Жалоба на недобросовестную конкуренцию

На основании пункта 1 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган возбуждает и рассматривает дела о нарушениях антимонопольного законодательства. Порядок возбуждения и рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства, выдачи предписания по делу о нарушении антимонопольного законодательства, а также обжалования решений и предписаний установлен Главой 9 (статьи 39-52) Закона о защите конкуренции.
В силу части 2 статьи 52 Закона о защите конкуренции в случае принятия заявления об обжаловании предписания по делу о нарушении антимонопольного законодательства к производству арбитражного суда исполнение такого предписания приостанавливается до дня вступления решения арбитражного суда в законную силу.
На основании пунктов 3.1 и 4.2 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган рассматривает жалобы на действия (бездействие) организатора торгов, оператора электронной площадки при организации и проведении обязательных в силу законодательства Российской Федерации торгов и выдает обязательные для исполнения предписания организатору торгов, оператору электронной площадки, конкурсной или аукционной комиссии, продавцу государственного или муниципального имущества, организатору продажи. Порядок осуществления антимонопольным органом вышеуказанных полномочий, а также рассмотрения жалоб при организации и проведении закупок в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011 N 223-Ф3 «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» установлен статьей 18.1 Закона о защите конкуренции.
Таким образом, положения Главы 9 Закона о защите конкуренции применяются исключительно при рассмотрении дел о нарушении антимонопольного законодательства и не применяются при осуществлении полномочий антимонопольного органа, предусмотренных пунктами 3.1 и 4.2 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции.
В соответствии с частью 20 статьи 18.1 Закона о защите конкуренции по результатам рассмотрения жалобы по существу комиссия антимонопольного органа принимает решение о необходимости выдачи предписания, предусмотренного пунктом 3.1 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции.
В соответствии с частью 23 статьи 18.1 Закона о защите конкуренции предписание комиссии антимонопольного органа может быть обжаловано в судебном порядке в течение трех месяцев со дня принятия решения или выдачи предписания.
При этом в статье 18.1 Закона о защите конкуренции отсутствует указание на приостановление исполнения предписания в случае его обжалования в судебном порядке.
Учитывая изложенное, по мнению ФАС России, статьей 18.1 Закона о защите конкуренции установлен особый самостоятельный порядок рассмотрения антимонопольным органом жалоб на нарушение процедуры торгов и порядка заключения договоров, который не относится к процедуре рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства, и, соответственно, положения части 2 статьи 52 Закона о защите конкуренции не распространяются на случаи выдачи антимонопольным органом предписаний по итогам рассмотрения жалоб в порядке статьи 18.1 Закона о защите конкуренции.

Таким образом, исполнение предписания антимонопольного органа, выданного в соответствии с пунктом 3.1 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции, может быть приостановлено исключительно в случае принятия судом соответствующих обеспечительных мер в виде приостановления действия предписания в установленном порядке, по аналогии с практикой рассмотрения споров в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».
При этом ФАС России обращает внимание, что дело об административном правонарушении по факту невыполнения в установленный срок предписания антимонопольного органа, в том числе в случае обжалования такого предписания в судебном порядке, ответственность за которое предусмотрена статьей 19.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, подлежит возбуждению по истечению срока исполнения такого предписания, за исключением случаев принятия судом обеспечительных мер в виде приостановления действия предписания.
Привлечение к ответственности, предусмотренной законодательством Российской Федерации, не освобождает от обязанности исполнить предписание антимонопольного органа.
Дополнительно ФАС России сообщает, что в настоящее время проводится анализ и обобщение различной существующей судебной практики по указанному вопросу, которая будет направлена в территориальные управления ФАС России.
2. В связи с поступившими в центральный аппарат ФАС России запросами по вопросу полномочий территориальных органов по рассмотрению жалоб на действия (бездействие) операторов электронных площадок при проведении торгов в ходе реализации имущества должников в рамках исполнительного производства ФАС России считает необходимым уточнить положения пункта 3.10 методических рекомендаций, направленных в адрес руководителей территориальных органов ФАС России письмом ФАС России от 16.03.2015 N ИА/12337/15.
В настоящее время торги в рамках исполнительного производства проводятся на неограниченном перечне электронных площадок, функционирующих по самостоятельно установленным правилам, ввиду отсутствия нормативного регулирования электронных торгов в данной сфере.
Учитывая изложенное, применять пункт 3.10 методических рекомендаций следует с учетом того, что жалобы на действия (бездействие) юридического лица, организатора торгов, оператора электронной площадки, конкурсной или аукционной комиссии при организации и проведении торгов в ходе реализации имущества должников в порядке, установленном Федеральным законом от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», Федеральным законом от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» подлежат рассмотрению территориальным органом по месту нахождения организатора торгов, за исключением случаев обжалования действий (бездействия) операторов электронных площадок, включенных в перечень, утвержденный распоряжением Правительства Российской Федерации от 12.07.2018 N 1447-р.

Глава 2.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции»), в которой установлены запреты на различные формы недобросовестной конкуренции, действует около двух лет, и по ней уже начала складываться правоприменительная практика. Проанализируем, как антимонопольные органы устанавливают факт нарушения по одной из форм недобросовестной конкуренции — введению в заблуждение.

Статьей 14.2 Закона о защите конкуренции установлен запрет на недобросовестную конкуренцию путем введения в заблуждение. Запрещается вводить в заблуждение любых лиц — потребителей, контрагентов, конкурентов. До 5 января 2016 г. аналогичный запрет содержался в п. 2 ст. 14 данного закона.

Понятие недобросовестной конкуренции раскрывается в ст. 4 Закона о защите конкуренции. Это любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству РФ, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам — конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

Напомним, что в начале 2016 г. вступил в силу так называемый «четвертый антимонопольный пакет» — Федеральный закон от 05.10.2015 № 275-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О защите конкуренции» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее — Закон № 275-ФЗ).

Особенности применения положений Закона № 275-ФЗ разъяснены в письме ФАС России от 24.12.2015 № ИА/74666/15 (далее — письмо № ИА/74666/15). Такой форме недобросовестной конкуренции, как введение в заблуждение, посвящен п. 9.2 данного письма.

Суть нарушения

Как разъясняется в письме № ИА/74666/15, введение в заблуждение является следствием распространения не негативной информации, как при дискредитации, а наоборот, позитивной, и ее содержание касается деятельности самого распространителя и (или) его товара. В обоих случаях распространяемая информация должна не соответствовать действительности, чтобы можно было признать действия по ее распространению актом недобросовестной конкуренции.

Статья 14.2 Закона о защите конкуренции содержит перечень объектов, в отношении которых потенциально возможно введение в заблуждение:

1) качество и потребительские свойства товара, предлагаемого к продаже, назначение такого товара, способы и условия его изготовления или применения, результаты, ожидаемые от использования такого товара, его пригодность для определенных целей;

2) количество товара, предлагаемого к продаже, наличие такого товара на рынке, возможность его приобретения на определенных условиях, фактический размера спроса на такой товар;

3) место производства товара, предлагаемого к продаже, изготовитель такого товара, гарантийные обязательства продавца или изготовителя;

4) условия, на которых товар предлагается к продаже, в частности цена такого товара.

Под качеством товара согласно ГОСТ Р 51303-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Торговля. Термины и определения, утв. приказом Росстандарта от 28.08.2013 № 582-ст, понимается совокупность потребительских свойств товара, соответствующих установленным требованиям, в том числе условиям договора купли-продажи или иных аналогичным (164), а потребительским свойством считается свойство товара, проявляющееся при его использовании потребителем в процессе удовлетворения потребностей (165). Причем потребительские свойства товара могут быть указаны в маркировке товара. Введение в заблуждение относительно названных свойств может выражаться как в создании ложного впечатления об их присутствии, так и ложного представления об их степени.

Способ изготовления означает применяемые при производстве технологии, комплектующие материалы и другие условия производства товара.

Место производства может означать как страну, так и более узкий географический объект, на территории которого осуществлялось производство товара. Введение в заблуждение относительно места производства товаров возможно как вследствие ложных указаний о таком месте товара, так и вследствие использования обозначений, ассоциирующихся у потребителей с каким-либо географическим объектом (например, цветовое сочетание, ассоциирующееся с флагом страны).

Введение в заблуждение относительно изготовителя товара также возможно как вследствие ложных указаний о происхождении товара, так и вследствие использования обозначений, ассоциирующихся у потребителей с другим лицом.

Практика, основанная на прежних нормах

Вначале приведем несколько примеров из судебной практики по применения норм ст. 14 Закона о защите конкуренции, действовавшей до 5 января 2016 г., но сложившейся после этой даты.

Пример

Конкуренты пожаловались в УФАС на нарушение обществом антимонопольного законодательства при размещении на своем сайте информации, в котором говорилось, что медицинская продукция, выпускаемая обществом, по своим медико-техническим показателям не уступает зарубежным аналогам и превосходит российские. Эту информацию конкуренты сочли недостоверной, так как не назывались российские фирмы, которые производят похожую продукцию, и не указывалось, чем конкретно продукция общества превосходит российские аналоги.

УФАС вынесло постановление о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 14.33 КоАП РФ. Общество оспорило это постановление в суде. Но суды трех инстанций пришли к выводу о наличии в действиях общества признаков состава административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена ч. 1 ст. 14.33 КоАП РФ.

Надзорная инстанция также отказала обществу в удовлетворении жалобы. Так, суд принял во внимание разъяснения, изложенные в п. 29 постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 № 58 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О рекламе”» и признал размещенную заявителем информацию недостоверной. Главный аргумент: рекламная информация не содержала указания на какой-либо определенный критерий (параметр) превосходства продукции общества над находящейся в обороте аналогичной продукцией российского производителя.

(Постановление ВС РФ от 28.10.2016 № 304-АД16-9474 по делу № А45-15128/2015).

В некоторых вердиктах, принятых после 5 января 2016 г., суды разъясняют, как соотносятся нормы отмененной ст. 14 и новой главы 2.1 Закона о защите конкуренции.

В качестве примера можно привести дело № А27-97/2016, которое рассмотрел АС Западно-Сибирского округа. Хозяйствующий субъект был наказан УФАС за введение в заблуждение потребителей относительно страны происхождения товара в рамках закупок на электронных торгах.

Пример

В пункте 2 ч. 1 ст. 14 Закона о защите конкуренции (в редакции, действовавшей до 05.01.2016) установлен запрет на недобросовестную конкуренцию, в том числе введение в заблуждение в отношении характера, способа и места производства, потребительских свойств, качества и количества товара или в отношении его производителей. Как в прежней редакции Закона о защите конкуренции (ч. 2 ст. 14), так и в действующей редакции (ст. 14.2) не допускается недобросовестная конкуренция путем введения в заблуждение, в том числе в отношении места производства товара, предлагаемого к продаже.

Приведенный перечень нарушений не является исчерпывающим, изменениями, внесенными в названный закон, противоправность деяния не устранена. Следовательно, такие деяния с 5 января 2016 г. могут быть квалифицированы по ст. 14.2 Закона о защите конкуренции.

(Постановление АС Западно-Сибирского округа от 17.03.2017 № Ф04-404/2017 по делу № А27-97/2016).

Практика также показывает, что у хозяйствующих субъектов нередко возникает желание использовать нормы закона как инструмент в конкурентной борьбе. А УФАС со своей стороны не исследуют и не устанавливают все необходимые признаки недобросовестной конкуренции.

Пример — дело № А79-12429/2015, в котором предметом исследования стало единичное нарушение законодательства в области отношений, связанных с соблюдением требований технических регламентов (постановление АС Волго-Вятского округа от 07.10.2016 № Ф01-4223/2016). Но как подчеркнул суд, единично доказанный факт сам по себе не свидетельствует о нарушении антимонопольного законодательства.

Новая судебная практика

Примеров практики, которая складывается по ст. 14.2 Закона о защите конкуренции, пока немного. Приведем два наиболее интересных дела, в которых антимонопольный орган квалифицировал недобросовестную конкуренцию в форме введения в заблуждение.

Дело об информационных посредниках в пассажирских перевозках

Речь идет о деле № А24-4570/2016, которое рассматривал АС Дальневосточного округа (постановление от 15.08.2017 № Ф03-3096/2017).

Региональное министерство транспорта и дорожного строительства обратилось в УФАС с заявлением, на основании которого антимонопольный орган возбудил дело по признакам нарушения обществом ч. 1 ст. 14.2 Закона о защите конкуренции. Нарушение выразилось в организации перевозок пассажиров и багажа легковым такси лицами, которые не соответствовали требованиям федерального законодательства. В ходе рассмотрения к участию в деле было привлечено еще одно общество.

УФАС выдало нарушителям предупреждение о необходимости прекращения данного нарушения путем обращения в срок до 10 ноября 2016 г. в министерство транспорта, чтобы оформить разрешения на все транспортные средства, водители которых осуществляют перевозку пассажиров и багажа.

Общества посчитали это предупреждение незаконным, в том числе по мотиву его неисполнимости, и оспорили его в суде. Суд первой инстанции отказал им в удовлетворении требований.

Апелляция согласилась с доводами истцов и при вынесении решения исходила из того, что они не являются владельцами транспортных средств, с использованием которых осуществляется перевозка пассажиров и багажа. Решение суда первой инстанции было отменено, оспариваемое предупреждение признано недействительным.

УФАС обжаловало этот вердикт в суд округа. Но он признал правомерными доводы апелляционного суда. Приведем их.

В пункте 3 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утв. Президиумом ВС РФ 16.03.2016, разъяснено, что судебный контроль при обжаловании предупреждения, как при проверке его соответствия закону, так и при оценке нарушения им прав и законных интересов, должен быть ограничен особенностями вынесения такого акта, целями, достигаемыми этим актом, соразмерностью предписанных мер и их исполнимостью. Поскольку предупреждение выносится при обнаружении лишь признаков правонарушения, а не его факта, судебной проверке подлежит факт наличия таких признаков по поступившим в антимонопольный орган информации и документам как основаниям вынесения предупреждения.

Иными словами, при проверке законности предупреждения в судебном порядке подлежит выявлению факт его соответствия требованиям ст. 39.1 Закона о защите конкуренции, а также выяснение того, что предписанные действия, будучи реально исполнимыми в установленные сроки, действительно направлены на прекращение нарушения, устранение причин и условий его возникновения и его последствий.

В данном случае истцы действительно привлекали к перевозке водителей, не имеющих выданных в установленном порядке разрешений на перевозку пассажиров и багажа легковым такси, что является нарушением требований ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 21.04.2011 № 69-ФЗ. Но суд установил, что истцы не владеют транспортными средствами, самостоятельно не оказывают услуги по перевозке легковым такси, а оказывают заказчику только информационные услуги: вносят заявки в программно-информационный комплекс и информируют заказчика об исполнении заявки профессиональными перевозчиками и водителями такси. То есть отсутствуют признаки недобросовестной конкуренцией по отношению к иным хозяйствующим субъектам.

Дело о спорной закупке

Дело № А27-8500/2016, которое рассмотрел АС Западно-Сибирского округа (постановление от 18.01.2017 № Ф04-6160/2016), ценно прежде всего тем, что в нем разъясняется, как при рассмотрении жалоб антимонопольные органы применяют нормы законодательства о защите конкуренции и законодательства о закупках для государственных и муниципальных нужд.

К участию в аукционе на право заключения госконтракта было допущено четыре заявителя. Победителем признано общество, предложившее наименьшую цену. Один из участников закупки посчитал, что предложенная победителем цена контракта не соответствует законодательству и обратился в УФАС.

УФАС возбудило дело по признакам нарушения аукционной комиссией заказчика требований Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон № 44-ФЗ) и провело внеплановую проверку. Жалоба была признана необоснованной.

В решении УФАС указало, что в рамках данного дела не оценивались действия победителя аукциона на предмет их соответствия требованиям добросовестной конкуренции. Этот факт побудил конкурента обратиться в суд.

Суды двух инстанций удовлетворили требование участника закупки. УФАС обжаловало эти судебные акты в суде округа и выиграло.

Как УФАС осуществляет контроль

В целях обеспечения государственного контроля за соблюдением антимонопольного законодательства антимонопольный орган действует в пределах полномочий, установленных ст. 23 Закона о защите конкуренции.

Полномочия антимонопольного органа при выполнении функции по контролю (надзору) в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд установлены в главе 9 Закона о защите конкуренции.

Согласно нормам ч. 2 и 3 ст. 99 Закона № 44-ФЗ контроль в сфере закупок осуществляется, в частности, в отношении заказчиков, комиссий по осуществлению закупок и их членов, операторов электронных площадок путем проведения плановых и внеплановых проверок субъектов контроля.

Кроме того, в силу п. 2 ч. 15 ст. 99 Закона № 44-ФЗ основанием для проведения контрольным органом в сфере закупок внеплановой проверки является поступление информации о нарушении законодательства РФ и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок.

Исходя из положений ч. 3, 7, 8 ст. 106 Закона № 44-ФЗ контрольный орган в сфере закупок обязан рассмотреть жалобу по существу в течение пяти рабочих дней с даты ее поступления. Он также вправе приостановить определение поставщика (подрядчика, исполнителя) в части заключения контракта. По результатам рассмотрения жалобы принимается решение о признании ее обоснованной или необоснованной.

В данном случае жалоба участника закупки наряду с требованием признать победителя аукциона нарушившим ст. 14.2 Закона о защите конкуренции (запрет на недобросовестную конкуренцию путем введения в заблуждение), содержала требование о приостановлении размещения данного заказа в части подписания контракта. В этой части жалоба была передана на рассмотрение в структурное подразделение УФАС — отдел рекламы, недобросовестной конкуренции и финансовых рынков.

Что касается представления победителем аукциона недостоверной информации о цене контракта и требования о приостановлении размещения данной закупки, в этой части жалоба была передана в отдел контроля в сфере закупок для проведения внеплановой проверки в отношении аукционной комиссии учреждения. Установив отсутствие в действиях аукционной комиссии каких-либо нарушений, УФАС вынесло оспариваемое решение в порядке, предусмотренном Законом № 44-ФЗ.

В чем ошибались нижестоящие суды

По мнению окружного суда, вопреки выводам судов первой и апелляционной инстанций УФАС при вынесении данного решения выполняло свои функции и осуществляло возложенные на него законодательством полномочия по контролю в сфере закупок в рамках своей компетенции и в установленном процессуальном порядке.

Так, на момент обращения участника закупки в суд не истек предусмотренный ст. 44 Закона о защите конкуренции срок рассмотрения заявления на действия победителя, содержащие признаки нарушения антимонопольного законодательства.

УФАС письмом сообщило участнику закупки о результатах рассмотрения его заявления, указав на отсутствие признаков недобросовестной конкуренции в действиях его конкурента. Нижестоящие суды не приняли это письмо в качестве доказательства, подтверждающего рассмотрение УФАС жалобы общества в порядке, установленном главой 9 Закона защите конкуренции. Но действующее законодательство содержит лишь требования к форме решения антимонопольного органа, которое принимается по результатам уже возбужденного дела о нарушении антимонопольного законодательства. И УФАС этим письмом фактически принято решение об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства.

К сведению

При обращении в суд с заявлением о признании недействительным решения антимонопольного органа общество, руководствуясь ст. 198, п. 3 ч. 1 ст. 199, ч. 4 ст. 200, ч. 2 ст. 201 АПК РФ, обязано указать, какие права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности нарушены оспариваемым актом.

В деле № А27-8500/2016 заявитель не указал, какие его права и законные интересы в сфере бизнеса были нарушены, а нижестоящие суды при удовлетворении заявления не установили это обстоятельство, на что обратил внимание окружной суд в своем постановлении.

Споры о правовой охране товарных знаков и других средств индивидуализации

Положения ст. 14.2 Закона о защите конкуренции применяются и в спорах о правовой охране товарных знаков и других средств индивидуализации. В качестве примера можно привести Заключение Палаты по патентным спорам от 13.02.2017 (приложение к решению Роспатента от 13.03.2017 по заявке № 2013734794).

Коллегия рассмотрела возражение, поданное обществом (далее — податель возражения) против предоставления правовой охраны товарному знаку конкурента. Спорный комбинированный товарный знак был зарегистрирован 26 мая 2015 г. в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ в отношении товаров и услуг 11, 35, 40 и 42 классов МКТУ, указанных в перечне свидетельства, на имя конкурента (далее — правообладатель).

По мнению подателя возражения, этот товарный знак является общепринятым условным обозначением, применяемым в науке и технике и указывает на свойства товаров, в том числе носящие хвалебный характер.

Коллегия отказала в удовлетворении возражения, базируясь на следующей логике.

В соответствии со ст. 14 Закона о защите конкуренции, действовавшей в спорный период, не допускалась недобросовестная конкуренция, связанная с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации продукции, работ или услуг. Сейчас аналогичное положение содержится в ст. 14.4 Закона о защите конкуренции.

Податель возражения, в числе прочего представил письмо УФАС по Республике Башкортостан, в котором указано, что в его действиях есть признаки нарушения ст. 14.2 Закона о защите конкуренции. Оно выразилось в представлении недостоверной информации, вводящей в заблуждение при осуществлении деятельности в сфере оказания услуг по продаже систем вентиляции и кондиционирования с использованием обозначения, сходного до степени смешения с оспариваемым товарным знаком. Податель возражения был проинформирован о необходимости прекращения указанных действий в десятидневный срок со дня получения данного письма. С учетом этого обстоятельства коллегия признала данную компанию заинтересованной в подаче возражения против предоставления правовой охраны спорному товарному знаку.

В решении Роспатента отмечается, что вопрос о признании действий правообладателя по приобретению исключительного права на товарный знак актом недобросовестной конкуренции может быть рассмотрен в административном порядке антимонопольным органом или судом. Но на момент подачи возражения не представлено доказательств того, что антимонопольный орган или суд приняли соответствующий административный или судебный акт о признании действий правообладателя актом недобросовестной конкуренции.

Артем Молчанов

О правилах поведения в предпринимательской деятельности

ДОБРОСОВЕСТНАЯ КОНКУРЕНЦИЯ – ЧЕСТНАЯ БОРЬБА

Повышение активности экономических процессов приводит к возрастанию роли антимонопольного регулирования общественных отношений. Если до настоящего времени мы больше говорили о демонополизации экономики, устранения административных барьеров, то есть о специфической направленности конкурентного российского права — на устранение монополизма со стороны государства и органов власти, то укрепление самостоятельности хозяйствующих субъектов приводит к необходимости развития конкуренции в сфере негосударственной экономики.

Все больше мы слышим о том, что «нам нужна здоровая конкуренция». Что под этим следует понимать?

Предлагаю, как говорится, определиться с понятиями.

В соответствии с Федеральным законом «О защите конкуренции» конкуренция — соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Здесь же законодатель дает собственно понятие недобросовестная конкуренция — любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили, или могут причинить, убытки другим хозяйствующим субъектам – конкурентам, либо нанесли, или могут нанести, вред их деловой репутации.

Таким образом, законодатель дает определение недобросовестной конкуренции, выделяя специальные критерии.

Для понимания того, насколько совершенно данное в Законе о защите конкуренции определение недобросовестной конкуренции, рассмотрим детально указанные законодателем критерии недобросовестной конкуренции.

Прежде всего, недобросовестная конкуренция — это действия.

Наличие действия хозяйствующего субъекта или группы лиц как характеристика акта недобросовестной конкуренции означает, что такой элемент поведения, как бездействие, не может приниматься в расчет при квалификации конкуренции в качестве недобросовестной. При этом сферы активного поведения могут быть самыми разными и находиться в областях производства продукции, продажи товаров, выполнения работ, оказания услуг. Данные действия направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности.

Таким образом, понятны цели недобросовестной конкуренции: необоснованное преимущество в равном соперничестве субъектов на рынке того или иного товара, работ, услуг. Оценивая те или иные действия конкурентов, мы должны задаться вопросом: а зачем это делается и насколько это обоснованно в условиях равной борьбы?

Следующий критерий — противоречие законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, по сути, включает в себя сразу несколько понятий, раскрытие которых кажется простым только на первый взгляд.

Несоответствие действий хозяйствующего субъекта законодательству позволяет квалифицировать действие лица как противоправное поведение, но не более того. Противоправное поведение хозяйствующего субъекта может квалифицироваться в качестве акта недобросовестной конкуренции, но сама недобросовестная конкуренция не сводима только к актам противоправного поведения.

Акты противоправного поведения в предпринимательских отношениях — это недозволенная конкуренция, но отнюдь не всегда недобросовестная.

Равно как и противоречием законодательству недобросовестной конкуренцией может быть признано действие, противоречащее обычаям делового оборота. Обычаем делового оборота по смыслу нормы, закрепленной в части 1 статьи 5 Гражданского кодекса, признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельно­сти правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе. Обычаю делового оборота действующее законо­дательство и доктрина придают значение источника гражданского права.

Обычаи делового оборота применяются в основном в сфере договорных отношений (ст. 309, ст. 421, ст. 431 ГК РФ), устанавливающихся между предпринимателями. Акты же недобросовестной конкуренции, как правило, носят внедоговорный характер. В связи с этим при квалификации действий как недобросовестных при противоречии их обычаям делового оборота самым важным вопросом является установление такого обычая и доказывание его характера как широко используемого и сложившегося. Противоречие действий хозяй­ствующих субъектов иным обычаям, например, местным, а равно обыкновениям и заведенному порядку не будет являться квалифицирующим признаком недобросовестных конкурентных действий.

Следующее важное условие добросовестного поведения — это не противоречие требованиям добропорядочности, разумности и справедливости.

Такие понятия, как добросовестность и разумность, используются в российском законодательстве. Согласно части 3 статьи 10 Гражданского кодекса «в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются». Наверное, это единственное более — менее широкое раскрытие данных понятий. Каких-либо четких дефиниций закон не содержит.

По вопросу о том, что представляют собой добросовестность и разумность, существуют разные точки зрения. Исследователи данной проблемы часто добросовестность отождествляют с невиновностью, а недобросовестность с виновностью. Как пишет Е. Богданова, под добросовестностью участников гражданских правоотношений следует понимать «субъективную сторону их поведения»1. О соотношении понятия виновности и недобросовестности пишет В.И. Емельянов2. По мнению В.А. Белова, согласно российскому законодательству все права и обязанности должны осуществляться добросовестно.

Еще более неопределенным с точки зрения законодательства выглядит понятие справедливости.

В этой связи интересно мнение И.А. Покровского, который использует понятие «каучукового параграфа» и указывает, что законодатель может умышленно в тех случаях, когда ему по тем или иным причинам точное определение не дается или является затруднительным, «выразить свою мысль в общей неопределенной форме, предоставив затем восполнение подобного «каучукового параграфа» свободному усмотрению суда».4 Вместе с тем нельзя не отметить, что отсутствие четких дефиниций вызывает сложности в правоприменении.

Требования добропорядочности, разумности и справедливости как сугубо оценочные выводят недобросовестную конкуренцию за пределы противоправного поведения, из области права в область морали и нравственности.

И это объяснимо, ведь когда мы говорим о «недоброй совести» конкурента, мы призываем не только закон, но и нравственные устои общества. Само понятие недобросовестности предполагает выход за рамки добрых нравов.

В этой связи мы видим очень важный переходный момент между двумя общественными регуляторами: правом и моралью, видим их связь между собой. Последний признак, на который указывает понятие недобросовестной конкуренции, — это наступление или потенциальная возможность наступления неблагоприятных последствий в виде убытков другим хозяйствующим субъектам — конкурентам либо нанесение или возможность нанесения вреда их деловой репутации.

Нет необходимости доказывать наличие понесенных убытков. Убытки могут возникнуть в будущем. При этом указывается, что круг лиц, у которых могли возникнуть убытки, — это исключительно конкуренты. Если действия могут причинить убытки иным лицам (в том числе потребителям продукции), но не могут причи­нить убытки конкурентам, то это, скорее всего, нарушение, но о недобросовестной конкуренции речь не идет.

От общей теории перейдем к более частным вопросам.

В статье 14 Федерального закона «О защите конкуренции» приводится открытый перечень тех действий, который законодатель рассматривает в качестве проявлений недобросовестной конкуренции и запрещает. Открытый этот перечень потому, что в том числе и иные действия могут быть расценены в таком же качестве, но при этом необходимо будет доказать наличие всех признаков, указанных выше.

Итак, согласно статье 14 не допускается недобросовестная конкуренция, в том числе:

  1. распространение ложных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хо­зяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации;
  2. введение в заблуждение в отношении характера, способа и места производства, потребительских свойств, качества и количества товара или в отношении его производителей;
  3. некорректное сравнение хозяйствующим субъектом производимых или реализуемых им товаров с това-рами, производимыми или реализуемыми другими хозяйствующими субъектами;
  1. продажа, обмен или иное введение в оборот товара, если при этом незаконно использовались результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации продукции, работ, услуг;
  2. незаконное получение, использование, разглашение информации, составляющей коммерческую, слу­жебную или иную охраняемую законом тайну.

Приведенные случаи в целом соответствуют тем, которые указаны в статье 10.bis Конвенции по охране промышленной собственности (заключена в Париже 20.03.1883). В частности, согласно Конвенции под­лежат запрету:

  1. все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента;
  2. ложные утверждения при осуществлении коммерческой деятельности, способные дискредитировать предприятие, продукты или промышленную или торговую деятельность конкурента;
  3. указания или утверждения, использование которых при осуществлении коммерческой деятельности может ввести общественность в заблуждение относительно характера, способа изготовления, свойств, при­годности к применению или количества товаров.

В практике Управления ФАС по Кировской области отмечается рост количества возбужденных дел по признакам недобросовестной конкуренции, что связано как с активным поведением участников рынка, так и со стремлением отстоять законные преимущества при осуществлении предпринимательской деятельности.

В 2011 году поступило 16 заявлений по признакам нарушения статьи 14 Закона «О защите конкурен­ции». После рассмотрения по четырем заявлениям было отказано в возбуждении дела. Было возбужде­но 12 дел (в 2010 году — 9).

Из 12 возбужденных дел факт нарушения был установлен в 5 случаях, в том числе установлено: в 1 слу­чае — введение потребителей в заблуждение, в 1 случае — допущено некорректное сравнение с хозяйству­ющими субъектами, осуществляющими деятельность на конкурентном рынке, в 3 случаях — в результате продажи товаров с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, средств индивидуализации продукции, работ, услуг.

По 7 делам приняты решения о прекращении производства по делу в связи с отсутствием факта нарушения, что в первую очередь связано с тем, что заявители не могли представить достаточных доказательств, под­тверждающих факт нарушения.

Вот некоторые примеры дел по недобросовестной конкуренции:

1. Кировское УФАС России по заявлению ООО «Ледум» возбудило дело в отношении ООО «Фармаимпекс-Вятка» по признакам нарушения статьи 14 Федерального закона от 26.07.2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», выразившегося в совершении недобросовестных действий по отношению к конкурентам на рынке реализации лекарственных средств через аптечную сеть путем распространения на территории Кировской области в местах нахождения своих аптек информации следующего содержания: «Аптека оптовых цен О! Цены на товары, отмеченные знаком «О!», соответствуют уровню оптовых цен по результатам маркетингового исследования ООО «Фармаимпекс» по Кировской области», которая необоснованно позиционирует данный хозсубъект как «аптеки оптовых цен» и таким образом вводит в заблуждение потребителей относительно цен на товары, реализуемые данным субъектом, а также допускает некорректное сравнение реализуемых им товаров с товарами, реализуемыми другими хозяйствующими субъектами.

Данные действия являются актом недобросовестной конкуренции, запрещающим распространение лож­ных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации, а также введение в заблуждение потребителей в отношении ха­рактера, способа и места производства, потребительских свойств, качества и количества товара или в отно­шении его производителей.

Для устранения последствий нарушения ООО «Фармаимпекс-Вятка» выдано предписание, которое было исполнено. Решение и предписание антимонопольного органа были оставлены в силе Арбитражным судом.

2. Кировское УФАС России по заявлению физического лица возбудило дело в отношении ООО «Яркий город» по признакам нарушения статьи 14 Федерального закона от 26.07.2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», выразившегося в совершении недобросовестных действий по отношению к конкурентам, а именно: позиционировании своего печатного издания — газеты «ABToDrive Киров» (номера газет 41 и 43 за ноябрь 2010 года) как «ведущей автомобильной газеты Кировской области», чем допустило некорректное сравнение с другими хозяйствующими субъектами — конкурентами, осуществляющими свою деятельность на рынке Кировской области.

Для устранения последствий нарушения ООО «Яркий город» выдано предписание, которое было испол­нено. Решение было обжаловано в судебном порядке и оставлено в силе.

И еще один аспект необходимо раскрыть при анализе понятия недобросовестная конкуренция — ответ­ственность.

В соответствии со статьей 14.33 Кодекса РФ об административных правонарушениях недобросовестная конкуренция, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение администра­тивного штрафа на должностных лиц в размере от двенадцати тысяч до двадцати тысяч рублей; на юриди­ческих лиц — от ста тысяч до пятисот тысяч рублей.

В свою очередь недобросовестная конкуренция, выразившаяся во введении в оборот товара с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, средств индивидуализации продукции, работ, услуг, влечет наложение административного штрафа на должностных лиц в размере двадцати тысяч рублей либо дисквалификацию на срок до трех лет; на юридических лиц – от одной сотой до пятнадцати сотых размера суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено правонарушение, но не менее ста тысяч рублей.

Федеральная антимонопольная служба (ФАС) — является основным государственным контролирующим органом процедур проведения госзакупок. Иногда случается так, что важным фактором для победы в тендере, является умение юридически правильно оформить и подать жалобу в ФАС, а также отстоять свои интересы во время разбирательств.
Причиной для подачи жалобы в ФАС может послужить:

  • Какие-либо действия конкурентов, способные ограничить ваши права.
  • Неправомерное действие государственного заказчика, которое нарушает действующее законодательство.
  • Неправомерные действия гос. органов и сертификационных центров.
  • Иное нарушение, которое имеет отношение к процедуре проведения торгов.

Подать составленный документ в Федеральную антимонопольную службу можно в письменном, или электронном виде.
Образец жалобы в ФАС по 44-ФЗ и образец жалобы в ФАС по 233-ФЗ можно скачать ниже.
Если Вам требуется помощь специалистов, то юристы Группы Компаний «Ценный Контракт» окажут полный спектр услуг в области конкурентных закупок.
Заказчикам: С услугами для заказчиков можно ознакомиться в этом разделе.
Поставщикам: С услугами для поставщиков можно ознакомиться в этом разделе.
Обучение: С услугами учебного центра можно ознакомиться в этом разделе.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *