УПК ст 73

При производстве по уголовному делу необходимо установить определенный круг обстоятельств, который имел либо не имел место в прошлом.

Данный перечень обстоятельств, который необходимо установить в результате процесса доказывания, в теории уголовного процесса именуется предметом доказывания (thema probandi). Весь перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовным делам, является общим как для дознавателя, следователя, прокурора, так и для суда. Поэтому предмет доказывания представляет собой совокупность фактических обстоятельств, которые необходимо установить для принятия соответствующего решения по уголовному делу. Уголовно-процессуальный кодекс 2001 г. расширил, по сравнению с УПК РСФСР 1960 г., данный перечень подлежащих доказыванию обстоятельств. Каждое обстоятельство, подлежащее доказыванию, является существенным для уголовного дела и должно быть исследовано как дознавателем, следователем, прокурором, так и судом. Но при этом приговор будет основываться лишь на тех доказательствах, которые были исследованы только в судебном заседании судом (ст. 240 УПК).

Многие обстоятельства, которые подлежат доказыванию по уголовному делу, должны определять содержание обвинительного акта, обвинительного заключения и приговора. Кроме того, обстоятельства, подлежащие доказыванию, применяются и при разрешении ходатайств, жалоб, представлений.

Так, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию:

  • 1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления);
  • 2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы;
  • 3) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого;
  • 4) характер и размер вреда, причиненного преступлением;
  • 5) обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния;
  • 6) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание;
  • 7) обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания;
  • 8) обстоятельства, подтверждающие, что имущество, подлежащее конфискации в соответствии со ст. 104.1 УК, получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия преступления либо для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации).

Часть обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовным делам, по своей значимости будут называться главными факторами доказательств. К таким факторам будут относиться: событие преступления, виновность лица в совершении преступления, обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; характер и размер вреда, причиненного преступлением; обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания. Существуют еще и промежуточные факторы доказательств. При доказательстве убийства к ним относят, например, угрозу убить, высказанную определенным лицом убитому.

При производстве предварительного расследования и судебного разбирательства по уголовному делу дознаватель, следователь, прокурор и суд обязаны выяснить все обстоятельства, перечисленные в ст. 73 УПК. Но каждый пункт перечня ст. 73 УПК охватывает группу обстоятельств, которые могут иметь значение для разрешения нескольких вопросов. Среди всех обстоятельств, подлежащих доказыванию, в первую очередь, должны быть установлены обстоятельства, относящиеся к событию преступления. Так, при доказывании события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК) необходимо установить:

  • а) имело ли место определенное событие, которое указывается в конкретной статье Особенной части УК (смерть человека, причинение какого-либо вреда здоровью, совершение тайного хищение чужого имущества и т.д.), т.е. имело ли место деяние, попадающее под признаки ст. 14 УК (понятие преступления);
  • б) каковы последствия этого события, т.е. какой вред или ущерб был причинен этим событием (наступившая смерть, наличие какого-либо вреда здоровью, отсутствие у собственника похищенного имущества и т.д.);
  • в) наличие причинной связи между событием преступления и наступившими последствиями.

Кроме того, в предмет доказывания по уголовному делу входит совокупность обстоятельств, характеризующих и внешние признаки исследуемого события, — время, место, характер и способ действий участников преступления (включая и последующие действия по сокрытию содеянного, сбыту похищенного и т.д.). Данный перечень не ограничен обстоятельствами, которые должны быть установлены по каждому уголовному делу, и они не являются исчерпывающими. В случаях, когда данные обстоятельства входят в диспозицию конкретной статьи Особенной части УК, то они становятся обязательными и их необходимо также доказывать. В частности, одним из таких обстоятельств выступает время совершения преступления. Под временем совершения преступления признается ряд слагаемых тождественных деяний, которые направлены на достижение единой цели и своей совокупностью образуют единое преступление. Время совершения преступления в одних случаях будет являться одним из признаков преступления. В других случаях установление точного времени преступления важно для решения вопроса о том, находилось ли лицо на месте преступления в момент его совершения или нет, т.е. для установления алиби этого лица.

Например, для определения ответственности за самовольное оставление части или места службы (ст. 337 УК) законодателем четко установлено время, в течение которого может длиться это деяние, — свыше двух, но не более 10 суток, и, поэтому, одним из обстоятельств, которое подлежит доказыванию по делам об этом преступлении, является время оставления воинской части или места службы.

Под местом совершения преступления понимают пространство, которое может быть чем-то или кем-то занято и на котором что-то происходит, находится или где-то может располагаться, а также участок или местность на земной поверхности. Место совершения преступления уже определено в самих нормах статей Особенной части УК.

Так, при расследовании преступления, связанного с нарушением правил охраны рыбных запасов (ст. 257 УК), местом преступления будут являться водоемы, которые используются для промысловой добычи рыб или имеют значение для воспроизводства рыбных запасов.

Место преступления имеет значение и при разграничении оконченных составов преступления от неоконченных составов. Так, при совершении краж на охраняемых объектах и территориях преступления не могут считаться оконченными, пока имущество не вынесено с охраняемого объекта. Попытка вынести похищенное имущество за пределы предприятия образует покушение на кражу.

Способ совершения преступления представляет собой совокупность определенных приемов и методов, которые использует виновный, совершая общественно опасное деяние. В некоторых случаях в способ совершения преступления может входить применение виновным конкретных орудий и средств преступления. Наиболее часто встречающими способами совершения преступления могут быть: насилие над личностью, угроза применения насилия, обман или злоупотребление доверием, использование служебного положения и т.д. Так, одним из способов убийства является совершение убийства с особой жестокостью (п. «д» ч. 2 ст. 105 УК).

Одним из обстоятельств, подлежащих доказыванию, будет являться и обстановка совершения преступления. Под обстановкой совершения преступления понимают условия совершения какого-либо деяния. Так, при расследовании преступления, связанного с оставлением погибающего корабля (ст. 345 УК), необходимо установить, что преступление совершалось в обстановке, влекущей гибель военного корабля. При расследовании убийства, совершенного в состоянии аффекта (ст. 107 УК), устанавливается обстановка, которая, как правило, создается противоправным поведением потерпевшего и под действием которой совершает деяние виновный.

Установление виновности лица в совершении преступления подразумевает под собой доказывание двух обстоятельств, входящих в предмет доказывания: должны быть установлены, во-первых, лицо, совершившее преступление, т.е. субъект преступления, а, во-вторых, его виновность, т.е. субъективная сторона преступления.

В зависимости от конкретного обстоятельства уголовного дела должно быть доказано, что лицо является субъектом преступления (ст. 19 УК), т.е. имеются в наличии признаки субъекта: вменяемость и достижение определенного возраста-16 лет, а за отдельные преступления — 14 лет. В случае если речь идет о преступлении, где ответственность несет только специальный субъект (должностное лицо, военнослужащий), необходимо установить признаки, которые характеризуют специальный субъект преступления.

Для установления фактов, характеризующих субъективную сторону совершенного лицом деяния, нужно доказать, умышленно или неосторожно совершено преступление. При исследовании обстоятельств, предусмотренных п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК, необходимо учитывать включение в УК нормы о невиновном причинении вреда. В этой связи подлежит проверке версия о том, что лицо не предвидело и не могло предвидеть общественной опасности своего деяния либо предвидело, но не могло предотвратить его общественно опасные последствия в силу несоответствия своих психофизиологических качеств требованиям экстремальных условий или нервно-психическим перегрузкам.

При установлении цели преступления необходимо учитывать все обстоятельства, характеризующие действия лица, включая подготовительные действия, способы и орудия преступления. В частности, по делам о преступлениях против личности существенными являются: сила, с которой наносились удары, многократность нанесения, локализация повреждений, знание лицом болевых приемов и т.д. Существенны также содержание высказываний; количество однородных эпизодов; взаимоотношения с потерпевшим; наступившие последствия (но нельзя исходить только из этого, так как иначе покушение на тяжкое преступление можно принять за оконченное менее тяжкое преступление) и т.д.

Мотив, как обстоятельство, подлежащее доказыванию, представляет собой обусловленную определенными потребностями и интересами внутреннею силу, способную вызвать улица решимость совершить преступление. Мотив преступления подлежит установлению и доказыванию. При этом выводы о мотивах преступления не могут быть основаны на предположениях, не подкрепленных доказательствами по уголовному делу. По некоторым делам мотив — необходимый признак состава преступления. Часто знание мотива необходимо для разграничения составов, имеющих сходные признаки (хулиганство и причинение легких телесных повреждений). В силу требований УК характер побуждений может быть обстоятельством, отягчающим или смягчающим наказание, или свидетельствовать об отсутствии общественной опасности действий. Наличие или отсутствие у лица мотива к совершению определенных действий имеет значение для доказывания виновности. Доказательства наличия у лица определенного мотива должны приводиться в обвинительном акте, обвинительном заключении, постановлении (определении) о прекращении дела и в приговоре. Так в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора должно содержаться описание мотивов, целей и последствий преступления (ст. 307 УПК), а оправдательного приговора-лишь мотивы, по которым суд отвергает доказательства, предъявленные стороной обвинения (ст. 305 УПК).

Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, могут повлиять на степень и характер ответственности. Личность обвиняемого должна быть в первую очередь выявлена в стадии предварительного расследования, совместно со всеми обстоятельствами, которые характеризуют его. Выяснение в подготовительной части судебного заседания иных сведений о личности подсудимого не освобождает суд от обязанности исследовать в ходе судебного следствия в соответствии со ст. 73 УПК обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, которые имеют значение как для назначения наказания, вида исправительной колонии, признания рецидива преступлений так и для разрешения других вопросов, связанных с постановлением приговора.

К иным сведениям о личности подсудимого относят: данные об имеющейся у подсудимого инвалидности, наличии у него государственных наград, почетных, воинских и иных званий, о прежних судимостях. Когда лицо, в отношении которого имеются основания для предъявления обвинения, не сообщает данных для установления личности или сообщает ложные данные, а возможности установления личности следственным путем в установленные сроки исчерпаны, в процессуальных документах следует указать: «лицо, именующее себя…» или «лицо, отказавшееся себя назвать» и зафиксировать признаки внешности, достаточные для идентификации (в том числе папиллярные узоры). В обвинительном акте, в обвинительном заключении и в приговоре должны быть указаны и оценены такие обстоятельства, как явка с повинной; активное способствование раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления, другие обстоятельства, свидетельствующие об осознании лицом общественной опасности содеянного и стремлении исправиться. При наличии данных о том, что лицо в силу физических или психических недостатков не может само осуществить свое право на защиту, это обстоятельство включается в предмет доказывания. Существенны также обстоятельства, связанные с личностью потерпевшего, облегчавшие действия преступника и увеличивавшие их общественную опасность, в том числе: малолетие потерпевшего (до 14 лет) или преклонный (т.е. пенсионный) возраст; физические или психические недостатки, болезненное состояние; нахождение на иждивении виновного, подчинение ему по службе и т.п., если эти обстоятельства были использованы при совершении преступления.

Характер и размер вреда, причиненного преступлением, в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК также должен входить в предмет доказывания по уголовным делам. От установления размера ущерба зависит квалификация преступления, степень вины и тяжесть наказания, а также определение ущерба, который подлежит возмещению. В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК должны быть установлены наличие и характер ущерба (морального, физического, материального), причинная связь между содеянным и ущербом, размер материального ущерба, наличие и местонахождение имущества, которое может быть обращено в возмещение ущерба.

Под моральным вредом, который подлежит доказыванию по уголовным делам, действующее законодательство понимает нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина’.

Особенностью предмета доказывания, связанного с характером и размером ущерба, причиненного преступлением (п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК), являются те положения, которые изложены потерпевшим в гражданском иске. Исследование всех обстоятельств, связанных с характером и размером ущерба, должно производиться по правилам доказывания, установленными УПК. Незаконным является отказ от рассмотрения иска ввиду непредставления гражданскими истцами документов, подтверждающих наличие и размер причиненного ущерба. Обязанность доказывания этих обстоятельств лежит на органе, осуществляющем производство по делу.

По делам о преступлениях, которыми причинен вред здоровью потерпевшего, выясняется степень тяжести вреда и наступившие последствия; степень расстройства психической деятельности, если оно имело место в результате преступления, средства, затраченные на лечение, уход и т.д.

По делам об имущественных преступлениях в предмет доказывания включается не только реальная стоимость похищенного, исчисленная по существующим правилам, но и обстоятельства, характеризующие субъективную ценность похищенного для потерпевшего, и последствия, которые наступили или могли наступить для хозяйственной деятельности потерпевшего, его лечения, обеспечения жизнедеятельности семьи, особенно малолетних и нетрудоспособных ее членов. Причиненный ущерб сопоставляется с имущественным положением и доходами потерпевшего.

К числу обстоятельств, которые в силу п. 5 ч. 1 ст. 73 УПК входят в предмет доказывания по уголовным делам, относятся также обстоятельства, которые исключают преступность и наказуемость деяния. Данное положение в качестве предмета доказывания по уголовным делам используется законодателем впервые. Уголовное право под обстоятельствами, исключающими преступность деяния, понимает общественно-полезные и целесообразные действия, направленные на устранение угрозы, созданной для существующих общественных отношений, и стимулирование полезной деятельности. Действующее уголовное законодательство относит к таким обстоятельствам необходимую оборону (ст. 37 УК), причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление (ст. 38 УК), крайнюю необходимость (ст. 39 УК), физическое или психическое принуждение (ст. 40 УК), обоснованный риск (ст. 41 УК), исполнение приказа и распоряжения (ст. 42 УК). К другой группе обстоятельств, которые исключают преступность и наказуемость деяния и входят в предмет доказывания по уголовным делам, законодатель относит такую группу обстоятельств, которая связана с признаками преступления или с составом преступления. Это в первую очередь обстоятельства, указывающие на малозначительность деяния (п. 2 ст. 14 УК), добровольный отказ от преступления (ст. 31 УК), декриминализация деяния, исключающая уголовную противоправность, а также отсутствие признаков состава преступления, т.е. совершение общественно опасного деяния лицом, не достигшим возраста уголовной ответственности, в состоянии невменяемости или лицом, которое не является специальным субъектом состава преступления.

Так, при расследовании дел о взяточничестве судам надлежит тщательно исследовать, какие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции (постоянно или временно) выполняло лицо, привлеченное к ответственности за получение взятки. Под организационно-распорядительными функциями понимают руководство коллективом, расстановку и подбор кадров, организацию труда или службы подчиненных, поддержание дисциплины, применение мер поощрения и наложение дисциплинарных взысканий. К административно-хозяйственным функциям могут быть, в частности, отнесены полномочия по управлению и распоряжению имуществом и денежными средствами, находящимися на балансе и в банковских счетах организаций и учреждений, воинских частей и подразделений, а также совершение иных действий: принятие решений о начислении заработной платы, премий, осуществление контроля за движением материальных ценностей, определение порядка их хранения и т.п.

Кроме того, к данной группе обстоятельств, входящих в предмет доказывания в силу п. 5 ч. 1 ст. 73 УПК, будут относиться такие обстоятельства, которые связаны с общественно опасным деянием в силу закона. Речь идет о тех действиях или бездействии, которые будут иметь под собой признаки определенных составов преступлений, но они не должны признаваться преступными, поскольку являются правомерными и направлены на восстановление своего положения.

К ним можно отнести неправильный призыв на военную службу. Так, например, Военная коллегия Верховного Суда РФ правомерно признала отсутствие в действиях М. состава воинского преступления, поскольку М. отказался от выполнения обязанностей по военной службе по религиозным убеждениям, но при этом готов на замену военной службы альтернативной службой. И поскольку Конституция РФ, как об этом указано в ее ч. 1 ст. 15, имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории России, а все законы и правовые акты, применяемые на ее территории, не должны противоречить Конституции РФ, руководствуясь ч. 3 ст. 59 Конституции РФ, обоснованно было признано об отсутствии в действиях М. состава воинского преступления.

Установление обстоятельств, смягчающих и отягчающих уголовное наказание, предусмотренных ст. 61 и 62 УК, означает, что дознаватель, следователь, прокурор и суд обязаны установить эти обстоятельства не только в силу п. 6 ч. 1 ст. 73 УПК, но и для назначения наказания (ч. 3 ст. 60 УК). При этом необходимо иметь в виду, что они должны быть указаны в обвинительном акте, в обвинительном заключении и в приговоре суда. Установление обстоятельств, предусмотренных ст. 61 и 63 УК, означает, что все они являются существенными. Кроме того, наряду с установлением объективной стороны обстоятельств, отягчающих наказание, предмет доказывания должен включать установление или опровержение факта осознания их обвиняемым (подсудимым).

Уголовный кодекс 1996 г. в отличие от ранее действовавшего ограничился указанием на то, что состояние опьянения (одурманивания) не освобождает от уголовной ответственности (ст. 23 УК). Тем не менее, установление наличия или отсутствия соответствующего состояния обвиняемого во время совершения преступления является обязательным в силу ст. 73 УПК, поскольку проясняет механизм события. В случаях, когда лицо оказалось в состоянии опьянения (одурманивания) помимо своей воли (например, подросток приведен в указанное состояние подстрекателем), это может способствовать смягчению наказания. Не исключается и назначение психолого-психиатрической экспертизы, чтобы выяснить влияние состояния опьянения (одурманивания) с учетом конкретных обстоятельств, связанных со свойствами личности, на способность лица к осознанному управляемому поведению.

Обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания, в силу п. 7 ч. 1 ст. 73 УПК также подлежат доказыванию и входят в предмет доказывания по уголовным делам. Данную группу обстоятельств условно можно разделить на две группы. В первую группу обстоятельств, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности, уголовно-процессуальное законодательство включает следующие виды обстоятельств, связанные:

От уголовной ответственности может быть освобожден подозреваемый, обвиняемый на основании постановлений, которые вынесены органом дознания, дознавателем, следователем на стадии предварительного расследования, а также подсудимый — на основании постановления (определения) судьи (суда).

Ко второй группе обстоятельств, которые влекут за собой основания освобождения от уголовного наказания в силу п. 7 ч. 1 ст. 73 УПК и входят в предмет доказывания по уголовным делам, относятся обстоятельства, связанные:

  • 1) с условно-досрочным освобождением от наказания (ст. 79 УК);
  • 2) заменой неотбытой части наказания более мягким видом наказания (ст. 80 УК);
  • 3) болезнью (ст. 81 УК);
  • 4) отсрочкой отбывания наказания беременной женщине а также женщине и являющемся единственным родителем мужчине, имеющим малолетних детей (ст. 82 УК);
  • 5) освобождением от отбывания наказания в связи с истечением срока давности обвинительного приговора суда (ст. 83 УК).

К последней группе обстоятельств, подлежащих доказыванию, относят обстоятельства, подтверждающие, что имущество, подлежащее конфискации в соответствии со ст. 104.1 УК, получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия преступления либо для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации). В данном случае речь идет о деньгах, ценностях, ином имуществе, которые в соответствии с уголовно-процессуальным законом признаны вещественными доказательствами по уголовному делу.

Доказыванию по уголовному делу подлежат также обстоятельства, способствовавшие совершению преступлений. Одним из таких обстоятельств являются причины и условия, способствовавшие совершению преступления. По многим уголовным делам причины и условия могут входить в характеристику объективной и субъективной сторон преступного деяния. Так, к примеру, выяснению подлежат такие обстоятельства, как: возникновения у лица антиобщественных взглядов и привычек, проявившихся в преступлении (например, влияние бытовой среды); непосредственно вызвавшие формирование преступного умысла (например, подстрекательство); облегчившие действие источников отрицательных влияний (например, недостатки профилактической работы); облегчившие реализацию преступного умысла (например, недостатки учета и охраны, наличие лиц, вступивших в незаконные сделки с преступниками, бездействие очевидцев преступления и т.д.); а также конкретная ситуация, в которой было совершено преступление (например, связанная с поведением потерпевшего).

К числу обстоятельств, непосредственно относящихся к предмету доказывания, которые определены ст. 73 УПК, относятся и обстоятельства, характеризующие взаимоотношения свидетеля с обвиняемым и потерпевшим, объясняющие противоречия в показаниях и т.д., а также обстоятельства, способные повлиять на обеспечение прав участвующих в деле лиц. К ним относятся: факт заболевания, лишающего лицо возможности в полной мере осуществлять право на защиту, факт несвободного владения языком, на котором ведется судопроизводство, и т.д.

Введение к работе

Актуальность темы исследования. Глубочайшие социально-политические и экономические изменения в России повлекли за собой развитие двух протнвополокных тенденций: с одной стороны, небывалый раз мах преступности, ее услоанение, «интеллектуализацию», упрочение ее организационных основ, расширение сфер преступной деятельности, приобретение ею мекдународного характера, с другой — процесс нарастания демократизации общества, расширение и углубление прав и свс бод человека, строительство правового государства. И та,и другая тенденции определяют высокие требования, предъявляемые к уголовно-процессуальному доказыванию: без эффективного и качественного доказывания события преступления, виновности обвиняемого, иных значимых для разрешения уголовного дела обстоятельств невозможно сде| кивание преступности, а такке сохранение процесса демократизации и упрочение правовых основ общественной жизни.

Вместе с таи, многие проблемы, связанные с доказыванием по уголовным делам, остаются остродискуссионными. Основные понятия теории доказывания трактуются учеными по-разному. Это относится и к понятию доказательств, и к сущности доказывания, и к соотношению доказывания и познания по уголовным делам, и к соотношению доказательственной деятельности и криминалистической, и к структуре

4 предмета доказывания, а также сущности и содврванию какдого из его элементов.

Наибольшее число научных работ было посвящено доказыванию виновности обвиняемого, т.е. второго элемента предмета доказывания (ст.68 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР) . Доказыванию ке первого элемента — события преступления, как он обозначен в действующем законе, — в юридической литературе уделено значительно меньше внимания.

Значение события преступления как элемента предмета доказывания определяется тем, что установление его позволяет продолжить процесс доказывания по делу далее. Действительно, в первую очередь необходимо решить вопрос о том, было ли событие, есть ли предмет разбирательства, и лишь потом возможно изобличение виновных и решение всех других необходимых вопросов уголовного дела. Процесс доказывания по уголовному делу не мокет продолжаться, если не установлен данный элемент предмета доказывания. Если ве будет достоверно установлено отсутствие события преступления, то процесс доказывания на этом прекратится. Именно поэтому законодатель ставит событие преступления на первое место при конструировании предмета доказывания по уголовным делам.

В некоторых случаях предмет уголовно-процессуального доказывания Еообще ограничивается только событием преступления. Речь идет, например, о возобновленных уголовных делах о реабилитации незаконно и необоснованно осувденных, что является весьма актуальным в связи с широким процессом реабилитации кертв незаконных репрессий тоталитарного регшма. По таким делам зачастую необходимо доказать лишь отсутствие события преступления, и процесс доказывания на этом заканчивается.

Следует также отметить особую значимость установления отсутствия события преступления на стадии возбукдения уголовного дела, т.к. одним из оснований отказа в возбуждении уголовного дела является отсутствие события преступления. В токе время, как показывает практика правоохранительных органов, многие следователи не ориентируются в сущности оснований, исключающих производство по уголовному делу, не понимают гносеологических различий, залокенных в п.1 и п.2 ст.5 УПК.

Вое изложенное свидетельствует об актуальности поставленной проблемы, теоретической и практической ее значимости. Именно это

Г. Далее: УПК.

5 и обусловлено выбор темы для диссертационного исследования.

Цель и задачи исследования. Целью настоящей работы является предложение и обоснование разрешения теоретических и практических проблем доказывания следователем объективных признаков преступления в комплексном (процессуально-правовом и криминалистическом) плане. В соответствии с этим автор сформулировал следующие задачи своего исследования:

изучение «события преступления» как уголовно-процессуальной категории, ее сущности, структуры, значения;

выяснение соотношения «события преступления» и «виновности обвиняемого» как элементов предмета доказывания по уголовным делам;

выявление сущности обстоятельства, исключающего производство по уголовному делу, предусмотренного пЛ ст.Б УПК («за отсутствием события преступления»);

выяснение соотношения «отсутствия события преступления» и «отсутствия в деянии состава преступления»;

‘- исследование сущности доказывания события преступления на досудебных стадиях уголовного процесса;

— выяснение соотношения доказывания и познания события преступ
ления;

‘ — исследование структуры и содержания доказывания следователем события преступления;

-анализ имеющихся мнений, относительно понятия «средство доказывания»,-

выявление корреляционных связей;/ мекду процессуальной и криминалистической сторонами доказывания события преступления на досудебных стадиях уголовного процесса;

исследование основных средств доказывания следователем события преступления, определение путей их развития;

обоснование и формулирование соответствующих законодательных предложений.

Методологическую основу исследования составляют материалистическая диалектика, материалистическая гносеология, теория отракени* В ходе работы применялись системно-структурный, конкретно-социологический, сравнительно-правовой метод, метод толкования, а также другие методы и процедуры научных исследований.

В работе использована отечественная литература по философии,

общей теории права, уголовному праву, уголовно-процессуальному праву и криминалистике.

Издокенные в работе выводы основываются на анализе Конституции Российской Федерации, действующего уголовного и уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, законодательства бывшего Союза ССР, а также «Концепции судебной реформы в Российской Федерации» и проектов уголовного и уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации.

Эмпирическая база исследования. В процессе работы над диссертацией изучено и обобщено 300 материалов по уголовным делам, проинтервьюировано более 150 следователей г.Ворснека и Воронежской области, использовались личный опыт следственной работы автора, статистические данные Щ УВД Воронеяской областной администрации, данные анкетирования работников следственных органов.

Новизна данного диссертационного исследования заключается в том, что оно является комплексным исследованием процессуально-правовых и криминалистических проблем установления события преступления на досудебных стадиях уголовного процесса. В работе исследованы место и роль, сущность и структура «события преступления» как уголовно-процессуальной категории, на базе чего обоснована необходимость изменения уголовно-процессуального законодательства при конструировании предмета доказывания и обстоятельств, исключающих производство по уголовному делу; предпринят сущностный подход к определению доказывания следователем события преступления, на основе чего выработана новая дефиниция; предлокен новый взгляд на соотношение познания и доказывания объективных признаков преступления на досудебных стадиях уголовного процесса; исследованы структура и со -держание доказывания объективных признаков преступления на досудебных стадиях уголовного процесса; исследованы основные средства доказывания объективных признаков преступления, применяемые следователем, и предлэкены некоторые пути их совершенствования и развития.

С учетом изложенного на защиту выносятся следующие основные [толокения:

— при законодательном конструировании предмета доказывания термин «событие преступления» необходимо заменить на «объективные признаки преступления», т.к. событие преступления по смыслу ст.68 (Ж не является фактом совершения преступления, поскольку преступ-

7 ленив — это всегда виновное деяние, но «виновность обвиняемого» является самостоятельным элементом предмета доказывания. Соответственно, второй элемент предмета доказывания должен быть сформулирован как «субъективные признаки преступления»;

«отсутствие события преступления», как обстоятельство, исключающее производство по уголовному деду, по смыслу действующего законодательства не означает отсутствие факта совершения преступления, а только деяния, наличие которого предполагалось и которое, как считал субъект доказывания,подпадает под внешние признаки какого-либо состава преступления. В связи с этим, п.1 ст.5 УПК предлагается сформулировать: «за отсутствием деяния»;

нельзя отождествлять доказывание и познание объективных признаков преступления или выводить сущность доказывания объективных признаков преступления из юс познания, потому, что познание и доказывание — это различные стороны (хотя и одного процесса) как в обыденной кизни, так и в сфере юриспруденции. Вместе с тем их не следует и строго противопоставлять друг другу, т.к. они в конечном счете являются элементами исследования, установления объективных признаков преступления и пересекаются в сфере использования уголовно-релевантной информации. С точки зрения сущности доказывание события преступления на досудебных стадиях уголовного процесса — это информационно-познавательная, удостоверительная, обосновательная деятельность следователя, направленная на достижение достоверного знания об объективных признаках расследуемого происшествия;

по своему содержанию доказывание события преступления ка досудебных стадиях уголовного процесса представляет собой осуществляемые следователем собирание (формирование), проверку, оценку доказательств наличия или отсутствия объективных признаков преступления и обоснование соответствующих выводов при принятии решений об отказе в возбуждении уголовного дела, о его прекращении за отсутствием события преступления, о привлечении лица в качестве обвиняемого, о прекращении уголовного дела по нервабилитирущим основаниям, при составлении обвинительного заключения;

понятие средств доказывания события преступления на досудебных стадиях уголовного процесса является многогранным. Речь может идти о доказательствах, подтверждающих наличие или отсутствие внешних признаков преступления, либо о самих фактах, установленных доказательствами, либо о способах получения и использо-

8 вания таких доказательств;

к способам получения доказательств события преступления на досудебных стадиях уголовного процесса следует подходить и с точки зрения процессуальной формы, и с позиций рекомендаций, выработанных криминалистами. Данное положение вытекает из понимания доказывания как процесса, имеющего две стороны — процессуальную и криминалистическую. Поскольку сущность доказывания состоит не только в удостоверении и обосновании, но и в информационно-познавательной деятельности и один из элементов его содержания — собирание доказательств, постольку правомерно рассматривать доказывание события преступления на досудебных стадиях уголовного процесса не только как процессуальную деятельность, но и как криминалистическую;

для совершенствования средств доказывания (в понимании их как способов получения доказательствІ объективных признаков преступления на досудебных стадиях уголовного процесса необходимо отстоять нухность стадии возбуждения уголовного дела (в «Концепции судебной реформы» предполагается ее исключить), сформулировать более четко процессуальный характер действий3этой стадии, направленных на сбор доказательственного материала, разработать тактические и методические рекомендации их производства под углом ситуационного подхода;

развитие средств доказывания события преступления на досудебных стадиях уголовного процесса предполагает, в частности, возможность производства до возбуждения уголовного дела осмотра предметов и документов, полученных в порядке ст.70 УПК, а такяе экспертиз, в первую очередь судебно-медицинской, не требующих применения мер процессуального принуждения, признания в качестве самостоятельного следственного действия допроса специалиста, в качестве самостоятельного вида доказательств — показаний специалиста, а также обозначение в ст. 69 УПК показаний эксперта, расширение процессуального понятия документов, которое помимо письменных доказательств долгою включать в себя еще и наглядные: фото-, видео-, кинодокументы, документы, полученные с помощью голографии, компьютерной графики, признание в качестве самостоятельного вида доказательств материалов прослушивания телефонных и иных переговоров, полученных в ходе предварительного следствия, а сами эти действия -новыми следственными действиями.

9 Практическая значимость диссертации состоит в обосновании и формулировании рекомендаций работникам следственных органов по выбору оптимальных путей и средств доказывания объективных признаков преступления. Предлагаемые проекты правовых новелл могут быть использованы законодателем. Практическая значимость работы проявляется также в возможности обсуЕдения основных ее полокений в учебном процессе юридических вузов по дисциплинам криминалистического цикла.

Апробация результатов исследования. По теме диссертации опубликовано восемь научных статей. Основные положения ее доложены на четырех научных конференциях, используются автором при преподавании им курса криминалистики в Воронеаеком государственном университете.

Структура работы обусловлена задачами исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав (пяти параграфов), заключения, списка использованной литературы и прияоаения, включающего в себя результаты проведенного конкретно-социологического исследования, по изучаемой проблеме.

ФИЛОСОФСКО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ БОРЬБЫ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ

УДК 343.346 ББК 67.308

В. Д. Иванов, А. П. Бохан

ПРИЧИННАЯ СВЯЗЬ В ПРЕСТУПЛЕНИИ (НА ПРИМЕРЕ СТАТЬИ 264 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ)

В статье дано определение понятия причинной связи, имеющей уголовно-правовое значение, раскрыты ее признаки, приводится алгоритм установления причинной связи между совершенным общественно опасным деянием и наступившими общественно опасными последствиями. Авторы отмечают, что причинную связь в транспортных преступлениях следует считать установленной во всех случаях, когда нарушение соответствующих правил предшествовало наступлению вредного результата, являлось необходимым условием его наступления.

Ключевые слова: причинная связь, общественно опасное деяние, общественно опасные последствия, критерии причинной связи, необходимое условие, мысленное исключение, развитие цепи причинности.

CAUSALITY IN A CRIME (ON THE EXAMPLE OF ARTICLE C264

OF THE RUSSIAN CRIMINAL CODE)

Одним из сложных вопросов в уголовном праве остается установление причинной связи между совершенным общественно опасным деянием и наступившими общественно опасными последствиями.

Рассмотрение данного вопроса предлагаем начать с раскрытия понятия причинной связи и ее признаков. Под причинной связью, имеющей уголовно-правовое значение, надо понимать объективно существующую связь между общественно опасным деянием и наступившим последствием, когда деяние предшествует по времени последствию, является главным условием и создает реальную возможность его наступления, при этом последствие с неизбежностью, а не случайно, вытекает именно из данного деяния . В определении сформулированы следующие критерии (условия, или признака) причинной связи:

— определенная временная последовательность деяния и последствий. Для того чтобы привлечь лицо к уголовной ответственности за конкретное преступление, надо установить, что деяние, образующее объективную сторону этого преступления, во времени предшествовало общественно опасным последствиям;

— реальная возможность наступления в результате совершенного деяния конкретного последствия, то есть «…для установления необходимой причинной связи всегда следует выяснить реальную возможность наступления рассматриваемого события от совершенного действия» . Иначе говоря, «деяние, совершаемое виновным, должно быть главным условием причинения вреда общественным отношениям. Это значит, прежде всего, что в момент совершения лицом общественно опасного деяния в объектив-

ной действительности создается реальная возможность наступления последствий, предусмотренных в диспозиции уголовно-правовой нормы» ;

— неизбежность, состоящая в том, что наступивший преступный результат должен являться необходимым последствием совершенного деяния, так как «суд признает действия лица причиной наступившего общественно опасного последствия только в тех случаях, когда оно вытекало из совершенного обвиняемым действия» .

В данной статье мы рассмотрим эти процессы на примере нарушения Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств (ст. 264 Уголовного кодекса РФ), а именно установления причинной связи между допущенными нарушениями и наступившими последствиями. Особенность таких преступлений заключается в том, что их последствия могут быть обусловлены многими факторами, в числе которых поведение человека не всегда является причиняющим действием .

С другой стороны, правильное разрешение вопроса о причинной связи в большинстве случаев требует от следователя или суда наличия определенных познаний в области безопасности движения, эксплуатации механических транспортных средств, механики и иных дисциплин, непосредственно не связанных с юридической деятельностью.

В отличие от умышленных преступлений, установление причинной связи в которых, как правило, не составляет труда, поскольку действие, совершенное с определенной целью, непосредственно приводит к желаемому результату, в неосторожных преступлениях цель и преступный результат никогда не совпадают . И уже это определяет сложный характер зависимости поведенческих моментов и последствий, наступивших в результате несоблюдения определенных правил виновным лицом, ставя вопрос о соотношении необходимых и случайных последствий в рассматриваемых преступлениях.

Для установления причинной связи применяется метод необходимого условия, или мысленного исключения, то есть для решения вопроса о причинной связи в конкретном уголовном деле нужно «доказать тот факт, что действие или бездействие лица было необходимым условием наступления вредного последствия» . Суть данного метода сводится к следующему: суд мысленно оценивает, наступил бы или нет пре-

ступный результат в случае отсутствия нарушения правил дорожного движения со стороны субъекта. «Если суд придет к выводу, что при этом условии результат не наступил бы, значит, причинная связь есть и наоборот» .

Причинная связь по делам этой категории обладает довольно сложным характером. Специфика ее состоит в том, что в силу множественности факторов и наличия опосредующих звеньев в развитии цепи причинности последствия носят, как правило, ситуативный и во многом случайный характер, кроме того, не всегда адекватны степени тяжести нарушения соответствующих правил. Как показывают специальные исследования, насчитывается свыше 250 различных факторов, порождающих дорожно-транспортные происшествия . Установление причинной связи по этой категории дел с учетом отмеченных обстоятельств представляет трудность для судебной практики. Изучение ее показывает, что при решении данного вопроса каждое третье из всех решений по уголовным делам рассматриваемой категории, опубликованных в бюллетенях Верховных судов СССР, РСФСР и РФ, посвящено анализу причинной связи.

Так, например, Блинов А. Н. осужден за нарушение при управлении автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Судом установлено, что 17 октября 2005 года Блинов А.Н., подъезжая на автомобиле к дому № 31 по ул. Доваторцев в г. Ставрополе, нарушил Правила дорожного движения Российской Федерации и совершил наезд на переходившую проезжую часть дороги С., причинив тяжкий вред ее здоровью.

В кассационном представлении государственного обвинителя прокурора Штундера Д. П. содержится просьба об отмене приговора и о направлении дела на новое судебное разбирательство. По мнению прокурора, суд неправильно применил уголовный закон и необоснованно переквалифицировал действия осужденного с ч. 2 ст. 264 УК РФ на ч. 1 ст. 264 УК РФ, а также, анализируя другие исследованные в судебном заседании доказательства, прокурор полагает, что суд пришел к ошибочному выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями Блинова А. Н., нарушившего правила дорожного движения, и наступлением смерти потерпевшей С.

Проверив материалы уголовного дела, Апелляционная коллегия Верховного суда Российской Федерации не усмотрела оснований для удовлетворения кассационных жалоб и кассационного представления.

Судом были тщательно проверены доводы Блинова А. Н. о соблюдении им правил дорожного движения и наезде на потерпевшую С. в результате нарушения ею правил дорожного движения: перехода, как он утверждал, проезжей части дороги слева направо и попытки внезапно перебежать дорогу. Иными словами, он совершил наезд на пешехода в условиях, при которых не имел технической возможности предотвратить происшествие.

В результате суд пришел к обоснованному выводу о том, что Блинов А. Н., управляя автомобилем, нарушил требования абз. 1 п. 1.5, абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и совершил наезд на С., переходившую проезжую часть дороги справа налево по ходу движения его автомобиля. При этом обвиняемый располагал технической возможностью (при условии соблюдения правил дорожного движения) предотвратить наезд на пешехода путем своевременного экстренного торможения.

Момент возникновения опасности для водителя Блинова А. Н. в условиях данного дорожно-транспортного происшествия судом установлен правильно.

Суд верно определил, что потерпевшая, переходя проезжую часть дороги в сторону заезда во двор дома № 31 по ул. Доваторцев, находилась в зоне видимости Блинова А. Н. с начала движения по проезжей части, и именно с этого момента возникла опасность для него как водителя транспортного средства .

Причинная связь должна устанавливаться между деянием в форме нарушения соответствующих правил и наступившими последствиями. Однако сам факт нарушения Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств еще ни о чем не говорит. Судебная практика нередко сталкивается с ситуациями, когда нарушение правил налицо, но оно не находится в причинной связи с результатом: последствие наступило в результате действия иных причин (неправомерного поведения других участников движения, непреодолимой силы природы, скрытых дефектов транспортных средств и т. п.).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

При установлении причинной связи в составе совершенного преступления следует иметь в виду, что ее наличие (необходимая причинная

связь) либо отсутствие (случайная причинная связь) определяются особенностями обстановки совершения преступления или особым развитием ситуации, то есть случаем. Однако реализуется эта возможность только при определенном развитии ситуации.

Вместе с тем часто в судебной практике встречаются случаи, когда вредные последствия являются результатом совместных (но не согласованных) действий различных лиц — участников движения. В подобных случаях мы сталкиваемся с проблемой так называемого неосторожного со-причинения, когда нарушение правил со стороны одного лица, ставшее причиной нарушения тех же правил со стороны другого лица, находится в причинной связи с преступным результатом (причинение тяжкого вреда здоровью человека или причинение смерти одному или двум и более лицам). Даже с большой натяжкой эту причинную связь нельзя назвать прямой, необходимой, с неизбежностью повлекшей наступление преступных последствий. Она носит ярко выраженный опосредованный характер, тем не менее ее достаточно для обоснования уголовной ответственности.

В этой связи попытки некоторых криминалистов обосновать положение, согласно которому при нарушении правил дорожного движения двумя или несколькими лицами в причинной связи с наступившими последствиями могут находиться действия лишь одного из них, противоречат действующему законодательству и судебной практике . Нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее наступление последствий, перечисленных в диспозиции ст. 264 УК РФ, находится в причинной связи с результатом, даже если последствия наступили с участием других лиц. В противном случае достаточно большое число виновников аварий избежит уголовной ответственности, что может породить у них иллюзию безнаказанности.

Дискуссия о необходимом и случайном, их значимости для уголовно-правовой ответственности привела к появлению двух концепций причинности в уголовном праве. Сторонники теории «необходимого причинения» (А. М. Брайнин, М. И. Ковалев, А. А. Пионтковский, М. Д. Шар-городский и другие) считают, что ответственность за наступившие последствия возникает лишь тогда, когда они были «необходимыми, закономерными последствиями совершенного ли-

цом деяния, имели в нем свое основание». А представители другого направления (В. Н. Кудрявцев, В. С. Прохоров, Т. В. Церетели и другие) полагают, что лицо должно нести уголовную ответственность и за случайные последствия своего деяния, поскольку их можно предвидеть. Так, В. Н. Кудрявцев утверждал: «Повышенная опасность технических средств требует, чтобы работники, обслуживающие эти средства, в своей деятельности учитывали возможность не только правильного поведения граждан, соприкасающихся с техникой, но и неправильного их поведения, случайных ошибок. Поэтому, например, работники транспорта несут ответственность даже за такие нарушения правил движения, которые находятся в сравнительно отдаленной причинной связи с преступным результатом, наступившим непосредственно по вине потерпевшего» .

Несмотря на то, что эти позиции являются противоположными, они только обогатили теорию уголовного права. Благодаря им создана научно обоснованная методика установления причинной связи при квалификации преступлений, в соответствии с которой суд имеет возможность решить уголовное дело, «не откладывая его до того момента, когда ученые сойдутся во мнениях» . При этом причинная связь, как и любой другой обязательный признак состава преступления, не может предполагаться, а подлежит доказыванию. Применять следует метод необходимого условия, или мысленного исключения, основой которого служит предложение В. Н. Кудрявцева «доказать тот факт, что действие или бездействие лица было необходимым условием наступления вредного последствия».

Таким образом, подчеркнем, что особенностью объективной стороны рассматриваемых преступлений является сложная структура самого преступления, состоящая из двух частей: нарушения правил (например, правила об остановке на запрещающий сигнал светофора) и наступления его последствий — аварии и так далее (например, столкновение) с причинением материального вреда, вреда здоровью и гибели людей. При этом если установление таких последствий, как причинение вреда здоровью или смерть человека, затруднений не вызывает, то определение размера причиненного материального ущерба (с учетом всех фактических и прогнозируемых потерь) представляется весьма длительным и трудоемким процессом, который необходим, несмотря на то, что материальный вред не является обязательным признаком

состава преступления, предусмотренного действующей редакцией ст. 264 УК РФ. Однако материальный вред в виде уничтожения или повреждения чужого имущества в крупном размере, причиненный по неосторожности, является обязательным признаком состава преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ (при наличии всех прочих обязательных признаков), и образует состав этого преступления.

Так, причинную связь в транспортных преступлениях следует считать установленной во всех случаях, когда нарушение соответствующих правил предшествовало наступлению вредного результата и выступало необходимым условием его наступления. Повторим, что на практике для установления причинной связи по данной категории уголовных дел вполне обоснованно применяется метод необходимого условия, или мысленного исключения, то есть при решении вопроса о причинной связи суд мысленно оценивает, наступил бы преступный результат в случае отсутствия нарушения правил дорожного движения со стороны субъекта или нет. Если суд придет к выводу, что при этом условии результат не наступил бы, значит причинная связь есть и наоборот.

Литература

1. Уголовное право. Общая часть / под ред. Б. В. Здравомыслова. М., 1996.

2. Пионтковский А. А. Курс советского уголовного права. М., 1970. Т. 2.

3. Ляпунов Ю. И. Причинная связь как признак автотранспортных преступлений // Труды высшей школы МВД. М., 1969. Вып. 24.

5. Кудрявцев В. И. Объективная сторона преступления. М., 1960.

6. Коробеев А. И. Транспортные правонарушения: квалификация и ответственность. М., 1990.

7. Коробеев А. И. Транспортные преступления. СПб., 2003.

8. Кассационное определение Верховного суда РФ от 10.05.2012 по делу № АПЛ12-111. URL // http://consultant.ru

9. Горбуза А., Сухарев Е. О квалификации дорожно-транспортных преступлений // Советская юстиция. 1980. № 8.

10. Пионтковский А. А. Уголовное право. Общая часть. М., 1948.

11. Брайнин Я. М. Уголовный закон и его применение. М., 1967.

12. Кудрявцев В. Н. Общая теория квалификации преступлений. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2001.

13. Прохоров В. С. Курс советского уголовного права. Часть Общая. Л., 1968. Т. 1.

14. Кудрявцев В. Н. К вопросу о причинной связи в уголовном праве // Советское государство и право. 1950. № 1.

15. Карпушин М. П., Курляндский В. И. Уголовная ответственность и состав преступления. М., 1974.

УДК 343.96 + 343.222 ББК 67.99

И. А. Семенцова

БИОХИМИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В ОРГАНИЗМЕ ЧЕЛОВЕКА КАК ДЕТЕРМИНАНТА ПРЕСТУПНОГО ПОВЕДЕНИЯ ЛИЦ С ПСИХИЧЕСКИМИ РАССТРОЙСТВАМИ, НЕ ИСКЛЮЧАЮЩИМИ ВМЕНЯЕМОСТИ, И МЕРЫ ЕГО НЕЙТРАЛИЗАЦИИ

В статье рассматривается взаимосвязь уровня химического вещества серотонина и возникновение психического расстройства лица, которое с уголовно-правовой точки зрения не исключает вменяемости лица. Анализ имеющегося по данному вопросу научного материала показывает наличие такой взаимосвязи у лиц, совершивших преступные посягательства. Автором предлагается мера профилактики правонарушающего (преступного) поведения лиц с психическими девиациями, в организме которых происходят такие биохимические процессы.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Ключевые слова: психические расстройства, не исключающие вменяемости, преступность, серотонин, личность преступника, депрессия, аффективные расстройства, анорексия, суицид, агрессия, алкоголизм.

BIOCHEMICAL PROCESSES IN THE HUMAN BODY AS A DETERMINANTS OF CRIMINAL

BEHAVIOR OF PERSONS WITH MENTAL DISORDERS WHICH ARE NOT EXCLUDING

RESPONSIBILITY AND MEASURE OF ITS NEUTRALIZATION

Личность человека понимается как определенный социальный тип, который сформировался под влиянием специфических условий общества. Индивид отражает эти свойства в индивидуально своеобразной форме. Структура личности человека состоит из трех элементов: социального, психологического и органического (биологического). Особое место в ней занимают психологические свойства, позволяющие правильно установить возникновение и развитие криминальной ситуации. «В связи с нарушением психическими расстройствами нормального функционирования личности необходимо знать закономерности ее развития» .

В психиатрической и юридической науках существует классификация психических расстройств, позволяющая выделить те, которые не исключают вменяемости. Так, к последним относят расстройства функционального и органического характера . Функциональными, или структурными, расстройствами являются неврозы, психопатии, а органическими — олигофрения в степени легкой дебильности, последствия органического заболевания ЦНС, отдаленные последствия черепно-мозговых травм, хронические изменения психики при эпилепсии, шизофрении в период дебюта и ремиссии, а также алкоголизм и наркомания.

В ст. 15 УПК закреплен принцип состязательности сторон, а функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга. Несмотря на 17 лет, которые прошли с введения в действие УПК, вопрос о полномочиях участников судебного разбирательства, в том числе и о пределах полномочий суда в процессе доказывания по уголовному делу, до сих пор остается актуальным и законодательно до конца не разрешен. О возникающих затруднениях при определении полномочий суда в ходе судебного следствия свидетельствуют материалы изученных уголовных дел, а также вопросы, поступающие от судей на курсах повышения квалификации в Российском государственном университете правосудия.

ПРАВО СУДА ЗАПРАШИВАТЬ ДАННЫЕ О ЛИЧНОСТИ ПОДСУДИМОГО

Большой блок вопросов связан с полномочиями суда запрашивать и использовать данные о личности подсудимого. Приведем некоторые из них.

1. Может ли суд по собственной инициативе запрашивать материалы, относящиеся к характеризующим, в том числе о состоянии здоровья подсудимого, если это может повлечь за собой назначение обязательной экспертизы? Например, в соответствии с п. 3.2 ст. 196 УПК.

2. Может ли суд по собственной инициативе исследовать характеризующие подсудимого материалы при рассмотрении уголовного дела в общем или особом порядке судебного разбирательства, когда стороны не заявляют ходатайств об этом?

3. Если суд по собственной инициативе принимает решение об оглашении характеризующих материалов, должен ли он ставить на обсуждение сторон вопрос об их оглашении и каких именно материалов?

4. В какой процессуальной форме суд принимает решение об оглашении по собственной инициативе характеризующих материалов (выносит постановление или просто сообщает о том, что переходит к оглашению)?

Изучение судебной практики показывает, что в большинстве случаев решение об оглашении характеризующих материалов суды принимают на основании ходатайства государственного обвинителя или защитника.

Вместе с тем нередко суды сталкиваются с ситуацией, когда ни одна из сторон не заявляет ходатайств об оглашении каких-либо характеризующих материалов в отношении подсудимых. В том числе и тех материалов, которые могут непосредственно повлиять на назначенное наказание.

ИЗ ПРАКТИКИ. В ходе рассмотрения уголовного дела по обвинению Л.Р.В. по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК (кража) на вопрос председательствующего судьи о наличии ходатайств по оглашению характеризующих материалов государственный обвинитель и защитник заявили, что ходатайств не имеют. После этого суд сообщил, что «исследуются материалы дела, характеризующие личность подсудимого», и перешел к оглашению материалов, в том числе явки с повинной, данных о судимости и других материалов, относящихся к личности и характеристике подсудимого. Дело рассматривалось в особом порядке судебного разбирательства (приговор Центрального районного суда г. Калининграда от 10.08.2016 по делу №  1–316/2016).

С.А.Н. обвинялся в совершении преступления по ч. 2 ст. 228 УК. Суд рассмотрел дело в общем порядке. В ходе судебного следствия, после окончания допроса подсудимого, председательствующий судья сообщил, что «суд исследует материалы дела по личности подсудимого». После этого суд сразу перешел к оглашению справок, характеристик и материалов, ранее приобщенных стороной защиты (приговор Центрального районного суда г. Калининграда от 26.07.2016 по делу № 1–223/2016). Впоследствии указанный приговор отменила вышестоящая инстанция с направлением дела на новое рассмотрение в тот же суд. При новом рассмотрении суд также вынес обвинительный приговор и назначил С.А.Н. наказание в виде лишения свободы условно (приговор Центрального районного суда г. Калининграда от 27.07.2017 по делу № 1–100/2017).

Как видно из приведенных примеров, суд в обоих случаях по собственной инициативе принял решение об оглашении характеризующих материалов уголовного дела. Вопрос о том, какие именно материалы суд считает необходимым огласить, со сторонами не обсуждался. При этом в обоих случаях постановление об оглашении характеризующих материалов судом не выносилось, суд ограничился лишь фразой о переходе к исследованию характеризующих подсудимого материалов дела.

ПРОБЕЛЫ В НОРМАХ УПК

Согласно положениям ч. 1 ст. 86 УПК, суд включен в круг субъектов, уполномоченных в ходе уголовного судопроизводства собирать доказательства путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных УПК. В то же время в соответствии со ст. 15УК функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга, а суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или защиты. Закономерно возникает вопрос: какие именно доказательства суд вправе самостоятельно собирать и исследовать в ходе судебного разбирательства и как определить пределы его компетенции по сбору и исследованию доказательств?

УПК разграничивает полномочия суда в зависимости от вида процессуального действия, о производстве которого принимается решение. Например, по собственной инициативе суд может принять решение:

— о допросе подсудимого в отсутствие другого подсудимого (ч. 4 ст. 275 УПК);

— допросе эксперта и назначении экспертизы (ст. 282, ч. 1 ст. 283 УПК);

— оглашении ранее данных показаний потерпевшего и свидетелей, не явившихся в судебное заседание (ч. 2 ст. 281 УПК);

— проведении повторного допроса несовершеннолетнего потерпевшего и свидетеля (ч. 6 ст. 281 УПК).

Еще ряд процессуальных действий суд может провести только по ходатайству сторон. К ним относятся:

— оглашение показаний подсудимого (ч. 1 ст. 276 УПК);

— оглашение показаний потерпевшего и свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования либо в суде, при наличии существенных противоречий между этими показаниями и показаниями, данными в суде (ч. 3 ст. 281 УПК);

— осмотр вещественных доказательств (ст. 284 УПК).

По ряду процессуальных действий нормы УПК не регламентируют, по чьей инициативе они могут быть произведены. К ним относятся решения:

— о проведении допроса свидетеля путем использования систем видео-конференц-связи (ч. 1 ст. 278.1 УПК);

— оглашении протоколов следственных действий и иных документов (ст. 285 УПК);

— осмотре места и помещения (ст. 287 УПК);

— проведении следственного эксперимента (ст. 288 УПК);

— предъявлении для опознания (ст. 289 УПК) и освидетельствования (ст. 290 УПК).

Кроме того, нет полной ясности о пределах судебных полномочий по исследованию материалов уголовного дела и в нормах УПК, регламентирующих особый порядок судебного разбирательства, предусмотренный гл. 40 и 41 УПК.

В частности, в соответствии с ч. 5 ст. 316 УПК судья не проводит в общем порядке исследование и оценку доказательств, собранных по уголовному делу. При этом могут быть исследованы обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. Требование о необходимости исследования характеризующих материалов указано также в п. 5 ч. 4 ст. 317.1 УПК.

Вместе с тем приведенные нормы не содержат указаний о том, полномочен ли суд по собственной инициативе принимать решение об оглашении характеризующих материалов и самостоятельно определять перечень этих материалов, подлежащих оглашению.

ПОЗИЦИИ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ

Нет однозначного ответа на обозначенные судами вопросы и в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ. Например, в п.16 постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 16 «О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве» указано: «В судебном разбирательстве по уголовному делу в отношении подсудимого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, суд исследует не только имеющиеся в деле материалы (справки, заявление о явке с повинной, протоколы и т. д.), но и иные представленные сторонами документы.

Исследование обстоятельств, характеризующих личность подсудимого, смягчающих и отягчающих наказание, может проводиться в том числе путем исследования дополнительно представленных сторонами материалов, а также допросов свидетелей».

В п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.12.2006 № 60 «О применении особого порядка судебного разбирательства уголовных дел» сказано: «В соответствии со статьей 316 УПК РФ по делу, рассматриваемому в особом порядке, в ходе судебного заседания могут быть исследованы обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. Поскольку порядок такого исследования главой 40 УПК РФ не ограничен, оно может проводиться всеми предусмотренными уголовно-процессуальным законом способами, в том числе путем исследования дополнительно представленных материалов, а также допросов свидетелей по этим обстоятельствам».

Как видим, в изложенных разъяснения речь идет только о способе исследования материалов дела, а не о процедуре принятия такого решения и пределах полномочий суда по принятию решения, связанного с исследованием материалов. При этом разъяснений о возможности суда по собственной инициативе запросить материалы и принять решение об исследовании характеризующих материалов не имеется.

Нет таких разъяснений и в постановлении Пленума ВС РФ от 19.12.2017 № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)».

ПОЗИЦИИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ

О правовой неопределенности в регламентации пределов полномочий суда в собирании и исследовании доказательств неоднократно упоминалось и в научной литературе. В частности, указывалось, что содержание ст. 86 УПК не отражает в полной мере особенности участия различных субъектов уголовного судопроизводства. В то же время большинство ученых высказывает мнение о том, что суд должен являться активным участником процесса доказывания.

Высказался по этим вопросам и Конституционный Суд РФ. В определении от 24.09.2012 № 1517-О он указал, что ч. 1 ст. 86 УПК лишь закрепляет право суда собирать доказательства в ходе уголовного судопроизводства и не определяет порядок их получения. По мнению КС РФ, данная норма является бланкетной и подлежит применению во взаимосвязи с положениями УПК.

В то же время КС РФ в определении от 06.03.2003 № 104-О указал, что в ходе судебного следствия устанавливаются не только обстоятельства, подтверждающие доказанность обвинения, но и обстоятельства, смягчающие вину подсудимого или оправдывающие его, а равно иные обстоятельства, необходимые для справедливого и беспрепятственного разрешения уголовного дела. Следовательно, собирание доказательств не только является прерогативой сторон, но и входит в число полномочий суда, реализуемых в порядке, установленном УПК для производства судебного следствия. Также КС РФ констатировал, что функции обвинения заключаются в возбуждении уголовного преследования, формулировании обвинения и отстаивании его в суде. Не являясь стороной в уголовном судопроизводстве, суд обязан в своей деятельности использовать только те предоставленные ему законом полномочия, которые обеспечивают разрешение уголовного дела по существу, не связывая при этом свои действия с выполнением функций обвинения или защиты.

ОТВЕТЫ НА ПОСТАВЛЕННЫЕ ВОПРОСЫ

Ответить на поставленные в начале статьи вопросы можно, исходя из сложившейся в судах практики и учитывая, что законодатель не установил прямого запрета на запрос по инициативе суда характеризующих материалов и их исследование, а также учитывая правовую позицию КС РФ.

Исходя из толкования норм УПК, регламентирующих полномочия суда в ходе судебного разбирательства, рассматривая их во взаимосвязи со ст. 86, 7, 15, 285, 297 УПК, суд вправе по собственной инициативе исследовать и запросить необходимые характеризующие материалы в отношении подсудимого, которые могут повлиять на вид и размер наказания с учетом наличия смягчающих и отягчающих обстоятельств. Принимая указанное выше решение, суд обязан обсудить со сторонами, какие материалы подлежат оглашению и нет ли возражений по их оглашению.

Решение о запросе характеризующих материалов и об их оглашении суд должен выносить в форме постановления. При этом он не вправе самостоятельно запрашивать и оглашать материалы дела, свидетельствующие о виновности или невиновности подсудимого. В том числе обстоятельства, относящиеся к событию преступления, перечисленные в п. 1, 2, 4, 8 ч. 1 ст. 73 УПК: время, место, способ, виновность лица, форма вины и мотивы.

Учитывая, что суд в силу ст. 283 УПК вправе по собственной инициативе назначить экспертизу, суд также вправе самостоятельно запросить и документы, свидетельствующие о необходимости проведения такой экспертизы. Например, запросить сведения из наркологического диспансера для решения вопроса о назначении экспертизы в соответствии с п. 3.2 ст. 196 УПК, когда имеются основания полагать, что подсудимый является больным наркоманией.

Организация взаимодействия правоохранительных органов в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений являет собой объективный результат конкретных действий субъектов процесса взаимодействия исходя из сложившейся на данный момент следственной ситуации, в свою очередь определяющей одно из перспективных направлений повышения интенсификации и совершенствования методики расследования преступлений, в том числе и в районах вооруженного конфликта, в рамках использования ситуационного подхода, который открывает новые возможности для разработки наиболее конкретизированных криминалистических рекомендаций, находящих широкое применение в ходе расследования преступлений.

Таким образом, может быть сделан вывод о том, что при раскрытии и расследовании конкретно­го преступления вопросы организации должны решаться повседневно с учетом складывающихся ситуаций взаимодействия.

Однако полный и всесторонний анализ структуры ситуации взаимодействия и формирующей ее следственной ситуации невозможен без четкого уяснения самих понятий «следственная ситуация» и «ситуация взаимодействия».

В юридической литературе нет понятия ситуация взаимодействия. Представляется, что его отсутствие обусловлено в первую очередь тем, что большинство ученых-юристов, исследуя проблему организации взаимодействия правоохранительных органов при их совместных действиях, направленных на раскрытие, расследование и предупреждение преступлений, делали упор на исследование понятия «следственная ситуация», понимая под этим обстановку, в которой органы, производящие предварительное расследование, осуществляют свои функции с учетом факторов обстановки расследования.

В связи с этим представляется весьма справедливым определение следственной ситуации, данное М.С. Кузнецовым, который понимает под ней обстановку, в которой следователь (или дознаватель) расследует преступление, которая формируется уникальным в каждый момент времени сочетанием факторов, относящихся к расследуемому событию, а также порождаемых внешней по отношению к расследованию средой .

Диалектический характер взаимосвязи факторов предполагает динамичность следственных ситуаций. На это свойство указывают практически все ученые-криминалисты, исследовавшие данное явление. В частности Л.Я. Драпкин отмечал, что «следственные ситуации … представляют собой динамические системы, меняющие свое содержание, структуру и форму в результате воздействия различных внешних и внутренних факторов». В силу своего динамизма следственная ситуация является также управляемой системой, подверженной целенаправленной трансформации. Данное свойство позволяет следователю, воздействуя на нее определенным образом, успешнее решать задачи, связанные с расследованием преступления, т.е. формировать ситуацию взаимодействия .

Но нельзя не отметить то обстоятельство, что по своей правовой природе понятие «следственная ситуация» является весьма разнообразным и может классифицироваться по сопутствующим ей факторам, тем самым расширяя круг ситуаций взаимодействия.

Именно данным обстоятельством, по нашему мнению, и обусловлено разнообразие понятий и критериев классификации следственных ситуаций, встречающихся в юридической литературе.

Впервые понятие «следственной ситуации» сформулировал в 1967 году A.M. Колесниченко, который понимал под ней определенное положение в расследовании преступлений, характеризуемое наличием тех или иных доказательств и информационного материала и возникающими в связи с этим конкретными задачами его собирания и проверки .

В наиболее общем виде следственную ситуацию определил В.К. Гавло, сведя ее к совокупности доказательств, имеющихся в данный момент и позволяющих составить представление о событии .

В свою очередь И.Ф. Герасимов пришел к выводу, что следственная ситуация — «это совокупность обстоятельств по делу (обстановка, положение), которая может быть благоприятной или неблагоприятной (в различной степени) для каких-либо выводов и действий следователя» .

Впоследствии его взгляды претерпели существенные изменения, и он предложил иное определение: «Следственная ситуация — это сложившаяся на определенный момент расследования, внутренне необходимая, склонная к изменению совокупность характеризующих расследование материальных, информационных и иных факторов и их оценка, которая обусловливает основные направления расследования, принятие решений и выбор способов действий» .

А.Н. Васильев понимал под следственной ситуацией ход и состояние расследования, совокупность установленных и подлежащих установлению обстоятельств, степень разрешения иных задач расследования на данный момент . Однако и данное определение не содержит, как и предыдущие, сведений о внешних по отношению к расследованию условиях, определяя не обстановку, в которой осуществляется расследование, а состояние самого следствия.

Представляется интересным мнение Д.А. Турчина, считающего, что «следственная ситуация — это одномоментная криминалистическая характеристика преступления на определенном этапе ее развития» . Тем самым он фактически утверждает, что следственная ситуация в качестве структурного элемента входит в состав криминалистической характеристики преступления.

В.И. Шиканов дал более четкое определение понятия «следственная ситуация», под которой он понимал совокупность данных, характеризующих обстановку, в которой следователю надлежит действовать» .

С точки зрения Н.А. Селиванова, понятие следственной ситуации «выражает обстановку, картину расследования, сложившуюся к определенному моменту, иначе следственную ситуацию можно определить как сумму значимой для расследования информации, которая принимается во внимание наряду с источниками ее получения» .

И.А. Возгрин определяет следственную ситуацию как совокупность ряда обстоятельств (условий, факторов), характеризующих особенности расследования конкретного преступления на определенный момент его проведения .

В.А. Образцов рассматривает следственную ситуацию, как сложившееся на том или ином этапе состояние расследования, характеризуемое уровнем решения его задач .

Н.П. Яблоков считает, что следственная ситуация – это фактическое положение, складывающееся на определенный момент расследования или перед его началом, характеризующее все следственное многообразие данного момента и определяемое совокупностью доказательственной, оперативно-розыскной, процессуально-тактической и иной значимой для расследования информацией .

Однако наиболее точное понятие следственной ситуации, по нашему мнению, предложил Р.С. Белкин, который определил ее как совокупность условий, в которых в данный момент осуществляется расследование, т.е. ту обстановку, в которой протекает процесс доказывания .

Данное определение имеет большое сходство с определением понятия «следственная ситуация», данное в криминалистическом словаре под редакцией Бургхарда. Следственная ситуация там определена, как «совокупность обстоятельств, условий и развития событий, которые обуславливают действия полиции и влияют на них» .

В целом суть имеющихся разногласий по подходу к раскрытию сущности следственной ситуации может быть сведена к следующему. Одна группа ученых признает, что следственная ситуация находится как бы «внутри» процесса расследования (А.Н. Васильев, В.К. Гавло, И.Ф. Герасимов, Л.Д. Самыгин). Другая группа ученых утверждает, что следственная ситуация по отношению к процессу расследования носит преимущественно внешний характер (Р.С. Белкин, Н.П. Яблоков, В.И. Шиканов, Н.А. Селиванов).

В данной связи представляется наиболее справедливой позиция С.В. Маликова, согласно которой при решении вопроса о том, что же есть следственная ситуация: реальная обстановка, характеризующая расследование, или ее информационная модель, необходимо исходить из того, что следователь принимает решения и действует при вполне реальных обстоятельствах, в реально существующих условиях, индивидуальное сочетание которых и создает конкретную следственную ситуацию. Что же касается «внешнего» или «внутреннего» характера ситуации, то есть включения в ее содержание информационно-познавательного или процессуально-тактического аспекта, которые оба являются характеризующими параметрами следственной ситуации .

Именно поэтому ряд авторов придерживается концепции, согласно которой следственная ситуация выступает как совокупность доказательственной, тактической, методической и организационной информации, а также и некоторых элементов обстановки, в которой осуществляется расследование.

Так, Т.С. Волчецкая понимает следственную ситуацию как степень информационной осведомленности следователя о преступлении, а также состояние процесса расследования, сложившееся на любой определенный момент времени, анализ и оценка которого позволяют следователю принять наиболее целесообразные решения по делу .

В тоже время, анализируя вышеприведенные мнения ученых-юристов относительно определения понятия «следственная ситуация», а также в свете выдвинутой нами гипотезы относительно главенствующей роли следственной ситуации в формировании ситуации взаимодействия, можно попытаться дать определение понятия «ситуация взаимодействия».

Таким образом понятие «ситуация взаимодействия» можно определить как совокупность организационных, тактических и процессуальных решений, выбор соответствующих средств, приемов и методов своих действий субъектами правоохранительной деятельности (дознаватель, следователь, эксперт, судья и т.д.) в процессе возбуждения уголовного дела, раскрытия и расследования преступления, судебного рассмотрения дела, возникших при различной по степени сложности соответствующей обстановке.

Подводя итоги сказанному выше, следует отметить, что ситуации взаимодействия между различными правоохранительными органами представляют собой организационные и управленческие формы, выраженные в системе определенных согласованных действиях указанных субъектов.

Несомненным является тот факт, что определяющую роль в выборе форм и методов организации взаимодействия между различными правоохранительными органами в определенной следственной ситуации играет следователь, определяющий выбор конкретных форм взаимодействия следственных органов с иными правоохранительными органами и подразделениями в зависимости от особенностей рас­следуемого дела, его сложности, этапа на котором осуществляет­ся взаимодействие (конкретная ситуация взаимодействия), наличия информации о лице, подозреваемом в совершении преступления, степени доказанности различных, имеющих значение для дела, обстоятельств, уровня теоретической подготовки субъектов взаимодействия, наличия у них практиче­ского опыта и других обстоятельств.

Литература:

1. Кузнецов М.С. Взаимодействие следователя военной прокуратуры с органами дознания при расследовании преступлений. Дисс. … канд. юрид. наук. — М., 2002.

2. Драпкин Л.Я. Понятие и классификация следственных ситуаций. Следственные ситуации и раскрытие преступлений. Научные труды Свердловского юридического института. Вып. 41 – Свердловск, 1975.

4. Гавло В.К. О следственной ситуации и методике расследования хищений, совершаемых с участием должностных лиц. // Вопросы криминалистической методологии, тактики и методики расследования. – М., 1973.

5. Герасимов И.Ф. Принципы построения методики расследования преступлений. // Вопросы криминалистической методологии, тактики и методики расследования. – М., 1973.

6. Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений. – Свердловск, 1975.

7. Васильев А.Н. Проблемы методики расследования отдельных видов преступлений. – М., 1978.

8. Турчин Д.А. О разработке теории следственной ситуации. // Следственная ситуация. – М., 1985.

9. Шиканов В.И. Разработка теории тактических операций – важнейшее условие совершенствования методики расследования преступлений. // Методика расследования преступлений (общие положения): Материалы научно-практической конференции. – М., 1976.

10. Селиванов Н.А. Криминалистические характеристики преступлений и следственные ситуации в методике расследования. // Соц. законность. 1977, № 2.

11. Возгрин И.А. Криминалистические характеристики преступлений и следственные ситуации в системе частных методик расследований. – М., 1985.

12. Образцов В.А. Теоретические основы раскрытия преступлений, связанных с ненадлежащим исполнением профессиональных функций в сфере производства. – Иркутск, 1985.

13. Васильев А.Н., Яблоков Н.П. Предмет, система и теоретические основы криминалистики. – М., 1984.

14. Белкин Р.С. Курс криминалистики. — М., 1997. Т. 3.

15. Криминалистический словарь (п/ред. Бургхарда). – М., 1993.

16. Маликов С.В. Правовые и организационные основы расследования преступлений, совершаемых военнослужащими в районах вооруженного конфликта. Дисс…. д-ра юрид. наук. – М., 2004.

17. Волчецкая Т.С. Криминалистическая ситуалогия. — М., 1997.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *