейского Суда по правам человека. Большинство теоретиков и практиков разделяют точку зрения о невозможности признания того факта, что, в данном случае, Европейский Суд по правам человека может издавать решения, являющиеся источником права.

Судебный прецедент выступает источником права в англо-саксонской системе права, но чтобы стать таковым, и чтобы этому правилу, который прецедент устанавливает, следовали, необходимо, что бы это решение было вынесено высокими судами. Более того, это подразумевает наличие правовой нормы, закрепляющей это правило. И получается, что решения Европейского Суда по правам человека не имеют в некотором смысле статуса правовой нормы, по крайней мере, для стран романо-герман-ской системы права. Ни одна из статей Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод не указывает на то, что ЕСПЧ имеет функцию правотворческой деятельности, он только толкует и применяет ЕКПЧ, имея определенную позицию в понимании статей Конвенции.

Более того, Европейский Суд по правам человека исходит только из европейских стандартов, которые одинаковы от Рейкьявика до Петропавлов-ска-Камчатского, и чем быстрее мы их полностью поймем, будем их применять и даже предугадывать, а может быть даже обгонять, тем скорее мы будем более продвинутой, в области права, страной. Хотя у судей Европейского Суда по правам человека догматизма хоть отбавляй, на что указывает и в отставке судья Европейского Суда по правам человека Анатолий Ковлер в интервью «Разговор без протокола с Анатолием Ковлером».

Многочисленный ряд отечественных ученых, таких как Г.И. Тункин, А.Б. Венгеров, разделяет именно ту точку зрения, что ЕСПЧ никак не может заниматься правотворческой деятельностью, так как не существуют в международных отношениях какие-либо органы, которые могли бы обязать субъекты международного права выполнять чью-либо волю, кроме той, что они сами изъявили. И только сами государства могут создавать нормы, которые в последствии будут исполнять1.

Более того, в подтверждение позиции вышеуказанных ученых, применяя принцип суверенного равенства государств, один из важнейших принципов международного права, составляющий основу современных международных отношений, который отражен в Декларации о принципах международного права, в соответствии с Уставом ООН 1970 г., гласит, что каждое государство обязано выполнять полностью и добросовестно свои международные

обязательства и жить в мире с другими государствами, что безусловно подразумевает согласие государства в отношении обязательств в выполнении определенной правовой нормы.

Но, увы, всё больше и больше появляется ученых, разделяющих точку зрения о том, что решения Европейского Суда по правам человека являются источником права. И эти решения-прецеденты всё более подробно объясняют статьи Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Разберем момент, когда судебная практика является источником права, а когда нет, в отношении Европейского Суда по правам человека. Например, В.А. Туманов считает, что однозначно статус и последствия решений Европейского Суда по правам человека указывают на то, что у суда присутствует правотворческая функция. На эти решения ссылаются, при рассмотрении аналогичных ситуаций, в международных договорах, что говорит о непростом статусе этих решений.

Вообще, довольно неоднозначно понятие прецедента. Многие теоретики и практики в этом понятии видят различное. Ведь это может быть и всего лишь примером или рекомендацией для аналогичных дел, что схоже в российских судах с судебной практикой. Так же это может быть обязательным правилом для нижестоящих судов, от которого они не могут отступиться, как, скажем в Англии. Или же третий вариант, прецедент играет роль неких определенных правовых принципов, которые являются и правилом поведения, обязательным, а так же базисом при создании норм, правил поведения в будущем, не отрицая тот факт, что будут способствовать для совершенствования системы права.

Что касается решений Европейского Суда по правам человека, то в российской правовой литературе применяются такие понятия как правовые стандарты или же правовые позиции, гораздо реже судебный прецедент или просто прецедент. Притом стандарты и позиции считаются примерно одинаковыми по значимости терминами. Но по отношению к ЕСПЧ в основном применяют словосочетание: правовая позиция.

Словосочетание «правовая позиция» представляется ближе нам ввиду того, что Конституционный Суд РФ сам часто использует это понятие в своей деятельности по толкованию Конституции РФ; в российской правовой литературе мы часто с этим сталкиваемся, читая Постановления Конституционного Суда РФ.

В Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ст. 32 закреплено положение Европейского Суда по правам человека о том, как толковать положения Конвенции и что она являеться единственным органом, имеющим право на осуществление данной функции2. Интересно выразился по поводу толкования Конвенции В.А. Ту-

-й-

манов, который определил, что нормы Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод работают именно так, как они будут определены и истолкованы Европейским Судом по правам человека. В.А. Туманов выразился предельно точно, и на основании этого, предопределение актуальности исследования правовой позиции Европейского Суда по правам человека для нас будет важным. Как он ее истолкует, так и будет применять; на основании их Европейский Суд по правам человека и рассматривает дела и его правовые позиции — это то, на что требуется обратить особое внимание.

Перенесем наше внимание на российскую судебную систему, и на Конституционный Суд РФ в частности. Пункт 5 ст. 25 Конституции РФ определяет, что Конституционный Суд РФ даёт толкование Конституции РФ. В этом прослеживаем некую схожесть в функциях Конституционного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека. Без обращений к Конституционному Суду РФ невозможно в полной мере понять смысл Конституции РФ. Для уяснения статей Конституции РФ мы обращаемся именно к его правовым позициям.

В своих определениях Конституционный Суд РФ часто использует понятия: «прецедент», реже: «конституционно-правовой прецедент», часто ссылается на международное право, решения Европейского Суда по правам человека. В мотивировочной части он их как раз и располагает. В резолютивной части пишет о соответствии законодательства Конституции РФ или нет. Притом неоднократно опирается, в том числе, и на международное право, разъясняя более аргументировано свои позиции, чтобы смысл Конституции был более чем понятен. Очень часто в своих постановлениях Конституционный Суд РФ обращает внимание на решения Европейского Суда по правам человека, на его позиции по конкретным рассматриваемым делам. И, кстати, М.В. Баглай говорил, что судебные прецеденты Европейского Суда по правам человека для нас — источник права3.

Ни для кого не секрет, что в Европе есть грамотные юристы, особенно в Европейском Суде по правам человека, которые выносят большое количество решений, служащих прецедентами. Поэтому думаю, все самое мудрое мы должны перенимать; сформулированные ранее решения, позиции, которые, на наш взгляд, являются удачными, грамотными, объясняющими ранее не рассматриваемые вещи. Поэтому судьи Конституционного Суда и заимствуют опыт европейских коллег, и возможно, до поры до времени.

Рассмотрим постановления Конституционного Суда РФ по сути это и есть Конституция РФ, нормы, которые уточняют ее, делают более объективной и понятной для всех и каждого. Все соглашаются в общеобязательности этих постановлений. И решения Конституционного Суда РФ хоть всеми и при-

знаются, но от этого нормами права не становятся, по крайней мере, официально не признаются.

А вот судья Конституционного Суда Б.С. Эбзеев считает, что решения Конституционного Суда РФ фактически имеют прецедентное значение. Например, решение Конституционного Суда РФ касательно регистрации в г.Москва граждан России. Неоднократно мэру Москвы Конституционный Суд РФ указывал на то, что запрещено каким-либо образом ограничивать перемещение и проживание граждан в Российской Федерации, определенное Конституцией РФ.

В своих решениях Конституционный Суд РФ ведет политику предсказуемости по правам и свободам закрепленным в Конституции РФ, что бы граждане и гости нашей страны в полной мере понимали, что правовое поле в России всегда поддерживается на должном уровне через решения Конституционного Суда РФ. Только через определенную стабильность в экономической, политической, социальной и других сферах возможно процветание страны, и это достигается через вполне конкретные конституционные позиции Конституционного Суда РФ в отношении всех норм права.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Что же касается Верховного Суда РФ, то и там мы наблюдаем черты судебного прецедента. Например, В.М. Жуйков говорил, что хоть официально решения судов и не являются источниками права, но на практике мы как раз видим правотворчество Верховного Суда РФ, исходя, в том числе, и из того, что нижестоящие суды пользуются опубликованной практикой Верховного Суда РФ по факту, именно как источником права. Эта практика Верховного Суда РФ используется всеми нижестоящими судами для устранения пробелов в российском законодательстве, а так же считается судами неким ориентиром; Верховный Суд РФ уточняет и объясняет применение и толкование права4.

Если мы этот аспект перенесем в плоскость нашего членства в Совете Европы, а именно ратификации Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, то получается, что определенность в использовании или неиспользовании решений Европейского Суда по правам человека в судах идентична ситуации с Котом Шрёдинге-ра, австрийского физика-теоретика, т.е. понимание Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод происходит именно с вероятностью наступления того или иного события, а так же понимания судом. И мы не сможем порой правильно понять норму законодательства, пока Европейский Суд по правам человека не укажет нам, как же именно надо её понимать, столкнувшись с конкретным вопросом.

Рассматривая Постановления пленумов Верховного Суда РФ, мы также видим, что он играет роль некого толкователя права, который систематизирует

свои постановления и следит, чтобы нижестоящие суды следовали в соответствии с его решениями. Получается, что Верховный Суд РФ выступает как суд с полномочиями издавать прецеденты или решения, на прецедент похожие. Обратимся к Конституции РФ. В ст. 126 установлено, что Верховный Суд РФ осуществляет в предусмотренных федеральным законом процессуальных формах судебный надзор за деятельностью судов общей юрисдикции и дает разъяснения по вопросам судебной практики. Как мы видим, на основании мнения Верховного Суда РФ происходит разъяснение применения права и, что важно, дает нижестоящим судам разъясняется что нужно и как нужно. Невооруженным взглядом видим некую аналогию решений Верховного Суда РФ в своих Постановлениях пленума и Европейского Суда по правам человека в своих решениях по толкованию Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Получается, под воздействием Европейского Суда по правам человека идет формирование устойчивых навыков касательно прецедента. И хоть официально считается, что суды не имеют правотворческой деятельности, реально она существует и через Конституционный Суд РФ и Верховный Суд РФ оказывает влияние на трансформацию права в соответствии с правовыми позициями судов.

И даже если Конституция РФ не придает какого-либо статуса решениям Верховного Суда РФ, но в практике судов существуют традиции, согласно которым решения Верховного Суда РФ выступают ориентиром не менее влиятельным, чем нормативные акты России. То, что разъясняет Верховный Суд РФ для всех российских судов, оказывает сильное влияние на вынесение решений судами; судьи смотрят, что и как определяет практика Верховного Суда РФ.

Литература

1. Конституция Российской Федерации. Консультант плюс. 2013.

2. Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. Консультант плюс. 2013.

3. Венская Конвенция о праве международных договоров от 23 мая 1963 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. 1986. № 37. Ст. 772.

4. Федеральный Конституционный закон от 21 июля 1994 г. «О Конституционном Суде Российской Федерации». Консультант плюс. 2013.

5. Федеральный Конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» от 31 декабря 1996 г. Консультант плюс. 2013.

6. Федеральный закон от 30 марта 1998 г. «О ратификации Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» // СЗ РФ. 1998. № 14. Ст. 1514.

7. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5 2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и меж-

дународных договоров Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2003. № 12.

8. Тункин Г.И. Теория международного права. М.: Зеркало, 2000. 75 с.

9. Доклад Уполномоченного по правам человека за 2012 г. Российская газета. Федеральный выпуск № 6044.

10. Витрук Н.В. Конституционное правосудие. М., 1998. С.316-321.

1 Тункин Г.И. Теория международного права. М.: Зеркало, 2000. 75 с.

2 Витрук Н.В. Конституционное правосудие. М., 1998. С. 316-321.

3 Интернет-конференция Председателя КС РФ Баглая М.В. 29 января 2003 г.

4 Жуйков В.М. Судебная защита прав граждан и юридических лиц. М., 1997. 145 с.

ОБЩЕСТВЕННЫЙ КОНТРОЛЬ ЗА ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

АННА ЮРЬЕВНА ЗВОНАРЕВА,

адъюнкт кафедры теории и социологии управления органами внутренних дел Академии управления МВД России Научная специальность 22.00.08 — социология управления Научный руководитель и рецензент: доктор социологических наук Коробов В.Б.

E-mail: zvonareva.a.u@yandex.ru

Аннотация. Анализируются проблемы осуществления общественного контроля за деятельностью органов внутренних Ключевые слова: общественный контроль, общественное мнение, органы внутренних дел.

Одним из приоритетных направлений деятельности органов внутренних дел, как было отмечено Министром внутренних дел, генерал-полковником полиции В.А. Колокольцевым на расширенном заседании коллегии МВД России 21 марта 2013 г., является принятие целенаправленных мер по усилению общественного контроля за деятельностью ОВД, осуществлению конструктивного диалога с институтами гражданского общества. В 2013 г. были обновлены составы Общественных советов, проводился постоянный мониторинг мнения граждан и средств массовой информации о работе полиции, принята новая система оценки деятельности территориальных органов МВД России1.

Система общественного контроля включает в себя внутренний и внешний общественный контроль. Внутренний общественный контроль — деятельность общественных формирований системы МВД России (общественных и наблюдательных советов и т.п.), направленная на выявление недостатков, ошибок и злоупотреблений в их работе и принятие на этой основе необходимых решений. Внешний общественный контроль — организованный процесс наблюдения гражданами и их объединениями за должным и легитимным исполнением

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

органами внутренних дел своих функций, принятие необходимых мер по изменению этой деятельности в целях защиты интересов общества и граждан, реализации их потребностей

Изучение общественного мнения является одной из форм внешнего общественного контроля, наряду с непосредственным участием граждан в охране общественного порядка, деятельностью внешних специализированных организаций и т.д.

По мнению П.В. Десятых, основная теоретическая проблема в осуществлении общественного контроля за деятельностью органов внутренних дел заключается в специфической трактовке категории «контроль».

Традиционно контроль определяется как систематический процесс, посредством которого регулируется деятельность системы, организации, обеспечивается их соответствие планам, целям и нормативным показателям. Обязательными элементами в содержании контроля являются: установление стандартов деятельности системы, подлежащих проверке; сопоставление достигнутых результатов с ожидаемыми результатами; корректировка управленческих процессов, если достигнутые результаты существенно отличаются от установленных стандартов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *