Ваучер это 1992

ЭТАПЫ ПРИВАТИЗАЦИИ

Приватизация госсобственности в России прошла ряд этапов: 1991–92 – подготовка концепции и нормативно-правовой базы; 1993–95 – массовая приватизация в чековой (ваучерной) форме; 1995–96 – передача в частные руки крупных и потенциально привлекательных объектов через «залоговые аукционы»; с 1997 – переход к преимущественно денежной приватизации, ориентированной на пополнение гос. бюджета и стимулирование инвестиционной активности.

Выбор чековой формы массовой приватизации был, в частности, обусловлен отсутствием достаточного платёжеспособного спроса населения, низким интересом иностранных инвесторов к приватизации в условиях нараставшей политической и экономической нестабильности, отсутствием достаточного административного ресурса у государства для проведения приватизации по индивидуальным схемам – вместо них применялись типовые процедуры. Кроме того, выбор этой формы приватизации был связан с необходимостью решительного ограничения и отмены субсидирования предприятий со стороны госбюджета, решения задачи по формированию социальной базы стабилизационной политики, а также обеспечения политических предпосылок укрепления рыночной демократии.

В 1992–94 чековая приватизация проводилась как передача фактического контроля: 1) менеджменту, 2) трудовому коллективу, 3) группе потенциальных инвесторов. Часть пакетов акций предприятий закреплялась в государственной собственности с последующей продажей на «чековых аукционах» или позднее на торгах за реальные деньги.

В 1995–96 правительство пошло на передачу в частные руки ряда крупных предприятий нефтедобычи и металлургии. После 1997 государство начало продавать пакеты акций и целые предприятия на торгах.

В 1991 принят Закон РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации». С нач. 1992 начался процесс передачи в муниципальную собственность жилищного и нежилого фонда, объектов инженерной инфраструктуры городов, предприятий, осуществляющих эксплуатацию, обслуживание, содержание и ремонт указанных объектов.

Доля гос. имущества в ЖКХ сократилась уже в сер. 1990-х гг. с 42 до 5%.

Первые инвестиционные компании (НИПЕК и РИНАКО) появились на рос. рынке в 1991. Однако до начала проведения массовой приватизации рынок ещё не был готов к появлению подобных институтов, поэтому их деятельность начала 90-х гг. не была активной.

Появление чековых инвестиционных фондов (ЧИФ) было инициировано принятием программы приватизации и появлением в массовом обороте ваучеров (приватизационных чеков). Аккумулирование принадлежащих населению чеков, их инвестирование в крупные пакеты акций приватизированных предприятий составили основу деятельности ЧИФ и инвестиционных компаний, вкладывавших денежные ресурсы российских и иностранных инвесторов в конкретные проекты. Некоторые ЧИФ сосредоточили в своих руках крупные пакеты акций и принимали в тот период активное участие в управлении приватизированными предприятиями. Конец 1995 – начало 1996 вошел в историю рос. фондового рынка как начало нового периода – после ваучерной приватизации – массового передела собственности посредством залоговых аукционов.

По материалам Большой Российской энциклопедии.

ПРИВАТИЗАЦИЯ ЧЕРЕЗ АКЦИОНИРОВАНИЕ В ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ

Приватизация через акционирование в постсоветской России.

Под влиянием зарубежного опыта необходимость проведения приватизации обсуждалась уже в СССР. Однако практические преобразования собственности в России начались только в 1992.

На селе произошла реорганизация колхозов и совхозов, которые, как правило, превращались в акционерные общества под руководством бывших председателей и директоров.

В сфере городской экономики процесс приватизации оказался наиболее трудным и противоречивым. На государственную собственность претендовали и рядовые работники, считавшие ее «общенародной», и представители хозяйственно-партийной номенклатуры, которая давно де-факто распоряжалась госсобственностью почти как своей. Ни те, ни другие не хотели и не могли выкупать эту собственность по ее реальной цене. Именно от решения этой проблемы зависел успех курса рыночных реформ в целом.

Основным способом приватизации в 1992–1993 стало акционирование – дробление прав собственности среди тысяч держателей акций.

Разработчиками программы реформы были подготовлены три варианта акционирования госпредприятий.

1. Базовая модель – с преимущественным контролем государства: рабочий персонал приватизируемого предприятия имеет право на бесплатное получение привилегированных (не дающих права голоса) акций в размере 25% от их общей суммы, но не более чем на 20 номинальных месячных окладов на каждого работника. Кроме этого, они могли купить до 10% обыкновенных акций со скидкой 30% их номинальной стоимости за деньги и ваучеры, но не более чем на 6 минимальных окладов на работника. Администрация и руководство предприятия имели право приобрести не более 5% обыкновенных акций и не более чем на 2000 минимальных месячных окладов на человека.

Такую модель чаще всего выбирали коллективы крупных капиталоёмких предприятий, у которых не было финансовых возможностей приобрести значительный пакет акций своего предприятия.

2. Модель с преимущественным контролем работников предприятия – трудовой коллектив имел право получить по закрытой подписке абсолютный контрольный пакет своего предприятия (51% всех акций) по цене, близкой к номиналу. При этом каждый член коллектива мог подписаться не более чем на 5% от общей суммы акций.

Такую модель избрало большинство предприятий (примерно 3/4), особенно с невысокой капиталоёмкостью. Большую часть акций при этом смогла приобрести администрация предприятия.

3. Модель с внутренним или внешним инвестором – инициативная группа заключала с фондом имущества договор о реорганизации предприятия сроком на 1 год. Согласно условиям этого договора, каждый член инициативной группы должен был вложить в реорганизацию предприятия не менее 200 минимальных размеров оплаты труда). Если через год договор был выполнен, то члены группы получали право на приобретение 20% обыкновенных акций предприятия. Трудовой коллектив (включая членов инициативной группы) мог приобрести еще 20% акций.

Данный вариант использовался наиболее редко. Главная проблема состояла в том, что при серьёзном риске собственными средствами инициативная группа не получала контрольного пакета акций.

При любой модели приватизации значительная часть акций (от 49 до 80%) уходила за пределы предприятия и попадала в руки государственных комитетов и фондов имуществ. Они, в свою очередь, торговали этими акциями на фондовой бирже, продавая их частным лицам и различным экономическим организациям (например, инвестиционным фондам).

Приватизация в постсоветской России: ваучерная компания.

Если акционирование при приватизации является общепризнанной практикой, то ваучерная компания оказалось особенностью России (за рубежом схожие методы применялись только в Чехии и Монголии).

Согласно исходному замыслу этой компании, каждый гражданин России должен был бесплатно получить свою долю общенародной собственности. По указу президента в 1992 прошла раздача ваучеров – ценных бумаг на предъявителя, которые должны использоваться до середины 1994.

Ваучер можно было либо продать по текущему рыночному курсу, либо обменять непосредственно на акции какого-либо приватизируемого предприятия, либо обменять на акции инвестиционного фонда. Многие россияне предпочли продавать свои ваучеры за наличные деньги. Организаторы приватизации уверяли, будто цена ваучера достигнет цены автомашины. Однако рыночный курс этих бумаг сравнялся с его номиналом только к осени 1993, и даже к концу ваучерной компании курс ваучера был ниже цены велосипеда.

Осуществить прямой обмен ваучера на акции приватизируемых предприятий могли, как правило, только их работники. Большинство же рядовых граждан обменивали свои ваучеры на акции различных чековых инвестиционных фондов (ЧИФов). Впрочем, начало выплаты дивидендов в 1994 вызвало сильное разочарование. Поскольку значительная часть предприятий России в первой половине 1990-х была нерентабельна, то и прибыль по акциям предприятий, держателями которых выступали инвестиционные фонды, была очень низкой. Кроме того, широкий характер приняло мошенничество в ЧИФах. Поэтому годовые доходы собственников акций инвестиционных фондов оказались в лучшем случае соразмерны со средненедельным заработком. В 1995–1997 большинство ЧИФов вообще прекратили свою работу.

Сами организаторы приватизации задним числом признали, что «недостаточный» контроль государства за чековыми инвестиционными фондами был одним из главных пороков приватизации.

Приватизационная реформа в России в основном завершилась уже в 1995. По данным Мирового Банка, на 1996 55% активов бывших государственных предприятий оказались выкуплены работниками предприятий (менеджерами и служащими), 11% – населением через ваучеры, 34% оставались в собственности государства. Приватизация госпредприятий продолжалась и в последующие годы, но уже не играла принципиальной роли в экономических реформах.

Энциклопедия «Кругосвет”

<href=»#part-1464″>http://www.krugosvet.ru/enc/gumanitarnye_nauki/ekonomika_i_pravo/PRIVATIZATSIYA.html?page=0,2#part-1464

ВВЕДЕНИЕ СИСТЕМЫ ПРИВАТИЗАЦИОННЫХ ЧЕКОВ

В целях ускорения передачи государственного имущества гражданам России и привлечения к процессу приватизации широких слоев населения, во исполнение требований Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации на 1992 год п о с т а н о в л я ю:

1. С 1 октября 1992 г. ввести в действие в Российской Федерации систему приватизационных чеков (приватизационных счетов).

2. Каждый гражданин Российской Федерации имеет право получить по одному приватизационному чеку равной номинальной стоимости каждого выпуска.

При выдаче гражданам Российской Федерации приватизационных чеков взимается комиссионный сбор.

3. Выпуски приватизационных чеков производятся на основании указов Президента Российской Федерации. Выпуск ценных бумаг или создание иных систем для безвозмездной передачи в собственность гражданам Российской Федерации и их

объединениям государственного и муниципального имущества в республиках, краях, областях, автономной области, автономных округах, городах Москве и Санкт-Петербурге, в районах и городах не допускается.

4. Утвердить Положение о приватизационных чеках (прилагается).

5. Установить номинальную стоимость приватизационного чека выпуска 1992 года в размере 10 тыс. рублей.

Установить комиссионный сбор при выдаче приватизационных чеков выпуска 1992 года в размере 25 рублей.

Установить, что приватизационные чеки выпуска 1992 года действуют с 1 декабря 1992 года по 31 декабря 1993 года. (Действие приватизационных чеков выпуска 1992 года продлено на период до 1 июля 1994 года – Указ Президента Российской Федерации от 06.10.93 г. N 1591)

6. Правительству Российской Федерации:

до 1 сентября 1992 г. утвердить порядок взимания комиссионного сбора при выдаче гражданам приватизационных чеков;

не позднее 1 октября 1992 г. выпустить и начать выдачу приватизационных чеков выпуска 1992 года гражданам Российской Федерации.

7. Государственному комитету Российской Федерации по управлению государственным имуществом по согласованию с Государственным правовым управлением Президента Российской Федерации:

до 15 августа 1992 г. обеспечить разработку и принятие нормативных актов, необходимых для выпуска, выдачи и погашения приватизационных чеков;

до 1 сентября 1992 г. разработать и утвердить Положение о специализированных инвестиционных фондах, аккумулирующих приватизационные чеки.

8. Советам Министров республик в составе Российской Федерации, администрациям краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга, районов, городов, районов в городах:

предоставить Сберегательному банку Российской Федерации, его отделениям помещения, необходимые для проведения Сберегательным банком Российской Федерации возложенных на него функций по распространению приватизационных чеков;

совместно с Государственным комитетом Российской Федерации по управлению государственным имуществом решить вопрос о возмещении затрат Сберегательного банка Российской Федерации по выполнению указанных работ.

9. Организациям и предприятиям (в том числе и торгующим) запрещается принимать приватизационные чеки в качестве платежного средства за товары, услуги и работы.

10. Указ вступает в силу на основании и в порядке, установленных постановлением V Съезда народных депутатов РСФСР от 1 ноября 1991 г. «О правовом обеспечении экономической реформы».

Президент Российской Федерации Б. Ельцин

Указ президента РФ №914 «О введении в действие системы приватизационных чеков в Российской Федерации” от 14 августа 1992 г.

ИТОГИ ПРИВАТИЗАЦИИ В ОБЩЕСТВЕННОМ МНЕНИИ

На протяжении 2000-х годов подавляющее большинство опрошенных в той или иной форме поддерживают идею пересмотра итогов приватизации. Однако люди, считающие себя (и государство) ограбленными и обманутыми, по большей части не надеются, что таким путем будет восстановлена «справедливость».

По данным опросов 2004 года, респонденты, полагающие, что сегодня следует принять результаты приватизации «такими, какие они есть» или что вопрос об их пересмотре «не стоит поднимать», составляют от 15 до 22% общего числа, выступающие за полный пересмотр итогов приватизации 1990-х годов — около одной трети. Примерно от одной четверти до одной пятой опрошенных выступают за пересмотр результатов в тех случаях, когда предприятия стали «хуже работать» (уходить от налогов, задерживать зарплату), либо применительно к крупнейшим предприятиям, относящимся к наиболее важным отраслям экономики..

В отношении к итогам приватизации и возможности их пересмотра прослеживается весьма характерная двойственность, которую можно зафиксировать и при ретроспективном анализе данных, полученных в начале реформирования экономики. Подавляющее большинство людей выступает в поддержку пересмотра результатов приватизации, полагая при этом, что приватизация госсобственности, в особенности крупных предприятий энергетики, добывающих отраслей и проч., была незаконной. При этом главными проигравшими опрошенные считают, с одной стороны, «простой народ», с другой — «государство» (в патерналистской, советского образца трактовке). Однако их ожидания относительно результатов возможного пересмотра итогов приватизации весьма скептичны. По данным опроса, проведенного в июле 2004 года, подавляющее большинство респондентов считают, что подобный передел пойдет на пользу прежде всего «чиновникам и бюрократам» (35%) или же «другим олигархам» (35%). В то, что незаконно нажитые «олигархами» богатства достанутся «государству», верит всего около одной пятой опрошенных; в то, что они будут возвращены «народу», — 7%.

В.Л.Маран,

заместитель мэра Сургута

ПРИВАТИЗАЦИЯ ПРЕДПРИЯТИЙ: НЕКОТОРЫЕ ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЕ И ОТРИЦАТЕЛЬНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ

Основным содержанием российских экономических реформ 1990-х гг. явилось фактическое изменение отношений собственности. Объективным основанием этого изменения еще во времена СССР стала неэффективная экономическая система даже как система экономического монополизма. Последний существует и в странах с развитой рыночной экономикой. Однако качественное отличие российские эксперты видят в том, что в этих странах он всегда был связан именно и исключительно с концентрацией производства, в то время как в СССР с весьма узкой предметной специализацией производства1.

Так, по данным Б.Г.Румянцева2 и Н.Ш.Цукановой3, в ходе экономических реформ еще советского периода 50-80-х гг. (в частности, кампании 70-х гг. по созданию концентрирующих производство и сужающих специализацию производственных объединений) неизменной сохранялась ситуация, когда в СССР уже к началу 1990-х гг. лишь на одном предприятии производилось 1800 наименований различных видов продукции, между тем как свыше 1100 предприятий были абсолютными монополистами в производстве своей продукции. Производство многих важнейших видов продукции было отдано 2-3 промышленным гигантам. Так, из 19 основных видов кузнечно-прессовых машин 9 выпускались на одном предприятии, 6 — на двух и 4 — на трех предприятиях. 80% выпуска холодильников было сосредоточено на четырех предприятиях, морозильников — на трех, на трех же предприятиях концентрировалось производство 75% переносных телевизоров.

Перед нами картина крайней неспециализированности производства, т. е. заведомо неэффективной экономики. В современных условиях высокотехнологичного производства не может одно пред-

2 См.: Румянцев Б.Г. Конкурентная стратегия в условиях рыночной экономики // Социология власти. 1997. № 2. С. 127.

приятие выпускать 1800 наименований различных видов продукции — такая «всеядность» обязательно связана с низкой технологической культурой в производстве каждого вида изделия, т. е. с некачественным производством. Не случайно вектор неспециализиро-ванности в советской модели экономического реформирования оказался связанным с вектором централизации-концентрации производства. Оба вектора определили развитие советской экономики 50-80-х гг. в направлении, прямо противоположном мировому социально-экономическому развитию, а именно — усиления монополизма. Поэтому сложившиеся условия российского старта реформ 90-х гг. объективно требовали глубоких структурных преобразований национальной экономики, причем в сторону не «вообще» рыночной экономики, но системы экономического федерализма, патронируемой институтами федеративного государства.

Перед Россией начала 90-х гг. стояла приоритетная задача выхода из того монополистического тупика, в каком объективно пребывала экономика страны. Именно на это ключевое обстоятельство обращают внимание российские специалисты, подчеркивая, что страна не имела иной альтернативы, как только осуществить широкие приватизационные мероприятия, однако это не было самоцелью. Так, читаем в одном источнике: «Следует учитывать… что реформы по либерализации российской экономики были предприняты без серьезной трансформации экономических основ монопольных структур и при отсутствии системы антимонопольного регулирования и контроля… Задача создания рыночной экономики в первую очередь предполагает борьбу с монополизмом, мешающим проявлению рыночного механизма, и создание конкурентных условий. При такой постановке вопроса эта задача превращается в задачу первостепенной важности. Ибо при отсутствии монополии каждое предприятие при его полной хозяйственной самостоятельности может быть поставлено и фактически ставится в конкурентные условия независимо от формы собственности. Вопрос о приватизации обоснованно возникает тогда, когда государственное предприятие оказывается неконкурентоспособным при прочих равных условиях, с учетом приобретения навыков функционирования в условиях нормального рынка»1.

Заметим, что в отношении приватизации источник указывает на специфическую и весьма важную технологическую функцию в условиях становления современной системы хозяйствования, где приватизационный инструмент призван эффективно укреплять далеко не

столько институт частной собственности, сколько (и главным образом) рынок-конкуренцию. Это соответствует задачам экономического федерализма, который, развивая систему акционерного капитала, тем самым не дает привилегии ни одной форме собственности.

Таким образом, положение России в начале 1990-х гг. как страны со сверхмонополизированной государством социально-экономической системой определялось необходимостью ее разгосударствления. Только через приватизацию как введение рынка всех форм собственности можно было заложить основу для системы экономического федерализма. Дело в том, что экономический федерализм — это не любой рынок, но рынок, освобожденный от каких бы то ни было центров власти, где все экономические субъекты, частные, общественные, государственные и смешанные собственники действуют по единым по правилам равных для всех условий конкуренции.

В России, по экспертным оценкам, масштабная и быстрая приватизация не создала современной системы отношений собственности на основе рыночного равноправия всех форм собственности. Такое неэффективное проведение приватизации эксперты считают основным технологическим «проколом» российских реформ, видя в нем причину всех слабостей пореформенной экономики страны.

Показательно, что приватизация рассматривается специалистами как инструмент повышения эффективности управления государственной собственностью. Она используется не для того, чтобы лишить государство права собственника, а для более эффективного распоряжения конкретной государственной собственностью. Другое дело: государство, по своей сути, неэффективный собственник. Поэтому и был сформулирован важнейший принцип социальной рыночной экономики: рынок там, где возможно, а государство — там, где необходимо. Эффективное государство — то, которое занимает не «маленькую», не «большую», но именно необходимую территорию. Приватизация не вправе эту территорию сужать, но и национализация не вправе эту территорию расширять. Систему экономического федерализма можно определить и как систему высокой компетентности и профессионализма в управлении, когда решения о приватизации или национализации принимаются отдельно по каждой конкретной ситуации и руководствуются исключительным соображением, станет ли в данном конкретном случае управление собственностью более эффективным.

Между тем анализ российской приватизации показывает нарушение фактически всех требований, предъявляемых сегодня к приватизационным мерам, которые должны:

— не вести к росту коррупции;

— не давать чрезмерных преимуществ какой-либо группе и обеспечивать выигрыш государству и обществу;

— способствовать росту эффективности за счет обновления управления, если это необходимо, и реструктуризации, а в некоторых случаях — закрытия неэффективных подразделений;

— обеспечивать сохранение прежнего руководства предприятий, если оно достаточно компетентно, но не вести к превращению его в фактических владельцев, что часто происходит, особенно при рассеивании выпускаемых акций;

— поощрять инвестиции, особенно иностранные, в новые компании или конкурирующие предприятия;

— не умалять приоритетности стимулирования создания новых предприятий;

— способствовать развитию рыночной инфраструктуры;

— вносить вклад в укрепление демократии1.

Специалисты выделяют российские особенности приватизации, которая «имеет реальные, объективно присущие ей цели, заключающиеся в создании условий для формирования:

— «критической массы» реальных собственников;

— конкурентной среды;

— мотивационного механизма воспроизводства и эффективного использования всех форм собственности и общественного продукта;

— инновационного и инвестиционного климата;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

— рациональных систем бюджетного финансирования и кредитования;

— материальных условий социального обеспечения и социальной защиты всех слоев населения»2.

Тот же источник, разграничивая категории «разгосударствление» и «приватизация», дает понять, что в России была проведена такая приватизация, которая не стала элементом разгосударствления, т. е. не сопровождалась разгосударствлением — институциональной реформой в отношениях собственности, нацеленной на реальную демократизацию всей экономической системы, реальную персонификацию (субъективизацию) и дебюрократизацию всех форм собственности3.

Авторы российской приватизации защищают свое детище, выдвигая в книге «Приватизируя Россию» аргумент, что приватизация -это не что иное, как работа единых во всем мире экономических принципов и что Россия, как и весь мир, состоит из «экономических людей», которые хотят быть собственниками и поэтому не могут не принимать соответствующих перемен. Однако данный аргумент, на

3 См. там же. С. 71.

наш взгляд, отождествляет приватизацию с разгосударствлением как институциональной (структурной) реформой. Критики же российской приватизации как раз и указывают, что в стране проведена приватизация без соответствующей структурной реформы отношений собственности. Иными словами, приватизация не привела к демократизации отношений собственности, и система собственности в России, хотя и сменила «вывеску», продолжает оставаться недемократичной, непрозрачной системой отношений власти.

Отечественные критики российской приватизации, на наш взгляд, точно ставят проблему, указывая на необходимость «восстановления в нашей стране института собственности в целом… Основу этого института составляет свобода перераспределения имущественных прав между различными субъектами хозяйственной деятельности. Каждый субъект хозяйствования должен быть наделен четко определенными правами и иметь возможность свободно передавать их любому другому лицу (физическому или юридическому)… Без соблюдения этой правовой нормы институт собственности просто не существует… Что действительно должно быть сделано в первую очередь — это разделение экономической и политической власти. Без института собственности, т. е. четкого правового определения и защиты имущественных прав и процедур их передачи в процессах предпринимательской деятельности, такая задача неразрешима»1.

По мнению экспертов, принципы оформления в России института собственности должны включать:

— конституционное закрепление значительной доли ресурсов в форме коллективного достояния российского общества (национального имущества);

— открытый конкурентно-рыночный режим хозяйственной эксплуатации национального имущества на основе его аренды, обеспечивающий необходимый уровень доходности этого имущества;

— установленное законом присвоение в пользу всех граждан России части предпринимательского дохода и всей ренты от коммерческой эксплуатации национального имущества в качестве главного экономического источника фонда социальных гарантий.

Первые попытки внести рыночные элементы в централизованную командную экономику были предприняты еще в рамках СССР.

В результате принятия Законов об индивидуальной трудовой деятельности (1986 г.), кооперации (1987 г.), государственном предприятии (1987 г.) и аренде (1988 г.) в СССР зародилось новое предпринимательское движение. И уже к концу 1990 г. в 245 тыс. действующих кооперативов было занято более 6 млн человек1.

Разгосударствление развивалось сначала «снизу», вне государственных программ, по инициативе самих экономических акторов. Первая попытка государственного управления этим процессом была предпринята летом 1989 г. К этому времени при Совете Министров СССР создается Комиссия по экономической реформе, которую возглавил Л.Абалкин. Ее задача состояла в выработке программы перехода к регулируемой рыночной экономике. Идеи программы материализовались в постановлениях Совета Министров СССР (1990 г.).

Положение «Об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью» открывало возможность для реорганизации отраслевых органов управления. В 1990-1991 гг. 20 отраслевых министерств и ведомств были ликвидированы, а на их базе созданы объединения, ассоциации и концерны. Первыми в этом списке были образованные в соответствии с правительственным решением Газпром и «Агрохим». Снабженческие органы (госснабы) преобразовывались в биржи и совместные предприятия. Параллельно с реорганизацией министерств и ведомств на базе их финансовых управлений создавались коммерческие банки. Отделения бывших специализированных банков преобразовывались в самостоятельные коммерческие банки: 1/5 существующих в России частных банков была создана в результате реорганизации специализированных банков, 1/5 — руководителями отраслей и крупных предприятий2.

Следующая серия государственных мер была направлена на акционирование крупных предприятий. В начале 1990-х гг. проводятся эксперименты в области акционирования (Балтийское морское пароходство, Саратовский авиационный завод и др.). Первым в этом списке был автомобильный гигант КамАЗ, акционированный по решению Совета Министров СССР в 1990 г. Экономическая реформа и начавшаяся массовая приватизация способствовали расширению границ предпринимательской деятельности. В течение 1992 г. в частную собственность перешло 46 тыс. предприятий различных отраслей. К началу 1993 г. в Российской Федерации было зарегистрировано 400 тыс. товариществ, 200 тыс. индивидуальных и частных предприятий, 150 тыс. кооперативов, почти 200 тыс. акционерных обществ, 12 тыс. ассоциаций, концернов и консорциумов3.

1 См.: Экономика и жизнь. 1991. № 20. С. 12.

2 См.: Известия. 1994. 2 июля; Экономика и жизнь. 1993. № 4. С. 13.

3 См.: Экономика и жизнь. 1993. №4. С. 13.

К концу 1993 г. в стране было приватизировано уже около 70% всех государственных предприятий в сфере торговли и услуг — так называемая малая приватизация. В сфере большой приватизации из 4,8 тыс. крупнейших предприятий 32% прошли регистрацию как акционерные общества. В 1993 г. в негосударственном секторе экономики работало 30 млн человек, или около половины всех занятых в народном хозяйстве1. Начались структурные сдвиги в российской экономике. Первыми на путь реструктуризации вступили предприятия газовой и нефтяной промышленности. В 1993 г. государственный концерн Газпром был акционирован. С 1992 по 1995 г. формировались вертикально интегрированные нефтяные компании. Аналогичные процессы наметились и в космической отрасли, авиастроении, цветной металлургии. Несколько позже, в 1995-1996 гг., происходила реструктуризация в отраслях, работающих на внутренний рынок (пищевая, текстильная, химическая промышленность). Одновременно окреп банковский сектор, в котором наряду с трансформировавшимися государственными банками начали успешно работать новые коммерческие банки. Период с 1995 г. и до лета 1998 г. протекал под знаком создания в России финансово-промышленных групп (ФПГ), первые из которых появились еще в 1993-1994 г. По мере постепенного преодоления кризисного состояния в российской экономике наблюдается резкий рост количества слияний и поглощений в различных отраслях промышленности, а также повышение уровня концентрации на финансовом рынке.

В сентябре 1999 г. Правительство России приняло Концепцию управления государственным имуществом и приватизации в Российской Федерации. Однако цели развития государственного сектора экономики, изложенные в ней, не нашли полного отражения в плане развития государственного и муниципального секторов экономики. Тем не менее Правительство предприняло некоторые шаги по исправлению ситуации: были внесены изменения в методологию определения состава государственного сектора экономики; в план развития госсектора на 2001 г. включены показатели финансово-хозяйственной деятельности не только государственных унитарных предприятий и учреждений, акционерных обществ, в уставном капитале которых более 50% голосующих акций находится в федеральной собственности, но и дочерних компаний и предприятий, входящих в холдинги, головная компания которых имеет государственный пакет акций, превышающий 50%. Подобное нововведение позволяет оценить масштабы государственного сектора и в существенной мере коснется предприятий ТЭК, алмазо-золотодобывающей про-

1 См.: Деловой мир. 1994. 31 дек. С. 1.

мышленности, отрасли связи. Это даст возможность точнее контролировать финансовые потоки на предприятиях, пакеты акций которых принадлежат государству.

Наряду с Концепцией в регионах также приняты нормативные документы по управлению собственностью. В частности, проект концепции управления собственностью Москвы и взаимодействия с иными собственниками на территории города до 2005 г. был одобрен постановлением правительства Москвы от 26 октября 1999 г. №977.

В результате преобразования отношений собственности в Российской Федерации число приватизированных предприятий к началу 2002 г. составило свыше 66% от общего количества государственных предприятий по состоянию на начало приватизации. Около 90% объема промышленной продукции в сегодняшней России производится в негосударственном секторе экономики, главным образом на крупных корпоративных предприятиях. Вместе с тем, по оценке специалистов, «под контролем государства находятся не менее 50% активов и соответственно не менее 50% выпуска ВВП… Так что, учитывая другие каналы влияния государства, о российской экономике можно говорить как об экономике государственной, несмотря на проведенные рыночные реформы»1.

При этом государственный сектор новой российской экономики составляют такие организационные формы, как государственные унитарные предприятия (ГУЛ); акционерные общества с государственным участием; бюджетные учреждения.

Так, к концу 2001 г. насчитывалось 9394 федеральных государственных унитарных предприятий (ФГУП) с числом занятых 3,65 млн человек и основными фондами в размере 4863,1 млрд руб. Эксперты рассматривают ГУЛ, как «переходную форму от советского хозрасчетного предприятия либо к казенному предприятию, смета которого консолидирована в бюджет, либо к одному из типов хозяйственных обществ (ОАО, ЗАО, паевое товарищество и т. п.)»2, подчеркивая свойственную этой форме неопределенность прав собственности и контроля. Действительно, руководитель унитарного предприятия, назначаемый собственником или его уполномоченным органом, подотчетен не собранию трудового коллектива, а собственнику или уполномоченному им органу. То есть ни руководитель, ни трудовой коллектив ГУЛ не обладают правом реального управления таким предприятием, которое как собственность уходит «в тень». Это показательный пример уровня и качества управления

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1 Ясин Е. Бремя государства и экономическая политика (либеральная альтернатива) // Вопросы экономики. 2002. № 11. С. 18.

2 Там же.

государственной собственностью. Тем более что эксперты подтверждают: до настоящего времени между федеральными органами исполнительной власти четко не разделены функции по управлению унитарными предприятиями и нет координации. Отсутствуют: постоянные функции менеджмента государственной собственности, связанные с ее воспроизводством; должный уровень межведомственной координации действий по обеспечению контроля за эффективностью управления государственным имуществом; контроль за деятельностью руководителей федеральных государственных предприятий и мониторинг результатов финансово-хозяйственной деятельности.

В результате до сих пор:

— не определены цели деятельности каждого предприятия;

— отсутствуют единые принципы управления государственной собственностью в отраслях национальной экономики;

— нет реестра экономической эффективности деятельности предприятий;

— не заключены контракты с руководителями более 5% предприятий, а имеющиеся не предусматривают ответственность руководителей за результаты деятельности;

— учредительные документы более чем 80% предприятий не соответствуют Гражданскому кодексу Российской Федерации1.

Правда, в октябре 2002 г. Государственной Думой был принят Федеральный закон «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», который устраняет некоторые недостатки в правовом обеспечении деятельности ГУЛ. Но для многих специалистов естественным решением представляется ликвидация ГУЛ как самостоятельной формы хозяйственных организаций — из-за ее неэффективности.

Из приведенных данных видна устойчивая тенденция к сокращению количества приватизированных государственных и муниципальных унитарных предприятий, организаций. Это можно объяснить, главным образом, завершением процесса массовой приватизации, акционирования предприятий нефтяной отрасли, металлургического комплекса, морского и речного транспорта, которые являются наиболее привлекательными для инвесторов. В то же время у менеджмента отсутствует заинтересованность в проведении приватизации, что объясняется наличием в гражданском законодательстве права хозяйственного ведения, которое практически выводит унитарные предприятия из-под эффективного контроля государства.

Таблица 1

Относительные показатели эффективности государственного и негосударственного секторов промышленности в 2000 году1

Отрасль Производительность труда секторов Фондоотдача секторов

государственного негосударственного государственного негосударственного

Промышленность в целом 68,7 105,6 84,9 102,0

Электроэнергетика 89,4 101,2 131,0 97,6

Топливная промышленность 28,7 111,2 81,3 109,9

Черная металлургия 45,6 103,3 66,7 101,4

Цветная металлургия 93.4 101,3 59,3 115,9

Машиностроение

и металлообработка 96,3 101,0 101,5 99,6

Легкая 79,0 101,4 87,5 100,7

Пищевая 71,0 103,0 53,2 106,6

Медицинская 86,3 103,1 67,8 109,8

Таблица 2

Динамика приватизации государственных и муниципальных унитарных предприятий, организаций2

Предприятия 1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г. 1999 г. 2000 г. 2001 г.

Количество приватизированных государственных и муниципальных унитарных предприятий, организаций в том числе: в Федеральной собственности 21 905 5685 10 152 1875 4997 928 2743 374 2129 264 1536 104 2274 170 2287 125

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Однако несмотря на полученные результаты в области преобразования отношений собственности в Российской Федерации сохраняется значительный потенциал для дальнейшей приватизации. В этой связи экспертное мнение приветствует программу приватизации на 2002-2003 гг., предусматривающую продажу 1012 ГУП (в результате слияний, присоединений и ликвидации их число должно сократить-

1 См.: Законодательство и экономика. 2002. № 12. С. 8.

2 См.: Об итогах социально-экономического развития Российской Федерации в 2001 году. 2002. Март. С. 88.

ся еще на 1500 единиц), но считает, что темпы ликвидации ГУЛ, в том числе с преобразованием их в казенные предприятия или акционерные общества, можно было бы существенно ускорить. Что касается акционерных обществ с государственным участием, то в стране на начало 2002 г. насчитывалось 4606 таких хозяйственных обществ (с долей государства в них более 50%). Между тем смешанная частно-государственная акционерная собственность, выбранная в качестве основной формы собственности для обеспечения процессов приватизации, в России оказалась крайне удобной лишь для всевозможных махинаций. Государство остается самым крупным собственником-аутсайдером, владеющим примерно 10% всего акционерного капитала. Оно сохраняет за собой значительные пакеты акций в базовых отраслях (топливной, электроэнергетике, нефтехимии). У него есть возможность влиять на принимаемые решения на многих предприятиях, где право «вето» закреплено за государством благодаря наличию у него так называемой золотой акции. Однако при этом государство играет наименьшую роль в борьбе за контроль над предприятиями, по существу, передало свою собственность в полное распоряжение управленцев и частных акционеров. Это связано с тем, что в ходе реформ оно не выработало целевой стратегии воздействия на производство на основе государственного предпринимательства, а также не имеет аппарата, с помощью которого могло бы осуществлять эту деятельность.

Но так неэффективно ведет себя государство на федеральном уровне. На региональном же и местном уровне власть создает иную проблему: подменяет эффективное государственное предпринимательство весьма энергичным административным вмешательством в работу предприятий и распределение собственности. Речь идет о стремлении региональных и местных властей к захвату собственности через приобретение пакетов акций компаний.

Государству предстоит совершенствовать участие своих представителей в акционерных обществах и повышать эффективность управления находящимися в государственной собственности акциями. Ему следует вести постоянную управленческую работу с каждым предприятием и многими акционерными обществами в части определения управленческих функций, порядка отчетности руководителей, налаживания мониторинга финансово-хозяйственной деятельности предприятий, создания реестра показателей экономической эффективности, проведения конкурсного отбора аудиторских организаций для оказания помощи в решении задач по контролю за крупнейшими предприятиями, уточнение уставов предприятий.

Приватизационный чек – государственная ценная бумага на предъявителя, которая давала владельцу право на участие в приватизации в 1992-1994 годах. За российскими приватизационными чеками закрепилось неофициальное название «ваучер».

Они выпускались на основании указа президента России от 14 августа 1992 года «О введении в действие системы приватизационных чеков в РФ».

Каждый чек имел номинал 10 тыс. неденоминированных рублей. Эта цифра была вычислена следующим образом: все имущество, подлежавшее приватизации, было оценено и разделено на количество граждан, которые должны были принять в ней участие.

Выпуск приватизационного чека в неименной, предъявительской форме стал результатом компромисса: считалось, что так удастся уменьшить возможность давления директоров предприятий на своих сотрудников.

Граждане могли использовать приватизационные чеки двумя способами.

Во-первых, проводились специализированные чековые аукционы, на которых акции предприятий обменивались на ваучеры. Курс такого обмена определялся количеством заявок и отличался в разных регионах. Так, в Москве за один приватизационный чек на аукционе можно было получить 50 акций ОАО «Газпром», а в Московской области – 300 акций.

Во-вторых, приватизационные чеки можно было инвестировать в специализированные чековые инвестиционные фонды. Такие фонды в дальнейшем были преобразованы в акционерные инвестиционные фонды. Наибольшей популярностью пользовались «МН-фонд», «Гермес-союз», «Меридиан» (ранее — Первый инвестиционный ваучерный фонд), ИК «Русс-инвест» (ранее — «МММ-инвест»), Энерготрансбанк (ранее — Народный чековый инвестиционный фонд) и др.

По сведениям ФСФР, часть этих фондов прекратила свою деятельность. Однако некоторые существуют и сегодня. Например, акции «Меридиана», «Русс-инвеста» покупаются и продаются на бирже ММВБ-РТС.

Несмотря на неоднозначное отношение к программе приватизации, общепризнано, что приватизационные чеки стали одной из первых ценных бумаг, которые обращались на зарождавшемся фондовом рынке в России. И многие инвестиционные компании начинали свою деятельность с торговли ваучерами.

&nbspА Ваш ваучер сколько стоит?

Ваучер жил и умер не даром

Сколько Вы выручили за свой ваучер? Многие уже и не вспомнят. Копейки какие-то. А некоторые вообще сочтут вопрос издевательским. Да разве можно было на этой бумажке что-нибудь заработать?
Представьте себе — да. И некоторые заработали на каждой бумажке по $1560. Как? Очень просто: они использовали ее по прямому назначению — на чековых аукционах по продаже акций приватизированных предприятий. Ваш ваучер, который Вы, возможно, сдали в ближайшем коммерческом ларьке или в метро, тоже, наверняка, попал на один из этих аукционов. Только выгоду от этого получили не Вы, а тот, кто купил у Вас ваучер. Можете немного покусать локти.
Тем не менее у Вас еще есть шанс заработать на приватизации. Правда теперь за это удовольствие придется платить уже деньги.
Чековые аукционы оказались выгоднее, чем казались
Все мы по-разному распорядились своими приватизационными чеками: кто-то продал (в коммерческом ларьке, в метро или просто на улице), кто-то вложил в чековый инвестиционный фонд, а кто-то решил самостоятельно отправился с ним на чековые аукционы. Последний путь, как теперь выясняется, оказался самым выгодным.
Аукционы по продаже акций крупных российских предприятий не обманули надежд тех, кто в силу сверхъестественной прозорливости или просто любопытства решился принять в них участие. Для того, чтобы галлопирующая рублевая инфляция не мешала оценить степень их удачи, мы пересчитали рыночную стоимость вложенного ваучера и сегодняшний курс приобретенных за него акций в доллары по курсу ММВБ на соответствующую дату. В валютном эквиваленте доходность вложений ваучеров в акции большинства приватизированных предприятий превысила 100% годовых (для сравнения, по валютным вкладам московские банки редко платят больше 15-20% годовых).
Более того, по шести предприятиям (главным образом нефтяной и металлургической промышленности) доходность вложений к концу этого года превзошла 1000% годовых в валюте. Акции «Юганскнефтегаза» принесли 1445,5% годовых, а «Сургутнефтегаза» — 1132,9%, или чистый доход в $332 и $158 на каждый вложенный ваучер (см. таблицу). Также в высшей степени удачно сложились обстоятельства для участников аукционов по продаже акций «ЛУКойл-холдинга» (доходность 1169,2% годовых), Красноярского алюминиевого завода (1394,7%), Санкт-Петербургской телефонной сети (1326,3%), Новолипецкого металлургического комбината (1012,5%). Но все рекорды побила доходность акций «Газпрома», приобретенных на аукционе в Пермской области — 16125,8% годовых в валюте.
Чистым убытком можно считать вложение приватизационного чека в акции только двух предприятий, да и то лишь тем из нас, кто использовал не свой дармовой ваучер, а чужие, купленные предварительно за деньги. Неприятность случилась с участниками состоявшегося 30 июня 1994 года второго аукциона по акциям АО «Пермские моторы». Купив в этот день ваучер (стоивший тогда $21,6) и обменяв его на акции объединения, мы бы потеряли к 9 декабря $16,38, что составляет 170,6% годовых убытка. Не более удачливыми оказались и акционеры того же самого «Газпрома», но только те, которые приобретали его акции в Москве и Санкт-Петербурге (об этом чуть позже).
Неудача акционеров «Пермских моторов» объясняется особыми обстоятельствами, а именно датой проведения аукциона. Курс акций «Пермских моторов» на нем оказался завышенным потому, что мероприятие состоялось буквально в последний день ваучерной приватизации, и на него были сброшены (по принципу «все равно пропадет») пакеты чеков, в силу тех или иных причин не использованные на более ранних аукционах. В дальнейшем, на вторичном рынке, спрос на акции «Пермских моторов» колебался между очень слабым и нулевым, что обусловило невысокий курс этих ценных бумаг.
Высокая в целом доходность по вложениям ваучеров в акции приватизированных предприятий объясняется в первую очередь тем, что предприятия выставлялись на аукцион по заниженной стоимости основных средств (в соответствии с данными балансов за 1992 год, которые в связи с инфляцией к моменту проведения аукционов в 1993 и особенно 1994 году сильно отстали от реальной рыночной стоимости имущества).
Заметное влияние на общую картину доходности вложения ваучеров в акции российских эмитентов оказали также колебания курса приватизационного чека. Наиболее доходными оказались вложения тех ваучеров, которые можно было приобрести в период прохождения соответствующего чекового аукциона сравнительно дешево на вторичном рынке. Такая ситуация имела место, например, во время многомесячного затишья на рынке ваучеров в первой половине 1993 года. В рублях его рыночная цена с января по июль поднялась с 4 тыс. до 10 тыс., но в валютном эквиваленте приватизационный чек за этот период подешевел с $9,59 до $9,43. Своего же пика его рыночный курс достиг в апреле 1994 года ($22,9) и затем, до конца срока обращения этой ценной бумаги, значительных спадов уже не испытывал. Естественно, приобретение чеков в этот период с целью их последующего вложения на аукционы для нас было менее выгодно.
Хороший доход, который принесли купленные на чековых аукционах акции, определяется также тем, что во второй половине уходящего года акции ряда эмитентов резко поднялись в цене. В августе-сентябре росли акции нефтедобывающих компаний, а с конца октября начался продолжающийся до сих пор рост курса металлургических предприятий (особенно — алюминиевых). Ваучер, вложенный в предприятия этих отраслей обеспечил валютную доходность от 500 до 1000% годовых.
«Газпром» шагает не в ногу
А известно ли Вам, что «Газпром» дал России не только нынешнего премьер-министра, но и абсолютный рекорд доходности по ценным бумагам, который уже вряд ли когда-нибудь будет побит? Ошеломляющие результаты аукционов по продаже акций этого промышленного гиганта, можно объяснить уникальной схемой проведения чековых аукционов по ним. В соответствии с ней покупатели акций «Газпрома» в разных регионах оказались в неравных условиях. В привилегированное положение попали те из них, кого угораздило жить по соседству с газпромовскими скважинами и трубопроводами.
Дело в том, что имущество «Газпрома» распродавалось частями, причем каждая часть — на той административной территории, на которой она находится. А география газодобывающей промышленности в России такова, что основные районы газодобычи, как правило, наименее заселены. И наоборот, в местах наибольшего скопления чековладельцев к продаже были предложены очень маленькие доли собственности «Газпрома». В результате самым выгодным курс акций был в малонаселенных районах. В обеих российских столицах участие в чековом аукционе по акциям «Газпрома» принесло инвесторам серьезные убытки — $8,6 и $4,7 на каждый вложенный ваучер в Москве и Петербурге соответственно. Наиболее удручающими итоги аукциона были для жителей Алтайского края: в этом регионе на один ваучер (стоивший тогда больше $20) пришлось 16 акций, которые стоят теперь $4,16, что принесло убытки — 182% годовых в валюте.
В Перми, напротив, итоги аукциона поражают доходностью: пакет из 6000 акций «Газпрома», доставшийся пермякам на каждый вложенный ваучер, стоит сейчас $1560, что соответствует умопомрачительной доходности 16126% годовых.
Так хорошо больше не будет. Но будет неплохо
На предстоящих денежных аукционах на такую доходность рассчитывать уже не приходится. Такое мнение единодушно высказали опрошенные «Д» специалисты ряда московских брокерских фирм. Снижение доходности на новом этапе приватизации они прогнозируют, исходя из того, что стоимость основных фондов предприятий, выставляемых на денежные аукционы, будет исчисляться уже не по заниженным данным баланса 1992 года, а по гораздо более высоких балансовым показателям 1994 года. Более высокая стартовая цена этого имущества естественным образом ограничит потенциал роста курса обеспеченных им ценных бумаг на вторичном рынке.
Кроме того сейчас наш фондовый рынок начал приобретать черты цивилизованного. Одна из таких черт заключается в том, что нельзя купить «на грош пятаков», то есть по дешевке то, что на самом деле стоит дорого.
Некоторые брокеры вообще пессимистично оценивают перспективы нашего участия в денежных аукционах. Начальник фондового управления компании «Битца-инвест» Дмитрий Аверьянов высказал мнение, что по большому счету это мероприятие — исключительно для богатых фирм, поскольку предприятия, выставляемые на аукционы, прежде всего будут заинтересованы в реализации крупных пакетов акций за непосильные для частных лиц суммы денег.
Существует в среде профессионалов и противоположная точка зрения. Фондовый эксперт компании «Грант» Александр Иванищев считает, что частные лица вполне смогут получить на денежных аукционах, как он выразился «огромные барыши». Аукционная цена акций, по его мнению, всегда будет ниже реальных рыночных цен, так как крупные фирмы не в состоянии единовременно извлечь из оборота и направить на аукционы количество денег, достаточное для того, чтобы оттеснить от участия в них «мелкого частника». Потенциал роста курса акций после аукционов он считает весьма высоким.
Главный эксперт «Российского брокерского дома» Валерий Миронов поддержал предыдущего коллегу в том, что касается перспектив роста акций после денежных аукционов, и добавил, что доходность по вложениям частных лиц в покупку ценных бумаг на денежных аукционах будет намного выше, чем от размещения средств на банковском депозите. Так что пожалуй, мы можем попробовать поиграть на акциях.
Новое поколение выбирает нефть и металл
Принимая решение о покупке акций, конечно, необходимо помнить, что высокая доходность по ним сопряжена с большим риском. Акции — это не депозиты в высоконадежных банках, где вам гарантирован пусть невысокий, но стабильный доход. Тем не менее и потерять все, вложив деньги в реально существующие и работающие предприятия, очень маловероятно, поскольку их акции обеспечены конкретной собственностью — зданиями, оборудованием, наконец землей, на которой предприятия стоят.
Не следует обходить своим вниманием предприятия, крупными пакетами акций которых владеет государство. Такие предприятия, как правило, являются монополистами в своих отраслях, а это служит дополнительной (и очень существенной) гарантией от банкротства.
Ваучерная приватизация подтвердила истину, которая собственно, и без того выглядела достаточно очевидной: наиболее привлекательными объектами вложения средств в России являются топливные и металлургические предприятия. Очень большой доход принесли также акции машиностроительных, телекоммуникационных, торговых и пищевых фирм. Предприятия этих же отраслей, несомненно, останутся в числе приоритетных объектов инвестирования и в ходе денежной приватизации.
Акции нефтяных предприятий переживают сейчас не лучшие времена. В последние три месяца, если не принимать во внимание временных конъюнктурных подъемов, их курсы падают. Тем не менее, по мнению профессиональных брокеров, их спад обусловлен предыдущим необоснованным взвинчиванием в результате спекулятивной игры. На рынке действует закон сохранения энергии: после повышения будет и понижение. И наоборот. По мнению Дмитрия Аверьянова, нижней точки падения нефтяные акции уже достигли и в дальнейшем их курсы пойдут вверх. Другими словами, возможно именно сейчас нефтяные акции снова стоит покупать (если, конечно, дальнейшие события будут развиваться по прогнозам г-на Аверьянова).
В отличие от нефтяных, акции металлургических предприятий находятся сейчас в фазе подъема. По мнению Александра Иванищева, своего пика они еще не достигли. По его словам, тон на этом рынке задают фирмы, стремящиеся к контролю над конкретными предприятиями. Например, по его словам, борьба за контроль идет сейчас вокруг Саянского и Красноярского алюминиевых заводов. До тех пор, пока не определится реальный хозяин этих предприятий, потенциал роста их бумаг будет сохраняться.
В пользу роста курсов «металлических» акций говорит благоприятная мировая конъюнктура. Российские металлургические предприятия во многом определяют ценовую политику на мировых рынках металлов. Так после того, как некоторое время назад возникли слухи об аварии на Норильском металлургическом комбинате, на лондонской бирже сразу подскочили цены на никель. Подобные примеры свидетельствуют реальном весе российских структур в мировой промышленности.
Фондовая фенология
Прежде чем решать, кусочек какого предприятия вам стоит приобрести в свою приватную собственность, следует определиться: зачем это вам нужно. Либо вы хотите получать высокие дивиденды, либо вас привлекает чисто спекулятивная игра. В первом случае речь будет идти о долгосрочных вложениях — в акции фирм, реализующих крупные проекты, по завершении которых вы будете вознаграждены за терпение. Во втором случае, вознаграждается не терпение, а тонкое чувство момента, когда от акций пора избавляться.
Долгосрочными и спекулятивными вложениями можно заниматься параллельно. Главный эксперт «Российского брокерского дома» Валерий Миронов порекомендовал приобретать акции не одного, а 5-10 предприятий нескольких, не связанных между собой отраслей. Таким образом вы минимизируете риск потерь на тот случай, если чувство момента подведет или просто фортуна повернется тыльной стороной.
Курс акций может колебаться в зависимости от множества обстоятельств, в том числе и трудно поддающихся прогнозированию. Тем не менее на фондовом рынке, так же как и метеорологии, существует достаточно «примет», позволяющих с большой вероятностью судить, куда пойдут курсы акции.
В наших условиях первая и практически безотказная примета: если на горизонте появился иностранец — это к повышению. Иностранные инвесторы интересуются крупными пакетами акций, и появление заказов на приобретение таких пакетов поднимает курс акций на рынке.
Другая примета: курс растет к урожаю, то есть ко времени выплаты дивидендов. Однако, нужно помнить, что за месяц до выплаты реестр акционеров закрывается. Если вы купили акции в этот период, то права на дивиденды не имеете.
Поднимают курс не только сведения о об интересе иностранных инвесторов к тому или иному российскому предприятию, но даже и его аудиторская проверка известной западной фирмой, что делает его более привлекательным для западных капиталов. Знаете ли Вы, что иметь постоянного аудитора на западе так же престижно, как личного психолога? Так повышению курса акций «Газпрома» может способствовать информация о том, что сейчас он ведет переговоры с Price Waterhouse о проведении аудиторских проверок.
Информация о крупных проектах эмитента поднимает курс его акций. Так громкий проект реконструкции здания ГУМа «ГУМ-2000» вызвали подъем его акций. Хотя отдачу от этих капиталовложений можно будет ощутить в лучшем случае через 2-3 года, фондовый рынок среагировал на предполагаемую прибыль уже сейчас.
Сообщения о неудачах эмитента снижает курс его акций. Вспомним случай с АО «Коминефть». Когда произошла авария на одном из участков трубопровода в Коми, курс его акций начал снижаться. Правда падение акций «Коминефти» объясняется не только этим форс-мажором, но и общим спадом конъюнктуры нефтяных акций.
Падение курса в более отделенной перспективе могут определять те же факторы, которые в ближайшей — вызывают его рост. Например, получив от крупного инвестора заказ на пакет, брокеры повышают цену с целью скупить побыстрее акции и набрать необходимый пакет. После удовлетворения спроса иностранного инвестора курс не обязательно, но, как правило, идет вниз. Итак, после прохождения информации о покупке крупного пакета акций иностранным инвестором, если вы ведете спекулятивную игру, есть смысл подумать о сбросе этих акций.

Ваучерная приватизация лучше всего подходит когда

Ключевым моментом организации приватизации является выбор между ваучерной (чековой) и денежной приватизацией. Ваучерная концепция, характерная для бывших социалистических стран, исходит из того, что государственная собственность представляет собой комбинацию или сумму имущественных прав всех граждан — собственников, и раздел государственного имущества поровну среди всех жителей страны представляет собой наиболее простую форму разгосударствления.

С точки зрения теории игрового поведения, можно отметить, что в этих условиях стороны воспринимают ситуацию ваучерной приватизации (то есть появление ценных бумаг, выражающих определенную конечную стоимость приватизируемых предприятий, или раздел конечной же общей собственности) как игру с закрытой суммой, то есть создают ситуацию, когда их поведение направлено не на развитие народного хозяйства в целом, но на увеличение своей доли в нем даже ценой общего экономического спада. В этой ситуации государство должно играть роль защитника интересов совокупности элитных групп в целом против отдельных подгрупп или отдельных их членов, то есть роль государства через свои перераспределительные функции должна увеличиваться в лице фискальных органов, органов финансового контроля и др., что ведет к общему увеличению влияния государства в обществе. А это противоречит основной задаче разгосударствления — уменьшению этого влияния.

Привлечение новых социальных групп (ваучерных и финансовых спекулянтов и др.) в управление реальной экономикой при ваучерной приватизации ведет к острым конфликтам между старыми (директорами и традиционными банковскими и финансовыми группами) и новыми элитами, а следовательно, к политической и общей нестабильности. Конфликты интересов мешают достижению консенсуса в части общего увеличения национального дохода.

Существеннейшим недостатком ваучерного механизма является и то, что он нарушает нормальную работу всех финансовых инструментов общества. С точки зрения финансового обращения, ваучер представляет собой ценную бумагу, а с другой стороны, он не связан напрямую с денежным механизмом и не учитывается. В условиях, когда монетарные и фискальные органы страны технически не в состоянии учитывать реальное влияние новых ценных бумаг на денежное обращение и оперативно реагировать на него (что чаще всего характерно для больших стран), введение приватизационных чеков в обращение, ничем не подкрепленных в реальном секторе, при отсутствии инвестиционного бума разрушает не только обращение на рынке корпоративных ценных бумаг с катастрофическим падением курса акций в силу превышения агрегированного предложения над спросом, но и другие области денежного обращения.

Представляется, что ваучеры в той части, в какой они являются государственными ценными бумагами, требуют постоянной и тщательной опеки со стороны эмитента, которым является государство, чего не произошло, например, в России

. Государство может и должно иметь право выкупа ваучеров по требованию инвесторов, в том числе и в целях повышения ликвидности. В этом случае в сфере обращения ваучеров начинает действовать более полный механизм фондового рынка. На июль 1994 года (завершение чекового этапа приватизации) стало ясно, что основная часть несвязанного с приватизированными предприятиями населения предпочли либо продать свои ваучеры, либо вложить их в Чековые Инвестиционные Фонды (ЧИФы), минимизировав собственную прибыль.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *