Военная охрана

II. Статус ЧВК в международном гуманитарном праве

Считать ли сотрудников ЧВК комбатантами, наемниками или гражданскими лицами, является весьма спорным вопросом. Необходимо в первую очередь установить комплексную и обязывающую правовую основу, регулирующую деятельность этих сотрудников на практике, особенно если они прибегают к силе.

Помимо проблемы с определением их статуса в Документе Монтрё, подготовленном Международным комитетом Красного Креста в 2008 году, предлагается система регулирования и прописывания ответственности за действия ЧВК на индивидуальном уровне, на уровне компании или государства. Однако и этот документ не имеет обязательной юридической силы, поскольку он не отражен в национальных правовых системах, которые могут отличаться друг от друга.

1. Наемники, комбатанты или гражданские лица

Можно попытаться отнести сотрудников ЧВК скорее к наемникам или комбатантам, чем к гражданским лицам. Тем не менее ни одна из этих категорий, очевидно, не охватывает все многообразие их деятельности, и сложности законодательных критериев, предусмотренных для каждой из них.

Для регламентации деятельности ЧВК применение категории наемников имеет очень ограниченный смысл. Во-первых, существует очень мало положений, относящихся к регулированию применения силы наемниками. Дело в том, что главной целью Конвенции о наемниках было не регламентировать их деятельность, а скорее искоренить эту практику с помощью криминализации наемничества. Следует подчеркнуть, что быть наемником еще не значит нарушать право вооруженных конфликтов; это значит, что наемники должны соблюдать положения гуманитарного права при использовании вооруженной силы. Вторая проблема связана с самим определением наемника, представленным в статье 47 Дополнительного протокола I к Женевским конвенциям, схожим с определением, данным в Конвенции о наемниках. В определении приводится шесть условий, которые при одновременном соблюдении позволяют считать отдельное лицо наемником. На практике эти условия применить сложно. Они обязывают рассматривать каждый случай отдельно, что не позволяет подойти к общему определению статуса сотрудников ЧВК и его коллективного и многонационального аспекта.

Определение наемника не может охватить все стороны деятельности ЧВК, поскольку в определении идет речь только о вербовке для участия в боевых действиях, и в него не включена «серая» зона миссий по обеспечению безопасности, когда вооруженная сила используется только в целях защиты или самообороны. Ответственность военного командира за безопасность выходит за привычные рамки самообороны и защиты и приравнивается к непосредственному участию в военных действиях. Тем самым используемое международным гуманитарным правом понятие непосредственного участия в военных действиях для проведения различия между гражданскими лицами и комбатантами оказывается более соответствующим для описания и регламентации деятельности ЧВК.

В международном гуманитарном праве сотрудников ЧВК можно отнести к комбатантам, если явствует, что они включены в вооруженные силы, как это предусмотрено в статье 43.1 Дополнительного прокола I к Женевским конвенциям. К сожалению, Протокол не дает никаких уточнений относительно обязательных процедур такого включения. Как следствие, этот вопрос оставлен на усмотрение национальных законодательств, подход которых является традиционно строгим, не допускающим отнесения членов ЧВК к вооруженным силам. Определение комбатантов согласно третьей Женевской конвенции, также сложно применить к сотрудникам ЧВК, поскольку оно требует от членов ополчения и других добровольческих отрядов, принадлежащих стороне, находящейся в конфликте, соблюдения ряда условий. В статье 4А (2) указано, что они должны соблюдать следующие условия: (a) иметь во главе лицо, ответственное за своих подчиненных; (b) иметь определенный и явственно видимый издали отличительный знак; (c) открыто носить оружие; (d) соблюдать в своих действиях законы и обычаи войны. В практике государств можно усмотреть осознанный выбор, так как они рассчитывают на неоднозначность статуса групп, участвующих в конфликте.

Следует напомнить, что любая государственная практика, ведущая к выделению «законных» и «незаконных» комбатантов, явно идет вразрез с обязательствами государств перед международным гуманитарным правом.

Чтобы охватить эти серые зоны, в международном гуманитарном праве был разработан специальный статус в рамках традиционного противопоставления гражданских лиц и комбатантов. Эта категория охватывает гражданских лиц, принимающих непосредственное участие в военных действиях. Сотрудников ЧВК можно по крайней мере отнести к этой категории. Таким образом, они могут считаться законными мишенями и быть лишенными своего статуса гражданских лиц на то время, и только на то время, когда они принимают непосредственное участие в военных действиях. Непосредственным участием считаются военные действия, которые по своей природе и целям могут нанести реальный ущерб персоналу или оборудованию вооруженных сил противника (Комментарий к Дополнительному протоколу I, комментарий к ст. 51.3). Поскольку это определение приводит к отступлению от защиты, полагающейся гражданским лицам и объектам, толковать его следует строго. Под него не подпадают действия, ограничивающиеся простой поддержкой военных усилий.

Таким образом, отсутствие правовой регламентации деятельности ЧВК больше походит на осознанный выбор со стороны некоторых государств, чем на непреодолимую юридическую проблему.

наемник; гражданское население; комбатант; негосударственные вооруженные группы

2. Документ Монтрё (2008 г.)

С 2006 по 2008 год правительство Швейцарии и Международный комитет Красного Креста начали рабочий процесс, объединивший правительственных экспертов из 17 стран, которых деятельность частных военных и охранных компаний (ЧВОК) затрагивает в наибольшей степени: Австралия, Австрия, Афганистан, Ангола, Великобритания, Германия, Ирак, Канада, Китай, Польша, Соединенные Штаты Америки, Сьерра-Леоне, Украина, Франция, Швейцария, Швеция, Южноафриканская Республика. Также были проведены консультации с представителями гражданского общества и с частными военными и охранными компаниями. Итогом этой работы стал Документ Монтрё, опубликованный совместно правительством Швейцарии и МККК в 2008 году. Документ призван содействовать уважению международного гуманитарного права и прав человека. Не имея в строгом смысле обязательной юридической силы, он содержит ряд рекомендаций и примеров надлежащей практики для государств, чтобы помочь им разработать меры на национальном уровне и осуществлять свои международные обязательства.

В Документе рассматриваются основные юридические проблемы, такие как статус сотрудников ЧВОК в рамках Женевских конвенций 1949 года, индивидуальная ответственность за ненадлежащее поведение в различных судебных системах и обязательство властей следить за действиями ЧВОК и контролировать их, чтобы пресекать такое поведение. В Документе также идет речь об ответственности трех типов государств: государства, заключившие договор (государства, которые заключают договор на оказание услуг с ЧВОК), территориальные государства (государства, на территории которого осуществляют свою деятельность ЧВОК) и государства происхождения (государства, на территории которых ЧВОК зарегистрировано или инкорпорировано).

Наконец, в Документе предложены передовые практические методы, которые могут использоваться для регламентации деятельности ЧВОК. Они начинаются с этапа введения прозрачной системы лицензирования на национальном уровне и заканчиваются контролем и усилением ответственности благодаря подготовке в области международного гуманитарного права и разработке внутренних процедур.

  1. Международно-правовые обязательства, применимые к ЧВОК согласно Документу Монтрё

В Документе напоминается, что государства обязаны принять надлежащие меры для пресечения ненадлежащего поведения ЧВОК и возложения на них ответственности за такое поведение. Это является очевидным следствием обязательства уважать и обеспечивать соблюдение международного гуманитарного права, а также поощрять права человека.

Также подчеркивается, что на ЧВОК и на их персонал распространяется действие международного гуманитарного права и что они должны соблюдать его положения в ситуации вооруженного конфликта, независимо от своего статуса. Этот статус определяется международным гуманитарным правом в каждом отдельном случае в зависимости от характера выполняемых функций и обстоятельств. Например, если сотрудники ЧВОК относятся к гражданским лицам согласно международному гуманитарному праву, то они не могут прибегать к силе и не могут становиться мишенью нападения. Если, будучи гражданскими лицами, они принимают непосредственное участие в военных действиях, они теряют защиту от нападения. Тем самым они становятся законной мишенью, и с ними следует обращаться как с комбатантами на все время такого участия. В этом случае они могут подвергнуться преследованию по национальному законодательству только за то, что они применили вооруженную силу. И, наоборот, если они удовлетворяют требованиям, изложенным в статье 4 A (4) третьей Женевской конвенции, а именно если (a) они включены в вооруженные силы стороны, находящейся в конфликте или если (b) они входят в состав вооруженных организованных сил, групп или образований, находящихся под ответственным контролем государства, то таких лиц следует считать комбатантами, имеющими право на статус военнопленного. В этом случае они не могут подвергаться преследованию по национальному законодательству исключительно за свое участие в военных действиях. Тем не менее в их отношении может быть начато судебное разбирательство на национальном или международном уровне, если они обвиняются в военных преступлениях и преступлениях против человечности.

Наконец, в Документе говорится, что за любое ненадлежащее поведение со стороны ЧВОК возникает ответственность на двух уровнях: сначала это индивидуальная уголовная ответственность исполнителей и их начальников, затем, в соответствии с принципами государственной ответственности, признанными Международным уголовным судом и обычным правом, ответственность ложится на государство, инициировавшее или контролировавшее ненадлежащее поведение или руководившее такой компанией.

ответственность ▸ Международный уголовный суд

  1. Передовые практические методы

В вопросе передовых практических методов эксперты МККК воспользовались докладом Рабочей группы по вопросу наемников об основных международных принципах, которые способствуют соблюдению частными вооруженными и охранными компаниями прав человека в условиях их деятельности. По мнению экспертов Рабочей группы, введение международных стандартов, таких как установление границ законной деятельности, введение системы регистрации в территориальных государствах, а также механизма надзора, которые могли бы включать предварительное одобрение территориального государства, могли бы послужить важным инструментом в регламентировании деятельности ЧВОК.

С учетом этих решений в Документе Монтрё подчеркивается важность одобрения государствами, заключившими договор, территориальными государствами и государствами происхождения данных стандартов. Кроме того, государствам, заключившим договор, следует создавать процедуры отбора и найма ЧВОК и включить в их контракты положения, касающиеся требований к надлежащему поведению компаний и их персонала. Территориальным государствам и государствам происхождения следует, со своей стороны, создать транспарентные системы выдачи лицензий и ввести инструменты контроля за соблюдением предписаний и обеспечения ответственности ЧВОК.

Результатом инициативы Швейцарии стал Международный кодекс поведения частных военных и охранных компаний, следующий логике Документа Монтрё и разработанный в рамках межсекторального процесса. Кодекс был опубликован в ноябре 2010 года, его задачей стало, с одной стороны, определить принципы и стандарты, опирающиеся на МГП и права человека, а с другой стороны, прояснить вопросы ответственности сектора, введя независимый механизм надзора. В апреле 2013 года 602 предприятия подписали этот Кодекс поведения. Тем самым данные компании публично обязались действовать согласно Кодексу и работать с другими заинтересованными лицами над учреждением механизма надзора и разработки стандартов к середине 2012 года. Конференция, посвященная созданию Устава надзорного механизма, прошла в Монтрё в феврале 2013 года. Цель Устава – следить за эффективным применением Международного кодекса поведения путем проведения лицензирования и наблюдения за поставщиками услуг в секторе частных охранных услуг, а также путем принятия процедуры жалоб. Официальное открытие и начало работы надзорного механизма было запланировано на конец 2013 года.

Совет по правам человека также создал в июле 2005 года Рабочую группу по использованию наемников как средства нарушения прав человека и противодействия осуществлению права народов на самоопределение. В июле 2010 года эта Рабочая группа представила на 15-й сессии Совета по правам человека в Женеве проект конвенции о регулировании, надзоре и мониторинге деятельности частных военных и охранных компаний. 1 октября 2010 года Совет по правам человека ООН также принял резолюцию №15/26, создавшую Межправительственную рабочую группу открытого состава по рассмотрению возможности создания международной нормативной базы для регулирования, мониторинга и контроля деятельности частных военных и охранных компаний. Рабочая группа дополняет проект конвенции и планирует разработать международные нормативно-правовые рамки с возможностью их последующей интеграции в законодательства государств-участников.

Основные задачи и функции Военизированной охраны Белорусской железной дороги:

Согласно Закону от 08.11.2006 «Об охранной деятельности в Республике Беларусь» государственное объединение «Белорусская железная дорога» (далее – Белорусская железная дорога) осуществляет охрану грузов в пути следования и на железнодорожных станциях, объектов организаций железнодорожного транспорта общего пользования, в том числе на договорной основе, силами Военизированной охраны.

В соответствии с данным Законом издан Указ Президента Республики Беларусь от 25.10.2007 № 534 «О мерах по совершенствованию охранной деятельности», предоставляющий Белорусской железной дороге право на создание Военизированной охраны.

Постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 15.01.2008 № 34 «О мерах по реализации Указа Президента Республики Беларусь от 25 октября 2007 г. № 534» установлено, что обязательной охране Военизированной охраной подлежат:

  • перевозимые железнодорожным транспортом общего пользования грузы, подлежащие обязательному сопровождению в соответствии с законодательными актами;
  • объекты жизнеобеспечения и повышенной опасности Белорусской железной дороги и организаций, входящих в ее состав (перечень данных объектов определен приказом начальника Белорусской железной дороги от 25.03.2014 №130Н).

Военизированной охраной также выполняются функции по пресечению в пределах своей компетенции актов незаконного вмешательства в деятельность железнодорожного транспорта, охране оставленных на промежуточных станциях составов с опасными грузами, моторвагонного подвижного состава в местах отстоя, противодействию незаконной перевозке товаров железнодорожным транспортом по территории Республики Беларусь, обеспечению сохранности имущества на строящихся и модернизируемых объектах железнодорожной инфраструктуры, профилактике непроизводственного травматизма, обеспечению защиты подвижного состава от актов вандализма, участию в охране общественного порядка на железнодорожном транспорте общего пользования во взаимодействии с органами внутренних дел, реализации иных поручений руководства Белорусской железной дороги по обеспечению сохранности перевозимых грузов и государственного имущества.

Военизированная охрана Белорусской железной дороги является обособленным структурным подразделением (филиалом) Белорусской железной дороги, имеет самостоятельный баланс, счет в банке, печать со своим наименованием, а также соответствующие печати и штампы.

Свою деятельность Военизированная охрана осуществляет от имени Белорусской железной дороги в пределах полномочий, предоставленных ей в соответствии с законодательством.

Структура, штатное расписание Военизированной охраны, дислокация, участки обслуживания и количество постов ее подразделений утверждаются Начальником Белорусской железной дороги (приказ начальника Белорусской железной дороги от 25.03.2014 №131Н).

Структурно Военизированная охрана Белорусской железной дороги состоит из аппарата Военизированной охраны, как руководящего органа, и трех отрядов (Минский, Брестский и Гомельский). В состав отрядов входят 34 стрелковые команды.

Предельная штатная численность Военизированной охраны, установленная постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 15.01.2008 № 34, составляет 3500 единиц.

В соответствии с Указом Президента Республики Беларусь от 25.02.2011 № 72 Правительством Республики Беларусь осуществляется государственное регулирование цен (тарифов) на услуги по обязательному сопровождению охраняемых грузов, перемещаемых по территории Республики Беларусь железнодорожным транспортом, путем установления данных тарифов (постановление Совета Министров Республики Беларусь от 04.07.2006 № 829).

Тарифы на услуги по сопровождению иных грузов, перемещаемых по территории Республики Беларусь железнодорожным транспортом, а также по охране объектов организаций железнодорожного транспорта общего пользования силами Военизированной охраны, устанавливаются Белорусской железной дорогой самостоятельно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *